Пальцы Шэнь Су выбивали неторопливую дробь по деревянной столешнице. В голове он раскладывал по полочкам всё, что удалось узнать с момента входа в инстанс.
Это был отрядный инстанс с отыгрышем ролей. Каждого игрока связывал выбранный образ: требовалось говорить и действовать в строгом соответствии с характером персонажа. Стоило допустить нарушение — выйти из роли больше трёх раз, — и игра для тебя заканчивалась. Именно из-за этого участникам одной команды было так трудно узнать друг друга.
Однако сейчас Система не стала мешать им сойтись и даже не воспрепятствовала обмену информацией о главных квестах.
Почему?
Ответ прост: Системе выгодны подобные откровения. Чем раньше игроки узнают правду, тем скорее начнут грызть друг другу глотки.
Шэнь Су раздумывал, стоит ли раскрывать остальным главный секрет — то, что Принцессой был Ши Юй.
Но его одолевали сомнения.
Хотя они и попали сюда в одном отряде, Цинь Кэ и Мо Ругуй оставались лишь временными попутчиками. Шэнь Су не знал их настоящих намерений, да и дружеской привязанности между ними не водилось — о каком доверии могла идти речь?
С Цинь Кэ они уже сталкивались в инстансе «Супермаркет Боюэ». Этот человек умел вертеться, виртуозно носил маски и превосходно защищал собственную шкуру, но при этом оставался законченным эгоистом. Что же до Мо Ругуя... На первый взгляд — молчаливый добряк. Вот только разве мог стать простачком тот, кто одолел свыше сотни высокоуровневых инстансов и занимал вторую строчку в техническом рейтинге?
Пока их интересы не пересекались, они могли изображать союзников. Но как только возникнет угроза жизни, каждый подумает лишь о собственном спасении.
Предчувствия не обманули Шэнь Су. После затянувшейся паузы Цинь Кэ заговорил первым:
— Раз так, дальше каждый сам за себя.
Мо Ругуй кивнул:
— Не возражаю.
— Идет, — отозвался Шэнь Су.
В итоге он так и не обмолвился, кто скрывается под вуалью Принцессы.
* * *
В официальном прямом эфире Королевского банкета чат взрывался от комментариев:
«Хоть я и понимаю, насколько жестока игра, но Цинь Кэ поступил слишком холодно... Неужели нельзя было вместе придумать выход?»
«Дело не в хладнокровии. В высокоуровневых инстансах действительно приходится рассчитывать только на себя. Соперники вместо союзников — это норма. Цинь Кэ не прикончил их на месте — уже проявление великодушия. К тому же главное задание изменить нельзя, хоть лоб разбивай».
«Мо Ругуй — второй номер в техническом рейтинге, у Цинь Кэ есть Безопасный дом... Что-то мне боязно за Шэнь Су».
«Народ, вы не забыли, кто у нас Принцесса? Еще неизвестно, кому достанется красавица!»
«Вот-вот! Ши Юй гарантированно выберет Шэнь Су!»
«Я бы не был так уверен. Забыли про Лусиса? Сейчас Принцесса симпатизирует Лусису больше всех...»
* * *
Первая половина банкета третьего дня по-прежнему отводилась состязаниям принцев. Однако на сей раз вместо одиночных выступлений устроили парные дуэли на выбывание — победители сходились с победителями, пока не оставался сильнейший.
Финалист получал право провести этот вечер подле Принцессы.
В центре сцены установили прямоугольный куб. Двадцать принцев поочередно вытягивали записки: обладатели одинаковых номеров становились соперниками.
В первом раунде Шэнь Су, Цинь Кэ и Мо Ругуй по счастливой случайности получили в оппоненты обычных персонажей и без труда одержали верх.
Во втором раунде десять победителей снова тянули жребий. Троице снова достались вымышленные обитатели этого мира, и вся триада благополучно прошла дальше.
К третьему этапу пробились пятеро: Лусис, Суйе, Моси, Роэн и Лия.
Парные поединки выглядели куда зрелищнее одиночных номеров. Они разжигали азарт публики и давали куда больше шансов завоевать расположение Принцессы.
Лусис вел поединок лениво, без лишнего напряжения, одновременно поглядывая на карточку статистики симпатии принцессы к принцам. За первые два раунда все участники немного подняли свой уровень симпатии, но победители состязаний прибавили заметно больше остальных.
В третьем раунде сошлись две пары. Лусис одолел Лию, Моси взял верх над Роэном, а Суйе по воле жребия попал в свободную категорию и без боя прошёл в финал.
В решающем этапе Шэнь Су снова оказался в отгуле, пока Лусис расправлялся с Моси. Теперь в гранд-финале сходились Лусис и Шэнь Су.
Всё это время Лусис отслеживал изменения в статистике. В моменты его побед уровень симпатии Принцессы подскакивал куда сильнее, чем у прочих. Суйе же из-за пропусков раундов застрял на месте. Пока у остальных — даже проигравших — показатели пусть медленно, но росли, шкала Суйе оставалась неподвижной. По рейтингу Бог войны скатился почти в самый хвост.
Лусиса такой расклад более чем устраивал. С едва заметной улыбкой он поднялся на помост и смерил взглядом финального соперника.
Бог войны хранил безмолвие; его лицо напоминало холодный мрамор, а во взгляде не читалось ни единой эмоции. Он смотрел на противника так же бесстрастно, как на прибрежные сорняки.
Когда оба претендента вышли на публичную арену, банкет достиг пика. В зале не смолкали восторженные крики, фанаты непрерывно скандировали имя Лусиса.
Принц вскинул руку, и толпа мгновенно смолкла. Переведя взгляд на Суйе, он произнес бархатным, по-королевски изысканным тоном:
— Ваше Высочество Суйе, в чем изволите состязаться?
В то же мгновение перед глазами Шэнь Су всплыло системное сообщение:
[Уведомление: Ввиду сюжетной необходимости действие «Ограничения персонажа №1» временно приостановлено на время поединка.]
[Ограничение персонажа №1: Бог войны скупится на слова. Не более трёх фраз в день, не более пяти слов в каждой.]
Иными словами, на время дуэли с Лусисом ему возвращалась полная свобода речи.
Шэнь Су некоторое время молча разглядывал соперника, после чего произнёс:
— Всякий знает: моё место — на поле боя. Измерять силу, сходиться в рукопашной или меряться искусством владения клинком... Пожалуй, это было бы нечестно по отношению к Его Высочеству Лусису. Предоставляю право выбора вам.
Заявление звучало дерзко, на грани высокомерия.
Впрочем, Бог войны мог себе это позволить.
Поглаживая подбородок, Лусис на мгновение задумался. Отказываться от предложения он не стал:
— В силе мы мерялись слишком часто, зрители от этого наверняка устали. Как насчёт... испытания удачи?
— И каковы условия? — спросил Шэнь Су.
В руке Лусиса из ниоткуда возник тяжелый барабанный револьвер.
— Русская рулетка. Знакомы с такой забавой? — принц чеканил слова неторопливо и четко. — В барабан заряжается патрон, барабан раскручивается. Участники по очереди приставляют ствол к виску и спускают курок. Тот, кто получит пулю или струсит и выйдет из игры, проиграл. Выживший забрал всё.
С этими словами Лусис вложил патрон в гнездо, крутанул барабан и с мягкой улыбкой взглянул на Шэнь Су:
— Ну как, Ваше Высочество Суйе? Хватит духу?
Игра была проще некуда.
Вот только на кону стояла жизнь.
— Я против.
Прежде чем Суйе успел вымолвить слово, с королевской ложи поднялась Принцесса. Не глядя на Лусиса, Ши Юй обратился к восседающему подле монарху:
— Отец, это состязание слишком опасно. И Бог войны Суйе, и Его Высочество Лусис — ценнейшие опоры нашего королевства. Потеря любого из них станет невосполнимой утратой. Уверен, вы не желаете подобного исхода.
— Ну... — Король перевел взгляд с дочери на Лусиса, явно заколебавшись.
Принц же лишь неторопливо усмехнулся:
— Доводы Принцессы разумны. Что ж, если не к виску, то как насчёт ладони? Направим ствол в собственную руку.
— Но...
Ши Юй попытался снова вмешаться, однако Король властно перебил его:
— Довольно. В замке служат лучшие врачеватели. Любая рана заживет.
Ши Юю показалось, будто в улыбке Лусиса мелькнуло торжество. Но времени на размышления не оставалось — Король уже склонился к нему и спросил с отеческой заботой:
— Дочь моя, ты за кого-то из них переживаешь?
Придерживаясь правила «никого не обидеть», Ши Юй без колебаний ответил:
— И Его Высочество Суйе, и Его Высочество Лусис — достояние нашего государства. Если кто-то из них пострадает, сердце моё сожмётся от боли.
За эти секунды Лусис успел мазнуть взглядом по карточке статистики: уровень симпатии не сдвинулся ни у него, ни у Шэнь Су.
Четвертый раунд начался.
Первый круг: оба нажали на спуск — осечка.
Барабан крутанули вновь.
Второй круг: тишина.
Барабан перезапустили.
* * *
Пятый круг: патрон так и не встал под бойчик.
По строгим правилам, если не крутить барабан заново, то при последовательных нажатиях шансы распределяются ровно. Но если перезапускать его после каждого шага, вероятность выстрела всегда остается фиксированной — один к шести. Смерть превращается в редкую случайность.
Лусис предложил положиться на фортуну.
На первый взгляд — чистая рулетка.
Вот только кто гарантирует, что в игровом инстансе нельзя подтасовать саму удачу?
С каждым новым кругом напряжение в зале нарастало. Публика затаила дыхание, не сводя глаз с помоста.
— По правде говоря, мне редко улыбалась удача... — Шэнь Су опустил ресницы, лицо его сохраняло безупречное спокойствие. Он привычным движением крутанул барабан и перед началом шестого круга тихо добавил: — Самым большим везением в моей жизни была встреча с Принцессой.
Он вскинул взор.
Спокойный, не выражающий эмоций взгляд встретился с глазами Ши Юя.
И в тот же миг —
Щёлк!
Шэнь Су остался невредим.
Револьвер перешел к Лусису. Взглянув на статистику, принц заметил, как показатель Суйе снова пополз вверх. В душе Лусис зло усмехнулся, хотя внешне не подал вида.
— Не думал, что столь молчаливый Бог войны способен на столь изысканные признания. Однако...
БАХ!
Брызнула кровь.
Зал ахнул.
Лусис уставился на собственную ладонь, пробитую насквозь пулей, а затем мельком глянул на расцветающую шкалу симпатии. На его губах даже заиграла довольная улыбка.
— Руки Бога войны предназначены для оружия. Они должны разить врагов на поле боя и защищать отчизну... — Принц сорвал с груди шелковый платок, небрежно обмотал окровавленную кисть и, не выказав ни капли боли, проговорил с тёплым воодушевлением: — Разве мог я допустить, чтобы пострадала рука защитника королевства?
Лусис видел, как уровень симпатии принцессы к нему рванул в небеса, и был искренне доволен результатом.
Встреча казалась проигранной.
На деле же победа осталась за ним.
И все же по правилам турнира официальным триумфатором вечера объявили Суйе. Соответственно, именно он получал право сопровождать Принцессу на оставшуюся часть банкета. Вот только из-за затянувшегося состязания до закрытия торжества оставалось меньше получаса.
Они уединились в глухом уголке сада.
За тридцать минут многого не успеешь, к тому же ролевое ограничение снова вступило в силу, запрещая Шэнь Су произносить больше трех фраз в день.
И все же Шэнь Су нашел способ передать Ши Юю главную информацию: Цинь Кэ и Мо Ругуй — это Роэн и Моси; их основные задания — жениться на Принцессе; отряд окончательно распался.
Ши Юй выслушал всё без лишних эмоций.
Вполне закономерно.
В игре, где на кону стоит жизнь, а смерть ходит по пятам, не бывает вечных союзников и абсолютного доверия.
И все же в глубине души жило странное чувство.
Ши Юй понимал эти жестокие правила, но Шэнь Су он верил безраздельно. В нем не зарождалось и тени сомнений.
Он не знал, откуда берется эта слепая убежденность.
Он просто точно знал: Шэнь Су — особенный.
А в чем именно заключалась эта особенность, Ши Юй пока не мог объяснить самому себе.
* * *
По окончании банкета Король снова призвал Принцессу в свои покои. Монарх восседал на высоком троне и с искренней отеческой теплотой спросил:
— Дочь моя, что скажешь о сегодняшних выступлениях принцев?
— Они прекрасны, — ответила Принцесса.
Она стояла, опустив голову, густая вуаль скрывала половину лица, но изящный разлет темных бровей и послушная покорность во всем облике выглядели невероятно трогательно.
— Нашлся ли среди них тот, кто пришелся тебе по сердцу?
— Да, — твердо молвила Принцесса.
Глаза Короля вспыхнули живым интересом:
— О! И кто же это?
— Его Высочество Лусис... — Принцесса помедлила, будто взвешивая каждое слово, и тихо произнесла: — Очень хорош.
На лице монарха расцвела довольная улыбка.
— Его Высочество Суйе... тоже весьма хорош.
Улыбка Короля мгновенно застыла.
А Принцесса продолжала кротким голосом:
— И Роэн, и Моси... замечательны.
Лицо правителя сделалось совсем мрачным.
— Отец, они все так хороши, — ни о чем не подозревая, пропела Принцесса. Она смущенно опустила взор и тихим, нежным тоном озвучила весьма дерзкую мысль: — Мне так трудно выбрать кого-то одного...
Она сделала паузу и наивно хлопая ресницами добавила:
— А можно мне забрать всех?