Шэнь Су держался так, словно между ними ничего не произошло.
Ши Юй тоже не заговаривал ни об испытании в инстансе, ни о нескольких днях их молчаливой «холодной войны».
В горах веяло прохладой. Над гладью озера стелилась полупрозрачная дымка, и в багровых лучах догорающего заката едва различался темный силуэт лодки, замершей у самого центра водного зеркала.
Старики, по всей видимости, вознамерились удить до темноты. Когда приедут матери, оставалось неизвестным, а сидеть без дела и мозолить друг другу глаза не хотелось. Поэтому Ши Юй без лишних споров согласился проехать на лодке.
Сотрудник комплекса принес две удочки, ведро для улова, снасти и приманку. Он уже собирался занять место на веслах, но Шэнь Су мягко отказался, заверив, что справится сам.
Суденышко было рассчитано на пятерых, так что вдвоем они расположились с полным комфортом. В лодке имелся и встроенный мотор, но громкое урчание вспугнуло бы всю рыбу, так что пришлось действовать по старинке.
Шэнь Су вовсе не хвастался: в его руках весла ходили ладно и споро. Гребок слева, гребок справа — и лодка уверенно, без малейшего рыскания рассекала воду.
Со стороны всё казалось до смешного простым.
Ши Юю захотелось попробовать самому, и он забрал весла.
Лодка тут же закружилась на месте.
Ши Юй: «...»
— Ха-ха-ха! — Шэнь Су аж зашелся от смеха.
Ши Юй с каменным лицом вернул ему весла. Шэнь Су, все еще усмехаясь, подхватил их и тут же предложил:
— Ладно-ладно, не дуйся. Давай научу.
Раньше они сидели друг за другом, но теперь Шэнь Су ловко перешагнул через скамью и уселся рядом.
— Движения-то у тебя правильные, один в один как у меня, — начал объяснять он, попутно показывая на практике. — Просто нажим распределяешь неверно...
Ши Юй лишь молча слушал.
— Давай сам, попробуй.
Шэнь Су передал ему рукояти. Ши Юй попытался применить полученный инструктаж. На этот раз лодка хотя бы перестала вальсировать на одном месте, пусть и продвигалась вперед с грехом пополам.
— С таким темпом мы и к полуночи до середины не догребем.
Не успел Ши Юй ответить, как поверх его пальцев легла теплая широкая ладонь. Пальцы нервно дрогнули, но Шэнь Су лишь крепче сжал его кисть.
— Опустишь весла — пиши пропало, на берег не вернемся.
Ши Юй не стал вырываться. Позволив Шэнь Су направлять его движения, он следил, как лодка все ровнее режет озерную гладь. Шэнь Су то и дело нескупо хвалил его, но мысли Ши Юя были заняты совсем другим — плотным теплом чужой руки и близостью чужого дыхания.
* * *
Озеро было огромным. Ближе к центру располагался небольшой островок. Не желая мешать старшему поколению, обустроившемуся с той стороны, они причалили к противоположному берегу.
Шэнь Су всерьез вознамерился порыбачить. Выбрав подходящую заводь, он зафиксировал лодку, достал горсть распаренной пшенки и метнул её в воду — прикормить место. Лишь после этого закинул крючок с наживкой.
Ши Юй обосновался у противоположного борта. Решив не отставать, он тоже зачерпнул пшена и бросил в воду. Но если Шэнь Су действовал широким, небрежным жестом, то Ши Юй подошел к делу с педантичной аккуратностью: заброс за забросом, строго по линейке, покрывая гладь от дальнего края к ближнему.
Когда он занес руку с третьей горстью, Шэнь Су перехватил его запястье.
— Ты рыбу ловишь или гуманитарную помощь раздаешь? — с наигранным вздохом поинтересовался он.
Прежде чем Ши Юй успел сообразить, что ответить, Шэнь Су разжал пальцы и добавил:
— Еще пара бросков — и она так наестся, что на твой крючок даже не посмотрит.
Ши Юй никогда раньше не держал в руках удочку. Но в словах Шэнь Су явно присутствовала логика.
— Понял, — тихо буркнул он, отложил прикормку, насадил наживку и взмахнул удилищем.
Наступила тишина. Каждый молча гипнотизировал взглядом свой поплавок.
Вскоре лодка слегка качнулась. Ши Юй обернулся и увидел, как поплавок Шэнь Су ушел под воду. Тот сноровисто подсек рыбину, подхватил подсачек и в одно движение выудил крупного карася килограмма на два. Серебристо-черная тушка забилась в сетке, и во все стороны полетели брызги, щедро окропив Ши Юя.
Тот приехал за город прямо из офиса, так что был в строгом деловом костюме. Темно-синий пиджак вымок насквозь. Чертыхнувшись про себя, Ши Юй сбросил его, оставшись в ослепительно белой, безупречно отглаженной рубашке. Заправленная в строгие брюки, она плотно облегала торс, а широкий кожаный ремень четко подчеркивал изящную, узкую талию.
Ши Юй не планировал никаких прогулок на воде, так что формальная одежда лишь сковывала движения. Он расстегнул пару верхних пуговиц, закатал рукава до локтей — и сразу стало дышать легче. Закончив, он вдруг заметил, что Шэнь Су смотрит не на воду, а на его поясницу.
Решив, что испачкал ткань, Ши Юй оглядел себя, но рубашка оставалась безукоризненно чистой.
— Кажется, у тебя клюет, — спокойно проговорил Шэнь Су.
Ши Юй, до этого следивший за чужим уловом, спохватился и дернул удочку. Крючок выскочил пустым.
Шэнь Су уже отвернулся и с видом бывалого рыбака философски заметил:
— Ничего страшного. Ты ведь только учишься.
То ли дело было в наступающих сумерках, то ли в чем-то еще, но его обычно светлые глаза сейчас казались темными, почти непроницаемыми. Не успел Ши Юй уловить эту перемену, как Шэнь Су снова занялся наживкой.
Вскоре тот вытащил еще одну рыбину. У Ши Юя же по-прежнему не клевало — похоже, прав был Шэнь Су, и местная рыба окончательно зажралась его пшеном.
Шэнь Су предложил поменяться бортами, но Ши Юй отказался: опыт не пропьшь, у него всё равно ничего бы не вышло.
Вода в озере была кристально чистой. Внизу колыхались водоросли, а у самой поверхности стайками резвились мальки величиной с ноготь. Некоторые из них переливались яркими красками. Заметив крошечную ярко-голубую рыбешку, Ши Юй не удержался и указал пальцем:
— Смотри, какая красивая!
Он опустил ладонь в воду. Рыбка прошмыгнула между его пальцами, но, ничуть не испугавшись человека, закружила рядом.
Ши Юй некоторое время завораженно наблюдал за ней, а когда поднял голову, то обнаружил, что Шэнь Су смотрит совсем не на поплавок. Тот чуть склонил голову и не отрывал от него пристального взгляда.
— Да, — помолчав, проговорил Шэнь Су. — Я смотрю на Сяо Юя.
Ши Юй: «...»
* * *
Они удили до самого заката, пока старшее поколение не поплыло к берегу. Шэнь Су выудил еще несколько штучек, так что его садок был полон доверху.
Оглядев их богатый улов, старики добродушно пошутили:
— Молодым бы на свидания ходить да в кино обниматься, а вы у стариков лучшие места отбираете!
Шэнь Су мгновенно отшутился:
— Мы просто решили досрочно выйти на пенсию. Обставили девяносто процентов сверстников!
Оба дедушки задорно расхохотались.
В поместье имелся отдельный коттедж, предназначенный для отдыха двух семей. Госпожа Ши и госпожа Шэнь уже прибыли и уютно расположились в гостиной за чашкой чая.
Ужин накрыли простой, по-домашнему душевный. Рыбу, пойманную Шэнь Су и стариками, передали на кухню: из крупных карасей сварили густую уху и зажарили их в соусе, а мелочевку зажарили до хрустящей золотистой корочки. К ним подали несколько свежих салатов из горной зелени.
За столом матери увлеченно обсуждали какую-то зарубежную выставку, а затем речь зашла об одной из бывших однокурсниц Ши Юя.
Госпожа Шэнь с улыбкой обратилась к подруге:
— Цинъи? Да-да, я пересекалась с ней на вернисаже. Удивительная девушка: и мягкая, и воспитана прекрасно, и красавица.
Мать Ши Юя расцвела еще больше:
— Вот-вот! Они ведь с Ши Юем учились вместе, даже студвечера вдвоем вели.
Пощебетав еще немного, госпожа Ши повернулась к сыну:
— Кстати, Ши Юй. Цинъи прилетает завтра утром. У тебя ведь как раз выходной, не мог бы ты встретить её в аэропорту?
Ши Юй разгреб все рабочие завалы за неделю, так что суббота действительно была свободна. Но его озадачил сам факт: с этой Цинъи они были лишь шапочно знакомы по институту, с какой стати ему ехать её встречать?
Не успел он открыть рот, как Шэнь Су с самой непринужденной улыбкой вмешался в разговор:
— О, завтра я тоже абсолютно свободен! С удовольствием составлю Сяо Юю компанию.
Услышав это «Сяо Юй», Ши Юй косо посмотрел на Шэнь Су.
Понравилось так его называть, что ли?
Шэнь Су никак не отреагировал на его колкий взгляд. Он с улыбкой перевел взор с госпожи Ши на Ши Юя, но в его глазах промелькнул едва уловимый, но глубокий подтекст.
Мать Ши Юя, разумеется, с радостью согласилась:
— Отлично! Тогда я скину тебе её контакты.
— Спасибо, тетушка, — угодливо подхватил Шэнь Су. — И мне скиньте, на всякий случай.
Госпожа Ши немного удивилась, но номер переслала, после чего вернулась к беседе с подругой. На другом конце стола дедушки под хорошую закуску и дедушкин алкоголь увлеченно спорили о мировой политике, так что на молодежь никто не обращал внимания.
Воспользовавшись моментом, когда нужно было передать блюдо, Шэнь Су накренился к самому уху Ши Юя и едва слышно прошептал:
— Так сильно хочется на свидание?
Ши Юй чуть не поперхнулся.
Тут до него дошло: мать не стала бы без причины просить его встречать постороннюю девушку и делиться её контактами. Помыслы родительницы были шиты белыми нитками.
Раньше она не раз прямо намекала ему на женитьбу, но Ши Юй умело сводил все разговоры на нет. Похоже, на этот раз она решила действовать в обход.
Впрочем, сам Ши Юй ни на секунду не допускал мысли, что у них с Цинъи может что-то выгореть.
И все же ему захотелось уколоть Шэнь Су в ответ. Он наклонился к нему под предлогом положить кусочек рыбы и с невозмутимым лицом пробормотал:
— Сдается мне, эта Цинъи больше заинтересовала тебя.
— Ревнуешь?
Прежде чем Ши Юй успел отстраниться, он поднял взгляд и столкнулся с янтарными глазами Шэнь Су. Тот смотрел на него пристально, открыто, безо всякой тени иронии.
Слова прозвучали как шутка.
Но взгляд Шэнь Су шутовским не был.
Сердце Ши Юя пропустило удар.
Спустя секунду он отпрянул назад и небрежно бросил ровно три слова:
— А хоть бы и так.
* * *
Только вот в это «ревную» Ши Юй вкладывал совсем иной смысл, чем мог подумать Шэнь Су.
Ши Юй никогда ни с кем не встречался, но он не был слепым дураком. Он понимал, что такое влюбленность, и прекрасно осознавал свои физиологические реакции. Все двадцать шесть лет они с Шэнь Су числились непримиримыми соперниками, однако Ши Юй ни разу в жизни не закрывал перед ним дверь своего личного пространства. По-настоящему неприятных людей вычеркивают из жизни раз и навсегда. Но вся его жизнь, от начала и до конца, была пропитана присутствием Шэнь Су.
Его тошнило от чужих прикосновений, но к касаниям Шэнь Су он относился спокойно. Он терпеть не мог делить с кем-то одну постель, но если рядом лежал Шэнь Су — это не вызывало отторжения. Ему было дико и дискомфортно ощущать себя слабым, но когда после полузабытья той безумной недели он очнулся в чужих объятиях, то даже не попытался вырваться.
Они ведь даже спали вместе.
И Ши Юй позволил Шэнь Су быть ведущим.
С кем-то другим он бы ни за что на такое не пошел. Наплевать на очки симпатии и спасительные артефакты — просто не смог бы переступить через себя.
Ши Юй вдруг отчетливо понял: кажется, он влюбился в этого чертова заклятого врага.
Или, точнее сказать...
Эта любовь жила в нем всегда. Просто осознал он её только сейчас.