Незаметно стемнело.
Едва последний алый луч угас на западе, как больницу поглотила непроглядная, бездонная тьма.
— Да, — проговорил Линь Фэнбай, медленно подступая к окну. Он всматривался в густую чернь за стеклом, и ночной ветер подхватывал его слова, превращая их в подобие тихого вздоха: — При жизни я жаждал свободы и верил, будто смерть подарит её мне. Но кто бы мог подумать, что и после смерти моё единственное желание — вырваться на волю? Жалкое зрелище, правда?
С приходом ночи тело Линь Фэнбая снова растаяло, превратившись в полупрозрачный призрачный силуэт.
С Ши Юем происходило то же самое.
Если сперва эта призрачная ассимиляция доходила только до груди, то теперь охватила его целиком.
Подойдя к окну, Ши Юй встал рядом с призраком и посмотрел в беспросветный мрак.
— Не думай так, — произнёс он. — Ничего жалкого тут нет. В этом виноват лишь тот, кто причинил тебе боль.
— Спасибо за утешение, — Линь Фэнбай бросил на него короткий взгляд. — Ты помогаешь мне исполнить желание, и я в долгу не останусь. А за своё тело не переживай: стоит нам покинуть это место, и всё вернётся в норму.
Ши Юй кивнул:
— Хорошо. Но у меня есть к тебе пара вопросов.
Он ознакомился с историей Линь Фэнбая, но это был взгляд лишь с одной стороны. За дни, проведённые в игре, он успел наткнуться на множество странностей и теперь хотел проверить кое-какие догадки.
— Спрашивай, — ответил Линь Фэнбай.
— Дядю Чэня убил Главврач Линь? — с ходу спросил Ши Юй.
Линь Фэнбай на мгновение замер.
— Да... Всё потому, что дядя Чэнь... попытался помочь мне сбежать, — призрак прикрыл глаза, а когда открыл их снова, взгляд его был полон муки и самобичевания. Голос задрожал: — В детстве дядя Чэнь так заботился о нас, относился как к родным... И только из-за этого...
— Этот человек — безумец! Помимо дворецкого, он расправился ещё с несколькими людьми. Кто-то неосторожно задел его в разговоре, кто-то просто обронил глупое слово, совсем не имея в виду ничего дурного... И всех их...
Он не смог договорить, но Ши Юй и без того всё понял.
— Их расчленённые тела закопаны в малом саду больницы, так?
— Да.
Ши Юй глубоко вздохнул и задал вопрос, отдающий детской наивностью:
— В вашем мире вообще есть полиция?
— Есть, — Линь Фэнбай повернул голову и горько ухмыльнулся. — Только вот правила этого мира сотворены им. Все люди и призраки здесь — тоже его создание.
Помолчав мгновение, он едва слышно добавил:
— И полиция — не исключение.
Ши Юй умолк.
Пауза затянулась. Наконец Ши Юй спросил снова:
— Ты уже пытался его убить. И у тебя не вышло. Если бы тебе прямо сейчас представился шанс расправиться с ним со стопроцентной гарантией — ты бы пошёл на это?
Сюжетный квест «Близнецы», который они активировали, требовал от Ши Юя помочь Линь Фэнбаю исполнить желание. Следовательно, перед Шэнь Су стояла противоположная задача — исполнить желание Линь Цинхэ.
Они оказались в противоборствующих лагерях. Желанием Линь Фэнбая была «свобода», а значит, желанием Линь Цинхэ с высокой долей вероятности являлся... сам Линь Фэнбай.
Пока жив Главврач Линь, призраку не видать свободы.
Ши Юй спросил об этом лишь затем, чтобы проверить решимость своего спутника. Будь хоть малейший шанс разрешить всё иным путём, он предпочёл бы избежать крайних мер.
Похоже, Линь Фэнбай отлично это понимал.
Раздумывал он долго, но в конце концов качнул головой:
— Не знаю... Если найдутся иные варианты, если появится хоть одна возможность обрести свободу и при этом не проливать кровь... я бы хотел, чтобы он жил.
— Как-никак... в детстве он действительно был прекрасным старшим братом.
Должно быть, воспоминания отзывались слишком сильной горечью, потому что Линь Фэнбай достал конфету, пожертвованную Ши Юем, отщипнул крошечный кусочек и отправил в рот.
Сам он оставался полупрозрачным призраком, и леденец в его пальцах тоже сделался эфемерным.
Сладость медленно разлилась по языку.
— С тех пор как я умер, всякая еда утратила для меня вкус, — удивлённо пробормотал Линь Фэнбай. — Но вот удивительно: у твоей конфеты я чётко чувствую апельсиновый вкус.
Не решаясь доесть всё за один раз, призрак бережно завернул остатки в фантик, убрал в карман и спросил:
— Любишь сладкое?
— Не особо, — честно отозывался Ши Юй. — Просто у меня иногда падают показатели сахара в крови.
Линь Фэнбай понимающе кивнул:
— И потому ты носишь с собой леденцы?
— Нет. Эту мне дали.
— Дали? Твой напарник? Должно быть, он очень о тебе печётся, раз держит при себе сладости ради тебя.
«... Тема с этими конфетками вообще когда-нибудь исчерпает себя?»
— Ничего он ради меня не держит, — с лёгким досадованием проронил Ши Юй. — Он сам их трескает. Да и вообще, у нас с ним паршивые отношения.
— О-о-о, — протянул призрак.
Чат трансляции, как всегда, взрывался от восторга:
[Пользователь 1: В этом «о-о-о» прозвучало океаническое недоверие!]
[Пользователь 2: «Если выберемся отсюда, ты ведь перестанешь меня ненавидеть, да?» — «Я тебя не ненавидел, ты просто бесишь меня». Ага-ага, конечно, ужасные отношения!]
[Пользователь 3: «Меня бесит, что ты разбрасываешься собственной жизнью». — «А то лето? На берегу моря? Забыл уже?» Ну да, ну да, отношения хуже некуда, верим!]
[Пользователь 4: Накопали компромата, тролли! Человеку же стыдно! От себя добавлю: девчата, отличная работа, продолжайте в том же духе!]
[Пользователь 5: Один я сгораю от любопытства, что у них там стряслось летом на море?!]
[Пользователь 6: «Держит при себе сладости ради тебя»... Боже, я раньше даже не задумывался о таком шипперском подтексте! А Линь Фэнбай-то, оказывается, шарит!]
[Пользователь 7: Я помню, как Ся Ваньвань просила у Шэнь Су конфетку, и тот отрезал, что ничего нет! А как у Ши Юя упал сахар — мгновенно откуда-то вытащил. Вот они, двойные стандарты!]
[Пользователь 8: Он же перед тем, как протянуть Ши Юю конфету, даже руки вымыл!]
[Пользователь 9: Не просто вымыл, а намыливал до хруста!]
* * *
Пока Ши Юй вёл беседу с Линь Фэнбаем, на другом конце больницы, в отдельной VIP-палате, сошлись представители противоположного лагеря.
Вот только обстановка здесь была куда менее умиротворённой.
После ухода медсестры Шэнь Су прилёг на диван и успел немного вздремнуть, когда раздался стук.
Тук. Тук. Тук.
Три ровных, сдержанных удара.
Подождав около минуты и не дождавшись ответа, визитёр вошёл без приглашения.
— Здравствуйте. Я Линь Цинхэ.
Вошедший был в белоснежном халате и очках в тонкой серебряной оправе, из нагрудного кармана выглядывала перьевая ручка глубокого сапфирового оттенка. Сконструированный образ дышал интеллигентностью и зрелой элегантностью, а на губах замерла безупречно вежливая улыбка.
— Прошу прощения, мне показалось, вы уснули, — Главврач Линь слегка наклонил голову, демонстрируя сожаление.
— Да я и правда спал... — Шэнь Су неспешно потянулся на диване, сел и одарил собеседника широкой усмешкой. — Вот, только разлепил глаза.
Он поднялся, чтобы пожать гостю руку. Внимательные глаза пронзительно блеснули:
— Благодарю Главврача Линя за предоставление отдельной палаты.
— Пустяки, — улыбка Линь Цинхэ оставалась безукоризненно отточенной: не ледяная, но с идеальной дистанцией. — Так нам будет куда удобнее поговорить.
На этом светский реверанс завершился.
— По правилам я обязан ознакомить вас с предысторией событий, — произнёс Главврач Линь всё с тем же невозмутимым выдержанным выражением.
— Не вижу в этом ни малейшего смысла, — парировал Шэнь Су, не теряя собственной улыбки.
Линь Цинхэ ненадолго замер, но мгновенно вернул себе невозмутимость. К бестактности гостя он отнёсся с великодушным снисхождением и поинтересовался с вежливым любопытством:
— И почему же?
— Да потому что я не поверю ни единому вашему слову, — прямо отрезал Шэнь Су.
Линь Цинхэ усмехнулся — на этот раз шире, чем того требовал этикет.
— Какое совпадение. Я тоже сомневаюсь, что вы намерены искренне мне помогать.
— Будьте увереннее: вычеркните слово «сомневаюсь», — отмахнулся Шэнь Су. — Я законченный эгоист и действую исключительно в собственных интересах. Помогать вам у меня нет ни малейшего желания. Вот только выбора мне не оставили, верно? Я обязан вытащить вас на победу.
Шэнь Су стиснул зубы и разом утратил непринуждённость:
— Ваше желание связано с Линь Фэнбаем? Можно поподробнее?
— Нет... — Линь Цинхэ неспешно качнул головой. — Моё желание состоит лишь в том, чтобы созданный мною мир продолжал благополучно существовать.
— Мечта моего брата — свобода. Но пока жив этот мир, ему её не видать. И если мы хотим, чтобы наш мир функционировал без сбоев, вам придётся помочь мне устранить угрозу.
— И сейчас главная угроза — ваш напарник, — Линь Цинхэ с искренним любопытством уставился на Шэнь Су, растягивая слова: — И что же, вы спокойно пойдёте на его смерть?
— А у меня есть выбор? — хмыкнул Шэнь Су. — Если не сдохнет он — сдохну я. Не думаю, что это смертельное наказание направлено против вас.
Главврач Линь не сводил с него пристального взгляда, пытаясь высмотреть на его лице хоть тень сомнения или фальши. Но его ожидания не оправдались.
То ли Шэнь Су виртуозно притворялся...
То ли человеческой привязанности в нём действительно не водилось.
— Мне нравится ваш характер, — признался Линь Цинхэ, прекратив бессмысленные наблюдения. — Достойная хладнокровная жестокость.
— Благодарю, — вежливо отозвался Шэнь Су. — А вот вы мне со всем уважением не нравитесь.