Линь Фэнбай тихо откликнулся, а затем прищурился с нескрываемым любопытством:
— А почему у вас с ним не ладится?
Ши Юй промолчал.
Почему между ним и Шэнь Су пробежала чёрная кошка?
Причин хватало, и добрый их десяток совершенно не предназначался для чужих ушей. Как о таком расскажешь?
— Господин Линь, — легко вздохнул Ши Юй, беспомощно качнув головой, — откуда в вас столько любопытства?
— Вовсе нет, — качнул головой Линь Фэнбай. Юноша помялся пару секунд, прикрыв глаза пушистыми ресницами, а затем снова вскинул пытливый взор на Ши Юя и совсем не по-детски серьёзным тоном произнёс: — Просто ты знаешь обо мне всё от «а» до «я». По-моему, справедливо, если и я узнаю о тебе хоть что-нибудь. Не так ли?
Резон в его словах имелся. Отказать Ши Юй уже не мог.
— Ладно. Ты доверил мне историю своей жизни, так что выслушай и мою.
Линь Фэнбай кивнул, и в его угольно-чёрных глазах вспыхнул искренний интерес.
Следующие полчаса Ши Юй без единой эмоции и лишних красивостей сухо пересказывал свои четверть века. Он последовательно перечислил названия всех учебных заведений начиная с детского сада и заканчивая магистратурой; припомнил олимпиады по высшей математике и школьные грамоты; перебрал темы курсовых, научные статьи, наименования корпораций и, наконец, свои карьерные успехи на посту топ-менеджера.
К концу этого отчёта Линь Фэнбай совершенно опешил.
— Ты не историю жизни рассказываешь, — с окаменевшим лицом изрёк он, — ты сплошняком зачитываешь своё резюме.
— Видимо, талантом рассказчика меня природа обделила, — лишь виновато усмехнулся Ши Юй.
Линь Фэнбай потерял дар речи.
— Ты ведь знаешь, чего желает Линь Цинхэ? — своевременно сменил тему Ши Юй.
— Знаю, — ответил юноша. Подобно тому как Линь Цинхэ знал, что желание Линь Фэнбая — свобода, Линь Фэнбай точно так же знал желание Линь Цинхэ. — Что-то вроде: «Чтобы я никогда его не покидал».
Всё сходилось.
Один жаждал воли, другой — вечной неволи. Желания Линь Цинхэ и Линь Фэнбая искали противоположных исходов, а значит, и их с Шэнь Су игровые квесты находились в смертельном противоречии.
Провал влёк за собой смертельное наказание.
Это смертельное наказание касалось исключительно игроков.
Система откровенно стравливала их: в живых должен был остаться кто-то один.
— Он расскажет твоему напарнику свою версию прошлого — точно так же, как я открылся тебе, — продолжил Линь Фэнбай. — Вот только в его словах правды может не оказаться вовсе. Если потребуется, он с лёгкостью состкнёт... — Голос его споткнулся. Юноша бросил короткий взгляд на Ши Юя и тут же отвёл глаза, добавив едва слышно: — А то, что я поведал тебе... ты всему поверил?
— Верю, — отрезал Ши Юй.
Длинные ресницы Линь Фэнбая вздрогнули. Он вскинул голову, глядя на собеседника неверующим взором:
— Но почему?
Ши Юй помолчал несколько секунд, внимательно всматриваясь в его черты, после чего произнёс:
— Глаза не лгут.
Линь Фэнбай замер. На своём веку он повидал немало народу: праведников и мерзавцев, мужчин и женщин — всяких.
Но Ши Юй разнился со всеми.
Он оказался единственным, чей взгляд — вопреки отстранённой и хладнокровной мине — лучился искренним теплом.
— А твой напарник... — разглядев за ледяной бронёй Ши Юя чуткое сердце, тихо проговорил юноша, — он поверит Линь Цинхэ?
— Не поверит, — с абсолютной уверенностью качнул головой Ши Юй.
— Оттого что распознает фальшь? — предположил Линь Фэнбай.
— Нет, — качнул головой Ши Юй. — И дело вовсе не в том, что именно ему скажут, и не в том, кто будет говорить.
Он коротко чеканил слова, будто констатировал непреложную истину:
— Он просто никому не верит.
— Пусть даже он не поверит ни единому слову, он всё равно приложит все силы, чтобы помочь ему... — пробормотал Линь Фэнбай, после чего прикусил губу и запнулся. Поколебавшись ещё немного, он всё же решился: — Можно спросить?
— Спрашивай.
— Кто из вас сильнее — ты или твой напарник?
Ши Юй промолчал.
Затянувшаяся пауза и нескрываемое недоумение на лице собеседника заставили юношу пойти на попятную:
— Забудь, я снимаю вопрос.
Развивать эту тему Ши Юй тоже не стал.
— Мне нужно увидать Шэнь Су. Знаешь, как это устроить?
Игровой интерфейс по-прежнему блокировал вкладку личных сообщений. Шэнь Су увела медсестра, и где тот находится сейчас, оставалось загадкой.
— Отыскать его нехитро. Выйдешь в коридор, спросишь любую сестру — тебе сразу скажут номер палаты. Линь Цинхэ не станет чинить вам препятствий, но... — Линь Фэнбай сделал паузу, и голос его заметно потускнел: — Каждый ваш шаг у него перед глазами. Всё, что вершится в стенах больницы, подвластно его взору.
— Даже то, о чём мы говорим прямо сейчас, ему отлично известно.
Ши Юй на мгновение задумался.
— Какая-то игра в одни ворота.
Приняв к сведению неприятную новость, Ши Юй не позволил себе впасть в уныние. Мыслительный процесс мгновенно набрал обороты, возвращая контроль над ситуацией.
— А есть ли тут места, куда тебе ход заказан? — спросил он у Линь Фэнбая. — Закоулки, где ты отродясь не бывал?
Каким бы могущественным ни казался босс в игровом мире, у него непременно имелось уязвимое место. Теперь задача сводилась к тому, чтобы нащупать ахиллесову пяту Линь Цинхэ.
Юноша ненадолго задумался и кивнул:
— Есть одно такое место.
— Где?
— В морге.
Ши Юй молчал.
* * *
— В морг?
В VIP-палате Шэнь Су, выслушав откровенность Линь Цинхэ, издал тихий смешок:
— Раз уж ты решил выложить карты на стол, я тоже поделюсь секретом.
— Вообще-то мы с Ши Юем знакомы.
Шёл десятый день игры. Послеполуденное солнце заливало комнату ярким, погожим светом.
Шэнь Су по-хозяйски расположился в глубоком диване, закинув ногу на ногу. В пальцах он лениво крутил нераскуренную сигару, выпрошенную у главного врача, а на подушечках его пальцев плясали золотистые солнечные зайчики.
— И не просто знакомы — мы дружим с самого детства.
Особенно сочно и весомо он выделил слово «дружим».
Сидевший в кресле по левую руку Линь Цинхэ с любопытством оглядел своего собеседника.
— Наши семьи повязаны совместным бизнесом, — продолжил Шэнь Су.
Где деловое партнёрство, там и жёсткая конкуренция. В мире больших денег не бывает вечных друзей — только вечные интересы. Разжёвывать эту истину он не стал: оба они были людьми неглупыми и с полуслова понимали подтекст.
— Как только он взял в руки бразды правления семейным делом, так сразу начал подкидывать мне сюрприз за сюрпризом.
Шэнь Су наконец чиркнул зажигалкой, прикурил сигару и вытолкнул изо рта густое сизое облако, будто вымещая досаду от неприятных воспоминаний. Впрочем, мрачная тень мгновенно рассеялась, уступив место улыбке, расплывающейся по его лицу всё шире.
— Само собой, долг платежом красен. Я тоже в долгу не оставался — время от времени баловал его ответными подарками.
В его оскале с остренькими клыками не проглядывало и капли ребяческой наивности — лишь злорадное торжество сорванца, удачно устроившего очередную пакость. На утончённом лице на мгновение вспыхнула откровенная злая насмешка.
Хотя этот порыв длился какую-то долю секунды, Линь Цинхэ успел отследить его.
Молодо-зелено. Сдерживать чувства до конца юнец ещё не научился.
— Сейчас он направился в морг, — доверительно сообщил Линь Цинхэ, подстраиваясь под тон собеседника. — У тебя есть отличный шанс преподнести ему ещё один сюрприз.
Взоры Шэнь Су на мгновение вспыхнули, но он тут же взял себя в руки и невинно поинтересовался:
— Мешка случайно не найдётся?
— Не найдётся, — качнул головой Линь Цинхэ.
— Да я шучу, — опять ухмыльнулся Шэнь Су, на этот раз совершенно не скрывая хищных искорок в глазах. — Нынче можно обойтись и без мешка.
Линь Цинхэ удержал на губах привычную мягкую, исполненную достоинства улыбку, однако про себя лишь пренебрежительно фыркнул.
Сопляк без желторотости, собрался ему помогать?
Курам на смех.
Он не нуждался ни в чьей помощи. Каждого чужака, дерзнувшего ступить на его территорию, ждала единственная участь — полное уничтожение.
Впрочем, посмотреть перед развязкой на качественный спектакль он был вовсе не прочь.
* * *
В морге царил пронизывающий холод.
Помещение поражало размахом, напоминая скорее гигантский цех заброшенного завода. До самого горизонта тянулись бесконечные ряды катафалков, накрытых белоснежными саванами. Под каждым из них проступали очертания человеческих тел.
Ночной визит сюда отдавал бы совсем уж жутким кошмаром, поэтому Ши Юй предпочёл нанести визит при свете дня. Сейчас его плоть была материальна, да и трупы на ложах представляли собой самые настоящие физические объекты.
Казалось, кроме мертвецов, здесь не было ровным счётом ничего. Ши Юй наугад сдёрнул одно из покрывал — и замер как вкопанный.
Вглядевшись в лицо покойника, он тут же стремительно прошёлся вдоль ряда, срывая белые полотнища с десятка соседних катафалков.
Первоначальный шок быстро уступил место ледяной собранности, а мысли встали на привычные рельсы.
У каждого из этих трупов было лицо Линь Фэнбая.
Или... точно такое же лицо, как у Линь Цинхэ.
Откуда здесь эта армия двойников?
Морг тонул в сплошной стерильной белизне: белые потолки, белые стены, белые плиты пола, белые саваны на бесконечных ложах... На этом монохромном фоне глухая чёрная дверь в самом дальнем конце зала выделялась особенно чётко.
Похоже, разгадка таилась именно за ней.
Ши Юй неторопливо направился к этой двери.
Он не дошёл до порога буквально с метр, когда мощный порыв налетевшего сзади тела сбил его с ног и впечатал в боковую стену.
Спиной Ши Юй ощутил леденящий кафель, а грудью — обжигающий пыл чужого тела. Ситуация была донельзя дикой, однако запах человека, прижавшего его к стене, был знаком до боли.
Прежде Ши Юй не мог знать наверняка, что именно сокрыто в морге, но появление Шэнь Су развеяло любые сомнения: за дверью однозначно что-то таилось.
Вот только сам Шэнь Су казался чужим. Натиск, сквозивший в каждом его движении, был непривычно агрессивным — таким Ши Юй не видел его ещё ни разу.
Запястье Ши Юя с грубой бесцеремонностью заламывали за спину, да так крепко, что суставы вспыхнули болью. Он попытался вырвать руку, но хватка только ужесточилась: чужие пальцы властно вонзились между его собственных, а подушечки начали мерно постукивать по тыльной стороне ладони.
Почему-то первой мыслью Ши Юя было то, насколько эта ладонь горячая — широкая, шершавая, покрытая жёсткими мозолями.
Совсем не ручка холёного барчука.
И лишь секундой позже до него дошло: Шэнь Су выбивает код Морзе.