Ши Юй присел, тщательно вымыл руки и только после этого поднялся, забирая леденец:
— Спасибо.
Апельсиновый вкус. Сколько он ни наблюдал за Шэнь Су, тот каждый раз выбирал именно его. Похоже, апельсины были его особой слабостью.
В иной ситуации Ши Юй едва ли принял бы от него угощение, но истощённое тело требовало глюкозы. Не распечатывая конфету, он прямо через обёртку раздробил её на несколько осколков, отправил один в рот, а остальные аккуратно завернул обратно.
Покончив с этим, он взглянул на Шэнь Су:
— Время позднее. Возвращаемся?
Шэнь Су был на полголовы выше, так что Ши Юю приходилось слегка запрокидывать голову. Мягкий свет уличного фонаря окутывал его силуэт, сглаживая привычную суровость черт и смягчая отстранённый взгляд.
Шэнь Су пристально вглядывался в его лицо несколько секунд, после чего отвёл взгляд:
— Идём.
Они молча пошли обратно. Едва переступив границу малого сада, оба синхронно замерли.
— А трупы? — вырвалось у них практически одновременно. — Закапывать обратно надо?
Пришлось вернуться.
Однако на месте не оказалось ни груды тел, ни вырытой ямы — земля была аккуратно разровнена. Свет фонарей, пробиваясь сквозь листву, отбрасывал дрожащие блики на брусчатку; аккуратные кустарники уходили вглубь аллеи, а за пределами освещённых пятачков царила непроглядная тьма. Сад выглядел точно так же, как и до их прихода.
Функция автовосстановления?
Похоже на то. Впрочем, это избавило их от лишней работы.
После цепочки этих мелких происшествий, вернувшись в палату №305, Ши Юй совершенно выкинул из головы то, что собирался сказать ранее. А Шэнь Су, судя по всему, и подавно.
Часы показывали четверть девятого, но за окном всё ещё стояла непроглядная тьма. Устроившись в креслах, они решили немного подремать. С тех пор как выяснилось, что по ночам на их койках спят призраки, заставить себя лечь на матрасы они уже не могли.
На шести больничных койках по-прежнему чинно покоились шесть неупокоенных сущностей. Сегодня система не гнала их в палату, так что они вполне могли поискать другое место для ночлега, но гарантий, что там не окажется ещё больше нечисти, не было никаких.
Сон не принёс Ши Юю отдыха. Ему казалось, что прошло немало времени и на улице давно рассвело, однако, открыв глаза, он увидал за окном всё ту же глухую тьму.
Шэнь Су проснулся раньше. Он стоял у окна, а услышав движение, обернулся. Его голос прозвучал ниже обычного:
— Проснулся?
Дрёма ещё не полностью отпустила Ши Юя, и ему было лень поворачиваться к настенным часам. Воспользовавшись тем, что Шэнь Су заговорил первым, он спросил:
— Сколько я проспал?
— Два часа.
Ши Юй замер, так и не доведя руку до глаз.
Два часа?
Значит, сейчас восемь пятнадцать.
Уже девятый час, почему же до сих пор не рассвело? Обычно к семи утра солнце светило вовсю.
К тому же медсестра, которая каждый день ровно в восемь приносила завтрак, так и не появилась.
Тем временем призраки на койках уже поднялись и начали проявлять активность. Сущности с койки №2 и койки №3 о чём-то оживлённо беседовали — судя по их размашистой жестикуляции, разговор доставлял им немалое удовольствие. Живые не слышали их голосов, призраки не замечали живых — так они и сосуществовали в палате №305, сохраняя хрупкий нейтралитет.
Если, конечно, закрыть глаза на то, что за окном до сих пор царила глухая ночь.
Ни Ши Юй, ни Шэнь Су не роняли ни слова, молча всматриваясь в мрак за стеклом.
Ни луны, ни звёзд. Небосвод казался тяжёлым непроницаемым пологом, и на востоке не проглядывало ни намёка на рассвет.
Лишь к десяти часам утра тьма наконец сдала позиции, и из-за горизонта показалось солнце.
С наступлением дня больница вернулась к привычному ритму. Едва показался краешек солнечного диска, шесть призраков мгновенно исчезли. Когда расцвело окончательно, в дверь постучала медсестра. Оставив подносы с едой, она строго предупредила перед уходом:
— Вчера вы ходили на прогулку и застудились, из-за чего ваше состояние ухудшилось. Сегодня никаких выходов. Оставайтесь в палате и отдыхайте.
Каким образом свежий ветер мог усугубить диагноз «гомосексуализм» — оставалось загадкой. Однако слова NPC в подобных условиях служили косвенным формулированием игровых правил. Раз медсестра запретила покидать палату, значит, снаружи подстерегала опасность.
Оба предпочли не рисковать и остались в помещении.
Впрочем, аномалии не ограничились поздним рассветом. Солнце двигалось по небосклону с невероятной скоростью: не успели они оглянуться, как оно уже стремительно скатилось к западу, и к четырём часам дня больницу вновь накрыла непроглядная тьма.
Завтрак оказался последним приёмом пищи: ужин медсестра так и не принесла.
С наступлением ночи Ши Юй почувствовал голод. Никакой еды в палате не нашлось, из доступного оставался лишь кулер с наполовину полной бутылью.
Он подошёл, чтобы набрать воды. Опустил руку в нижнюю нишу кулера, где обычно стояли стаканчики, но пальцы ничего не нащупали. Попробовал ещё раз — снова пустота. Неужели закончились?
Ши Юй нагнулся и заглянул внутрь.
Упаковка с одноразовыми стаканчиками была заполнена больше чем наполовину и занимала почти всё отделение. В чём же дело?
Он снова протянул руку, не сводя глаз со стаканчиков, и на этот раз отчётливо увидел, как его ладонь проходит сквозь бумагу насквозь.
Именно так. Сквозь.
Со стаканчиками всё было в порядке. Дело было в его собственной кисти: она стала полупрозрачной — точно такой же, как у шести призраков в палате и у всех неупокоенных душ, бродящих по территории больницы ночами.
Ши Юй посмотрел на вторую руку: обе ладони потеряли плотность и свободно проходили сквозь любые предметы. Выше запястий ткань тела пока сохраняла нормальный вид.
Шэнь Су тоже заметил неладное, хотя его кисти оставались прежними.
Подойдя ближе, Шэнь Су нагнулся и слегка приподнял штанину. Всё, что находилось ниже щиколотки, стало полупрозрачным, тогда как выше сустава плотность сохранялась.
У одного процесс начался с рук, у другого — с ног.
Их ассимилировали призраки.
Вот в чём заключалась подлинная сложность этой скрытой побочной ветки! Настоящей угрозой были не аномалии и не босс инстанса, а неизбежное превращение в призраков.
Стоит им окончательно утратить физическую форму и принять облик призраков, как их человеческое существование прервётся. Они просто перестанут быть «живыми».
Вот почему условие прохождения звучало именно так: «Дожить до завершения работы инстанса».
И этот процесс набирал обороты с пугающей скоростью.
Ши Юй вновь бросил взгляд на свои руки и с тревогой заметил, что прозрачность уже перешагнула за запястные кости. А ведь прошло от силы пару минут!
Активация побочного квеста продлила время пребывания в игре на три дня, и сейчас шли только первые сутки.
При таких темпах...
Они окончательно обратятся в призраков задолго до истечения срока.
Почему их ассимилируют? Что случится при полном растворении плоти? Существует ли способ остановить или хотя бы замедлить этот процесс?
Вопросы роились в голове Ши Юя непрерывным потоком.
Внезапно к его губам приблизился бумажный стаканчик с водой.
— Открой рот, — тихо произнёс Шэнь Су.
Ши Юй нахмурился и отступил на шаг. Ему было невдомёк, как у этого человека в подобной ситуации оставались силы на глупые шутки.
— Ты ведь хотел пить? — спокойно спросил Шэнь Су, не сводя с него взгляда.
Ши Юй замер.
Он совсем забыл, что его ладони утратили способность удерживать предметы, и набрать воды самостоятельно он просто не мог.
Позволив Шэнь Су напоить себя, Ши Юй сдержанно поблагодарил его.
Увидев, как Шэнь Су снова наполняет тот же стакан, собираясь выпить сам, Ши Юй уже открыл рот, чтобы напомнить, что посуда использована, как вдруг до его слуха донеслось тихое, шуршащее бубнение.
Звук доносился со стороны коек. Призраки заговорили.
Они начали слышать голоса мертвецов.
Когда Ши Юй перевёл взгляд на спутника, Шэнь Су уже осушил стакан до дна.