Ши Юй оглянулся по сторонам: в коридоре, кроме них с Шэнь Су, никого не было. Значит, это «войдите» предназначалось именно им.
Они замялись у порога, и из кабинета снова донеслось:
— Войдите.
Тот же мягкий, интеллигентный мужской голос. И абсолютно та же интонация.
«Этот призрак что, еще и поторапливает?»
Судя по их догадке, Линь Цинхэ погиб от рук собственного брата, который расчленил тело и закопал останки в малом саду. В нормальной временной шкале главврач был уже мертв, но по правилам скрытой побочной ветки «Изнанка больницы Синьчэн», где «по ночам бродят призраки», его дух наверняка скитался по здешним коридорам.
Возможно, за дверью сидел именно он. Да и голос походил на голос Линь Цинхэ.
Но почему остальные призраки по пути их попросту не замечали, а дух главврача сумел почувствовать чужое присутствие сквозь закрытую дверь?
С тяжелым сердцем переглянувшись, они толкнули створку.
В кабинете никого не оказалось.
Ни живой души.
И ни единого призрака.
— Войдите.
Опять то же самое слово, произнесенное с той же интонацией — будто включили запись.
Так оно и оказалось. На массивном столе из красного дерева лежал смартфон с горящим экраном. Телефон проигрывал аудиофайл: пара секунд тишины — и снова вежливое «войдите».
Словно кто-то заранее знал, что сюда придут, и оставил телефон встречать гостей.
Только вот было ли это системной механикой или чьей-то личной задумкой?
Призраки оставались бесплотными тенями, но телефон-то был настоящим, осязаемым предметом.
Шэнь Су подошел к столу и взял трубку, принявшись ее изучать.
Ши Юй тем временем окинул взглядом комнату.
Кабинет ничем не отличался по размеру от остальных на этаже, разве что имел выход на балкон. Обстановка самая непритязательная: рабочий стол с крутящимся креслом, возле балкона — журнальный столик и пара кресел для посетителей, на стене висит свиток с каллиграфией, а противоположную стену занимает книжный шкаф, забитый профессиональной литературой вперемешку с редкой классикой.
Прятаться тут было негде — ни человеку, ни призраку.
Убедившись, что опасности нет, Ши Юй принялся за обыск. Впрочем, вещи он не разбрасывал: открывал ящики аккуратно и все возвращал на свои места.
Шэнь Су быстро закончил с телефоном:
— Аппарат новенький. Без сим-карты, из приложений — только заводские. Кроме этой записи, ничего нет.
— Угу, — отозвался Ши Юй. — Поищи другие зацепки.
Они принялись планомерно обшаривать кабинет.
Вскоре все шкафы, тумбочки и бесконечные книжные полки были бегло проверены. Ничего полезного.
Остался лишь несгораемый сейф. Хотя сейфом это можно было назвать с большой натяжкой — обычный деревянный ящичек, запертый на старый навесной замок со следами ржавчины.
Шэнь Су уже собрался подыскать что-нибудь тяжелое, чтобы сбить замок силой, как вдруг Ши Юй достал кусок тонкой проволоки и щелкнул механизмом.
На все про все у него ушло меньше десяти секунд.
Шэнь Су опешил и не удержался:
— Не думал, что ты владеешь подобными талантами.
И это было чистой правдой.
Шэнь Су знал Ши Юя так же хорошо, как тот знал его. Если он с малых лет лишь притворялся паинькой, то Ши Юй был мягким и благородным по самой своей сути. Каким бы колючим и отстраненным он ни казался снаружи, внутри у него всегда оставалось доброе, отзывчивое сердце.
Поэтому взлом замков с его образом никак не вязался.
Ши Юй сидел на корточках перед шкатулкой и даже бровью не повел.
Шэнь Су запоздало сообразил, что сморозил глупость, и попытался исправиться:
— Ловко сработано. Опыт не пропьешь.
Ши Юй поднял на него тяжелый взгляд. От этого взгляда по спине Шэнь Су пробежал неприятный холодок.
Шэнь Су мысленно чертыхнулся. Уж лучше бы промолчал.
Крышка шкатулки тем временем откинулась.
Трудно было поверить, что в единственном запертом ящике во всем кабинете главврача хранилась всего одна-единственная фотография.
Снимок был старым, незаламинированным, с пожелтевшими от времени краями.
На нем красовались двое мальчишек лет пяти-шести на фоне лазурного неба, моря и песчаного пляжа. Близнецы походили друг на друга как две капли воды и одеты были одинаково: светло-желтые футболки и темно-синие джинсовые комбинезоны. Сидя плечом к плечу на песке, они задорно показывали пальцами знак «виктори», а у их ног высилась гора разноцветных игрушек.
На обороте корявым детским почерком было выведено: «Я и братик».
Прямых ответов снимок не давал, но зато окончательно подтвердил: у Линь Цинхэ действительно был брат-близнец. Судя по надписи, в детстве младший души не чаял в старшем. Что же тогда заставило их стать непримиримыми врагами?
Ши Юй хотел было осмотреть комнату еще раз, но перед глазами вспыхнула полупрозрачная системная панель:
[Скоро рассвет. Просим игроков немедленно вернуться в палату!]
Шэнь Су замер одновременно с ним — видимо, получил то же самое уведомление.
Перед уходом Ши Юй бросил прощальный взгляд на кабинет. Его взгляд невольно зацепился за свиток с каллиграфией на стене.
Иероглифы были выведены тушью — размашисто, чуть небрежно, но с невероятной внутренней силой.
Строка из старинного стиха гласила: «Бела луна, свеж ветерок, прохладна ночь — к чему печаль?»
* * *
Когда они вернулись в палату №305, за окнами уже брезжил серый рассвет.
Четверка Ся Ваньвань безмятежно спала. Шестеро призраков тоже мирно посапывали на своих местах — ночь прошла в удивительной гармонии между живыми и мертвыми.
С первыми лучами солнца тени на кроватях начали таять, истончаться, и стоило краю солнечного диска показаться над горизонтом, как они растворились без следа.
Ся Ваньвань отлично выспалась.
То ли потому, что уровень исследования был достаточно высоким, то ли по какой другой причине, но кошмары ей не снились, в случайные пространства ее не затягивало, и она проспала до самого утра.
Сладко потянувшись, девушка решила, что проснулась раньше всех.
Она открыла глаза и обнаружила, что соседняя койка пуста. Потерев веки, она пригляделась: койка №5 и впрямь пустовала. Да и шестая кровать, где должен был спать Шэнь Су, тоже была не тронута.
«Чего это они подскочили ни свет ни заря?»
Тут взгляд Ся Ваньвань упал на стену. Оба парня сидели на стульях, закутавшись в куртки, и с закрытыми глазами… дремали?
Зачем бросать нормальную постель? Встать в такую рань только ради того, чтобы скрючиться на жестких стульях?
Ради чего?
Ся Ваньвань искренне не понимала.
Утренний свет мягко заливал деревянный пол палаты. Проснулись остальные трое на кроватях, зашевелились и полуночники у стены. Ся Ваньвань не выдержала:
— А вы чего на кроватях не спали?
Отличный вопрос!
С Шэнь Су мгновенно слетели остатки сна.
Ши Юй еще раздумывал, стоит ли посвящать остальных в ночные события, но напарник уже взял инициативу в свои руки.
— Да мы ночью вообще глаз не сомкнули, — лениво потягиваясь, произнес Шэнь Су. Он поднялся на ноги и многозначительно обвел взглядом больничные койки. — И кое-что выяснили.
Ся Ваньвань проследила за его взглядом. «Да что не так с этими кроватями? Чего он на них пялится?»
Любопытство разгорелось с новой силой:
— Что выяснили?
Шэнь Су посмотрел на нее с преувеличенным сомнением:
— Лучше вам не знать. Еще испугаетесь.
Отличный ход. Заинтриговать он умел мастерски.
Чем сильнее Шэнь Су отнекивался, тем больше Ся Ваньвань хотелось выведать правду:
— Да мне с утра система прислала уведомление! В двенадцать дня подведут итоги, и нас выпустят, — радостно выпалила она. — Мы же все равно уходим! Рассказывай, я не из пугливых. Что тут было? Призрак объявился, да?
Призраки действительно объявились.
И далеко не один.
Поддавшись на уговоры, Шэнь Су в красках расписал их ночные приключения.
О скрытой побочной ветке он, разумеется, умолчал.
Система не стала блокировать рассказ — видимо, потому, что для четверки Ся Ваньвань игра практически завершилась.
Когда Шэнь Су закончил, лица побелели не только у девушки, но и у остальных соратников по несчастью.
В следующее мгновение на кроватях не осталось никого.
Игроки мигом перебрались кто куда: на подоконник, на тумбочки, прямо на пол… Лишь бы подальше от матрасов.
Когда страсти улеглись, Лю Янь и остальные признались, что ночью никуда не проваливались, а значит, и уровень исследования не повысили ни на процент.
У Ши Юя и Шэнь Су уровень исследования так и замер на тринадцати и двенадцати процентах соответственно. Впрочем, теперь эти цифры не имели значения.
Условием скрытой побочной ветки было простое выживание: продержаться до конца срока.
Активация скрытой побочной ветки накинула им еще трое суток.
И эти три дня нужно было как-то пережить.
Возможно, из-за скорого расставания в палате повисла тяжелая, гнетущая тишина.
Она не рассеивалась вплоть до самого окончания основного задания.