— А если кто-то случайно увидит моё лицо? — спросил Ши Юй.
Неужели здесь всё как в старых костюмированных дорамах: первый, кто сорвёт покровы, обязан вести тебя под венец?
Впрочем, за этим вопросом кролся и вполне практический расчёт. В игровых мирах слова ключевых персонажей нередко служат прямым изложением механик, и Ши Юю требовалось чётко понимать, какими последствиями грозит разоблачение.
Служанка мгновенно сдвинула брови, став предельно серьёзной:
— В таком случае мы совершим тягчайший проступок. Каждого из нас ждёт суровая кара Его Величества.
«А, так накажут слуг, а не меня? Ну, тогда можно быть спокойным».
— А тот, кто меня увидит? — уточнил Ши Юй. — Какое наказание ждёт его?
— Если ваш лик зрит кто-то из принцев — неважно, случайно или намеренно, — его немедленно изгонят из королевства, и он навеки лишится права бороться за вашу руку. Если же ротозей окажется из числа подданных, его ждёт жестокая казнь.
Девушка выдержала паузу и продолжила:
— С тех пор как Вам исполнилось десять лет, видеть ваше лицо позволено лишь личным служанкам, когда они помогают одеваться. Даже Король-отец не вправе смотреть на Вас. В будущем сей взор дозволен исключительно вашему законному супругу.
Ши Юй промолчал.
«Вот оно как. Ну и дремучий же у вас феодализм».
Выходит, ему придётся, не открывая лица и старательно отыгрывая наивную дурочку с романтикой в голове, как-то вычислить напарников по команде. А те, на секундочку, тоже наряжены в совершенно чужие личины...
Тут уж не до выполнения основного квеста — разыскать бы своих.
— А мне самой ничего не грозит? — на всякий случай переспросил он.
— Ваше Высочество — зеница ока Его Величества, — с кроткой улыбкой отозвалась служанка. — Что бы Вы ни совершили, сердце государя не выдержит сурового наказания. Разве что слегка пожурит для порядка.
Ши Юй понимающе кивнул.
Раз «слегка пожурит», значит, головой платить не придётся. Король, судя по всему, ключевая фигура в этом инстансе. Выходит, у Ши Юя появляется своеобразный иммунитет?
Жаль только, что их реальные цели с безопасностью не имеют абсолютно ничего общего.
* * *
За четыре часа до этого отряд Шэнь Су прибыл в королевский город Ска, где их разместили во дворце Цзэгуан.
Столица впечатляла размахом: один лишь дворцовый комплекс насчитывал не меньше сотни резиденций. Каждому принцу, съехавшемуся на торжественный банкет, выделили по отдельным покоям.
Исключение составил лишь заместитель командующего Бога войны. Ему по статусу полагалось неотлучно находиться при своём покровителе.
Переступив порог дворца Цзэгуан, Шэнь Су первым делом отправился смыть с себя дорожную пыль. Первоначально возникла мысль разнежиться в тёплой ванне, но он вовремя отдёрнул себя: подобное барство совершенно не вяжется с образом сурового полководца. В итоге Шэнь Су ограничился быстрым освежающим душем и облачился в припасённый слугами наряд.
Строгий серебристо-серый фрак практически полностью лишался парчовой пышности и драгоценных оторочек, подчёркивая простое, крестьянское происхождение своего владельца.
Ещё по дороге в столицу Шэнь Су тщательно разложил по полочкам всё, что было известно об отведённой ему роли.
Непобедимого полководца звали Суйе. Он был сиротой, явившимся на свет в самом пламени войны, и младенцем попал в семью нищих землепашцев. Когда мальчику исполнилось семь, приёмные родители сгорели от болезни, и ребёнок отправился скитаться по свету. В двенадцать лет он прибился к войску, в пятнадцать — прославился в первой же битве, а дальше каждый шаг неумолимо возносил его на вершину воинской славы.
Сиротское детство закалило в Суйе молчаливую суровость, а громкий титул Бога войны воздвиг между ним и простыми смертными непреодолимую стену трепета.
Король королевства Ска души не чаял в своём главном военачальнике. В глазах двора именно Суйе обладал наибольшими шансами завоевать руку принцессы.
Именно из-за столь имбалансного статуса система и навесила на него жёсткое ограничение: запрещено проявлять инициативу и первым приближаться к принцессе.
Впрочем, Шэнь Су на это было плевать. До принцессы ему не было никакого дела — единственное, чего он жаждал, это отыскать Ши Юя и устроить в этом заведении достойную встряску.
Немного отдохнув, Шэнь Су прикинул время: до начала торжественного банкета оставалось ещё несколько часов. Он решил прогуляться по территории резиденции — вдруг удастся столкнуться с Ши Юем.
Стражники не чинили препятствий и свободно пропускали его, лишь вскользь обронили предупреждение: в замке могут околачиваться вражеские лазутчики, так что стоит держать ухо востро.
Однако статусу Бога войны вражеские шпионы вряд ли грозили. На родине его боготворили, а в сопредельных государствах при одном упоминании его имени враги трепетали от страха. Лазутчикам нужно быть полными безумцами, чтобы лезть к нему.
Обойдя с десяток внутренних дворов, Ши Юя он так и не встретил. Зато по пути попалось несколько «принцев», тоже прибывших на приём. Пара из них повадками до боли напоминала Цинь Кэ, ещё пара — Мо Ругуя. Шэнь Су с радостью проверил бы соратников секретным паролем, но за спиной неизменно маячил его заместитель, превращая любую попытку заговорить в невыполнимый квест.
К слову о заместителе... Этот Роэн выматывал все нервы!
Он таскался следом буквально по пятам. Даже когда Шэнь Су принимал душ, этот истукан караулил за дверью. Ни одна служанка в замке не проявляла такой собачьей преданности.
Шэнь Су уже раз пять делал ему прямые знаки отвалить.
Роэну было глубоко побоку.
Хотелось от души обматерить назойливого спутника, но жёсткий лимит — не больше трёх фраз в сутки — заставлял экономить слова. Тратить ценный ресурс на какого-то NPC казалось верхом транжирства.
Оставалось лишь с каменной миной изображать на лице глухое недовольство, стараясь не схлопотать предупреждение за нарушение характера.
* * *
Цинь Кэ казалось, что судьба над ним просто издевается.
У стражи дворца прозвучала чёткая реплика: «Возможно проникновение вражеских шпионов». Как опытный игрок, Цинь Кэ отлично знал: NPC в таких играх воздуха не сотрясают. Раз предупредили — значит, убийцы уже где-то рядом и, весьма вероятно, затаились в непосредственном окружении.
Опасность грозила на каждом шагу!
А по лору его персонажа — заместителя командующего — он обязан был защищать Бога войны даже ценой собственной жизни...
Стража же прямым текстом сказала: в замке небезопасно! Так какого чёрта этот пришибленный Бог войны шатается по всей территории?!
Цинь Кэ — всего лишь подчинённый, он не мог рявкнуть: «Слышь, сиди ровно в палатах и не отсвечивай!» А если нападёт враг? Ему что, действительно закрывать этого идиота своей грудью?!
Дохнуть ради бледного NPC Цинь Кэ не улыбалось ни разу. Вот и приходилось пасти его как привязанного.
Но больше всего бесило другое: этот чёртов военачальник смотрел на него как на говно!
Сука! Ты просто пиксельный NPC, с чего ты вообще возомнил себя пупом земли?!
* * *
Тем временем в трансляции Ши Юя зрители самозабвенно захлёбывались от восторга:
— * «О-о-о, женская версия нашей женушки — это просто отвал всего! Ы-ы-ы!»*
— * «Неужели такая красота вообще бывает на свете?!»*
— * «Шэнь Су пока даже не подозревает, какая у него тут неземная краля, а мы уже всё видим!»*
На стримах Шэнь Су и Цинь Кэ царила совершенно иная атмосфера:
— * «Мысли Шэнь Су: „Что за дебил за мной таскается?“ Мысли Цинь Кэ: „Что за долбоёб шароёбится по замку?“»*
— * «А-ха-ха-ха, они оба считают друг друга идиотами, я сейчас со смеху умру!»*
— * «Самое далёкое расстояние в мире — это не между жизнью и смертью. Это когда я стою прямо перед тобой, а ты мало того что меня не узнаёшь, так ещё и считаешь конченым дебилом!»*
— * «Цинь Кэ: „Почему ты меня не узнаёшь? Только потому, что я не твоя жёнушка?!“»*