В палате повисла двусмысленная, неловкая тишина.
Слова Шэнь Су легко могли навести на определенные размышления, однако если остальные и поддались бы иллюзиям, то уж точно не Ши Юй.
В прошлом Шэнь Су проделывал подобное с завидной регулярностью: он намеренно бросал фразы с прозрачными намеками, заставляя окружающих думать, будто между ними царит нерушимая дружба:
— Прости, у меня уже назначена встреча. С кем? Разумеется, не с кем-то чужим — лучший друг у меня только один.
— Вчера был обычный семейный ужин. Мы собрались вместе с дядей Ши и его родными. Да, наши семьи всегда были очень близки.
И так далее, до бесконечности.
Подобные выходки в свое время доставили Ши Юю немало хлопот. Дело не ограничивалось просьбами передать любовные письма, завтраки или подарки ручной работы — его постоянно донимали расспросами о контактах Шэнь Су и расспрашивали о его личной жизни.
Ши Юй искренне недоумевал: почему воздыхатели Шэнь Су предпочитали действовать через него, человека отстраненного и холодного, если сам Шэнь Су — неизменно лучезарный и приветливый — казался куда более доступным для общения?
Этот вопрос оставался без ответа по сей день.
В те времена Ши Юй классифицировал поведение Шэнь Су исключительно как попытку насолить и добавить ему проблем.
Впрочем, неприятности были обоюдными.
Желающих передать весточку Ши Юю через Шэнь Су тоже хватало. Вот только ни единого любовного послания адресат так и не увидел — куда именно они исчезали, оставалось тайной.
В самый разгар этой гнетущей паузы в палату заглянула медсестра и позвала всех на процедуры.
Реабилитационный центр располагался в лечебно-диагностическом корпусе, прямо за стационарным корпусом №1. Между зданиями раскинулся сад.
Там росли вечнозеленые кустарники и кусты роз, еще не успевшие зацвести в это время года. По обе стороны вымощенной плиткой дорожки зелень была аккуратно подстрижена; рабочий в спецовке деловито поливал газон из шланга.
Ступив в сад, Ши Юй ощутил внезапный озноб — то ли из-за сырости от мокрой травы, то ли по иной причине, хотя высоко в небе сияло яркое солнце.
Медсестра провела их через сквер и поднялась на второй этаж лечебно-диагностического корпуса, где находилось отделение реабилитации.
Обычно подобные курсы требовались пациентам с неврологическими нарушениями — после инсультов или параличей, — либо больным травматологического профиля с переломами и контрактурой суставов.
Зачем реабилитация понадобилась шестерке игроков с их диагнозами?
Ши Юю было искренне любопытно.
К тому же все их болезни были фикцией — как именно врачи собирались их «восстанавливать»? Неужели заставят пить таблетки и поставят капельницы?
Реальность игрового мира оказалась куда причудливее настоящей больницы.
В коридоре отделения виднелись три двери с табличками: «Кабинет реабилитации №1», «Кабинет реабилитации №2» и «Кабинет реабилитации №3». Внутрь пускали строго по одному, поэтому шестерым игрокам пришлось разделиться на две очереди.
Первыми на прием отправились Чэн Цзяньшу, Лю Янь и Ся Ваньвань. Звукоизоляция в кабинетах оказалась отменной: снаружи не доносилось ни единого звука.
Минут через тридцать наружу вышел Чэн Цзяньшу. Прежде представительный мужчина средних лет теперь выглядел потрепанным: на некогда безупречной одежде виднелись свежие пятна. Линь Яжун шагнула к нему с вопросом, но тот, едва раскрыв рот, метнулся к урне и зашелся в мучительной рвоте.
Следом показался Лю Янь. Пальцы парня кровоточили — он с мясом ободрал заусенцы, а ногти были сгрызены до неровных огрызков. Впрочем, рассудок он сохранил и тут же поделился пережитым:
— У меня же в карте тревожное расстройство... Так вот, местный врач якобы взялся за психологическую разгрузку, а сам без перерыва нагнетал панику. Да нет у меня никаких проблем с психикой!
Чэн Цзяньшу, обессилев от тошноты, опустился на скамью в коридоре и лишь спустя несколько минут перевел дух:
— Меня заставили в один присест сожрать шестидюймовый кремовый торт.
В обычной жизни он строго ограничивал сахар и соль, так что ударная доза сладкого мгновенно скрутила желудок.
Ся Ваньвань покинула кабинет последней. Девушка пребывала в глубочайшей прострации — замкнулась, опустила голову и не проронила ни слова, превратившись в классический образец тяжелой депрессии.
Настала очередь второй тройки. Линь Яжун скрылась в кабинете №1.
Ши Юй и Шэнь Су уже выбрали себе по двери, но путь им преградила медсестра:
— У вас одинаковый диагноз. Оба в кабинет №2.
Ши Юй замер в недоумении.
Шэнь Су приподнял бровь.
Они переглянулись и тут же синхронно отвели взгляды с неприкрытым отвращением.
Больного диабетом Чэн Цзяньшу насильно закормили тортом, тревожного Лю Яня довели до нервного срыва, а жизнерадостную Ся Ваньвань погрузили в чернейшую тоску...
Ши Юй без труда догадался, какую терапию приготовили для их диагноза.
Предчувствие не обмануло. Сидящий за столом врач средних лет мельком глянул в медицинские карты и кивнул на две кушетки для электросудорожной терапии в глубине кабинета:
— Ложитесь. Первый сеанс будет продолжительным, в дальнейшем скорректируем длительность в зависимости от динамики.
Шэнь Су не стал сопротивляться. Он лениво потянулся и устроился на ближней кушетке. Ши Юй молча занял соседнюю. Подошедшие медсестры зафиксировали их конечности ремнями, расстегнули пуговицы больничных пижам и закрепили на телах электроды.
Прямо перед кушетками стоял телевизор.
Пока персонал заканчивал приготовления, доктор монотонно зачитывал правила:
— Во время сеанса вам будут демонстрироваться видеоматериалы. Оборудование подключено к мониторам слежения, фиксирующим физиологические показатели. При превышении допустимых значений аппарат подаст корректирующий электрический разряд через электроды. Опасаться нечего: сила тока минимальна и не нанесет организму непоправимого вреда. Главное условие — не закрывать глаза и не отводить взгляд от экрана, иначе процедуру придется начать заново.
Щелкнул пульт, и на экране замелькали кадры.
Это был фильм определенного жанра — исключительно для мужчин соответствующей ориентации.
Шэнь Су издал короткий, двусмысленный смешок.
Врач нахмурился:
— Есть вопросы?
— Никаких, — Шэнь Су расплылся в послушной улыбке. — Доктор, я буду образцовым пациентом. Очень хочу поскорее выздороветь.
Мужчина остался доволен ответом и жестом велел медсестрам запускать аппарат.
Сеанс длился целый час.
Все это время Ши Юй лежал с непроницаемым лицом, тогда как Шэнь Су смотрел на экран с живейшим интересом, время от времени отпуская едкие комментарии.
Беспрестанная болтовня откровенно раздражала врача. Однако Шэнь Су не сводил глаз с экрана, не нарушая инструкций, а запрета на разговоры в регламенте не значилось. Доктору оставалось лишь молча подавлять глухое бешенство.
Но куда сильнее его выводило из себя другое: за весь сеанс датчики на обоих мониторах ни разу не зафиксировали скачка показателей. Кривые на экранах оставались практически плоскими.
Врач проверил контакты, перенастроил мониторы, но техника работала исправно. Лицо его окончательно потемнело.
Ни один гомосексуал еще не лежал под этими электродами с абсолютным, невозмутимым штилем в показателях!
Ремни расстегнули. Стоило Ши Юю сесть и потянуться к присоскам на груди, как врач резко оборвал его:
— Стоять.
Впервые в карьере столкнувшись с подобным фиаско, доктор помрачнел до черноты:
— Случай нестандартный. Потребуется дополнительная мера воздействия.
Они поднялись с кушеток, не снимая датчиков.
Врач встал между ними:
— Подойдите ближе. Еще на два шага вперед. Повернитесь лицом друг к другу. Сократите дистанцию.
Шэнь Су вел себя как образцово-показательный больной: послушно выполнял каждую команду, ничуть не смущаясь тем, что перед ним стоит заклятый враг.
Ши Юю претила мысль находиться настолько близко к Шэнь Су и лицезреть его раздражающую физиономию. Однако навлекать на себя гнев ключевого персонажа в первый же день испытания было неразумно, и он подчинился.
Когда расстояние между их лицами сократилось до полуметра, доктор внезапно вскинул руки и с силой надавил обоим на затылки.
Они с размаху столкнулись губами.
* * *
Чат трансляции мгновенно взорвался:
[???]
[Мать честная! Вот это поворот! У меня челюсть отпала!]
[Это точно можно показывать бесплатно?! Я сплю или как?! А-а-а-а-а!]
[Доктор сделал то, о чем все только мечтали! шок.jpg]
[Насильно свести пейринг — буквально!]
* * *
Ши Юй с неподдельным ужасом оттолкнул Шэнь Су.
В голове не укладывалось, как среди бела дня медицинский работник мог выкинуть подобное непотребство. Впрочем, стоило вспомнить, что это всего лишь игра, а перед ним бездушная программа, как градус возмущения немного спал.
Легче от этого не стало. Сам факт поцелуя с давним противником вызывал острое отвращение — Ши Юй резко отвернулся и принялся ожесточенно тереть губы рукавом.
Шэнь Су явно не ожидал от «дополнительной терапии» такого размаха. Опешив на пару секунд после толчка, он небрежно провел указательным пальцем по губам и кончиком языка тронул разбитый о чужие зубы уголок рта.
Из кабинета реабилитации №2 они вышли один за другим.
— Наконец-то!
— Вы в порядке?
Ожидавшая в коридоре троица тут же бросилась навстречу. Ся Ваньвань, успевшая прийти в себя благодаря поддержке Лю Яня, встревоженно переводила взгляд с одного на другого.
Выглядели они странно, хотя уловить суть этой перемены с первого взгляда не удавалось.
— Почему так долго? Что они с вами делали? — не унималась девушка.
Больничная пижама Ши Юя была застегнута на все пуговицы, держался он ровно, вот только лицо оставалось темнее грозовой тучи. Мазнув холодным взглядом по напарнику за спиной, он бросил:
— У него спроси.
Шэнь Су никогда не лез за словом в карман. Будто только что вынырнув из глубокой задумчивости, он в мгновение ока нацепил привычную беззаботную улыбку:
— Да пустяки, обычная электротерапия. Не переживайте.
Ся Ваньвань испуганно ахнула:
— Я читала про закрытые центры конверсионной терапии... Там пациентов тоже бьют током. Это же безумно больно, да?
— Ну как сказать... — Шэнь Су на секунду опустил ресницы и мимолетным жестом вновь коснулся губ. — Ощущения действительно специфические.
Ши Юй выразительно покосился на него.
Их привязали к кушеткам, но разрядов они так и не получили. Зачем этот тип откровенно врал на ровном месте?
Впрочем, встревать и опровергать чужие слова Ши Юй не собирался.
Взгляд Ся Ваньвань невольно зацепился за жест Шэнь Су: кажется, он трогал губы и в тот момент, когда переступил порог кабинета?
Зачем постоянно касаться рта?
Она резко перевела взгляд на Ши Юя.
Картинка наконец сложилась.
У обоих парней губы были заметно припухшими и неестественно алыми.
* * *
После того как ведущих игроков рейтинга принудительно столкнули лбами, зрители в чате долго не могли прийти в чувство. Лишь теперь сообщения стали обретать подобие связности.
[Кажется, сестренка Ся обо всем догадалась!]
[Ее лицо прямо сейчас — это мое лицо десять минут назад!]
[Стоп, током их не било, зачем Шэнь Су наплел про боль? Ничего не понимаю.]
[Может, наш лучезарный соседский паренек на самом деле тот еще манипулятор с двойным дном?]
[А вдруг он не соврал? Неужели никто не заметил, как в момент поцелуя скакнули датчики на мониторе?]
[ЧТО-О-О?!]