Мо Ругуй произнёс эти слова, и Верховный правитель ответил далеко не сразу. Затянувшаяся пауза заставила окружающих подумать, не отвлёкся ли он.
Однако под скрывавшей лицо маской его глаза — мерцающие не то серебром, не то жидким золотом — оставались абсолютно холодными.
— Правила просты, — правитель сделал знак слуге, и тот принёс прозрачный ящик, доверху набитый мятыми бумажными записками. — На каждом клочке написано одно задание. Победитель раунда вытягивает жребий и решает, кто его выполняет: он сам или проигравший. Отказаться или оспорить выбор нельзя. Сыграем?
Вокруг послышались сдавленные вздохи.
В дружеской компании подобная забава лишь добавила бы веселья. Но когда перед тобой правитель роботов, невинная игра превращается в опасную неизвестность. Правила устанавливает он, записки готовили его люди — откуда знать, что там написано? Вдруг выпадет приказ покончить с собой?
Никто за всю историю Ночи безумства не дерзал выходить один на один против Верховного правителя. Это было не просто рискованно, а абсолютно бессмысленно: праздник давал отличную возможность пощекотать нервы за счёт системы, а проигрыш главнокомандующему гарантировал проблемы лично тебе.
Толпа обступила стол плотным кольцом. Одни смотрели на Мо Ругуя как на героя-смельчака, другие — как на законченного безумца. Сам же Мо Ругуй оставался безучастен.
И с тем же безучастием продул первую же партию.
Губы правителя под маской слегка изогнулись:
— Сдаюсь твоему мастерству.
Мо Ругуй лишь молча перевёл дыхание.
— Прежде чем приступить к наказанию, надевай, — правитель протянул изящный металлический обод. — Раз уж это кара, фальшь недопустима. Это браслет-детектор лжи. Соврать не выйдет — сразу загорится индикатор.
Пока правитель неторопливо крутил в руках прибор, Мо Ругуй без лишних слов выхватил его и застегнул на запястье.
— Я никогда не лгу, — произнёс он.
Улыбка на губах правителя угасла. Несколько секунд он молча разглядывал соперника, затем наугад вытащил из ящика бумажный комок, развернул его и прочёл:
— «Опиши своё первое впечатление об оппоненте. То есть обо мне».
Зрители ошеломлённо замерли. Мо Ругуй тоже на мгновение застыл.
И это всё? Обычный вопрос из детской игры?
Но если вдуматься: правитель и так брал на себя все расходы праздника, ему не требовалось заставлять гостей страдать. Игра создавалась ради чистого развлечения.
Поразмыслив пару мгновений, Мо Ругуй уточняюще переспросил:
— Первое впечатление за сегодня? Или... с нашей самой первой встречи?
— Записка сформулирована не совсем точно, — правитель отбросил бумажку на стол, вальяжно откинулся на спинку кресла и отпил из пиалы, наблюдая за собеседником как за редким экспонатом. — Что ж, расскажи о первой встрече.
— Красивый, — отчеканил Мо Ругуй.
Правитель едва не поперхнулся чаем.
В толпе снова дружно ахнули. Сказать правителю роботов в лицо, что он «красивый» — это всё равно что прилюдно заигрывать с опаснейшим существом во вселенной. Человек умудрился превратить безобидный вопрос в смертельный номер.
Однако светодиод на браслете-детекторе лжи даже не мигнул.
Чистая правда. Но какова дерзость!
Впрочем, правитель не стал развивать тему, и наказание сочли выполненным. Толпа, мало знакомая с характером своего повелителя, неожиданно прониклась к нему симпатией: надо же, какой великодушный, снисходительный и щедрый.
В следующей партии победа досталась Мо Ругую.
Вытянутая им записка гласила:
[Поделись тайной, о которой твой соперник не знает]
— Тайна, значит... — правитель устремил взгляд куда-то вдаль. — Дай-ка мне подумать.
Он выдержал паузу, но так ничего и не назвал.
— Может, тогда я скажу? — предложил Мо Ругуй.
— Ого, — с наигранным изумлением отозвался правитель. — Кто-то рвётся принять наказание за меня? Что ж, не буду мешать чужому порыву. Говори.
— Когда-то у меня был близкий друг, — медленно начал Мо Ругуй. — Между нами возникло глупое недопонимание. Он решил, будто я его ненавижу. Посовершал кучу безумств и навсегда исчез из моей жизни. Не знаю, о чём он думал... Ведь на самом деле никакой ненависти у меня к нему не было.
Пальцы правителя, сжимавшие пиалу, на миг напряглись, а затем расслабились. Губы его дёрнулись, словно в попытке изобразить насмешку, но улыбка так и не появилась. Голос прозвучал сухо и холодно:
— К чему ты рассказываешь мне эти истории о своём друге?
— Это мой секрет, — Мо Ругуй выдержал прямой взгляд серебристых глаз. — На моей родине все убеждены, будто я искал его ради мести. Но я искал его только для того... чтобы найти.
— Ясно, — отрезал правитель, прерывая тему. — Продолжим.
Третий раунд остался за правителем. В его записке значилось:
[Если бы тебе дали второй шанс, захотел бы ты познакомиться со мной снова?]
Правитель сжал бумажку в кулаке и медленно поднял глаза на Мо Ругуя. На этот раз пауза затянулась. Мо Ругуй долго размышлял, взвешивая каждое слово, после чего произнёс коротко:
— Нет.
Он открыл было рот, желая что-то добавить, но правитель тихо хмыкнул и поднялся с кресла, повернувшись к нему спиной.
— Я играю только три партии. Лимит исчерпан. Если хочешь продолжать — ищи другой стол.
Он сделал несколько шагов, затем остановился и бросил через плечо:
— Думаю, твой друг предпочёл бы, чтобы ты его ненавидел. По крайней мере... ненависть не позволяет подвести черту и расплатиться со счетами.
Мо Ругуй больше не притронулся к картам. Он ушёл в тёмный уединённый угол, где к нему вскоре присоединилась Ифу. Ши Юй ещё недавно был неподалёку, но после окончания игры лишь коротко кивнул Мо Ругую и сгинул в толпе.
Вспоминая первые дни знакомства с Цзян Лююэ, Мо Ругуй находил его чистым и простым юношей, выживавшим в апокалипсисе лишь благодаря феноменальной грубой силе. Тогда ему казалось, что он досконально изучил характер парня. Но с годами эта уверенность таяла. Чем дольше они были знакомы, тем меньше он понимал Цзян Лююэ.
Он не понимал причин его вспышек гнева, не понимал, почему тот отказывался слушать объяснения, не понимал большинства его поступков... Вот и сегодня — он понятия не имел, что творится в голове у правителя.
И если Мо Ругуй пребывал в смятении, то Ифу искренне недоумевала.
— Ну и тоска эта ваша игра!
Мо Ругуй молчал.
— Даже банальная «Правда или желание» в тысячу раз интереснее! Там хоть испытания есть, а у вас — сплошные разговоры. Чем это отличается от обычного допроса?
Мо Ругуй ничего не ответил — возразить по существу было нечего.
— Лучше бы подрались! — вынесла вердикт девушка.
В чате её трансляции царило абсолютное единодушие:
«Ору в голос! Ифу — чисто стальной монолит! Пока между этими двумя искры летают, наша девчонка думает только о махаче!»
«Тут же подтекст нужно читать! Куда ей, она же кремень. А вот старые фанаты прямо сейчас празднуют Новый год!»
«Постойте, разве Ифу не сохнет по Мо Ругую? Если они реально бывшие, ей же больно!»
«Да бросьте, вы плохо знаете нашу Ифу! Её единственная цель — победить Великого мастера Мо, стать круче Великого мастера Мо и превзойти его! Какая ещё любовь, о чём вы!»
«Ахахаха, точно! В точку сказано!»
На одном из столов как раз устроили состязание по боевым искусствам — правда, из-за тесноты зала сражались с помощью ментальной проекции. Ифу, побурчав немного, рванула туда.
Именно тогда Мо Ругуй заметил, что Ши Юй окончательно пропал.
Поединок «один на один» Ифу показался скучным, и она вызвалась против группы. Офицеры Империи и воины ранга A покорно выступали в роли груш для битья. Впрочем, даже воображаемый бой отнимал немало сил, а проигрывать толпой против одной девчонки было стыдно до крайности.
Одержав несколько побед подряд, Ифу осталась без соперников — желающих подставляться больше не нашлось.
— Мо Ругуй, давай со мной! — крикнула она в сторону угла.
Толпа, восхищённая её безупречным мастерством, расступилась... но в углу уже никого не было.
* * *
На втором этаже располагались гостевые покои. Мо Ругуй поднялся по лестнице.
В длинном коридоре висела гулкая тишина. Мягкий ковёр глушил шаги, и лишь снизу едва доносились глухие басы праздничной музыки. Мо Ругуй достал сигарету.
Он давно бросил курить. Но именно сейчас нестерпимо захотелось сделать затяжку.
Он и сам не мог сказать, искал ли он Ши Юя или просто воспользовался предлогом, чтобы уединиться.
Не успел он щёлкнуть зажигалкой, как из глубины коридора донеслись шорохи. Спрятав сигарету, Мо Ругуй двинулся на звук. В самом конце, у незапертой двери пожарного выхода, в полумраке прохаживались две сплетённые тени.
Они целовались.
Мо Ругуй мельком мазнул взглядом по парочке и торопливо повернул назад. Но не успел он сделать и десятка шагов, как дверь одной из комнат распахнулась, и чья-то сила втащила его внутрь.
В этот момент на этаже появилась напевающая Ифу. Она прошагала по коридору, тоже намереваясь уйти, как вдруг уловила шорохи в конце галереи.
Зрители в её стриме изошли на отчаяние:
«Малышка, не ходи туда! Только не туда! Ты пожалеешь!»
Ифу, естественно, пошла. И тут же с позором ретировалась.
Отбежав на пару метров, она резко затормозила. Её внимание привлекла приоткрытая дверь одной из комнат.
Чат взрывался от предостережений:
«И туда нельзя! Ты же ещё ребёнок, у тебя глаз выпадет!»
Ифу не видела сообщений. Её логика была проста: все двери закрыты, одна приоткрыта — значит, там скрывается тайна! Она заглянула внутрь.
А затем, зажмурившись, выскочила обратно и прибавила ходу так, будто за ней гнались все монстры инстанса.
В чате наступила пауза, сменившаяся сочувственным воплем:
«Любопытство сгубило кошку... Бедная Ифу, дважды подряд наткнуться на чужие нежности!»
«Срочно повесьте табличку: "Ахтунг, мужская любовь!"»
* * *
В конце коридора Ши Юй честно пытался оттолкнуть Шэнь Су, но всякий раз его сопротивление натыкалось на непреодолимую силу. Он хотел сказать, что рядом кто-то есть, но вокруг действительно было пусто, так что в итоге он просто сдался.
Лишь когда воздух в лёгких окончательно иссяк, Шэнь Су отстранился.
— Нас засекли, — Ши Юй вытер губы тыльной стороной ладони, косясь на угол коридора. Прохожие уже скрылись, но он чётко слышал две пары шагов.
Шэнь Су ослабил хватку, но из объятий его не выпустил, поджав губы и удерживая Ши Юя между своим телом и холодной стеной.
— Я думал, первым делом ты спросишь, как я здесь оказался.
Ши Юй давно привык к подобным выходкам. Он смерил партнёра долгим взглядом:
— Будто ты когда-то отличался примерным послушанием.
Шэнь Су ухмыльнулся, склонив голову:
— Твоя правда.
Спустя мгновение он отступил:
— Ладно, я пойду. Мне нельзя долго здесь светиться.
Ши Юй кивнул:
— Угу. Мне тоже пора вниз, и так задерживаюсь.
Они разошлись в разные стороны.
Однако Шэнь Су не ушёл. А Ши Юй вовсе не собирался возвращаться в банкетный зал.
Ши Юй направился в боковой павильон — Верховный правитель незадолго до этого покинул праздник, и Ши Юй рассчитывал застать его там. Стражники у дверей сообщили, что правитель ещё не возвращался, но велел передать, чтобы Игрок №5 подождал внутри.
Ши Юй опустился на диван и внезапно столкнулся взглядом с Шэнь Су, который притаился за большим стеклянным стеллажом.
Ши Юй: «...»
Шэнь Су: «...»
Чат обоих стримов забился в экстазе:
«Ахахаха, вот это сюрприз! Вот это совпадение!»
«Я орю как резаный!»
«Шли разными дорогами, а пришли в одну точку! Цели разные, а объект один!»
«Какая сыгранность! Идеальная пара!»
— У меня что-то с горлом... Не могли бы вы приготовить отвар с грушей и засахаренным имбирём? — обратился Ши Юй к охраннику, отсылая его подальше.
Как только дверь закрылась, Шэнь Су выбрался из своего укрытия.
Они заговорили одновременно:
— Ты же ушёл?
— Ты же пошёл в зал?
Ши Юй: «...»
Шэнь Су: «...»
— Сегодня днём моя усиленная форма достигла ста процентов, — произнёс Шэнь Су, убирая с лица лёгкую улыбку. — Я выбрал это место только ради того, чтобы не задеть невиновных.
Ши Юй молча смотрел на него несколько секунд, затем тихо проговорил:
— Знаешь... В один прекрасный день я внезапно понял, что не могу умереть.
Шэнь Су ничуть не удивился. Он методично проанализировал:
— Бессмертие внутри инстанса — скверный знак. Это значит, что мир игры постепенно поглощает тебя. Чем глубже ассимиляция, тем сложнее вернуться в реальность.
— И ради того, чтобы быстрее закрыть этот инстанс, ты ежедневно доводил себя до предела, форсируя подготовку?
— А сам ты не рисковал жизнью, отправляясь на встречу с правителем в одиночку? — голос Шэнь Су заметно похолодел. Он сделал шаг вперёд. Ши Юй отступил, но Шэнь Су настиг его, нависая сверху: — Ты ведь и сегодня договорился с ним о встрече? Какую сделку ты с ним заключил?
Ши Юй не выдержал и коротко хмыкнул от возмущения:
— А ты? Какую сделку ТЫ заключил с Системой?
В комнате воцарилась звонкая тишина — казалось, слышно было даже размеренное биение сердец.
* * *
Несколько часов назад. Подвал на изолированном острове.
На синем мониторе непрерывно вспыхивали алые тревожные транспаранты:
[Усиление не удалось]
[Текущий прирост: 0%]
[Общий прогресс: 99.99%]
[Усиление не удалось]
[Текущий прирост: 0%]
[Общий прогресс: 99.99%]
В голове Шэнь Су раздался бестелесный голос:
«Эликсир, который я тебе дал — это недостающие ноль-целых-одна-сотая процента. Пей. При стопроцентном усилении в этом мире тебе не будет равных. Сегодняшняя ночь — идеальный момент... Но помни: за всё приходится платить. Не забудь условия нашей сделки».
Перед тем как выпить эликсир, Шэнь Су спросил:
«Ты ведь не можешь напрямую вмешиваться в этот инстанс. Как тебе удаётся выходить со мной на связь?»
«Ядро этого мира — Цзян Лююэ. Но прямо сейчас... его воля пошатнулась».
* * *
Шэнь Су молчал.
— Как ты догадался? — спросил он наконец.
Ши Юй смотрел куда-то сквозь партнёра, будто погрузившись в собственные мысли, но говорил чётко и взвешенно:
— Ты утверждал, что попал сюда благодаря купону десантируемого гостя из прошлых наград. Но откуда бы взять именно тот предмет, который тебе жизненно необходим? Столько совпадений не бывает. Значит, кто-то предоставил его тебе или ты выменял его на что-то ценное.
— Собственно, я начал подозревать неладное, когда в начале испытания заблокировали большинство предметов. Сначала это казалось обычным усложнением, но потом выяснилось, что главный БОСС этого мира — Цзян Лююэ, занимающий первую строчку в рейтинге... — Ши Юй сделал небольшую паузу. — Не знаю, каким образом он перехватил контроль над инстансом и вывел его из-под власти Системы. Но Система ни за что не потерпит подобного произвола.
— Чтобы вернуть контроль, Системе требовался проводник внутри испытания, ведь сама она войти сюда не способна.
Ши Юй медленно повернул голову, и его фокус вернулся к лицу Шэнь Су. Он произносил слова неторопливо, чеканя каждый звук:
— А тут как раз нашёлся человек, яростно рвавшийся в этот инстанс. Вы просто нашли друг друга.
Он выдержал паузу и тихо спросил:
— Я хочу знать только одно... Какую цену тебе пришлось заплатить?