С какой стати он вдруг стал стримером?
Да ещё и успешно подписал контракт?
И почему сам «подписавший» ни сном ни духом об этом не ведает?
Голографический экран не собирался отвечать на терзавшие Ши Юя вопросы. Текст перед глазами продолжал невозмутимо прокручиваться:
[Игровой инстанс: «Больница Синьчэн»]
[Время прохождения: 7 дней]
[Уровень исследования: 0]
[Предыстория: Больница Синьчэн — это многопрофильное медицинское учреждение с передовым техническим оснащением. Больница располагает высококвалифицированным персоналом и образцовой хозяйственной службой, ежегодно принимая на работу тысячи выпускников вузов. На протяжении последних десяти лет процент увольнений здесь остаётся самым низким в отрасли. Врачи всех отделений ведут круглосуточный приём без перерывов на праздники и выходные, всецело обеспечивая потребности граждан в медицинской помощи. Больница удостоена почётного звания «Народное признание».]
[Подсказка: Для прохождения инстанса необходимо набрать 100% уровня исследования.]
(Примечание: Стримерам-новичкам при первом прохождении достаточно набрать 80%.)
[Приятной игры!]
— Смотрите внимательно: посередине карты есть квадратный выступ. Нажимаешь один раз — всплывает голографический экран, нажимаешь дважды — пропадает, — пояснил Лю Янь, повертев чёрную магнитную карту в руках. — Тут есть правила, личный профиль и даже стрим-канал. Можете покликать, разобраться. Только, похоже, каждый видит лишь собственный дисплей.
Едва завершилась прокрутка вводного текста, интерфейс послушно переключился на тот самый личный профиль. Ши Юй пробежал глазами собственные данные:
[Имя стримера: Ши Юй]
[Количество пройденных инстансов: 0]
[Уровень стримера: 0]
[Подписчики: 10 567]
В левом верхнем углу виднелась кнопка «Мой стрим-канал». Ши Юй коснулся её.
[Внимание: во время игры вход на собственный стрим-канал запрещён.]
[Запись трансляции будет доступна после завершения инстанса.]
Несколько секунд Ши Юй озадаченно сверлил взглядом счётчик аудитории. У новичка попросту не могло быть такой толпы зрителей. Он не удержался и негромко уточнил:
— В этой игре подписчиков что, бесплатно накручивают?
— А? — опешил Лю Янь.
Он поднял голову, недоумённо уставился на Ши Юя, затем вновь скосил глаза на свой экран и неуверенно протянул:
— Да вроде… У меня всего двое. На одного я сам подписался, а второй, наверное, как раз системный подарок.
Ши Юй мельком оглядел парня.
Судя по внушительной мускулатуре, смуглой коже и высокому росту, Лю Янь явно учился на спортивном. Черты лица у него были самые заурядные, а короткая армейская стрижка делала внешность ещё проще.
Линь Яжун и Чэн Цзяньшу тоже заглянули в свои профили — у обоих счётчик едва перевалил за сотню.
— Значит, мне щедрее отсыпали! — оживилась Ся Ваньвань. Она плюхнулась на койку к Лю Яню и пихнула того локтем. — У меня больше девяти сотен, ого, уже целая тысяча набежала! Хотя, может, это не боты? Вдруг нас и правда кто-то смотрит? Но два подписчика — это ты, конечно, мощно дал!
— Один, — поправил её Лю Янь. — Второй — я сам.
Ся Ваньвань не выдержала и прыснула:
— Ха-ха-ха-ха! Да не переживай ты, вырастут ещё твои подписки! Ха-ха-ха… — Кое-как утешив своего парня, она с любопытством повернулась к Ши Юю: — А у тебя сколько?
— Чуть больше десяти тысяч, — ровно ответил тот.
Смех Ся Ваньвань мгновенно оборвался.
Воздух в палате словно загустел.
— Да примерно столько же, — послышался невозмутимый голос с соседней койки.
Шэнь Су сидел по-турецки, с громким хрустом раскусывая леденец, и, видимо, решил разрядить повисшую неловкость:
— Мне система тоже подкинула тысяч восемь с лишним.
После этой реплики атмосфера почила окончательно.
В палате воцарилась гробовая тишина.
До Ши Юя донёсся тонкий аромат сладкого апельсина, исходивший от чужой карамели. Он едва заметно отодвинулся на противоположный край постели. Все личные вещи у них отобрали — оставалось только гадать, каким чудом этот тип умудрился протащить сюда сладости.
Ши Юй мысленно вернулся к правилам.
Пока расклад вырисовывался следующий:
1. Больница Синьчэн — образцовое многопрофильное заведение с круглосуточным приёмом, безупречной репутацией у населения и минимальной текучкой кадров.
2. Срок пребывания — семь дней.
3. Условие победы — набрать 100% уровня исследования, для новичков порог снижен до 80%.
Именно этот показатель определял выживание.
Но что именно разработчики понимали под «исследованием»?
Если бы речь шла о банальном осмотре всех помещений, задача не составила бы труда. Однако поведение медсестры, силой вернувшей его в палату, ясно давало понять: пациентам строго запрещено слоняться без присмотра. Следовательно, простым обходом территории тут не обойтись.
Пока новички разглядывали панели управления, в дверь дважды постучали. На пороге возникла медсестра:
— Приготовьтесь. Через десять минут выдвигаемся в реабилитационный центр на процедуры. Не забудьте взять свои медицинские карты.
Процедуры?
Значит, их выпустят из палаты?
А снаружи появится шанс найти зацепки. Ши Юй тут же сунул чёрную магнитную карту в карман и поднялся на ноги. В то же мгновение с соседней постели спрыгнул Шэнь Су. Они встали почти синхронно.
Взгляды скрестились.
И тут же с подчеркнутым равнодушием разошлись в разные стороны.
Ши Юй лишь молча поджал губы.
— Кстати, кажется, карта болезни — это та бумажка на спинке койки, там диагноз написан, — подал голос Лю Янь. Покрутив лист в руках, он с любопытством спросил: — У меня тревожное расстройство, а у Ваньвань — депрессия. А у вас что?
Остальные тоже потянулись к своим бланкам. У Линь Яжун значилось сердечное заболевание, у Чэн Цзяньшу — диабет.
Сам Ши Юй с юности мучился желудком, страдал от гипогликемии, а из-за хронического недосыпа последних месяцев заработал лёгкое нервное истощение. Он ожидал увидеть что-то из этого списка, но, развернув лист, замер.
Диагноз: гомосексуализм.
Ши Юй онемел.
Шэнь Су достал сложенную карточку из кармана больничной пижамы и мельком глянул на диагноз. Там красовалась абсолютно та же запись.
Шэнь Су онемел вслед за ним.
* * *
С того момента, как двое новичков ворвались в топ раздела внешности главного холла игры и безжалостно сместили с пьедестала самого Му Чжуо, чат трансляции буквально разрывало от сообщений:
[Первый и второй номер сто пудов знакомы! Не спорьте, женскую интуицию не обманешь.]
[Ну… знакомы-то знакомы, но тёрки между ними явно есть. Они с самого начала игры друг другу слова не сказали.]
[Будем честны: то, что оба чисто «случайно проходили» мимо Озера Влюблённых, уже само по себе подозрительно. А уж их синхронное «мы не знакомы» — чистой воды показуха!]
[Народ, вы не заметили закономерность? В этот инстанс затягивает парами! Молодые влюблённые, супруги в возрасте… У меня тут возникла одна смелая догадка!]
[Да хорош тебе выдумывать, на экран смотри! Проходимость этой локации — жалкие семнадцать процентов. Тут одни новички собрались, лягут всем составом, к гадалке не ходи.]
[Ы-ы-ы, только не это! Паренёк с первого места такой красивый! Не хочу, чтобы он помер, куда задонатить, чтобы его спасти?!]
[Первый-то хорош, спору нет, но больно уж холодный, слова не вытянешь. Мне больше по душе солнечный красавчик со второго места! Вы только гляньте на эти клычки, ну что за прелесть!]
[Наконец-то дождались! Сейчас начнётся самое сочное — реабилитационная терапия!]
[А-ха-ха-ха-ха, гомосексуализм?! Я сейчас сдохну от смеха! Система что, на полном серьёзе сводит их в пейринг?!]
* * *
Увидев собственный «диагноз», Ши Юй почувствовал глухое раздражение. Но когда выяснилось, что Шэнь Су наградили ровно тем же вердиктом, ситуация переросла в чистейший абсурд.
Ши Юй никогда не интересовался мужчинами.
В десятом классе, в пору юношеской неловкости, ему смутно нравилась девочка с передней парты. Но школьные правила строго пресекали любые ранние романы, сам он был человеком замкнутым и неразговорчивым, а вскоре класс разделили по профилям — её отправили на гуманитарное направление, его на естественно-научное. На том детская влюблённость тихо и угасла.
Позже, в студенческие годы и на работе, он повидал самых разных людей. На его глазах парни клялись своим девушкам в вечной верности, а через пару часов тащили любовниц в номера отелей. С виду образцовые супружеские пары на деле вели совершенно раздельные жизни. Клятвы о «вечности» перед священником давно превратились в дешёвый фарс, а о понятии «единственный» никто и не вспоминал.
Любовь казалась Ши Юю пустой суетой, не стоящей потраченных нервов, и интерес к отношениям пропал окончательно. Однако его ориентация всегда оставалась неизменной: его привлекали исключительно женщины.
Шэнь Су геем тоже не был — на выпускном курсе он вполне открыто встречался с девушкой. Семьи у них были равного круга, все прочили им свадьбу сразу после диплома, но пара почему-то распалась ещё до окончания учёбы. Об этом Ши Юй знал лишь из случайных разговоров родителей и за достоверность деталей ручаться не мог, но в одном был уверен твёрдо: с предпочтениями у Шэнь Су всегда всё было в полном порядке.
Впрочем, диагнозы не совпадали вообще ни у кого в этой палате.
— Какая ещё депрессия? — недовольно протянула Ся Ваньвань, ощупывая бицепс своего парня. — Если у меня и есть расстройство, то разве что маниакальное, правда ведь, милый?
Лю Янь мягко перехватил её ладонь и невозмутимо отрезал:
— У тебя скорее синдром дефицита внимания. — И уже громче обратился к остальным: — Никакой повышенной тревожности у меня отродясь не было. Я абсолютно здоров и телом, и головой.
Линь Яжун с готовностью кивнула:
— Болезни явно раздали случайным образом, реальное состояние никого не волнует. Мы со стариком Чэном ведём правильный образ жизни, правильно питаемся, каждый год проходим диспансеризацию — никаких хронических болячек у нас нет.
Высказавшись, вся четвёрка дружно повернулась к Ши Юю и Шэнь Су.
— Меня привлекают женщины, — сухо и без малейших колебаний отрезал Ши Юй.
Стрелки мгновенно перевелись на Шэнь Су.
— Ну вот, — пожала плечами Ся Ваньвань. — Я же говорю, система от балды лепит.
Но девушка поторопилась с выводами. Шэнь Су беззаботно усмехнулся и бросил с лёгкой интонацией:
— Раньше меня они тоже привлекали.
Слово «раньше» прозвучало до неприличия двусмысленно.
А ещё выразительнее оказался взгляд, который Шэнь Су при этом демонстративно метнул в сторону Ши Юя.
Намёк вышел настолько неприкрытым, что вся палата разом уставилась на Ши Юя.
Ши Юй лишь молча стиснул зубы.