Как ветеран игры, Му Чжуо прекрасно знал, кто такой Мо Ругуй.
Второй номер в техническом рейтинге — орешек крепкий. Связываться с ним в открытом бою — себе дороже: даже если выйдешь победителем, сорвёшь куш из травм и истощения. К тому же убивать его категорически не следовало. Мо Ругуй свято чтил кодекс уличного братства, славился обострённым чувством справедливости и обладал целой ордой преданных соратников. Стоит пустить ему кровь — и его люди из-под земли достанут.
Впрочем, наживать в его лице врага вовсе не обязательно.
В отличие от тех же Ши Юя и Шэнь Су — этих смазливых пустышек без гроша игрового опыта, проскочивших на одной лишь слепой удаче, — Ругуй представлял собой куда более перспективный инструмент.
Для подстраховки Му Чжуо активировал Броню воскрешения. Прошлую такую же защиту разнёс тот проклятый снайпер, так что эта оставалась у него последней.
Четыре тридцать утра. Улицы безмолвствовали: кровавая грызня между местными NPC уже завершилась. Мостовая была усеяна изродованными трупами, в липком воздухе висел тяжёлый, металлический дух свежей крови.
Едва Му Чжуо выступил из тени, как высокая фигура в камуфляже и с коротким ежиком волос, шагавшая неподалёку, мгновенно замерла.
— Кто здесь?
Му Чжуо не торопясь вымыл из голоса любую угрозу и дружелюбно улыбнулся:
— Здравствуй, господин Мо. Я Му Чжуо. Полагаю, моё имя тебе знакомо?
— Что надо? — лицо Мо Ругуя оставалось непроницаемым. Он даже не удосужился уточнить, слышал ли он о собеседнике.
Му Чжуо не стал ходить вокруг да около и сразу перешёл к делу:
— Ты один? Как насчёт временного союза? Смею уверить, боец из меня более чем достойный.
— Я работаю только с теми, кому могу доверять, — отрезал Мо Ругуй.
Улыбка на лице Му Чжуо мгновенно потухла. Спустя паузу он процедил:
— Господин Мо... это значит, ты выбираешь вражду?
— Мне без разницы.
Развернувшись, Мо Ругуй пошагал прочь, даже не оглянувшись.
Зрители на трансляции, лишённые возможности наблюдать за Ши Юем, Шэнь Су и Цзян Янь, с досадой ютились на канале Му Чжуо. Чат пестрел сбивчивыми комментариями разношёрстной публики:
[Откуда у Му Чжуо столько спеси? Он хоть соображает, с кем пытается качать права? Для Ругуя он ни в напарники, ни во враги не годится!]
[Ха-ха-ха! Обожаю манеру Мо Ругуя! Красава, умыл этого интригана!]
[Ежедневный вопрос: когда Му Чжуо уже отбросит коньки?]
[Вопрос каждого часа: когда нам вернут заю Юя? Сил нет смотреть на эту физиономию.]
[Да ладно вам, ищите плюсы. Пусть этот гад хоть пользу принесёт — вдруг наведёт нас на Ши Юя?]
[Губу раскатали. Чем надеяться на этого заморыша, лучше верить в систему. Нутром чую, искин не даст им спокойно отлежаться до финала.]
* * *
Не выгорело с Мо Ругуем — не беда, Му Чжуо вполне способен закрыть инстанс и в одиночку.
Первым делом он наведался к супермаркету «Боюэ». Не обнаружив там Цзян Янь с её спутниками, он решил не сидеть в засаде, а отправился патрулировать город с винтовкой наперевес.
По пути ему попался одинокий игрок — один точный выстрел оборвал чужую жизнь.
Чуть позже Му Чжуо наткнулся ещё на двоих. Это были совсем молодые девушки: короткостриженая походила на студентку, вторая, с длинными волосами, казалась чуточку старше. Увидев вооружённого мужчину, обе в ужасе отпрянули, но бежать не отважились — ноги словно приросли к асфальту.
Му Чжуо никогда не отличался благородством и не играл в спасителя.
Он спокойно вскинул снайперскую винтовку, выцеливая жертв, как вдруг короткостриженая девушка отчаянно закричала куда-то в темноту переулка:
— Господин Мо! Спасите нас, пожалуйста!
Му Чжуо замер и оглянулся. Из-за угла улицы выпеленговывалась знакомая камуфляжная фигура. Заслышав вопль, Мо Ругуй на секунду запнулся, а затем размашистым, чеканным шагом направился прямо к ним. Похоже, мимо этой беды он проходить не собирался.
— Господин Мо предпочитает вести в бой беспомощных девчонок, а не равного партнёра? — Му Чжуо наблюдал, как тот приближается, сближает дистанцию и, даже не удостоив его взглядом, заслоняет собой обеих девушек. Снайперский ствол медленно переквалифицировался на грудь мастера. — Тебе ли не знать: мой прицел не промахивается.
— Давай проверим, — Мо Ругуй с сухим кликом выхватил из-за пояса армейский тесак. Его тяжелый, непреклонный взгляд наконец зафиксировался на противнике. — Если побеждаю я — ты оставляешь их в покое. Если ты — делай что хочешь.
Понятие «дуэль» в рамках смертельного инстанса звучало абсурдно. В таких играх не бывало ничьих и соревновательных очков — выживал только один.
Му Чжуо искренне не хотел сходиться с ним в ближнем бою. Сам он специализировался на дальних дистанциях, в то время как Ругуй в рукопашной схватке был сущим дьяволом.
Му Чжуо слегка качнул стволом:
— У меня огнестрел, у тебя — холодное железо. Расклад нечестный.
— Мне всё равно.
Стало ясно: драки не избежать.
Сорвав дистанцию, Му Чжуо вскинул винтовку и спустил курок. Пуля ушла в лёт, но Ругуй сработал на опережение — его рука метнулась с молниеносной быстротой. Гулкий звон металла обрушился на утреннюю тишину: клинок перехватил свинцовый сердечник. Срикошетив, пуля со свистом впилась в бетонную стену зданий напротив.
На штукатурке расплылась глубокая выбоина, тогда как на лезвии тесака не осталось даже царапины.
Му Чжуо ошарашенно расширил глаза. Эта секунда замешательства едва не стоила ему жизни — Мо Ругуй уже оказался вплотную.
Будучи человеком дела, Ругуй держал слово: действовал твёрдо, без лишней жестокости, но калечил профессионально.
— В его винтовке уже больше шестисот душ! — неожиданно выкрикнула длинноволосая девушка. Её голос звенел от ярости, чеканя каждое слово. — Когда счетчик дойдёт до тысячи, он сможет убивать мыслью! Господин Мо, если вы пощадите его сегодня, завтра от его рук падут десятки других!
— Моего парня он уложил одним выстрелом! — подхватила короткостриженая, заходясь в рыданиях. — Сяо Чэн никогда ни с кем не конфликтовал, был тихим, никому не желал зла... А этот монстр просто застрелил его ни за что, ни про что!
Слёзы градом покатились по её щекам. Вторая девчушка обняла её за плечи, баюкая и шепча:
— Тише, милая, тише... Чэн Юань на небесах, он бы не хотел видеть твои слёзы...
— Чэн Юань? — движения Мо Ругуя на мгновение застопорились. — Иероглиф «Чэн» как в слове «порядок», «Юань» — как «степь»? Девяносто четвёртого года рождения?
Девушка замерла от изумления:
— Откуда вы знаете?!
Лицо Мо Ругуя потемнело, а в глазах, устремлённых на Му Чжуо, вспыхнула откровенная, беспощадная жажда крови:
— Чэн Юань был моим побратимом. Я до сего дня считал, что он сгинул из-за ловушек инстанса.
— Ничего подобного! — сквозь слёзы выкрикнула девушка, и в её словах звучала нечеловеческая боль. — В том мире почти не было смертельных опасностей! Сяо Чэн не должен был умереть! Это Му Чжуо устроил там кровавую бойню! Он перестрелял половину участников, а потом с помощью артефакта исказил запись трансляции, чтобы никто не узнал правду!
— Око за око, жизнь за жизнь. Это закон, — прогрохотал Мо Ругуй. Его голос набрал свинцовую тяжесть. — Раз уж тебе так нравится вершить чужие судьбы, ты должен был понимать, что однажды придет и твой черёд. Сегодня судить тебя буду я.
Он перехватил тесак удобнее. Теперь пощады ждать не приходилось.
Му Чжуо осознал, что попал в капкан. Он не мог сдержать натиск, оступался шаг за шагом, не имея возможности выкроить даже долю секунды для активации спасительного артефакта. В конечном счёте ему пришлось пожертвовать собственной левой рукой — лишь после этого сработал Талисман мгновенного перемещения.
Вспышка пространственного сдвига перенесла его на двадцать километров прочь, на самую окраину города.
Покалеченное тело прошила такая адская боль, что в глазах потемнело. В тот же миг в сознании прозвенел системный сигнал:
[Броня воскрешения уничтожена]
[Доступные использования: 0]
Последняя защита сгорела дотла.
Му Чжуо сполз по стволу векового дерева, глотая воздух. Он на пределе сил влил в себя три зелья регенерации подряд. Вступать в драку сейчас было равносильно самоубийству. Время приближалось к шести утра — скоро искин запустит механизм случайной смерти.
«Ничего, — утешал себя Му Чжуо, судорожно дыша. — Система благоволит мне. Эта рулетка точно обойдёт меня стороной».
Ровно шесть ноль-ноль.
В воздухе развернулось прозрачное системное уведомление:
[Число выживших игроков в инстансе Н равно четырём. Наделение смертью временно отменяется]
[До следующего слияния инстансов осталось: 17 часов 59 минут]
Му Чжуо обомлел.
В живых осталось всего четверо?!
Мо Ругуй живей всех живых — это факт.
Неужели те две девицы всё-таки погибли?
Но даже если так... Он сам, Мо Ругуй и троица Цзян Янь — это уже пять человек!
За всё время он ни разу не встречал Ши Юя, Шэнь Су и Цзян Янь.
Неужели эти двое выживших — те самые девчонки, а Ши Юй со своей компанией успел закрыть квест и покинуть инстанс?
* * *
На самом деле до финала они ещё не добрались, хотя были максимально близки.
Если верить Цинь Кэ, ровно в полночь произойдёт финальное объединение локаций. Как только определится победившая команда, игра выпустит их наружу.
— Ну что, все вымотались? — Цинь Кэ сладко зевнул. Из-за того что он несколько часов подряд провалялся на диване, его серебристые локоны превратились в сущее воронье гнездо. Пошевелив пальцами, он окончательно взлохматил шевелюру и добавил: — До слияния еще куча времени. Идите-ка спать, а записи потом посмотрите.
Просидев всю ночь перед системными экранами, команда и впрямь валилась с ног от усталости, так что спорить никто не стал.
Остальным достались стандартные одноместные спальни, поэтому никаких организационных трудностей не возникло. А вот у Ши Юя и Шэнь Су, распределённых в комнату с широкой двуспальной кроватью, ситуация складывалась пикантная.
Они переступили порог друг за другом. В центре помещения возвышалось внушительных размеров ложе, а из прочей обстановки имелись лишь компактный диванчик да пара тумб. Комнат в убежище прибавилось, но их метраж явно пострадал: на полу не оставалось места даже для скромного матраса.
Выбор напрашивался сам собой — делить одну постель.
Ши Юй отродясь ни с кем не делил спальное место. Даже когда им с Шэнь Су доводилось ночевать в одной комнате, они всегда спали на разных койках.
Юношу охватило запоздалое раскаяние. И зачем он только согласился на эту затею?
В отличие от напрягшегося Ши Юя, Шэнь Су держался абсолютно непринуждённо. Он вальяжно опустился на матрас с таким видом, будто вернулся в собственные хоромы. И то ли случайно, то ли с умыслом занял сторону у двери в ванную, уступив спутнику место у окна.
Ши Юй присел на край и, пересилив неловкость, спросил:
— Ты хотел о чём-то поговорить?
Шэнь Су, уже расстёгивавший пуговицы на рубашке, замер. Он медленно повернул голову и в течение нескольких секунд разглядывал Ши Юя с искренним недоумением.
— Разве я говорил, что хочу что-то сказать?
Ши Юй: «...»
Шэнь Су призадумался, честно пытаясь вызвать из памяти нужный фрагмент, но в итоге виновато улыбнулся:
— Извини... Похоже, сонный мозг совсем не соображает. Стоит мне переутомиться, как память начинает подводить. Я правда что-то такое заявлял?
Над постелью зависла звенящая пауза.
Ши Юй первым отвел взгляд:
— Наверное, я неправильно тебя понял.
К счастью, номер располагал собственной душевой. Ши Юй поднялся, но, сделав пару шагов, помедлил:
— Пойдёшь первым?
Шэнь Су лениво махнул рукой:
— Иди-иди, я подожду.
Когда Ши Юй закончил с водными процедурами, на улице окончательно рассвело. Утренние лучи пробивались сквозь стекло, затапливая комнату мягким светом. Постельное бельё оказалось строгого однотонного оттенка, без дурацких узоров, что немного успокаивало.
Вскоре из ванной вышел и свежеумытый Шэнь Су.
Ши Юй уже успел прилечь, но сон не шёл. Во-первых, мешало яркое солнце, а во-вторых... он просто не мог привыкнуть к присутствию другого человека на расстоянии вытянутой руки.
Особенно когда этим человеком был Шэнь Су.
«Интересно, — промелькнуло в голове у Ши Юя, — будь на его месте кто-то другой, я бы тоже так дергался?»
Он заворожённо смотрел на окно, когда раздался мягкий шорох — Шэнь Су плотно задвинул плотные шторы.
В комнате мгновенно воцарился бархатистый полумрак. Затем щёлкнул выключатель, и пространство озарилось тёплым, приглушённым светом ночника.
Ши Юй не боялся темноты, но дома всегда оставлял включенным небольшой светильник. Он был уверен, что Шэнь Су не мог знать о его привычке, а потому удивлённо поинтересовался:
— Боишься темноты?
Шэнь Су даже не подумал открещиваться. Губы его тронула едва заметная усмешка:
— Ага. Ужасно боюсь.
С этими словами матрас слегка просел — Шэнь Су устроился на своей половине. Кровать была настолько широкой, что между ними легко поместился бы ещё один человек.
— Ты как спишь? Не брыкаешься? — внезапно спросил Ши Юй.
— Ну-у... — Шэнь Су задумчиво прищурился. — Честно говоря, понятия не имею. Напарников по постели у меня до сих пор не водилось.
Ши Юй: «...»
Лежа на спине, Ши Юй не видел лица собеседника и не мог уловить — иронизирует тот или говорит на полном серьёзе. Но в одном он был уверен точно: развивать эту тему дальше категорически опасно. Иначе этот тип снова начнёт свои двусмысленные проверки на прочность.
Спустя пару минут шуршание на соседней половине затихло. Ши Юй осторожно коснулся взглядом соседа.
Шэнь Су спал удивительно чинно: ровно, положив голову на подушку, укрывшись до груди. Одна рука покоилась под затылком, вторая свободно лежала поверх одеяла. Надо же, отключился мгновенно.
Посмотрев на него ещё немного, Ши Юй ощутил, как тяжелеют веки. Он откинулся на край, повернулся к Шэнь Су спиной и позволил себе погрузиться в глубокий сон.
* * *
Проснувшись, Ши Юй ощутил щекой ровное, суховатое тепло чужого тела.
Поняв, к кому именно прижимается, он в ужасе распахнул глаза, готовый немедленно предъявить претензии. Однако тут же выяснилось: Шэнь Су не изменил своей безупречной позе.
Он всё так же мирно лежал на спине. Одна его рука оставалась поверх одеяла, а вот вторая... служила Ши Юю подушкой! Сам Юй за время сна умудрился полностью перебраться на чужую половину, уткнувшись носом в чужую грудь и по-хозяйски обняв соседа.
Шэнь Су к нему даже не прикоснулся.
Ши Юй: «...»
Юноше потребовалось несколько минут, чтобы переварить эту суровую реальность. По счастью, Шэнь Су всё ещё спал. «Главное — уничтожить улики до того, как он откроет глаза», — решил Ши Юй и начал миллиметр за миллиметром отползать в сторону.
Он преодолел едва ли половину дистанции, когда Шэнь Су разомкнул веки.
Их взгляды встретились.
Шэнь Су молча смотрел на Ши Юя, Ши Юй — на Шэнь Су.
Оба на мгновение впали в ступор. Наконец Шэнь Су, видимо, тоже осознав пикантность положения, чуть опустил глаза. Ши Юй проследил за его взглядом... Ах да, нижняя половина его туловища всё ещё покоилась в чужих объятиях.
— Это... — Ши Юй смущённо качнул головой, спасая остатки лица. — Там просто комар летал.
Шэнь Су накрыла легкая улыбка:
— Вот оно что. Понимаю.
Ши Юй попытался резко выскочить из постели.
Однако от поспешности запутался в пододеяльнике и рухнул обратно — прямо на широкую грудь Шэнь Су.
На этот раз тот не остался безучастным: его сильная рука мгновенно обвила талию юноши, фиксируя положение.
— Поосторожнее, я же не ругаюсь, — раздался над самым ухом бархатистый, чуть хриплый со сна голос. В нём слышалась лёгкая ирония, щедро разбавленная искренней заботой. — Подумаешь, забрался ко мне под бок, заснул на моей руке... Экая невидаль! Я что, по-твоему, мелочный зануда, чтобы цепляться к таким пустякам? Вовсе нет, я ведь...
— Замолчи.
Слушать это дальше было выше его сил. Ши Юй импульсивно выбросил руку вперёд и запечатал Шэнь Су рот ладонью.
Речь мгновенно оборвалась.
Подушечки пальцев ощутили прикосновение мягких, прохладных губ. Чужое дыхание обжигало кожу... Но перед глазами Ши Юя всплыло вовсе не текущее мгновение, а недавний эпизод в кабинете реабилитации — то короткое, ошеломляющее касание губ.
Словно от удара током, Ши Юй отдёрнул руку и попытался отстраниться, но обнимавшая его за талию ладонь сжалась сильнее, прижимая к себе.
— Не дергайся, — попросил Шэнь Су. Его взгляд на мгновение потемнел.
В то же мгновение Ши Юй с абсолютной отчётливостью ощутил вполне однозначную физиологическую реакцию чужого тела под тонким одеялом.
* * *
Последующий подъём, гардеробные хлопоты и утренние процедуры прошли в полном, звенящем молчании. Ни один, ни другой не произнесли ни слова.
Едва они переступили порог гостиной, как навстречу им вышли Цзян Янь и Линь Фэнбай.
На центральном диване с мрачным видом восседал Цинь Кэ.
— У меня паршивые новости, — поднимая взгляд на вошедших, чеканно произнёс он. — Система только что прислала уведомление. Из-за критической перегрузки Безопасный дом прекратит своё существование ровно через восемь часов.