— Цзян Лай, позволь мне стать твоей девушкой, — Ю Хуан уложила подбородок на её плечо и крепче сжала объятия, словно боясь отпустить. — Будь со мной, ладно?
Цзян Лай молча прижалась к её груди. В её незрячих глазах затрепетали смутные блики. Она ощущала мягкое, уютное тепло Ю Хуан, была окутана знакомым и успокаивающим ароматом. Каждое слово отзывалось в самом тайном уголке души, заставляя сердце колотиться в сумасшедшем, непослушном ритме.
И всё же она молчала.
Ю Хуан ещё сильнее привлекла её за талию:
— Цзян Лай... Ну же, ответь «да». Пожалуйста.
Эта проникающая до самых костей нежность подкосила последнюю преграду в душе Цзян Лай. Но обнять Ю Хуан в ответ она так и не решилась.
— Ю Хуан... Мы ведь обе женщины.
— Какая разница, — тихо, но твёрдо отозвалась та. — У любви нет пола.
На мгновение повисла тишина.
— Я не люблю женщин, — произнесла Цзян Лай.
Она действительно никогда не испытывала романтических чувств к своему полу. Но едва эти слова слетели с губ, как грудь сдавило запоздалое, необъяснимое сожаление. Почему? Откуда этот укол боли? Если ей не нравятся девушки, отчего же сердце так отчаянно заныло?
Ю Хуан замерла. В груди у неё ухнуло. Руки медленно соскользнули с талии Цзян Лай.
Она с опущенной головой разглядывала Цзян Лай, переживая целую гамму чувств. И как она могла забыть, что Цзян Лай никогда не интересовалась женщинами? Вдруг та вообще не испытывает к ней ничего, кроме дружбы? Прямое предложение встречаться выглядело поспешным и глупым... Но слышать подобный мягкий отказ всё равно было невыносимо горько.
И всё-таки, собрав остатки мужества, Ю Хуан пересилила себя:
— А меня? Меня ты любишь?
Цзян Лай застыла. Вопрос застал её врасплох.
Любит ли она Ю Хуан?.. Она и сама не знала.
Правильного ответа, казалось, просто не существовало в природе.
Прежде чем Цзян Лай успела выдавить хоть слово, Ю Хуан, испугавшись услышать приговор, поспешно прикрыла ей губы ладонью:
— Цзян Лай, тебе не нужно любить женщин. Тебе достаточно любить меня — меня одну. Не спеши отказывать. Просто дай мне шанс ухаживать за тобой, ладно?
Цзян Лай внешне оставалась бесстрастной, но в душе бушевал настоящий хаос.
— Молчишь — значит, согласна, — безапелляционно заявила Ю Хуан.
Цзян Лай лишилась дара речи в буквальном смысле. С зажатым ртом много не наговоришь. Это ведь чистое жульничество!
Не снимая ладони, Ю Хуан перешла к мягкому наступлению:
— Лайлай, мы ведь столько лет знаем друг друга. Ну сделай одолжение! Смотри, даже бабушка Шэнь не против того, чтобы я добивалась твоего сердца. Дай мне хотя бы немного времени. Если потом ты так ничего и не почувствуешь — выставишь меня, и я клянусь, что не стану навязываться. Я же знаю, ты не настолько бессердечная. Если согласна — просто кивни. Ну пожалуйста?
Цзян Лай вздохнула про себя. В конце концов... почему бы и нет?
И едва заметно кивнула.
Глаза Ю Хуан вспыхнули радостью, а губы расплылись в счастливой улыбке:
— С этой самой секунды я официально за тобой ухаживаю!
Цзян Лай кивнула снова.
— Спасибо тебе, Цзян Лай! Я ни за что не упущу этот шанс! — Ю Хуан не сдержалась и крепко сжала её в объятиях. — Я так счастлива!
Цзян Лай ничего не ответила, почувствовав, как к щекам приливает жар.
Удовлетворённая Ю Хуан отпустила её и привычным, заботливым движением взяла за руку:
— Пойдём, я провожу тебя в комнату. Уже поздно, пора спать.
— Хорошо, — тихо отозвалась Цзян Лай.
Она сделала пару шагов вслед за Ю Хуан, но та сразу заметила, что Цзян Лай прихрамывает на правую ногу. Остановившись, Ю Хуан окинула её внимательным взглядом и ахнула: на колене красовался огромный синяк.
— Что с коленом?
— Да так, случайно задела угол журнального столика в гостиной, — ответила Цзян Лай и попыталась потянуть её дальше: — Ничего страшного, пошли.
Не успела она договорить, как земля ушла из-под ног. Ю Хуан без лишних слов подхватила её на руки. Потеряв опору, Цзян Лай инстинктивно обхватила её за шею, окончательно растерявшись от такой неожиданности.
«Удар о деревянный угол... Ужасно, наверно, болит», — сжалось сердце Ю Хуан.
Сдвинув брови от сочувствия, она мягко сказала:
— Придём в комнату — обработаю спреем от ушибов.
Смущённая Цзян Лай уткнулась лицом ей в плечо и совсем тихо пробормотала:
— Угу.
Ю Хуан молча понесла её по коридору.
Вдыхая до боли знакомый дурманящий аромат, Цзян Лай словно видела образ стоящего перед ней человека. В непроглядном мраке её слепоты затеплился крошечный лучик света. Ю Хуан ворвалась в её беспросветный мир подобно неожиданному всплеску яркого солнца.
Стук собственного сердца в груди становился всё отчётливее, всё громче.
Разве можно не полюбить такого человека, как Ю Хуан?
Как бы трудно ни было себе в этом признаться, но... похоже, Ю Хуан действительно была ей дорога. Она её любила.
Вот только Цзян Лай пока не могла разобраться, что это за чувство — дружеская привязанность или нечто большее.
Но в голове не укладывалось: почему именно она? На свете живут миллионы людей, так отчего же выбор Ю Хуан пал на незрячую скромную девушку?
Неужели это милость небес?
Неужели Ю Хуан — ангел, посланный свыше, чтобы подарить ей любовь?
И всё же ей было страшно. Невероятно страшно поддаться этой надежде...
Если представить необъятный, таинственный небосвод, то Ю Хуан на нём была яркой луной, окружённой созвездиями — сияющей звездой кинематографа, увенчанной славой и признанием. А сама Цзян Лай... всего лишь незаметная песчинка на дне бытия, к тому же искалеченная тьмой.
Да, луна способна озарить песчинку своим светом.
Но как песчинке дотянуться до луны?
Как ей хотя бы коснуться её?..
— Цзян Лай, — внезапно нарушила тишину Ю Хуан.
Цзян Лай очнулась от размышлений:
— М-м?
— А можно... — Ю Хуан замялась на мгновение, — я буду звать тебя Лайлай?
Сердце Цзян Лай трепетно замёрло.
— Можно.
Ю Хуан взглянула на девушку у себя на руках и тихо, словно пробуя имя на вкус, произнесла:
— Лайлай.
Ощутив, как щёки обжигает румянец, Цзян Лай спрятала лицо:
— Угу.
Ю Хуан тихонько ухмыльнулась и ускорила шаг.
* * *
Наступил понедельник.
Бай Фэй поднялся ни свет ни заря, в шесть утра. На дневное время был назначен товарищеский онлайн-турнир, и он рассчитывал отыграть несколько матчей перед стартом, чтобы размяться и войти в форму.
Однако едва он переступил порог ванной комнаты, как ноги подкосились — он опять рухнул на ровном месте.
Но на этот раз всё было куда хуже.
Ему потребовалось целых пять минут, чтобы прийти в себя и соскрести своё тело с пола. Когда подобные приступы слабости повторяются один за другим, глупо уверять себя, будто всё в порядке. Бай Фэя охватил липкий ужас. Быстро закончив с умыванием, он помчался прямо к Чжэн Хунлиню.
Чжэн Хунлинь, увидав вбежавшего игрока, с удивлением приподнял бровь:
— А-Фэй? Ты чего так рано?
— Старик Чжэн... — Бай Фэй был бледнее полотна. — Когда у нас медосмотр?
— У вас же на этой неделе тренировочные спарринги, — потянулся в кровати менеджер. — Вот я и перенёс запись на следующий понедельник.
Бай Фэй опустил взгляд:
— Понятно...
— А что такое? — Чжэн Хунлинь нахмурился. — Плохо себя чувствуешь?
— Да нет, с чего бы! — По спине Бай Фэя прошёл холодный пот. Натянув фальшивую улыбку, он с наигранной беспечностью хлопнул менеджера по плечу: — Просто к слову пришлось. Ладно, я пошёл!
— Давай, иди.
Стоило Бай Фэю отвернуться, как ухмылка тут же испарилась с его лица.
Выйдя в коридор с мрачной миной, он уставился на свои дрожащие ладони. Мышцы под кожей подрагивали от мелкого, неуправляемого тремора. Раньше он сваливал всё на хронический недосып и усталость, но теперь отрицать очевидное стало невозможно: с его организмом творилось что-то страшное.
Поразмыслив, Бай Фэй решил молчать.
Сегодня ответственные спарринги. Нельзя сеять панику среди своих и сбивать боевой настрой команды из-за собственного недомогания. В конце концов, через неделю всё равно идти в клинику — вот отыграют турнир, тогда и будет видно.
Сделав глубокий вдох и взяв себя в руки, он шагнул в тренировочный зал.
* * *
Товарищеский онлайн-турнир стартовал в два часа дня. Соревнованиям отводилось пять дней по пять матчей ежедневно. Призового фонда не предусматривалось — разыгрывались исключительно места в турнирной таблице, за которой внимательно следили фанаты PUBG со всего мира.
Для любого профессионального киберспортивного клуба репутационные риски в подобных встречах колоссальны. Об этом знала вся четвёрка.
Пообедав, Синь Фэн поднялась на третий этаж и запустила трансляцию. До официального входа на сервер турнира оставалось время, так что парни решили разогреться в обычном режиме: Синь Фэн встала в пару с Цзинь Яном, а Бай Фэй — с Чжуан Вэньчао.
Два дуэта нанесли превентивный удар по рейтингу.
Мазнув взглядом по чату, Синь Фэн заметила, что Ло Юэ снова засыпает её платными донатами. Вчера та за один вечер умудрилась спустить на стриме три миллиона юаней, после чего Синь Фэн прямым текстом попросила не обогащать платформу Whale TV на ровном месте.
Но Ло Юэ и ухом не повела, заявив, что тратить на неё деньги — её главное удовольствие.
Что тут поделать? Пришлось смириться с капризами любимой девушки.
— Спасибо за ракету, жена Юэюэ, — спокойно произнесла Синь Фэн в микрофон.
Чат мгновенно взорвался.
Синь Фэн отродясь не выражала персональной благодарности за донаты никому, кроме этой самой «Юэюэ». Зрители корчились от зависти. Очевидно, что спонсорша обладала неисчерпаемым кошельком, и в фанатском сообществе уже ползли слухи, будто «Юэюэ» — та самая настоящая пассия Бога Ветра. Впрочем, другие утверждали, будто под этим ником скрывается Маленькая Фанатка, ведь «Юэюэ» объявилась ровно тогда, когда исчезла прежняя покровительница.
Как бы там ни было, истина оставалась недосягаемой для посторонних.
Выдав реплику, Синь Фэн полностью погрузилась в игру.
Спустя некоторое время Чжуан Вэньчао вдруг громко окликнул партнёра:
— А-Фэй, ты куда?
Синь Фэн обернулась и увидела, как Бай Фэй стремительным шагом направляется к выходу. Вся его фигура излучала мрачную, гнетущую тревогу.
Не придав этому особого значения, Синь Фэн вернулась к экрану.
Но не прошло и нескольких секунд, как из коридора донёсся дикий, исполненный ужаса вопль Бай Фэя.
Звук был настолько жутковатым, что все находящиеся в тренировочной комнате подскочили на месте и бросились к двери.
Бай Фэй, словно безумный, с остервенением колотил правой рукой по бетонной стене.
Ребята онемели от шока. Для киберспортсмена руки — главное оружие, святыня! А Бай Фэй...
— А-Фэй! Ты что творишь?! — Чжуан Вэньчао первым сорвался с места и повис на его плечах, пытаясь оттащить от стены. — С ума сошёл, маньяк?! Опомнись!
На шум прибежал Чжэн Хунлинь:
— Что тут за бунт?!
Бай Фэй выглядел ужасающе: мертвенно-бледное лицо, налитые кровью глаза, слёзы, смешанные с потом. Он дрожал всем телом, точно одержимый. Заливаясь слезами, он медленно поднял правую руку — пальцы на ней скрючились в некоей уродливой, застывшей соколиной когтистой лапе.
— Рука... — истошно закричал он, окончательно ломаясь от отчаяния. — Я не могу пошевелить рукой! Она не слушается!!
Все замерли, глядя на его сжатую кисть.
Что?!
* * *
Бай Фэя срочно доставили в больницу.
Из-за экстренной госпитализации игрока клуб ATC был вынужден направить оргкомитету китайского региона запрос о снятии с тренировочного турнира. Вопли Бай Фэя попали в прямой эфир открытых стримов, и вместе с внезапным отказом команды от участия это вызвало эффект разорвавшейся бомбы в сообществе PUBG.
Киберспортивное сообщество PUBG: Поля сражений буквально кипело. Пользователи наперебой строили догадки о травме игрока.
Что теперь ждёт ATC на предстоящих турнирах?
Тема мгновенно возглавила тренды Weibo.
Записи трансляций со сценой инцидента вирусными волнами разлетались по социальным сетям. На видео чётко прослеживалось, как Бай Фэй неожиданно замирает, судорожно сдёргивает гарнитуру и выбегает из кадра, после чего за кадром раздаются душераздирающие вопли.
Под давлением общественности и спонсоров руководство ATC опубликовало официальное заявление. Результаты обследования ещё не были готовы, поэтому ради успокоения фанатов клуб заявил, что у игрока произошёл сильный мышечный спазм, вызвавший испуг, но угрозы здоровью нет. Впрочем, этот сухой анонс мало кого убедил.
Бай Фэй прошёл через бесконечную вереницу анализов: от миографии и проверки нервной проводимости до анализа крови на специфические антитела и спинномозговой пункции. К делу подключили ведущих неврологов Цзянчэна. Окончательный вердикт консилиума был готов только к вечеру следующего дня.
Медсестра попросила Чжэн Хунлиня пройти в кабинет главного врача.
Оказавшись перед лицом хмурых специалистов, менеджер почувствовал, как сердце сжала ледяная тоска.
— Доктор... Каков диагноз А-Фэя?
Председатель консилиума вздохнул:
— Готовьтесь к худшему.
— В-смысле?.. — у Чжэн Хунлиня земля ушла из-под ног. — Что вы хотите сказать?
— У пациента Бай Фэя обнаружен боковой амиотрофический склероз.
Чжэн Хунлинь застыл, не в силах переварить медицинский термин:
— Доктор... Объясните простыми словами, я вас не понимаю.
Врач поднял тяжёлый взгляд:
— Это синдром Замороженного человека. БАС.