Ю Хуан едва не подавилась водой.
— У тебя есть интимная жизнь?
Автоматически поставив со звоном стакан на журнальный столик, Ю Хуан в ужасе уставилась на Синь Фэн. Глаза у неё стали круглыми, словно у диковинного зверя, а голос от испуга дался сорванной фальшивой нотой:
— Перескажи... что ты сейчас ляпнула?..
Синь Фэн, сохранив абсолютную невозмутимость, с готовностью повторила:
— У тебя есть интимная жизнь?
Ю Хуан мгновенно вспыхнула до кончиков ушей.
Глядя на этот ангельски невинный образ, она почувствовала, как разум заходит за разум. Задавать столь глубоко личный вопрос — неужели Синь Фэн ни капли не стыдно? Как вообще можно выдать подобное с совершенно каменным лицом?!
— Так есть? — допытывалась Синь Фэн.
— О чём только думает твоя бедовая голова?! — Ю Хуан подалась вперёд и с чувством ощутимо сжала щёки сестры. — С какой стати ты мне такие вопросы задаёшь?!
Синь Фэн лишь искренне изумилась такой бурной реакции:
— А что не так?
И тут же невинно добавила:
— Почему нельзя спросить?
— «Почему нельзя спросить»?! Ты ещё имеешь совесть уточнять?! — Ю Хуан выпустила её щёки и всплеснула руками. — Отвечай честно: ты что, наглым образом насмехаешься над тем, что я одинока?!
— Вовсе нет, — Синь Фэн искренне непонимающе моргнула. — С чего ты взяла?
Ю Хуан моментально потеряла дар речи.
Нет пары — нет и интимной жизни. Логика железобетонная, вот только признаваться в этом младшей сестре было до смерти стыдно!
— Раз не насмехаешься, с чего вдруг такие расспросы? — буркнула Ю Хуан. — Этот вопрос вообще-то дико неловкий!
Она осеклась. До неё вдруг дошло: Синь Фэн ведь сейчас состоит в отношениях! Ю Хуан ошеломлённо уставилась на сестру:
— Погоди... Ты ведь не хочешь сказать, что вы уже...
Синь Фэн сохраняла олимпийское спокойствие:
— Ужé что?
Ю Хуан воровато прикрыла рот ладонью:
— Уже... перешли к главному?
«Неужели они переспали?!»
Ю Хуан быстро подсчитала в уме: они ведь встречаются от силы полмесяца! И уже успели выбить «хоум-ран»?! Не слишком ли стремительно развивается роман её младшей сестрёнки?! Это... это вообще как понимать?!
Синь Фэн лишь недоумённо вздохнула.
Почему взгляды Ю Хуан становятся всё страннее и страннее?
— Я просто прочитала в новостях, что одна супружеская пара развелась из-за несовместимости в интимной жизни, — пояснила она. — Вот и решила узнать у тебя, что это такое.
Ю Хуан замерла.
— Ты... не знаешь, что такое интимная жизнь?
— Угу, — кивнула Синь Фэн.
Ю Хуан хлопала ресницами:
— Серьёзно не знаешь?
— А это непременно нужно знать? — Синь Фэн на мгновение показалось, что она совсем отстала от жизни. — Там ещё упоминались сопутствующие понятия... вроде «заниматься сексом» или «совокупление»...
— Всё-всё-всё, хватит! А-Фэн, бога ради, замолчи! — Ю Хуан в панике зажала сестре рот. От столь откровенных терминов её щёки запылали густым румянцем. Она готова была провалиться сквозь землю от такой незамутнённой прямоты. — Я всё поняла, молчи!
«Откуда в её лексиконе вообще взялись такие термины?!»
Синь Фэн не могла вымолвить ни слова и лишь молча наблюдала за тем, как заливается краской лицо сестры.
Глядя на этот чистый, невинный взгляд, в котором не было ни капли пошлости, Ю Хуан ощутила глухую головную боль. Синь Фэн действительно просто хотела понять суть терминов. А раз спросила прямо в лицо, значит, даже не догадывалась, насколько эта тема интимная.
Сестрёнка явно считала её эдаким кладезем мудрости на все случаи жизни — в прошлый раз прибегала со сбивчивыми расспросами про свидания. Теперь же выяснилось, что Синь Фэн наивна до святости.
Чистая, как чистый лист бумаги.
От её абсолютно невинного взора Ю Хуан сама почувствовала себя какой-то извращёнкой.
Синь Фэн мягко отвела её руку:
— Сестра, что с тобой?
— Со мной?.. Да ничего! — Ю Хуан неловко отвернулась и выпрямилась на диване. — На этот вопрос я тебе отвечать не стану. Ты ещё слишком мала, тебе в такие дебри рановато лазить. Поняла?
— Не поняла, — насупилась Синь Фэн. — Почему?
— Ты у нас что, ходячая энциклопедическая выписка «почемучка»? — Ю Хуан поняла, что разговор заходит в опасное русло. Ей, со всей её застенчивостью, было невыносимо обсуждать подобный срам. Поднявшись на ноги, она изобразила непринуждённую сонливость: — Всё, я устала. Пойду к себе спать.
Синь Фэн осталась сидеть молча.
Ю Хуан прошла пару шагов, помешкала, затем резко вернулась и встала перед сестрой. Слегка откашлявшись, она с максимальной непринуждённостью произнесла:
— Вообще-то, если уж тебе так невтерпёж узнать об этом на практике... запрещать не буду. Но знай меру, не увлекайся слишком сильно. Ладно, я пошла. И ты ложись пораньше.
Видя, что Ю Хуан не настроена продолжать разговор, Синь Фэн не стала настаивать:
— Угу.
Ю Хуан сделала ещё пару шагов и снова замерла. Обернувшись, она посмотрела на Синь Фэн со всей серьёзностью:
— А-Фэн... Ты должна быть сверху, поняла?
Синь Фэн с искренним недоумением спросила:
— Что значит «быть сверху»?
Ю Хуан едва не поперхнулась воздухом.
— Сама догадайся! — выпалила она и стремительно ушла.
Синь Фэн осталась в замешательстве.
Выходит, она пришла в домашний кинотеатр абсолютно впустую?
* * *
Ю Хуан вышла из кинозала, плотно прикрыв за собой дверь, и направилась по коридору к своей спальне. Воспоминания о только что состоявшемся разговоре до сих пор заставляли её щёки гореть.
По правде говоря, она сама никогда ни с кем не встречалась.
В шоу-бизнес она попала совсем юной, в семнадцать-восемнадцать лет. В индустрии развлечений существовало суровое, но непреложное правило: никаких романов. В те годы она чётко осознавала, что не имеет права даже помышлять о личной жизни, да и не стремилась к этому. Её цель с самого начала оставалась неизменной — стать достойной актрисой, за которую перед зрителями не будет стыдно.
Сейчас ей исполнилось двадцать шесть. За годы упорного труда она завоевала признание и статуэтки трёх главных кинопремий, став самой молодой обладательницей кинопремии «Три золота» и заняв прочное место на олимпе кинематографа. Но отсутствие личной жизни уже давным-давно не объяснялось запретами агентства.
Для актёров её уровня ограничения на романы не были столь строгими. В свои двадцать шесть она вполне могла позволить себе любые отношения, но романтическое влечение в ней так и не проснулось. За годы работы в индустрии она перевидала множество людей, однако ни к одному актёру её сердце так и не ёкнуло. Бесчисленным ухажёрам она неизменно указывала на дверь.
В какой-то момент Ю Хуан даже решила, что она асексуальна.
Не испытывает чувств ни к кому.
И ни в кого не способна влюбиться.
Любовь казалась ей обузой. Одной жить куда проще, свободнее и приятнее. Так что она совершенно не переживала из-за перспективы встретить старость в одиночестве.
* * *
В кинозале Синь Фэн осталась в полном одиночестве. На большом экране продолжала идти драма, наполняя помещение репликами героев.
Так и не получив ответа от Ю Хуан, Синь Фэн достала смартфон и вбила в поисковик термины «интимная жизнь», «заниматься сексом» и «совокупление».
Читая статьи в интернет-энциклопедии, она почувствовала, как её лицо медленно заливает жар.
Оказывается... помимо объятий и поцелуев между людьми возможна куда более глубокая и откровенная близость...
* * *
На следующий день.
Вчерашний праздничный ужин в честь дня рождения Ю Хуайси прошёл безупречно. Мать Синь Фэн обожала шумные собрания, и подобный грандиозный приём, объединивший сливки общества из самых разных сфер, пришёлся ей по душе. Она уже вовсю планировала следующий праздник — благо семья Син в деньгах не нуждалась.
В полдень всё семейство собралось за обеденным столом.
Когда с едой было кончено, Синь Фэн отставила приборы и спокойно произнесла:
— Я хочу вам кое-что сказать.
Все взгляды мгновенно устремились на неё.
Ю Хуайси мягко улыбнулась дочери:
— Говори, милая, мы слушаем.
Синь Фэн сдержанно оглядела присутствующих, совершенно не опасаясь реакции, которую могли вызвать её слова:
— Я встречаюсь с человеком.
За столом повисла звенящая тишина.
Из всех присутствующих только Ю Хуан знала об этом секрете. Услышав признание, она изумлённо вылупилась на сестру: та, как всегда, вывалила всё без обиняков, совершенно не умея ничего таить.
Атмосфера в столовой мгновенно сделалась тяжёлой.
— Милая, ты... — Ю Хуайси не верила своим ушам. — Ты встречаешься с кем-то?
Синь Фэн коротко кивнула:
— Да.
— А ну подать сюда имя этого щегла! — Син Етин с грохотом хлопнул ладонью по столу, закипая от отцовского гнева за свою драгоценную дочь. — Я лично переломаю этому паршивцу ноги!
Лицо Син Чэня потемнело:
— Почему я узнаю об этом только сейчас?
Он был свято убеждён, что ни один мужчина на свете не достоин его сестры.
— Вы все её знаете, — невозмутимо продолжила Синь Фэн. — Это та самая фанатка, которая призналась мне в любви во время трансляции.
Синь Фэн решила признаться именно сегодня, чтобы не портить вчерашний праздник матери. Она сомневалась, смогут ли родители принять её связь с девушкой, но скрывать правду от родных не хотела ещё больше.
Потому и решила открыться прямо и честно.
Син Чэнь видел ту видеозапись с признанием, да и родители тоже её смотрели. Ю Хуайси тогда ещё посмеивалась, хваля дочурку за притягательность среди девчонок.
Ю Хуайси облегчённо вздохнула:
— А, так это девушка...
Она осеклась, и в следующую секунду её голос взлетел на две октавы:
— Погоди... ДЕВОЧКА?!
Синь Фэн спокойным тоном изложила всё как есть.
Она ожидала, что родители и брат с трудом переварят новость о её ориентации, однако те приняли её выбор без единого возражения. Это даже заставило Синь Фэн задуматься: неужели роман с девушкой вызывал у них меньше протеста, чем с парнем?
Ещё минуту назад отец и брат готовы были хвататься за мечи.
А стоит им услышать, что это девушка, как...
Синь Фэн посмотрела на них и с глубоким чувством произнесла:
— Папа, мама, брат, сестра... Я люблю её по-настоящему. И нужна мне только она. Пожалуйста, не думайте, будто это глупая блажь только потому, что она девушка. Я отношусь к ней со всей серьёзностью и сейчас абсолютно искренне признаюсь вам во всём. В будущем я приведу её в наш дом, поэтому очень надеюсь, что вы примете её от всего сердца.
Родные переглянулись.
Отказываться никто не собирался — лишь бы Синь Фэн была счастлива.
* * *
Во второй половине дня Син Чэнь уехал к себе в городскую квартиру. Около трёх часов дня Синь Фэн отправилась в аэропорт. Как и в прошлый раз, Ю Хуан лично вызвалась её проводить. Ю Хуайси и Син Етин стояли у дверей виллы, провожая взглядом удаляющийся автомобиль.
К ним подошёл старый дворецкий Жун Шаоли:
— Председатель, госпожа. Происхождение мисс Ло установлено. Она — единственная дочь Ло Юньхэна, главы корпорации «Ло» в Цзянчэне.
Син Етинь едва ощутимо удивился:
— Ло Юньхэн?
— Именно так, — подтвердил дворецкий.
— В Цзянчэне, если Ло Юньхэн занимает второе место, никто не дерзнёт претендовать на первое, — заворожённо произнесла Ю Хуайси. — Надо же, наша Фэнфэн сошлась с его дочерью.
Мать и подумать не могла, что её дочь завоюет наследницу корпорации Ло. Такое происхождение — более чем достойный союз.
Син Етин развернулся и пошёл в дом:
— Как выкроем время, нужно будет вытащить будущих сватов на встречу и обсудить будущее наших детей.
* * *
Время летело незаметно, и вот настала пятница.
После обеда Ю Хуан прилетела обратно в Цзянчэн, где её встретила Цинь Сан. Вернувшись в свою квартиру в жилом комплексе «Кайши Фэнхуа», Ю Хуан первым делом набрала номер Цзян Лай. Она помнила, что та хотела встретиться, и решила сдержать обещание.
Гудки быстро сменились ответом.
— Алло.
— Мисс Цзян, — уголки губ Ю Хуан слегка изогнулись. — Помните, кто это?
У Цзян Лай был безупречный слух на голоса:
— Я помню вас, мисс Ю.
— Я сегодня вернулась в Цзянчэн, — произнесла Ю Хуан. — Вы ведь искали встречи со мной? Как насчёт завтрашнего дня? Вы свободны в субботу?