Цзян Лай не могла подобрать слов, чтобы выразить всю глубину накрывшей её благодарности. Ей оставалось лишь крепче сжать пальцы Ю Хуан.
— Мисс Ю... спасибо вам. Огромное спасибо.
Ю Хуан свободной рукой мягко похлопала её по тыльной стороне ладони:
— Не за что.
И снова перевела взгляд на главный экран, где крутилась видеозапись.
Девушки умолкли.
Запись с камер наблюдения шла своим чередом и остановилась аккурат на моменте, когда Ю Хуан подскочила к женщине и влепила ей оплеуху. В этот момент все присутствующие — и журналисты в зале, и зрители трансляции — отчетливо услышали, о чём именно скандалистка говорила с Цзян Лай.
Истинные причины и подробности инцидента наконец-то выплыли наружу.
В зале поднялся невообразимый шум.
Ю Хуан ощутила, как с плеч свалился тяжеленный груз: правда восторжествовала. Но останавливаться на этом она не собиралась. Подняв микрофон, актриса произнесла — чеканно и строго:
— Вы сами всё видели. Это абсолютная правда, без малейших утаек и лжи. А теперь я хочу спросить каждого из вас: если бы при вас кто-то начал подобным образом оскорблять вашего друга, как бы поступили вы?
Она помедлила и продолжила:
— Я не считаю свой поступок безупречным, но и ошибкой его не назову. У каждого своё видение ситуации и свои методы решения проблем. Но тогда, в ту самую секунду, я твердо знала одно...
Ю Хуан повернулась к Цзян Лай:
—...ей нужна помощь.
Зал тут же вспыхнул от слепящих вспышек фотокамер, а шквал затворов слился в сплошной треск. Этот момент навсегда запечатлелся на снимках.
Ю Хуан медленно опустила взгляд на Додо, который всё это время смирно сидел подле своей хозяйки.
— Собака-поводырь, которую вы видели на записи, — это Додо, верный спутник моей подруги. Взгляните на него. Разве он не лапочка?
Репортёры тут же навели объективы на пса. Додо никогда не приходилось бывать на столь пышных мероприятиях; он сидел на сцене, с любопытством разглядывая странных двуногих, и размахивал хвостом, высунув язык — будто улыбался.
Несмотря на всю человеческую жестокость и желчь, с которой ему довелось столкнуться, он продолжал безоглядно верить людям.
Глядя на пса, Ю Хуан ощутила, как к горлу подступает ком, а глаза защипало от слез.
— Додо повезло, — негромко проговорила она. — Ему досталась замечательная хозяйка. Хозяйка, которая, даже не видя мира вокруг, до последнего верила, что её пёс не способен причинить кому-то вред.
У Цзян Лай защипало в носу.
Ю Хуан... она действительно понимала её как никто другой.
— Не успей я вовремя прийти на помощь, моей подруге пришлось бы несладко, — продолжала актриса. — Эта женщина вряд ли задумывалась о том, какую глубокую рану могут нанести её слова. Она едва ли понимала, что подобная травля способна довести человека до суицида. Но каждый из нас должен нести ответственность за то, что говорит и делает.
По залу прокатился гул одобрения.
Впрочем, откуда у человека без души возьмётся хоть капля сострадания?
Ю Хуан чуть вздернула подбородок, глядя прямо в центральный объектив. Без привычной улыбки её лицо выглядело холодным и властным, а от властного тона перехватывало дыхание:
— Да, я ударила эту женщину. И я готова принести ей публичные извинения. Но только после того, как она сама публично извинится перед моей подругой и перед Додо.
Сердце Цзян Лай забилось чаще, она тишайшим шепотом пробормотала:
— Мисс Ю...
Неужели Ю Хуан ради неё и Додо правда готова переступить через себя и извиниться перед этой тварью?..
— На этом наша пресс-конференция окончена, — раскатисто разнеслось по залу. — Благодарю всех за внимание. Всего доброго.
Договорив, она крепче сжала руку Цзян Лай и повела её прочь со сцены.
Журналисты с ума сошли — бросились наперерез, но охрана сработала оперативно: девушек взяли в плотное кольцо и довели до лифта. За всё это время их пальцы ни разу не расцепились.
В кабине лифта царила тишина.
Цзян Лай ощущала тепло и силу, исходящие от ладони Ю Хуан. Сердце словно укутали в мягкий пушистый плед — до того в груди было тепло и покойно. Ю Хуан оказалась не просто добродушной знаменитостью, а невероятно сильным, смелым и честным человеком.
Цзян Лай подумала, что им с Додо чертовски повезло встретить её на своем пути.
Вот только... такой огромный долг. Как ей вообще рассчитываться за всё, что для неё сделали?..
* * *
Как только трансляция завершилась, Ло Юэ с чувством глубокого удовлетворения закрыла вкладку браузера. Она посмотрела эфир от начала и до конца и лишний раз убедилась: Синь Фэн и Ю Хуан — настоящие сёстры. Обе прямолинейные, решительные и привыкшие действовать в лоб.
Когда Ло Юэ только узнала, что кинодива Ю Хуан — родная сестра Синь Фэн, у неё дар речи пропал от изумления.
Они ведь казались людьми из совершенно разных миров! Да и внешне не так чтобы похожи — никому бы и в голову не пришло их связать.
Хотя... вот эта их аура, ледяная и давящая, у обеих одинаковая.
С тех пор Ло Юэ пристально следила за всеми новостями о Ю Хуан.
И текущую ситуацию актриса разрулила безупречно. Ло Юэ, правда, и сама не знала, как относиться к оплеухе: если по уму, то распускать руки первой — не дело, но если бы кто-то посмел вот так публично облить грязью её Бога Ветра...
Ло Юэ бы эту дрянь на куски порвала. Прямо на месте.
Впрочем, сколько людей, столько и мнений — каждый судит в меру своей испорченности.
Девушка открыла Вэйбо, желая почитать, что пишут в сети. Настроение в комментариях изменилось коренным образом по сравнению со вчерашним вечером. Разумеется, хейтеры и тролли продолжали упрямо поливать Ю Хуан грязью, но подавляющее большинство пользователей теперь накинулось на ту самую зачинщицу: её клеймили за хамство, злобу и полное отсутствие человечности.
Многие сочувствовали незрячей девушке и её псу.
Встретить такую скандальную бабу — врагу не пожелаешь.
А ещё Ло Юэ заметила кучу комментариев, где восторгались красотой Цзян Лай. Незрячая девушка и впрямь была очень хороша собой. Ло Юэ вздохнула: «Эх, если бы она только могла видеть свет...»
* * *
Ю Хуан привела Цзян Лай и Додо в персональную комнату отдыха в офисе компании. Помещение было огромным, обустроенным по последнему слову техники. Посторонних туда не пускали, но клининг убирался ежедневно, так что внутри царили идеальная чистота и уют.
Цзян Лай растерянно спросила:
— Мисс Ю, куда мы пришли?
— Мы всё ещё в агентстве, я привела тебя в свою гримёрку, — Ю Хуан бережно подтолкнула девушку к мягкому дивану. — Присядь, отдохни.
— Да не стоит, Сестра Хуан, вы ведь наверняка заняты, не нужно со мной возиться, — засуетилась Цзян Лай. — Раз пресс-конференция закончилась и правда всплыла, я, пожалуй, пойду. Бабушка ждёт меня внизу.
Ей и так было неловко из-за того, сколько хлопот она доставила...
Ю Хуан удивилась:
— Бабушка Шэнь тоже здесь?
— Сестра Хуан, — подала голос Цинь Сан, — давайте я сбегаю и приведу Бабушку Шэнь сюда?
Ю Хуан кивнула:
— Да, пожалуйста, поспеши.
— Ага, я быстро! — Ассистентка тут же выскочила за дверь.
— Мисс Ю... — вздохнула Цзян Лай. — Вы слишком ко мне добры...
Ю Хуан любила рассматривать лицо Цзян Лай, хоть и жалела, что их взгляды никогда не пересекутся.
— Перестань. Сиди спокойно и ни о чём не переживай. Ты ведь понимаешь, что после сегодня о тебе знает вся страна? Твоё имя, возраст, адрес — всё это вычислят в два счёта. Гарантирую, уже к вечеру под твоими дверями будет дежурить толпа репортёров.
Цзян Лай замерла:
— А...
Она понимала, что участие в публичном скандале аукнется ей в будущем, но о подобном как-то не подумала.
Получается... она опять втянула Шэнь Цютан в неприятности?
Ю Хуан мягко улыбнулась:
— А ты храбрая, Цзян Лай.
Цзян Лай нахмурилась и промолчала.
Заметив, как изменилось её лицо, Ю Хуан решила, что та пожалела о приходе на конференцию, и тихо спросила:
— Ты... жалеешь, что согласилась?
Ю Хуан знала, что как публичное лицо она выставила обычного незрячего человека на обозрение миллионной аудитории, и это могло испортить Цзян Лай всю жизнь. Но в глубине души ей эгоистично хотелось, чтобы Цзян Лай не жалела.
Ей хотелось, чтобы Цзян Лай правда прошла этот путь рука об руку с ней.
— Не жалею, — голос Цзян Лай прозвучал мягко, но непоколебимо. — Я не боюсь. Мы ведь договорились разделить всё пополам.
Глядя на неё, Ю Хуан не смогла сдержать улыбки:
— Хорошо. Разделим пополам.
«Я защищу тебя, Цзян Лай», — мысленно пообещала она.
— Угу, — отозвалась Цзян Лай.
Поступки Ю Хуан доказали: она стоит того, чтобы ради неё рисковать. Цзян Лай верила, что Шэнь Цютан её поймёт.
Вскоре Цинь Сан привела Бабушку Шэнь. Ю Хуан немного поболтала со старушкой, после чего её вызвала Линь Фэй. Уходя, актриса строжайше наказала Цинь Сан заботиться о гостьях, и та с готовностью согласилась.
* * *
Полдень.
Ло Юэ вышла из столовой после обеда. Время перевалило за двенадцать, а Ло Чао всё ещё не вернулся. Воспользовавшись моментом, она радостно помчалась к себе в комнату собирать вещи.
Ей не терпелось скорее увидеть Синь Фэн!
Но стоило ей, сгорая от нетерпения и прижимая к себе рюкзак, выскочить на крыльцо, как во двор въехал чёрный «Бентли» и перекрыл ей дорогу. Дверца распахнулась, и из салона показалась длинная нога Ло Чао в строгих брюках.
Ло Юэ: «...»
У неё слов не было от возмущения.
Ло Чао выбрался из машины, подошёл к сестре и, сверху вниз глядя на неё, спросил:
— Это ты куда намылилась?
— Брат, завтра же понедельник, занятия! Я в общагу собираюсь, — с невозмутимым видом соврала Ло Юэ. — Ну, я пошла...
Ло Чао просто сгреб её за плечи и потащил обратно в дом:
— Мечтай больше.
Ло Юэ: «...»
Рядом с высоким и рослым братом она выглядела абсолютно беспомощной. Ей оставалось лишь покорно семенить вслед за ним, пока её наглым образом конвоировали в гостиную.
— Я через пару дней улетаю обратно в США, и бог знает, когда снова выберусь домой, — на ходу бубнил Ло Чао. — Успеешь ещё научиться. Проведёшь сегодняшний день со мной, покатаем в компах. Я едва вырвался, а ты уже сбежать норовишь!
Ло Юэ показалось, что на неё обрушилось небо. Ей хотелось плакать навзрыд.
«Брат... ну за что?!»
Неужели её идеальный план с треском провалился из-за старшего брата?!
Да на кой ей сдались эти игры дома, когда где-то там её ждёт Богиня?!
Ей хотелось рыдать в голос!
* * *
Синь Фэн только-только закончила тренировочный матч, когда телефон в её кармане несколько раз вибрировал. Она открыла чат — там были сообщения от Ло Юэ.
[Ло Юэ]: Богиня-о-о! Мой брат вернулся, я сегодня не смогу приехать... [Плачет]
[Ло Юэ]: Он такой ребёнок, честное слово! Двадцатисемилетний мужик, а заставляет меня сидеть с ним и играть в игры... [Слёзы ручьём]
[Ло Юэ]: Богиня... я так по тебе скучаю... [Хнык]
Синь Фэн невольно улыбнулась и набрала ответ:
[Синь Фэн]: Ничего страшного. В следующую пятницу я сама за тобой заеду.
[Синь Фэн]: Вместе съездим к моей сестре.
[Синь Фэн]: Умница.
[Ло Юэ]: [Глаза на мокром месте]
[Ло Юэ]: Хорошо!
* * *
Вечером Ю Хуан лично отвезла Цзян Лай и Шэнь Цютан в переулок Чуньси.
Машина остановилась у въезда.
Вглядываясь в толпу репортёров, дежуривших возле дома Цзян Лай, Ю Хуан только диву давалась: надо же, всего за полдня вычислили адрес!
Ради сенсации эти акулы пера готовы на всё.
Она обернулась к Цзян Лай, которая пока ни о чём не подозревала, и произнесла:
— Цзян Лай, Бабушка Шэнь, у вашего дома толпится куча журналистов.
Помедлив, она добавила:
— Поехали сегодня ко мне.
Цзян Лай тут же замахала руками:
— Ну что вы, как можно... Мы и так вас заездили...
Шэнь Цютан выглянула в окно. Не привыкшая к подобному вниманию старушка откровенно перепугалась:
— Это они что, за нашей Лайлай пришли? С этими огромными штуковинами на плечах... Страсти-то какие! Нельзя им к Лайлай!
Ю Хуан тут же подхватила:
— Вот и Бабушка Шэнь со мной согласна. Едем ко мне.
Цзян Лай: «...»