Когда Хэ Жун очнулся посреди неописуемой смеси запахов, то с удивлением обнаружил, что мёртв.
Он парил под самым потолком, разглядывая то, что технически являлось его собственным телом: пробитая окровавленная голова, синюшное лицо. Даже дорогой шерстяной костюм не спасал положения — труп выглядел так, словно его упаковали в мусорный мешок.
Хэ Жун совершенно не помнил, как докатился до жизни — точнее, смерти — такой. Момент гибели начисто стёрся из памяти. Он не мог вспомнить ни домашнего адреса, ни имён родителей. Явись сейчас за его душой посланники загробного мира, ему оставалось бы лишь сухо назвать своё имя.
Хэ Жун. Мужчина. Возраст… неизвестен. Семейное положение? Тоже без понятия.
Он скользнул взглядом по своему голому безымянному пальцу, а затем перевёл взор на молодую женщину, что сидела на коленях у двери и заходилась рыданиями. Она была невероятно хороша собой: большие выразительные глаза, нежные, невинные черты лица. Даже сейчас, когда её веки опухли и покраснели от слёз, это нисколько не портило её красоты.
Будь он действительно её парнем, при виде такого безутешного горя следовало бы почувствовать хоть что-то. Увы… Хэ Жун прижал ладонь к груди. Внутри царила абсолютная тишина. Ни малейшего душевного отклика.
Ну да. Он ведь уже мёртв.
«Логично», — хладнокровно заключил Хэ Жун.
Пока он свыкался с неизбежным, в караоке-кабинку один за другим входили полицейские: осматривали труп, фотографировали следы рвоты и грязи на полу, собирали разбросанные по столу пустые бутылки из-под выпивки и попутно подыскивали место, чтобы допросить заявительницу, которая окончательно потеряла самообладание.
— Товарищи полицейские! Умоляю, поверьте мне! Правда… Когда я открыла дверь, он… он уже был мёртв!
Девушка зарыдала ещё пуще, мелко дрожа, словно хрупкий цветок под проливным дождём. Из её путаных объяснений Хэ Жун выяснил, что зовут её Ван Лили, ей двадцать лет, и она восходящая звёздочка отечественного кино. С Хэ Жуном они встречались уже два года — иными словами, он был её богатым покровителем, спонсировавшим её карьеру.
Ведущий допрос офицер по фамилии Лю — подчинённые звали его командиром Лю — слушал эти бесконечные всхлипы с явным раздражением.
— Госпожа Ван, мы вовсе не это имели в виду. Вы — главный свидетель, поэтому обязаны оставаться здесь и сотрудничать со следствием.
Видимо, из-за попыток сдержать эмоции его голос звучал сквозь зубы. Капитан Лю обладал густыми бровями, цепким взглядом и косой саженью в плечах — такой без труда уложил бы троих Хэ Жунов одним ударом. Хэ Жун попытался подлететь к нему поближе, но расстояние между ними никак не сокращалось, оставаясь в пределах пяти метров, будто живых и мёртвых разделял невидимый барьер. Немного поразмыслив, он решил не суетиться и просто завис в воздухе, наблюдая, как чужие люди обсуждают его собственную смерть.
В этот момент жёлтую сигнальную ленту, едва натянутую полицией, с треском сорвал незваный гость.
— Офицер, это она! Хватайте эту тварь! Точно вам говорю, это её рук дело! Она убила Хэ Жуна!
Капитан Лю цыкнул и широким шагом преградил дорогу орущему парню. Тот, вцепившись в плечи полицейского, яростно махал кулаками в сторону Ван Лили; на его лбу вздулись вены, а грудь тяжело вздымалась. Ван Лили от ужаса забилась в угол и снова принялась всхлипывать — обстановка накалилась до предела.
Получив от полиции строгий окрик, этот вспыльчивый тип нервно сбросил капитана Лю и с напускным достоинством одёрнул куртку, хотя глаза его подозрительно покраснели. Он назвался Фан Каем, лучшим другом Хэ Жуна с самого детства и по совместительству владельцем этого заведения. Они выросли в одном дворе, делили всё пополам и были не разлей вода.
— Сегодня вечером Жун пришёл ко мне сам, сказал, что в последнее время всё наперекосяк и охота напиться, — не дожидаясь протокольных вопросов, выпалил Фан Кай. — Я ему говорю: мол, сто лет вместе не квасили, давай сегодня надерёмся в стельку и пошлём всех этих баб к чёрту. Но он отказался. Сказал, что у него назначена встреча.
— Во сколько это было? — перебил капитан Лю.
— Около пяти, наверное.
— Знаете, с кем он встречался?
— Знаю. С братом.
— Этот человек сейчас здесь?
— Без понятия.
Капитан Лю бросил несколько коротких фраз в рацию и кивнул собеседнику:
— Продолжайте.
— Я знал, что они со старшим братом на ножах, поэтому лезть с расспросами не стал. Сказал только: «Ладно, освободишься — вернёшься, продолжим». Но я прождал его до девяти вечера, а он так и не появился. Только я собрался пойти проверить, как прибежал администратор и заорал, что Хэ Жун мёртв…
Фан Кай растерянно пробормотал:
— Я до сих пор поверить не могу… Как так-то? Был человек — и нет…
Затем он ожесточился и бросил испепеляющий взгляд в сторону Ван Лили:
— Это точно эта сука! Хэ Жун с неё пылинки сдувал, всё самое лучшее к её ногам швырял! А она только и думала, как бы от него свалить, да ещё и рога ему наставила, блядь!
Ван Лили съёжилась в углу, как перепуганная перепёлка, готовая вот-вот лишиться чувств.
Капитан Лю протянул всё ещё взвинченному молодому господину Фану сигарету и дежурно бросил пару успокаивающих фраз. В этот момент конвоир привёл ещё одного фигуранта. Хэ Жун повернул голову в его сторону: мужчина в строгом костюме с иголочки держался с безупречной деловой выправкой — полная противоположность праздным повесам.
— Вы брат погибшего?
— Да. Мы братья по отцу.
Хэ Тяньсян, бледный как полотно, смотрел на капитана Лю. Несмотря на внешнее спокойствие, его сжатые кулаки выдавали глухое внутреннее напряжение.
— Вы встречались с жертвой сегодня вечером?
— Да. Хэ Жун позвонил мне и сказал, что есть разговор, — в отличие от Фан Кая, речь Хэ Тяньсяна была предельно ровной и структурированной. — Я прибыл ровно в пять в вип-комнату на четвёртом этаже, однако брат опоздал на полчаса.
— Можете рассказать, о чём вы говорили? — капитан Лю впился взглядом в его лицо.
— Наша беседа не имеет отношения к делу. Чисто семейные вопросы.
За стёклами очков Хэ Тяньсяна промелькнула едва уловимая тень.
Из угла донеслось презрительное хмыканье. Хэ Тяньсян холодно глянул на прислонившегося к стене парня и невозмутимо добавил:
— Во всяком случае, к посторонним это никак не относится.
— Чё ты вякнул?! — Фан Кай снова принялся засучивать рукава, но по жесту капитана Лю полицейские оттеснили его подальше.
— Сколько длился разговор?
— Около часа.
— К согласию не пришли?
Хэ Тяньсян тяжело кивнул:
— Хоть он и мой брат, наши отношения… оставляли желать лучшего. — Он с неловкостью понизил голос: — Как вам уже известно, мы от разных матерей. Он сын…
Хэ Тяньсян обладал правильными, строгими чертами лица; возможно, он не приковывал к себе взгляды мгновенно, как его младший брат, но держался с солидным, сдержанным достоинством.
— До этого вечера Хэ Жун очень долго не появлялся в родовом доме, жил отдельно в собственной квартире. Поэтому его звонок стал для меня полной неожиданностью.
— Сколько времени вы не общались?
— Месяца три.
— Чего именно он хотел?
— Он хотел… одолжить денег. Десять миллионов. Я сразу ответил отказом.
— Почему? Насколько я понимаю, ваша семья не бедствует.
— Верно. Но в последнее время у компании возникли трудности с оборотом средств, выделить такую сумму сиюминутно было невозможно.
— Хэ Жун объяснил, на что ему нужны деньги?
— Наотрез отказался называть причину.
Хэ Тяньсян покачал головой с изнурённым видом. Этот жест не укрылся от капитана Лю: предприниматель явно недоговаривал или скрывал добрую половину правды. Их диалог с погибшим был куда сложнее и острее, чем он пытался представить.
— В половине седьмого, когда разговор закончился, я ушёл из клуба. Мы действительно расстались на дурной ноте, но я и подумать не мог, что вижу его живым в последний раз, — подытожил Хэ Тяньсян.
Хэ Жун со стороны наблюдал, как накрытое белой простыней тело выносят из комнаты, не испытывая ровным счётом никаких эмоций. Поначалу он опасался, что душа последует за бренными останками, но спустя несколько минут убедился, что по-прежнему в целости и сохранности парит под потолком. Успокоившись, он беззастенчиво заглянул в полицейский протокол.
[Жертва: Хэ Жун, мужского пола, 21 год. Предварительная причина смерти: тяжёлая травма головы в результате удара тупым предметом. Предположительное время наступления смерти: между 18:00 и 21:00. Орудие преступления на месте происшествия не обнаружено.]
Судя по показаниям Фан Кая и Хэ Тяньсяна, погибший договорился о встрече на пять часов, но, приехав в клуб, сначала заглянул на третий этаж поздороваться с другом, и лишь в половине шестого поднялся в кабинет на четвёртом. Спустя час братья разругались, и Хэ Жун в одиночестве спустился на второй этаж, где позже и нашли труп. Вероятнее всего, именно в этот промежуток времени убийца нанёс роковой удар. Следователи попытались запросить записи с камер видеонаблюдения, однако в клубе шёл затяжной ремонт, и часть кабелей была демонтирована.
В итоге то, что произошло после того, как Хэ Жун покинул комнату на четвёртом этаже, оставалось тайной за семью печатями для всех — включая самого Хэ Жуна.
Тем временем в соседнем помещении, пока Хэ Тяньсян давал показания, Фан Кай обрушил на Ван Лили всю мощь своего гнева:
— Если это не ты, с какого перепугу ты вообще сюда припёрлась?! Какое, на хрен, совпадение?!
Ван Лили хоть и перестала выть в голос, выглядела плачевно: косметика потекла, мокрые щёки раскраснелись, и до своего внешнего вида ей не было дела.
— М-мне Хэ Жун написал в вичате… Сам позвал…
— Твою мать! Так и знал, что этот придурок никак не успокоится! Чем ты его опоила, зараза?! Вот и доигрался, сдох на хрен!
Хэ Жун, наслушавшись откровений брата, как раз подлетел к этой перепалке. Однако капитана Лю куда больше заинтересовали слова о сообщении.
— Телефон сюда.
Дрожащими пальцами Ван Лили сняла блокировку и открыла переписку с погибшим.
«Малыш, умоляю, ответь мне. Хоть пару слов».
«Я больше никогда не повышу на тебя голос, это всё моя вина…»
«Лили, ты всё ещё злишься на меня? Я…»
От неприкрытого, унизительного пресмыкательства перед девушкой тошнота подступала к горлу. Капитан Лю быстро пролистал экран до самого низа.
«Лили, я в последний раз прошу о встрече. Пожалей меня».
«Я согласен на расставание».
«Приезжай в Зал Золотого Изобилия, второй этаж, комната 202».
Время отправки: 19:09 того же вечера.
В глазах Ван Лили снова заблестели слёзы:
— Я просто хотела поговорить по-человечески… В конце концов, он… он столько для меня сделал. Я сегодня до восьми вечера была на съёмках за городом, потом сразу вызвала такси и приехала только к девяти! Это не я… как я вообще могла такое сделать?!
Наблюдая, как актриса выдаёт безупречную драматическую сцену, капитан Лю лишь сильнее нахмурился.
— Где телефон погибшего? — он принялся перебирать пакеты с уликами, но ничего похожего не нашёл.
Если жертва отправляла сообщения этим вечером, мобильник должен был находиться при нём.
В голове следователя щёлкнул невидимый тумблер.
Убийца целенаправленно унёс телефон с собой — именно там могли остаться прямые улики против него!