Хэ Жун и Юнь Ци наконец добрались до восьмого этажа торгового центра. До конца игры оставалось меньше часа.
Сейчас они находились в западном крыле, тогда как кабинет управляющего Се и диспетчерская охраны располагались в восточном. Приходилось вновь пересекать весь этаж.
Вокруг царила мертвенная тишина — ни звука, ни шороха. Стоило Хэ Жуну подойти к атриуму, как Юнь Ци вскинул руку, преграждая ему путь. Не сводя взгляда с темноты впереди, он неторопливо шагнул вперёд. В то же мгновение из мрака метнулась тень. Юнь Ци плавно уклонился, перехватил руку нападавшего и резко вывернул её за спину. Тот взвыл и согнулся пополам, а Юнь Ци тут же сбил его с ног коротким ударом под колено. Незнакомец тяжело рухнул на пол.
Хэ Жун направил луч фонарика на поверженного противника.
Им оказался фитнес-тренер Ван Линьчуань.
Злобно зыркнув на них снизу вверх, тот процедил сквозь зубы:
— Пустите меня!
Юнь Ци лишь усмехнулся и наступил подошвой ему на икру, заставив побледнеть от боли.
— Что... что вы творите?!
— Что творим? Скорее уж нам стоит спросить об этом, — Юнь Ци давил без видимого усилия, однако рослый верзила, бывший на голову выше его, не мог даже пошевелиться. — Чего ради засел тут и нападаешь из засады?
— Я не нападал! — огрызнулся Ван Линьчуань. — В здании творится чертовщина! Я стоял на страже, чтобы никакая тварь не пробралась к остальным!
— К остальным? И ты всерьёз думаешь, что эта твоя «тварь» чинно поднимется по лестнице прямо тебе в руки?
Ван Линьчуань поперхнулся, не зная, что возразить, но упрямо стоял на своём:
— Вы же были на первом этаже! Какого чёрта поднялись сюда? С вами явно что-то не так! В вас наверняка вселились призраки!
— Будь мы одержимы, стали бы тратить время на пустые разговоры? У тебя явно туго со здравым смыслом.
— Да я правду говорю! — со лба тренера градом катился пот. — Только что в троих вселилась нечисть, они сели в лифт и рухнули в шахту! Мы с ещё одним человеком своими глазами это видели!
Хэ Жун переглянулся с Юнь Ци.
— Даже если так, нельзя бросаться обвинениями направо и налево. Доказательства есть? И почему ты так уверен, что призрак не сидит в тебе самом?
— В меня... в меня никто не мог вселиться! — отрезал Ван Линьчуань.
— Вот как?
— Кто угодно, только не я!
Столь категоричная уверенность натолкнула Хэ Жуна на мысль, что роль этого парня не так проста.
— Где остальные?
— С какой стати мне рассказ... Ай-ай-ай, больно, пусти-и-и!
Он истошно завопил. Юнь Ци тем временем непостижимым образом извлёк верёвку и в пару ловких движений спеленал его по рукам и ногам.
— Не хочешь лично оценить радость скоростного спуска с восьмого этажа прямо в преисподнюю?
Юнь Ци потянул пленника за верёвку в сторону перил атриума.
— Стой! Ты совсем больной?! Да пошёл ты на... Твою мать, ладно, ладно! Я отведу вас!
В последний момент Ван Линьчуань предпочёл капитулировать перед грубой силой.
Кабинет управляющего находился за углом в восточном крыле. Ван Линьчуань, которого вели на верёвке, точно пса на поводке, дотащился туда за считанные минуты.
— Предупреждаю, не вздумайте дёргаться, у меня с собой...
Юнь Ци окинул его ледяным взглядом, и тренер мгновенно захлопнул рот.
Картина внутри не предвещала ничего хорошего. Парень Сун Сяомэй, Сунь Хао, лежали на полу без чувств, Чэнь Цяньцянь тихо всхлипывала в углу. Хозяин лапшичной Лу нервно курил, присев на корточки; на лице его жены застыло такое же мрачное отчаяние. Управляющий Се растерял былое хладнокровие и без сил полулежал на диване, осунувшийся и бледный. По правую руку от него сидела секретарь У, выглядевшая совершенно потерянной.
Хэ Жун подошёл ближе:
— Управляющий Се?
Тот вскинул голову, словно только сейчас заметив вошедших:
— Это вы...
— Мы поднялись за вами. Как вы? Всё в порядке?
Управляющий Се сокрушённо покачал головой:
— Всё по моей вине... запаниковал, не уследил за теми, кто шёл сзади...
Он выглядел искренне раздавленным.
— Расскажите, что произошло?
Тот тяжело вздохнул:
— По пути наверх мы снова разделились. Я привёл сюда тех, кто держался рядом со мной, и собирался вернуться за остальными, но... — он мучительно зажмурился. — Пока меня не было, с оставшимися в кабинете случилась беда...
Слова сходились с рассказом Ван Линьчуаня: здесь действительно не хватало троих. Хэ Жун перевёл взгляд на секретаря У.
— Вы не оставались в кабинете?
— Я... мне было страшно, и я пошла следом за управляющим Се, — она мелко дрожала.
Хэ Жун помедлил:
— Вы что-нибудь видели?
— Мы с управляющим пошли встречать остальных, но почему-то никак не могли дойти до западного крыла... кружили на одном месте, — всхлипнула она. — Бродили так не знаю сколько, пока не наткнулись на Ван Линьчуаня. Он-то и сказал, что остальные... что они... — Секретарь У задохнулась от накатившего ужаса, не в силах продолжать.
Управляющий Се виновато понурился:
— Это моя оплошность. Нельзя было оставлять людей одних. Эх, сяо У, тебе стоило меня одёрнуть...
Секретарь лишь тихо всхлипнула.
Хэ Жун покачал головой:
— Сейчас главное — спуститься на первый этаж.
— Но... — управляющий Се замялся. — Боюсь, по дороге снова что-нибудь стрясётся...
— Вот именно! Как ты гарантируешь нашу безопасность? — подал голос Ван Линьчуань. — По-моему, вы просто хотите заманить всех вниз и прикончить разом!
Хэ Жун бросил на него выразительный взгляд. Юнь Ци тем временем уже приставил лезвие ножа к шее тренера:
— Думаешь, чтобы разделаться с тобой, мне непременно нужно тащить тебя вниз?
Ван Линьчуань оцепенел. Видя, что никто не собирается вступаться, он отчаянно замигал управляющему Се. Тот наконец не выдержал:
— Молодой... молодой человек, успокойтесь, — он достал платок и промокнул вспотевший лоб. — Если вы так настаиваете на спуске, чем вы можете гарантировать безопасность присутствующих?
Юнь Ци ослепительно, обманчиво-мягко улыбнулся:
— Я могу гарантировать безопасность каждого [человека].
Армейский нож привычно провернулся в его пальцах:
— Но на тех, кто человеком не является, эта гарантия не распространяется.
От его слов всех прошиб озноб.
Управляющий Се занервничал ещё сильнее:
— Ч-что вы хотите этим сказать?
— А вы угадайте, — парировал Юнь Ци, продолжая говорить загадками.
— Да он бредит! Он явно задумал недоброе! — взревел Ван Линьчуань. — Управляющий Се, нам нельзя спус...
Договорить он не успел. Глаза управляющего внезапно полезли на лоб, на шее и висках вздулись синие вены. Вцепившись обеими руками в собственное горло, Се отшатнулся назад и рухнул на диван. От его тела повалил едкий чёрный дым с тошнотворным смрадом, а кожа на глазах начала ссыхаться и темнеть. В считанные секунды представительный руководитель превратился в иссохший, окоченевший труп.
Чэнь Цяньцянь и жена хозяина лапшичной истошно завизжали. Сам лапшичник, мелко дрожа, прижимал к себе супругу, не в силах вымолвить ни слова. Ван Линьчуань застыл с разинутым от неописуемого ужаса ртом.
Хэ Жун же не отрывал спокойного взгляда от единственного человека в комнате, сохранившего невозмутимость.
Та тоже молча и пристально изучала его.
— Как ты догадался?
От прежней робкой и пугливой секретарши не осталось и следа. «Она» расслабленно откинулась назад, изящно закинула ногу на ногу и приготовилась слушать.
Хэ Жун ответил:
— Просто я посмотрел кино.
Пока перепалка Юнь Ци и Ван Линьчуаня отвлекала всеобщее внимание, Хэ Жун незаметно достал телефон и просканировал комнату с помощью [Зеркала Истины]. Он увидел, что фигуру управляющего Се окутывает плотная чёрная дымка, за которой едва различалось лицо. Управляющий давно был мёртв. А значит, тот, кто управлял им, находился прямо здесь.
Каждый игрок белой команды имел две попытки, чтобы вписать имя предполагаемого участника чёрной команды. Однако ошибка означала немедленное выбывание из игры — так система исключала тактику перебора числом.
Возможно, Хэ Жуну потребовалось бы больше времени на размышления, но поведение управляющего Се и секретаря У выдало их с головой.
Именно они были главными героями того фильма — мужчиной и его любовницей. Однако их близость на экране разительно контрастировала с тем, как они держались сейчас. Отношения персонажей внутри инстанса были заданы изначально: любовники, связанные тайной интрижкой, в критический момент непременно проявили бы истинную связь. К тому же поведение «секретаря У» совершенно не вязалось с экранным образом. Вывод напрашивался сам собой.
Хэ Жун ввёл имя в телефоне. Система подтвердила правильность ответа и мгновенно заблокировала способности раскрытого игрока чёрной команды.
Сидящая на диване «секретарь У» задумчиво хмыкнула:
— Заглянул в кинотеатр на седьмом этаже?
Хэ Жун кивнул.
— И не побоялся ведь, — в её голосе прозвучало искреннее удивление. — Для новичка твоя выдержка и сообразительность впечатляют.
Даже будучи пойманной с поличным, «она» ничуть не расстроилась. Напротив, с улыбкой протянула Хэ Жуну руку:
— Не хочешь вступить в наш [Терем Внимающих Мечу]?
Хэ Жун опешил. «Терем Внимающих Мечу»... Разве это не та крупная гильдия из предыдущего инстанса?
— Не торопись, можешь подумать, — под зазвучавший таймер обратного отсчёта телепортации «секретарь У» неспешно поднялась на ноги. — Запомни моё имя. Меня зовут Нань И.
«Она» обворожительно, трогательно улыбнулась:
— Жду тебя снаружи.
Вспыхнул белый свет, и «секретарь У» растворилась в воздухе.
Остальные застыли в оцепенении. Ван Линьчуань то бледнел, то краснел; после мучительной внутренней борьбы он стиснул зубы и выдавил, глядя на Хэ Жуна:
— М-мы ведь в одной команде. Я правда не знал, что среди нас засел предатель.
А Юнь Ци тем временем уже буравил Хэ Жуна взглядом, полным горького, немого укора — точь-в-точь обманутая добродетель.
— Мы только что вместе были в кино, а ты уже на моих глазах договариваешься о свидании с другим? Совесть тебя совсем не мучает?
Хэ Жун: «...»
Хэ Жун: «Похоже, ни художественная академия, ни спортивный колледж тебе не подходят. Твой истинный талант раскроется только в театральном».