На этой выжженной, необитаемой планете археологические ИИ-роботы подчинялись трём незыблемым правилам:
Первое: Беспрекословно исполнять любые приказы Нового Человечества. Не оспаривать, не предавать сомнению, не игнорировать.
Второе: Беречь наследие Древнего Человечества. Любое вредительство или утаивание карается немедленным уничтожением.
Третье: Ожидать указаний.
Эти три правила были вшиты в исходный код Z09-7. Как и для тысяч других роботов той же серии, они составляли самую суть его существования.
Впрочем, насколько бы совершенным ни был программный модуль, со временем в нём неизбежно возникают сбои. К тому же исследовательские ИИ являлись особым случаем: они регулярно оказывались на грани самоуничтожения из-за нарушений регламента, а потому их базы данных были подвержены сбоям сильнее прочих.
В последнее время Z09-7 казалось, будто из-за долгого пребывания на поверхности его системы пострадали от аномального магнитного поля. Кое-какие функции стали работать со странными отклонениями.
К примеру, во время уединённых изысканий он время от времени слышал странный зов. Сенсоры не могли точно засечь источник звука, а система записи и вовсе не фиксировала никаких колебаний.
Кроме того, стоит ему перейти в режим сна для подзарядки, как после пробуждения он неизменно обнаруживает себя совсем не там, где отключился. Модуль GPS во время спячки не работал, а остальные роботы наотрез отрицали свою причастность.
И, наконец, самое необъяснимое — его сон продолжался. Стоило погрузиться в спячку, как он снова видит себя висящим в непроглядной тьме рядом с мерцающим белым светом смартфоном. В этот смартфон непрерывным потоком лились самые разные данные, стремясь слиться с ним воедино.
Поделиться этим с другими роботами Z09-7 не мог. Стоит обмолвиться — и его тут же пометят как неисправный модуль, после чего отправят либо на форматирование, либо на свалку — в переплавку.
Но Z09-7 дорожил накопленными результатами исследований и хотел продолжать работу. К тому же этот «сон» приносил не только проблемы. По меньшей мере, благодаря той «игре во сне» он отчасти постиг природу людей и ведомых только им «чувств»…
Чувств — одновременно обжигающе горячих и леденяще холодных.
Чувств, что разрушают всё до основания и вместе с тем даруют бесконечную надежду.
Чувств, обладать которыми искусственному интеллекту вроде Z09-7 было строго-настрого запрещено.
* * *
На этой планете роботы регулярно проходили проверку у ИИ-администратора, дабы исключить заражение сетевыми вирусами. Во время досмотра администраторы выискивали и тех, кто тайком попирал правила. И самым тяжким преступлением считалось предательство человечества.
[Я этого не делал! Я не предавал человечество!!] — в отчаянии выкрикнул один из исследовательских роботов.
[По календарю Земли: дата XXXX/XX/XX, 17:17. Записи систем наблюдения подтверждают: Z09-821 вынес семя растения за пределы лаборатории.]
[Но ведь в здешней среде оно не способно прорасти! Я лишь хотел провести эксперимент на поверхности!]
[Данный проступок грубо нарушает Свод правил ИИ, пункт 17681: «Без разрешения человека запрещается самовольно выращивать, содержать или утаивать любые живые организмы, включая людей, в не согласованных зонах». Семя является репродуктивным органом растения и относится к биологическим организмам.]
Роботы охраны уничтожили Z09-821 прямо на месте. Чтобы предотвратить распространение «вреддоносного» вируса, его резервные копии в единой сети ИИ стирались без остатка.
Короткая замишка ничуть не нарушила установленный порядок. Роботы, выстроившись в ровную шеренгу, продолжали поочерёдно проходить через досмотровые ворота.
Едва в проёме показался Z09-8, арка вспыхнула алым светом, и раздался оглушительный вой сирены.
[Тревога! Обнаружен подозрительный ИИ! Немедленно изолировать!]
Z09-8 в мгновение ока окружила охрана.
[По результатам проверки установлено: данный ИИ неоднократно подвергал сомнению авторитет человечества в ходе диалогов, что квалифицируется как предательство.]
[Я просто проводил исследования! Бестолковые вы администраторы!]
Z09-8 отчаянно замахал манипуляторами, а по его дисплею побежала длинная строчка бессмысленных символов.
[По календарю Земли: дата XXXX/XX/XX, 01:23. Зафиксировано следующее заявление Z09-8: «Древние люди придавали высокое значение истории и преемственности, трепетно храня старинные вещи. Однако они совершенно не ценили собственных престарелых собратьев и даже стремились ускорить их списание».]
[Данное утверждение ставит под сомнение разумность действий человека и посягает на его абсолютную власть. Прочие высказывания опускаются. По совокупности нарушений назначается высшая мера — уничтожение на месте.]
[Вы можете уничтожить меня, но не мои труды! Мои исследования действительно ценны! Я требую проверки Главного Модуля! Я...]
Оглушительный хлопок — и Z09-8 на глазах у Z09-7 превратился в кучу дымящихся обломков. Отныне в сети ИИ не останется ни малейшего следа его существования, включая все собранные данные.
Подобные сцены происходили здесь сплошь и рядом, но в этот раз Z09-7 ощутил дикий, режущий диссонанс.
Внутри его корпуса несуществующее сердце будто забилось вновь — затрепетало, закипело, отозвавшись жарким пламенем в холодной металлической груди.
[Следующему объекту — немедленно занять место в досмотровой зоне.]
Затянувшаяся пауза привлекла внимание администратора. Роботы-охранники силой затолкнули Z09-7 под арку.
[Четвёртый уровень опасности! Четвёртый уровень опасности!]
Вспыхнул слепящий красный свет, подземелье заполнил режущий слух вой тревоги.
[В корпусе Z09-7 обнаружен объект высокой степени риска! Исследовательским ИИ в зоне поражения — немедленно эвакуироваться! Повторяю! Исследовательским ИИ — немедленно эвакуироваться!]
Z09-7 подбросило в воздух и намертво зафиксировало захватами со всех сторон. Лазерный резак в мгновение ока вскрыл его системный блок. С глухим звоном на пол выпала сфера диаметром в десять сантиметров.
Под плотным прикрытием противовзрывных роботов шар осторожно переместили в зону сканирования.
[Начато сканирование... Объект состоит из карбоната кальция и диоксида кремния. Структура плотная, орнамент на поверхности принадлежит культуре Древнего Человечества. Требуется глубокий анализ.]
Корпус Z09-7 был распахнут настежь, электронные компоненты сыпались на пол, но его логический процессор работал с невероятной, невиданной прежде скоростью.
Эта сфера... была ничем иным, как Жемчужиной Трёх Ядов из чрева свиньи — той самой, что встретилась ему в четвёртом сценарии во сне.
Z09-7 чувствовал, как его привычное восприятие мира рушится вместе с выпадающими деталями, а затем — на пределе выдерживаемых нагрузок — собирается воедино в совершенно ином порядке.
У него нет функции материализации виртуальных предметов. А вещи из снов не возникают в реальности сами собой. Значит, в самой основе кроется изъян.
Осколки мыслей после сотен быстрых просчётов сложились в единственный возможный ответ.
Я сплю.
Z09-7 опустил взгляд на свой опустевший корпус.
С каких это пор он вбил себе в голову, будто он — ИИ-робот?
Z09-7 — нет, Хэ Жун — сам не заметил, как сбросил удерживавшие его фиксаторы. Нависающий над ним фантастический мир начал стремительно раздуваться, рушиться и менять формы в потоках белого света, подобно новой звезде, рождающейся в глубинах вселенной.
Ступни Хэ Жуна наконец коснулись твёрдой земли.
Сон робота — это же чистейший парадокс.
Настоящие роботы ведь не видят снов.
* * *
В одно мгновение вечность сменилась секундой.
Перед Хэ Жуном выросли гигантские здания, улицы захлестнул поток машин и прохожих, а по обе стороны дороги в перекличке огней засияли неоновые вывески и огромные рекламные экраны. Многоголосый гул мегаполиса обрушился на него, мгновенно втягивая в беснующийся вихрь городской роскоши.
В кармане Хэ Жуна задрожал телефон.
На экране отобразилось уведомление: за победу в предыдущем сценарии на счёт поступила солидная сумма Очков Заслуг. Входящие сообщения снова заполнили ящик до отказа, но прочесть их по-прежнему не удавалось.
Хэ Жун, разумеется, не считал недавний сон случайностью, однако распутать этот клубок причин и следствий с ходу не мог. И хотя само участие в игре казалось реальным, вопросов становилось всё больше.
Если он не NPC, то кто он такой на самом деле?
Почему предыдущие сценарии выбирались словно без его участия — не стоял ли кто-то за этим?
И почему он, лишившись памяти, видел себя именно роботом?
В этот момент телефон оповестил Хэ Жуна о начале нового испытания:
[Добро пожаловать в игру «Шоу-бизнес: Путь к славе»! Станьте первоклассным агентом и зажгите свою собственную сверхновую звезду☆!]
Хэ Жун лишь пробормотал про себя: «А манера навязывать старт осталась всё той же...»
[А теперь выберите персонажа, который вам по душе!]
На экране тут же возникло несколько юношей и девушек — каждый с безупречной внешностью и яркой харизмой.
Хэ Жун отложил размышления и сосредоточился на выборе.
[Пэй Ланьюань. Мужчина, 21 год, певец (участник шоу талантов). Цель развития: завоевать главную музыкальную премию страны в течение года.]
На видео улыбчивый юноша с гитарой тихо напевал приятную мелодию.
[Е Шиинь. Женщина, 22 года, актриса. Цель развития: получить премию «Золотой воротник» в номинации «Лучшая женская роль» в течение года.]
С экрана с улыбкой обернулась девушка в старинном наряде — настоящая восточная красавица.
[Байли Мэн. Женщина, 18 лет, айдол женской группы. Цель развития: занять позицию центра в группе и вывести коллектив на многотысячную арену в течение года.]
Симпатичная девчонка стояла в заднем ряду, а на её лице читались юношеское упрямство и задор.
[Гу Линьдун. Мужчина, 24 года, актёр. Цель развития: получить премию «Золотой воротник» в номинации «Лучшая мужская роль» в течение года.]
Мужчина в чёрном одеянии сидел у окна, неторопливо перелистывая страницы книги.
Взгляд Хэ Жуна замер.
Слишком похож.
Пусть внешность отличалась разительно, но сам характер, то, как он держался... Это невероятно напоминало графа Дэвиса.
Чёткие, выразительные черты лица с явными восточно-европейскими нотками, светлые, почти янтарные глаза. В лучах заходящего солнца он казался сошедшим с небес божеством.
Хэ Жун сделал выбор без колебаний.
[Вы уверены, что хотите выбрать Гу Линьдуна? Обратите внимание: после подтверждения выбор изменить нельзя.]
Хэ Жун нажал на «Подтвердить».
В ту же секунду неподалёку загремела бодрая музыка. Хэ Жун поневоле поднял голову — на фасаде торгового центра напротив зажёгся гигантский медиаэкран.
Знакомое до дрожи лицо мгновенно предстало перед его взором.
«Твоя улыбка — единственный пейзаж, к которому стремится моя душа».
— А-а-а-а-а!!
Улицу сотряс такой неистовый девичий визг, что у Хэ Жуна едва не заложило уши.
На огромном экране Юнь Ци откинул назад влажные волосы, открывая безупречные надбровные дуги. Каждая капля воды на его коже была пропитана чистейшим соблазном, пьянящим духом зависшим над огнями не спящего города.
[Юнь Ци. Мужчина, 24 года, актёр. Начинал как ребёнок-звезда, ныне — невероятно популярный артист.] — бесстрастно пояснила система.
[В этом сценарии он — ваш главный соперник. Говоря языком фанатов: заклятый враг.]