Человек боится тьмы, ибо та скрывает слишком много неизвестного. Замирая под ночным небом, мы одновременно восхищаемся его величественной красотой и невольно задаёмся вопросами: что таится за этими глубинами? Есть ли у них предел? Действительно ли бесконечность абсолютна? И не оттого ли нам не найти ответов, что человек слишком мал?
Вглядываясь в непроглядную тьму над головой, Хэ Жун внезапно осознал: где бы ты ни оказался, окружающий мир неизменно напоминает запертый ларец. Человек из кожи вон лезет, пытаясь открыть его — чтобы вырваться на волю или постичь тайну, — но, отомкнув крышку, сталкивается лишь с ещё бо́льшим неведением.
Вот и этот храм стоял в пространстве, явно перешагнувшем за грань привычных законов физики, — в некоем подобии карманного измерения или магического астрала. Налун онемел от потрясения, но игроки быстро взяли себя в руки. Они распутали лишь одну петлю; впереди оставалось второе кольцо Мебиуса.
Втроём они вернулись к двери, украшенной гранатом. Верхушку её сорвало, однако створка всё ещё поддавалась. Пространство за ней, как и следовало ожидать, преобразилось: ступенчатый марш больше не уходил ввысь, а извивался и устремлялся вниз, до боли напоминая тот самый отрезок пути, что они преодолели в прошлом круге.
Иными словами, обвал галереи нарушил целостность ленты Мебиуса. Исходная точка, что до этого маячила перед глазами, испарилась, выставив наружу скрытый магией хвост.
Хэ Жун подошёл ближе и въедливо осмотрел ступени. Прямо по центру первой из них алел до крайности заметный плод граната.
Действуя по проверенной схеме, он прижал ладонь к камню и повторил вслед за Налуном слова молитвы. Раздался оглушительный гул, и лестница разверзлась надвое. Зрелище вышло настолько сюрреалистичным, что чат трансляции буквально взорвался восхищёнными комментариями: зрители наперебой хвалили разработчиков за размах и щедрость к годовщине игры.
Вспыхнул ослепительный свет. Разобранные коридоры и лестничные марши, не размыкая цепи, сомкнулись в колоссальное кольцо. Оно казалось гигантским жёлто-синим драконом, рассекающим непроглядный мрак и разливающим вокруг себя величественный океан полярного сияния.
Путники застыли на парящей платформе, не в силах вымолвить ни слова перед лицом этого грандиозного великолепия. И тут из самой непроглядной глубины бездны донёсся глухой, исполненный величия стариковский голос:
— Милосердная Богиня! Вы наконец явились к своим детям... Мы ждали вас слишком, слишком долго... В этой бесконечной, жестокой каре мы в полной мере осознали всю тяжесть своего греха...
Голос старца звенел беспросветной скорбью.
— Мы не смеем бесстыдно молить о прощении, а лишь надеемся, что в вашей памяти останутся те, кто любил вас до самого конца...
— Ост, Имсэрдунь, Нот... Даже сгинув в преисподней, мы продолжим возносить молитвы во славу вашу.
Едва отзвучали эти слова, как на гигантском кольце проявились сонмы полупрозрачных духов. Бесплотные тени разом пали ниц в сторону Хэ Жуна, распростёрши руки в глубоком поклоне. Их черты расплывались, но в каждом движении сквозили истовая преданность и идущее из самой глубины душ раскаяние. Затем один за другим духи растаяли, превратившись в мерцающие искры, и навсегда растворились во тьме.
— Милосердная Богиня! Ещё одно дитя сбилось с пути и плутает в тенетах былых грехов, терпя вечную муку... Заклинаем вас любовью и состраданием: спасите его...
Перед спутниками соткалась новая дверь. Врезанный в неё плод граната из алых рубинов вспыхивал зловещим, густым багрянцем.
Судя по всему, перед ними был единственный выход. Хэ Жун переглянулся с Дядей Цю; тот коротко кивнул. Хэ Жун положил ладонь на кровожадно-красный камень. Едва створка распахнулась, они тронулись в путь один за другим, а за их спинами всё ещё эхом рокотал глухой голос старца:
— Милосердная Богиня, храни своих детей вовеки... Мы будем воспевать твоё величие и бескорыстие до скончания времён...
Что ждало их за порогом?
Любой опытный игрок в RPG без труда догадался бы: подходила пора битвы с боссом локации.
[Имя: Дуллахан]
[Уровень: 25]
[ОЗ/ОМ:?????/?????]
[Атрибут: Демон]
[Добыча: Доспех из Тёмной Меди, Изящные Боевые Сапоги]
Иссиня-чёрный обезглавленный рыцарь, сжимающий собственную отрубленную голову, восседал на вороном пламенном коне. Направив длинное копьё в сторону непрошеных гостей, он приготовился к бою.
Троица мгновенно обнажила оружие. Дуллахан — персонаж мифов и фольклора слишком известный, чтобы застать игроков врасплох. Главная его опасность заключалась в бешеной маневренности коня и неприятных дебаффах. В идеале бойцу ближнего боя следовало сковать его на одном месте. Однако у Налуна запас здоровья не дотягивал и до двух тысяч единиц, а снаряжение оставляло желать лучшего — один прямой удар по нему повесил бы на лекаря неподъёмный груз. Дядя Цю с ходу отдал команду:
— Не подходить! Сначала выясним его навыки!
Но Налун, всю дорогу протомившийся в удушающих лабиринтах и наконец получивший шанс проявить себя, пропустил предостережение мимо ушей. Вскинув меч, он рванулся прямо к боссу. Пламенный конь Дуллахана визгливо заржал, и из его ноздрей брызнул сгусток чёрного огня, устремившийся парню прямо в лицо.
— Заклинание Ревущего Потока!
Дядя Цю сквозь зубы выкрикнул заклинание, спасая ситуацию. Налун от страха едва не лишился чувств — полоска его здоровья мгновенно ухнула наполовину. Хэ Жун тут же сработал на опережение и доверху заполнил шкалу исцелением.
Лишь теперь до Налуна дошло, что пред ним не рядовой моб. Опомнившись, он наконец включил голову и начал маневрировать. Дядя Цю воспользовался тем, что Дуллахан замешкался, и обрушил на него каскад чар, но быстро понял: у босса чудовищный магический щит, и даже мощнейшие заклятия не наносят ему серьезного урона.
«У него обязана быть уязвимость...»
Дядя Цю судорожно читал заклинания, пытаясь раскусить врага. Но Налун уже выдыхался: спасаясь от выпадов, он беспорядочно метался по всей арене. Хэ Жуну приходилось сбивать ноги, бегая за ним с исцелением, а заклинания самого Дяди Цю то и дело срывались. К тому же именно маг наносил основной урон, поэтому агро босса мгновенно переключилось на него. Пламенный конь взвился на дыбы и ринулся в атаку. В считаные мгновения наконечник копья Дуллахана оказался у самого лица Цю-шу.
— Заклинание Священного Щита!
В последний миг Хэ Жун успел набросить на соратника защитный барьер, минимизировав урон.
Долго так не продержаться.
Оба игрока прекрасно это понимали. Однако пробоину в составе группы одним лишь мастерством не заткнуть. Даже если Дядя Цю продолжит виртуозно кайтить босса, не получая урона, без полноценного урона битву всё равно не выиграть.
Первостепенная задача — найти того, кто примет урон на себя вместо мага. Хэ Жун судорожно соображал. Ни он сам, ни Налун на роль танка не годились. Кто ещё?..
Техника Измерения-Прохода.
Хэ Жуна мгновенно осенило. Настал час опробовать новую способность. Ради этого момента он заранее сохранил снимки всех опасных тварей, встречавшихся на пути. Конечно, со стороны выглядело дико, что лекарь неожиданно прибегает к призыву, но разве он не выступает наместником Богини? Всё, что не поддаётся логике, всегда можно списать на божественное вмешательство.
Засунув сомнения подальше, Хэ Жун открыл нужную страницу в Зеркале.
— Призыв! Медведь-обнимашка!
Вспыхнул сноп белого света, и перед Хэ Жуном вырос гигантский плюшевый медведь. Во всю глотку гаркнув: «Обнимашки!!», — зверь тараном попёр прямо на Дуллахана. Конь от неожиданности словно опешил, и в следующее мгновение и всадник, и кобылья морда оказались зажаты в железных объятиях.
Хэ Жун достиг двадцатого уровня и за каких-то десять единиц маны вызвал пятнадцатиуровневого Медведя-обнимашку. Тот уступал Дуллахану целых десять уровней, но главным преимуществом игрушечного монстра был мёртвый захват. Едва попав в его лапы, даже босс подземелья на какое-то время терял возможность двигаться. Дядя Цю наконец перевёл дух.
Мага внезапно озарило, и он рявкнул Налуну:
— Бей по голове у него в руках!!
Налун опешил, но тут же вскинул клинок и вонзил его прямо в срубленную голову. Та яростно заизвивалась, но корпус Дуллахана вместе с конём находился в стальных тисках Медведя-обнимашки, так что уклониться у неё не было ни единого шанса. Следом за ударом меча прямо по голове босса грянула серия разрушительных заклятий Дяди Цю.
Нижняя половина тела Дуллахана рассыпалась клубами густого чёрного дыма, туманом окутавшего землю. Рыцарь опустился на одно колено перед Хэ Жуном и преклонил главу в изысканном рыцарском приветствии — так, словно выражал молчаливую признательность за избавление. А затем окончательно истаял, превратившись в горстку пепла.
Чат трансляции захлестнул шквал сообщений: «6666666!», «Уверовавший в Богиню обретёт жизнь вечную!!», «Закрыть босса с превосходящим уровнем — вот это настоящий про-игрок!!!», «Куда подать заявку в культ?! Срочно хочу вступить в вашу веру!!!».
Зрители по ту сторону экрана с радостью проглотили лор. А отряд тем временем переместился за пределы подземелья — на раскидистые, утопающие в сочной зелени холмы. Судя по всему, именно это место разбойники нарекли Холмами Божественного Ветра.
Вымотавшись за время долгого перехода, путники перекусили сухими пайками, пожелали друг другу доброй ночи и улеглись отдыхать.