Весть об успехе долетела до Преподобного Хэхуаня за тысячи ли. Изумлённый и одновременно безмерно счастливый наставник тут же спешно связался со своим младшим учеником.
Тем временем, едва торжественная церемония завершилась, глава Гу обратился к главам и старейшинам сект с просьбой не спешить с отбытием и пройти в зал совещаний — якобы «потолковать о былых временах».
Кто же отправляется в зал совещаний ради пустых разговоров?
Присутствующие всё мгновенно поняли без лишних слов: речь пойдёт о деле. Собственно, ради этого все здесь и собрались. Оставив наставления младшим ученикам, главы сект вслед за главой Гу удалились за закрытые двери.
Гу Цзинъюнь пытался отыскать в толпе Цзянь Яня. Но вокруг колыхалось море людей, и разглядеть знакомый силуэт никак не удавалось. Зато взгляд Цзинъюня зацепился за нескольких учеников Секты Согласия и Радости.
Он направился к ним быстрыми шагами.
Пань Юньху как раз делился чувствами с Цао Фу:
— Наша Секта Согласия и Радости дожила-таки до такого дня!
— И не говори, всё благодаря старшему брату Цзянь Яню.
— Кстати, Цао, ты себе кого-нибудь присмотрел?
— Сразу двоих. А ты?
—... Ну ты и силён, младший брат! А я... провалил смотрины. Эх, никак не могу его забыть.
— Чего?! У тебя тут такая драма, а ты молчал? Эх, а я даже семечек с собой не прихватил!
Оба подняли глаза и обомлели: к ним приближался статный, высокий красавец.
Молодой господин Гу? Зачем он им?
— Вы не видели Цзянь Яня? — спросил Гу Цзинъюнь.
Ученики в панике замахали руками, указывая куда-то в сторону, и зазаикались:
— В-вон там... Он пошёл ответить на вызов наставника.
— Благодарю, — отозвался Цзинъюнь.
— Что вы, молодой господин, не за что!
Проводив мужчину взглядами, они переглянулись. В глазах обоих пылал азарт предвкушения сочных сплетен.
— Я всё узнал! — шепнул Цао Фу. — Дворец Лазурных Небес — это личные покои молодого господина!
Пань Юньху едва не подпрыгнул:
— Неужели старший брат Цзянь наконец-то выпустится из секты?! Надо срочно рассказать Фань Яну!
Наконец-то появился законный повод написать бывшему!
Спасибо тебе, старший брат Цзянь!
* * *
Тот, кого так горячо благодарили в мыслях, в этот момент ютился в затишке и выслушивал наставника.
Талисманы передачи звука на тысячи ли стоили астрономических денег, да и действие их длилось недолго. Но Преподобному Хэхуаню это ничуть не мешало объединять поздравления с допросом о свадьбе.
— Кто бы мог подумать, что мой А-Янь окажется таким молодцом! Горжусь! — с глубоким удовлетворением вещал Хэхуань. — Теперь я, как твой наставник, не то что в Западных землях... Да во всём мире Пяти Континентов могу ходить с гордо поднятой головой!
Цзянь Янь, отличавшийся лёгкой помнительностью к обидам, не удержался от укола:
— А разве наставник не говорил... что из-за меня потеряет всё уважение среди учителей?
Преподобный Хэхуань оторопел:
— А? Я же говорил это за твоей спиной, откуда тебе знать?! Ах вы... Это наверняка те два негодяя-ученика меня сдали!
— Не вините их, — невозмутимо откликнулся Цзянь Янь. — У меня просто хороший слух, сам всё услышал.
Прежде чем перейти к своей любимой теме — смотринам, Преподобному Хэхуаню пришлось сжечь целый талисман только на то, чтобы умаслить младшего ученика. К счастью, Цзянь Янь от природы обладал отходчивым нравом и быстро заверил, что «не станет придавать значения подобным пустякам».
Зажгли второй талисман.
— Состязание окончено, — поинтересовался Хэхуань. — Когда планируешь возвращаться в секту?
— Не торопитесь, — ответил Цзянь Янь. — Я ещё задержаюсь в Секте Меча. Буду преподавать.
Хэхуань искренне недоумевал. Чему А-Янь может научить мечников?
Искусству Согласия и Радости? Забудьте.
Фехтованию? При всём уважении к талантам А-Яня, Секта Меча слишком велика, чтобы выставлять его наставником.
Созданию пилюль? Но среди мечников алхимиков раз-два и обчёлся. Проще уж было сказать, что уезжает на стажировку в Долину Свежего Ветра!
Впрочем, Цзянь Янь тут же прояснил:
— Я научу их распознавать демонов и противостоять демонической магии.
Понизив голос, Цзянь Янь поведал о том, что старейшины и главы крупнейших сект были приглашены в Секту Меча для важного разговора.
—... Вот почему и наш глава прибыл сюда, — добавил он.
Хэхуань издал пару сухих смешков.
Вот оно что. А он-то думал, с чего бы глава секты выскользнул из дома без единого слова... Решил, небось, навестить кого-то из своих бывших пассий.
Талисман сгорал со стремительной скоростью — остался лишь небольшой огрызок.
Хэхуань поспешил к главному:
— Ты себе кого-нибудь нашел?!
Младший Цзянь замялся:
— Ну...
— Что за неопределённость? Да или нет?!
Пока Цзянь Янь судорожно подбирал слова, у наставника лопнуло терпение.
— Ладно, точно нет! — отрезал Преподобный Хэхуань. — Перестань страдать глупостями. Закончишь дела — дуй в секту! Наставник уже обо всём позаботился!
Цзянь Янь почувствовал, как к горлу подступает дурное предчувствие.
— Наставник... — с запинкой спросил он. — Что вы сделали?
В сполохах гаснущего пламени раздался жизнерадостный хохот:
— Я составил целую сундучную книгу молоденьких талантов! Причём не только из Западных земель — там и заклинатели, и смертные. На любой вкус, останешься доволен!
Цзянь Янь лишился дара речи.
Почему молчишь? От счастья обомлел или опять упрямишься?
— А-Янь, нельзя же вечно сидеть в вечных учениках! — убеждал Хэхуань. — Сейчас тебя ещё называют старшим братом, а пройдёт пара лет — и станешь младшим! Я не пытаюсь загнать тебя под венец силой, но...
Наставник чеканил каждое слово:
— Ты же должен хоть с кем-то приятным хотя бы попробовать поговорить?! Как это вообще возможно — быть учеником Секты Согласия и Радости и ни разу в жизни ни с кем не поцеловаться?!
Цзянь Янь снова промолчал.
«Вообще-то... уже поцеловался».
— Решено! — закончил Хэхуань. — Вернёшься — и сразу на смотрины!
— Наставник, в этом правда нет необходимости! Вы—
В этот момент свет в устье проулка перекрыла высокая фигура.
Мужчина прошёл вперед, выступая из полутени:
— А-Янь, так вот ты где.
Вздрогнув, Цзянь Янь в панике оборвал связь.
Лишившись подпитки духовной силой, талисман вспыхнул ярким пламенем, стремительно обуглился и осыпался на землю горсткой серого пепла.
— Б-брат... — заикаясь, выговорил юноша. — Как ты тут оказался?
Гу Цзинъюнь слегка изогнул бровь:
— А мне нельзя?
— Можно, конечно можно...
Цзинъюнь окинул его пристальным взглядом и негромко спросил:
— Что ты утаиваешь от меня?
Цзянь Янь включил дурачка:
— Ничего... Брат, тебе просто показалось.
Гу Цзинъюнь сдавленно хмыкнул. Звучало это более чем подозрительно.
Цзянь Янь потянулся к руке Гу Цзинъюня, пытаясь перевести тему:
— Нас, наверное, уже ждут отец и матушка, чтобы пройти к главам сект? Пойдём скорей, нельзя заставлять людей ждать.
Цзинъюнь позволил протащить себя на пару шагов, а затем высвободил руку.
Цзянь Янь замер, тревожно глядя на него.
Мужчина с полуулыбкой прижал юношу к каменной стене улочки. Оперевшись ладонью о стену возле его головы, он навис над ним:
— Точно не натворил ничего за моей спиной?
Цзянь Янь убеждённо замотал головой. Точно нет! Свитки с кандидатами на смотрины он даже в глаза не видел — разве это считается?
Гу Цзинъюнь опустил ресницы. В душе он едва сдерживал смех, но внешне изобразил глубокую обиду: дескать, «ты таишься от меня, и это разбивает мне сердце».
Приняв этот спектакль за чистую монету, Цзянь Янь поддался на пару наводящих вопросов и сам не заметил, как выложил всё без остатка.
—... — Гу Цзинъюнь на мгновение умолк, после чего с наигранной строгостью произнёс: — Никаких смотрин.
— Да-да, конечно, никаких смотрин! — покорно закивал Цзянь Янь, пытаясь утихомирить его.
— Скажи наставнику правду, пусть отдаст эту свою книгу кому-нибудь другому.
Цзянь Янь тут же вытащил новый талисман и запалил его духовным огнём.
Связь установилась мгновенно.
— Ученик мой, что стряслось? Почему обрубился разговор?.. — послышался голос Преподобного Хэхуаня.
Зажмурившись, Цзянь Янь решился: лучше получить нагоняй от наставника, чем расстроить Цзинъюня!
— Наставник, мне не нужна книга! У меня уже есть пара! — выпалил он на одном дыхании.
Хэхуань неимоверно обрадовался:
— О-о?! И кто же это?!
— Молодой господин Гу!
—... Разве это не твой названый брат? — после долгой паузы уточнил Хэхуань.
— Ну... брат вполне может быть и возлюбленным, — пробормотал Цзянь Янь.
Хэхуань фыркнул с откровенным скепсисом:
— И кто тебя научил этой глупости? Чтобы нашенский Красавец Цзянь, этот чурбан неотесанный, вдруг проникся чувствами к названому брату? Да кто в такую бредятину поверит?!
Цзянь Янь: «...»
Гу Цзинъюнь: «...»
— К тому же ты лично мне поклялся, что в этой жизни ни за что не полюбишь Гу Цзинъюня и что между вами лишь великая братская дружба! Небось сговорился с ним, чтобы водить меня за нос?
Цзянь Янь: «...»
Гу Цзинъюнь: «...»
— Пока вы вдвоём прямо у меня на глазах не засосётесь, я не поверю ни единому слову! А до тех пор — марш на смотрины!
Договорив, наставник решительно разорвал связь. Талисман в очередной раз обратился в прах.
Молодые люди уставились друг на друга.
Гу Цзинъюнь тяжело хмыкнул, лицо его заметно потемнело.
— Я всё честно сказал! Наставник сам не поверил, я не виноват! — выкрикнул Цзянь Янь и попытался юркнуть под руку Гу Цзинъюня, но не успел пролезть и наполовину, как его бесцеремонно сгребли за талию и вернули назад.
Его прижали к стене и зацеловали до такой степени, что ноги подкосились.
Обхватив талию мужчины, юноша запрокинул лицо и покорно позволил с собой ласкаться. Он не пытался уклониться, напротив — крепче прижался к Цзинъюню.
Только в такие моменты в Цзянь Яне просыпался настоящий ученик Секты Согласия и Радости. Никакой манерности или ложной скромности. Если приятно — он не отстранялся; если нравилось — открыто кивал и просил ещё. Этим естественным, пылким бесстыдством он часто доводил партнера до грани безумия.
Уединённый переулок был укрыт от чужих глаз. В царившем полумраке слышались лишь тихие, влажные звуки поцелуев.
Спустя некоторое время Гу Цзинъюнь нехотя отстранился, позволив Цзянь Яню уткнуться носом в его плечо и перевести дыхание.
— Ты слишком жадно целуешься, — прошептал юноша.
— Репетирую заранее, а то наставник опять не поверит, — с улыбкой отозвался Цзинъюнь. — Кое-кто ведь давал страшную клятву.
Цзянь Янь мертвой хваткой вцепился в язык, разглядывая то небушко, то землю — лишь бы не встречаться взглядом с Цзинъюнем. Потом призадумался и неожиданно просиял.
— Придумал оправдание? — спокойно уточнил Гу Цзинъюнь.
Ха-ха, а то как же!
Разве не говорят, что нельзя войти в одну реку дважды? Какое отношение прошлый Цзянь Янь имеет к нынешнему? Клялся-то совсем не он!
Юноша выудил целый сноп абсурдных софизмов и зачитал их с таким праведным видом, что Гу Цзинъюнь просто рассмеялся.
Гу Цзинъюнь слегка защипнул юношу за щеку, не в силах отказать себе в удовольствии погладить эту шелковистую кожу.
— Бессмертный господин Цзянь так мило прячет голову в песок.
Цзянь Янь закрыл уши ладонями и смерил его сердитым взглядом:
«Кто тут прячет голову в песок?! Глупости!»
* * *
Секта Меча. Зал совещаний.
Задержавшаяся из-за любовных излияний парочка тихонько проскользнула через заднюю дверь. Присутствующие старейшины, конечно, заметили опоздавших, но, бросив взгляд на их сцепленные пальцы, лишь добродушно улыбнулись, не став поднимать шума.
Впрочем, про себя многие делали глубокомысленные выводы.
«Молодой господин Гу не промах — сумел завоевать неприступного красавца! Силён!» — восхищались представители Западных земель.
«Бессмертный Цзянь оправдал честь Секты Согласия и Радости — мигом сокрушил Высший Тайцзи молодого господина! Браво!» — кивали знатоки из Восточных земель.
«Секта Меча объединится с Сектой Согласия и Радости? Отлично, появится новый повод списаться с Жэнь Лином...» — размышляли многочисленные бывшие Жэнь Лина.
«Хороший бывший должен вести себя как покойник — тихо и незаметно! Вы понимаете это?! Перестаньте смотреть на меня, и уж тем более друг на друга, спасите!!» — мысленно стенал сам Жэнь Лин, корчась в аду устроённого бывшими крематория.
Виновники этой молчаливой драмы даже не подозревали о бурливших страстях. Они бесшумно присели за спиной госпожи Куэй.
Жэнь Лин лишился слова: «Я же твой дядя-наставник! Как ты мог кинуть меня?!»
Цзянь Янь сделал это не со зла — просто место Жэнь Лина находилось слишком далеко от заднего входа, пришлось бы шагать через весь зал, а госпожа Куэй сидела прямо под боком.
Глава Гу поджал губы и пару раз громко откашлялся, возвращая собравшихся к сути дела:
—... Как я уже говорил, пока мы пребывали в неведении, демоны покрыли наши земли Кровавыми Духовными Формирователями, губя невинных людей. Более того, они чертят Формирователи Возрождения, дабы восстановить из мёртвых самого Демонического Владыку!
Шутки отлетели в сторону, лица присутствующих вмиг сделались мрачными и сосредоточенными.
— Все подробности вам изложит А-Янь, — продолжал глава Гу. — Он досконально изучил оба формирования и как никто другой сведущ в магии демонов.
С этими словами глава Гу повернулся к Цзянь Яню:
— А-Янь, прошу тебя.
Цзянь Янь поднялся, сдержанно поклонившись:
— Слушаюсь, отец.
Несмотря на всю серьезность момента, присутствующие не удержались от мгновенной заминки:
«Ишь ты, уже "отцом" называет! Ну и шустрый же этот молодой господин...»
Цзянь Янь вышел на середину зала, расправил плечи и начал свой доклад.
Суть сводилась к следующему: Кровавый Духовный Формирователь высасывал плоть и кровь людей, превращая её в чистую энергию. На него сверху накладывалось второе заклятие — Формирователь Возрождения, за счёт которого и должен был воскреснуть Демонический Владыка.
Какая-нибудь зверушка, смертный или слабый заклинатель не требовали больших затрат. Но для восстановления сущности уровня Преодоления Невзгод требовался колоссальный объём энергии, ради которого пришлось бы пожрать бесчисленное количество жизней.
Чтобы решить эту задачу, демоны создали Великий Кровавый Духовный Формирователь.
Они расчертили малые Кровавые Формирователи в разных уголках Пяти Континентов, превратив их в узлы-опорные точки глобальной сети. Соединённые воедино, малые узлы сплетались в гигантское построение, призванное превратить мир людей в кровавую преисподнюю. Такой источник давал бы избыточную силу, способную вернуть Демонического Владыку на пике его могущества.
К счастью, замысел выявили вовремя. Разрушив малые узлы, можно было сорвать запуск всей структуры.
Главная сложность заключалась в неокончательной схеме Великого Формирователя: точное расположение всех узлов оставалось неизвестным.
Выхода было два: либо воссоздать схему и нанести точечный удар, либо прочёсывать территории вручную, задействовав все доступные силы.
Земли Пяти Континентов были необъятны, и сил двух сект — Меча и Согласия и Радости — для поиска не хватало. Именно поэтому сюда созвали представителей великих кланов.
Большинству заклинателей не требовалось вдаваться в магическую структуру и законы циркуляции энергии — достаточно было понимать, как опознать вражеское формирование и как его уничтожить. Эта задача не представляла сложности.
Ещё до начала Великого состязания сект Цзянь Янь глубоко погрузился в изучение магии некромантии и нашёл немало уязвимостей. Хотя речь шла об инородной системе знаний, сотню лет назад, когда демоны впервые прорвались в этот мир, заклинатели сумели вдребезги разбить их воинство и повергнуть Демонического Владыку.
Тот триумф дался нелегкой ценой, но исход был один: демоны всегда потерпят поражение. Силы и средств у мира заклинателей хватало с избытком.
Закончив объяснения, Цзянь Янь увидел, как лица слушателей налились гневом. Воинственный пыл присутствующих буквально зашкаливал — все были готовы ринуться в бой по первому же сигналу.
Что до воссоздания схемы магии, то здесь Цзянь Яню волноваться не приходилось.
Среди собравшихся находились признанные мастера магических печатей. Те же адепты Врат Тысячи Законов издавна славились своими познаниями.
Стоило Цзянь Яню разложить перед ними чертежи и указать ключевые узлы, как старейшины мгновенно схватили суть и даже предложили способы обратного просчёта. Цзянь Янь был ещё юн — гениальный талант не мог в одночасье перевесить вековой опыт патриархов.
Общими силами взломать незавершённое заклятие не составляло труда.
Глава Врат Тысячи Законов бережно принял свиток с набросками Цзянь Яня и кивнул:
— Оставьте это нам. Не пройдет и полмесяца, как мы восстановим схему полностью!
— Полмесяца? Глава, вы шутите, — промолвил стоявший рядом старейшина, разглаживая длинную бороду. — Тряпью демонов от силы нужно дней семь, а то и меньше.
В самом деле, на что способны эти выродки? За сотни лет вымучили одну-единственную магическую схему, да и ту пришлось вычерчивать по всем континентам, истребляя тысячи душ ради энергии.
Оставайся эта тайна нераскрытой, дело могло кончиться худо. Но стоит нити завязаться, и весь заговор рассыплется как карточный домик. Великий Формирователь держался на малых узлах: разрушь хотя бы две трети из них — и ритуал будет сорван.
Умудрённые мастера лишь качали головами, поражаясь топорности демонической мысли. Впрочем, не исключено, что враг просто жаждал утопить мир людей в крови.
Заручившись поддержкой Врат Тысячи Законов, заправилы сект наконец вздохнули с облегчением.
Глава Врат Тысячи Законов мягко улыбнулся:
— Юный друг Цзянь Янь обладает невероятным чутьём на магические построения. Если у тебя есть желание, приглашаю тебя присоединиться к нам. Возможно, подчерпнёшь что-то полезное.
У Цзянь Яня зажглись глаза:
— Неужели это возможно?
— Разумеется, — подтвердил глава, да и старейшины благосклонно закивали.
— С радостью! — не колеблясь ответил юноша и выказал глубокое уважение: — Благодарю вас, старшие, я буду стараться изо всех сил!
Глава Врат Тысячи Законов усмехнулся:
— Ты талантлив и при этом трудолюбив. Будь ты бродячим заклинателем, я бы без раздумий взял тебя в ученики.
Прежде чем Цзянь Янь успел хоть что-то ответить, Жэнь Лин грохнул ладонью по столу и подскочил:
— А-Янь — ученик Секты Согласия и Радости! Забудьте и не заглядывайтесь!
Глава Врат Тысячи Законов лишь качнул головой. По его мнению, не окажись юноша в Секте Согласия и Радости, он всё равно пошёл бы в Секту Меча: владение мечом у него явно превосходило магические таланты.
Впрочем, триумф Жэнь Лина продлился недолго.
Один из его бывших — глава некой секты, без зазрения совести усевшийся поблизости, — мгновенно подскочил, сжал ладонь Жэнь Лина в своих руках и заговорил с бездонной нежностью:
— Стол ведь такой твёрдый! Посмотри, ты совсем отбил себе ладошку... Лучше ударь меня, я расслаблю мышцы, бей сколько душе угодно!
Остальные бывшие: «...»
«Это что, открытая провокация?!»
Жэнь Лин: «#%!@—»
Он едва удерживался от того, чтобы не зайтись отборным матом на весь зал! И без того проходу от них нет, так этот ещё и масло в огонь подливает!