Демоническая цзи звучала едва уловимым, приглушённым эхом — затаилась так искусно, что обнаружить её казалось почти невозможным.
Гу Цзинъюнь задумчиво прищурился.
Ему самому удалось уловить этот след лишь благодаря высокой культивации и многолетнему опыту схваток с демонами. Но А-Янь?..
Тогда, в иллюзорном массиве, когда Ся Вэньцзи выслеживал их из засады, А-Янь первым почуял чужое присутствие. И вот история повторялась.
Врождённая ли это чуткость или...
Лёгкий ветерок прошёлся по долине, зашелестел листвой, разгоняя птичий гомон.
Гу Цзинъюнь крепче прижал юношу к себе.
«Или всё дело в том, что А-Янь — древесный дух, и в лесу его чутьё возрастает во много раз?»
Если эта догадка верна, то невероятная эмоциональная непрошибаемость Цзянь Яня находила исчерпывающее объяснение.
Он ведь самый настоящий деревянный чурбан!
Взгляд Гу Цзинъюня стал неизмеримо сложным, вмещая в себя целую гамму невысказанных чувств.
Цзянь Янь озадаченно склонил голову набок и безмолвно вопросил взглядом:
«Нападаем?»
Гу Цзинъюнь едва заметно качнул головой.
Выждем.
* * *
Они стояли на некотором отдалении.
Сделав вид, будто собирается отдать распоряжение Стражам Небесного Волка, Гу Цзинъюнь увлёк Цзянь Яня за собой, направляясь к командиру Цзи Цзыхэну.
В другом конце деревни двое стражей сопровождали побледневшего Ян Юаня к его пепелищу.
Цзи Цзыхэн как раз руководил подчинёнными, собиравшими останки погибших жителей. Заметив приближение молодого господина, он спешно пошёл навстречу:
— Молодой... — Командир на мгновение запнулся, но тут же взял себя в руки и с невозмутимым видом закончил: — Молодой господин, будут указания?
Гу Цзинъюнь расспросил его об обстановке в деревне, и Цзи Цзыхэн обстоятельно отчитался.
Затем разговор зашёл о формирователе. Цзянь Янь утаил подробности о магии, представив всё так, будто лишь разбирается в древних массивах.
Ничего, сначала нужно выманить демонического практика, а объясниться с Гу Цзинъюнем можно и позже.
Трое не пытались говорить шёпотом.
Засада в зарослях замерла: ни расспросы о сожжённых домах, ни упоминания Кровавого Духовного Формирователя не вытребовали реакции. И лишь когда Гу Цзинъюнь небрежно поинтересовался судьбой тела Ся Вэньцзи, таящийся в траве демонический культиватор выдал себя — его аура едва заметно дрогнула.
Первым это колебание уловил Цзянь Янь. Следом отреагировал Гу Цзинъюнь, и только потом — Цзи Цзыхэн.
«Ему нужен труп Ся Вэньцзи?»
Цзянь Янь вспомнил неизвестный заклинательный круг, наложенный поверх Кровавого Формирователя, и чужое присутствие, захватившее разум Ся Вэньцзи перед смертью. В душе зародилось недоброе предчувствие.
Гу Цзинъюнь ободряюще коснулся его предплечья. Обернувшись к подоспевшему воину, он отдал приказание:
— Позови Сун Хуа.
— Слушаюсь, молодой господин! — отозвался тот и поспешил исполнить.
Управляющий Сун в это время обследовал каждый уголок, проверяя, не затаились ли в развалинах другие скрытые символы.
Приказ застал его у полуразрушенной стены на противоположном краю селения, где он на корточках изучал выведенные алой краской знаки.
Выслушав посланца, Сун Хуа поднялся и отряхнул ладони от пыли:
— Хорошо, иду. Снимите все эти руны на Жемчужину Запечатления Образов. А после — соскребите подчистую, стену обрушьте. Не должно остаться ни единого следа.
— Есть!
Отдав распоряжения, Сун Хуа поспешил к Гу Цзинъюню.
Собрание сильных заклинателей в одном месте заставило лазутчика притаиться с удвоенной осторожностью. Больше не просачивалось ни капли тёмной цзи.
Должно быть, тот задействовал маскирующий артефакт, так как даже Гу Цзинъюнь потерял след, не говоря уже о только что подошедшем Сун Хуа.
Лишь один человек всё ещё ощущал чужое присутствие.
Уловив боковым зрением, как слегка сжались упрямые губы юноши, Гу Цзинъюнь понял: враг никуда не ушёл.
— Сун Хуа, — негромко спросил он, — ты решил, как поступить с остатками Ся Вэньцзи?
Управляющий Сун не ведал о подслушивающем демоне. Однако вековой опыт службы подсказывал ему: в тоне молодого господина кроется двойной смысл.
— Этот подлец совершил тяжкие злодеяния, — осторожно откликнулся Сун Хуа. — Завернуть его в циновку да бросить на безымянном кладбище — вот и вся честь.
Помыслив мгновение, он добавил:
— Впрочем, его голову я прихвачу. Запру в ларце и доставлю во Врата Тысячи Законов как доказательство смерти.
Гу Цзинъюнь задумчиво помолчал, а затем неожиданно повернулся к спутнику:
— А ты что думаешь, А-Янь?
Сун Хуа изумлённо моргнул.
Молодой глава опекал Бессмертного господина с почти болезненным усердием, берёг его слух и взор от любой скверны. Почему же сегодня не просто не отослал прочь, а ещё и испрашивает его совета?
Управляющий бросил незаметный взгляд на Цзи Цзыхэна, рассчитывая на подсказку.
Однако командир стражи лишь подхватил:
— Действительно, каково мнение Бессмертного господина?
Сун Хуа опешил: «Да что с вами обоими?..»
Сердце у него ёкнуло, но лицо осталось непроницаемым.
Юноша состроил печальную мину и неторопливо произнёс:
— Как-никак, он был вашим соратником, командир Сун. Стоит проявить дань уважения к прошлому... Похороните его на заднем склоне горы.
Брови Сун Хуа дёрнулись:
— А как же голова, Бессмертный господин?
— В ларец. И во Врата Тысячи Законов, — невозмутимо ответил Цзянь Янь.
Управляющий лишился слов.
По сути, всё то же самое... Но зачем возиться и копать могилу для предателя?
— Решено, — отрезав подвёл итог Гу Цзинъюнь. — Ступайте. Пусть закончат поскорее. До наступления темноты тело должно быть в земле, а мы — в пути.
— Слушаемся!
Отдав поклон, Цзи Цзыхэн и Сун Хуа разошлись по делам. Управляющего подмывало спросить о причинах странного решения, но, понимая, что у стен есть уши, он подавил любопытство.
Цзянь Янь и Гу Цзинъюнь разыскали Ян Юаня.
— Мы отправим людей, чтобы они сопроводили тебя в город Ичжоу, — проговорил Цзянь Янь.
Оставлять крестьянина одного было смертельно опасно: затаившийся неподалёку демон легко мог перерезать ему горло.
Тёмный практик всё ещё следовал за ними, сохраняя дистанцию!
Услышав это, Ян Юань замялся, но не дерзнул возразить. Он не смел спросить даже про останки своих врагов, молча смирившись с предложенным решением.
Главная задача Стражей Небесного Волка заключалась не в погребении, а в уничтожении любых следов демонических символов.
Стерев скверну, они оставили лишь небольшую группу для передачи дел местным властям и Карательной службе.
Остальные поднялись на задний склон горы, отыскав подходящее место для могилы обезглавленного Ся Вэньцзи.
На отшибе, перед свежевырытой ямой.
Завёрнутый в циновку труп опустили в землю. Цзянь Янь сделал шаг вперёд и слегка наклонился, словно отдавая дань памяти.
Спустя пару мгновений он выпрямился:
— Закапывайте.
Воины действовали споро: земля быстро укрыла тело, а над холмиком воткнули сколоченную дощатую табличку с именем усопшего.
Гу Цзинъюнь перевёл взгляд на юношу, и Цзянь Янь хитро ему подмигнул.
— В путь, — отдал приказ молодой глава.
Солнце клонилось к закату.
Как и было объявлено при всех, отряд намеревался до наступления тьмы срезать путь до тракта, а затем устремиться к следующему городу.
Ян Юань не поднимался на склон. Он ждал у дороги, бережно сжимая в ладони Мешок Цянькунь, подаренный Бессмертным господином. В нём покоились прах и кости его сородичей.
Он долго смотрел вслед уходящему каравану, пока охрана не повела его в противоположную сторону.
Длинные вёрсты и долгие годы разделят их — вряд ли судьба снова сведёт их вместе.
В душе его бушевало горестное ненастье.
Когда-то он покинул родной дом, жаждая ступить на путь бессмертия, но попался в лапы злодеям. Вырвавшись из ада, он мечтал лишь об одном — дожить век в тишине родной деревни. А нашёл лишь пепелище и сплошные могилы.
Ян Юань тяжко вздохнул, и горькие слёзы вновь застлали его взор.
* * *
Подгоняемый волей молодого главы, экипаж мчался на предельной скорости.
В самом просторном экипаже царила тишина — пространство внутри было укрыто барьером тишины.
Цзянь Янь взмахнул волшебной палочкой и спустя секунду нахмурился:
— Демонический практик всё ещё плетётся сзади.
— Что за чары ты применил? — поинтересовался Гу Цзинъюнь.
— Заклятие Слежения. Я оставил на нём метку, и теперь чувствую её местоположение, — объяснил Цзянь Янь. — Но расстояние ограничено: если он отстанет слишком сильно, связь порвётся.
— Он не почувствует лазутчика?
— Лишь потому, что он не маг, мне удалось провернуть это без труда. Будь на его месте кто-то с более высоким уровнем магической силы, метку бы тут же засекли.
Затем Цзянь Янь без тайн пересказал всё, что успел узнать о Кровавом Духовном Формирователе, пока горло совсем не пересохло.
—... Поверх Кровавого Духовного Формирователя был наложен ещё один, безымянный. Его предназначение мне пока непонятно.
Достав гримуар, юноша развернул его и протянул Гу Цзинъюню:
— Брат, тебе не приходилось видеть нечто подобное?
Гу Цзинъюнь внимательно всматривался в символы, перебирая в памяти древние фолианты, но в итоге качнул головой:
— Ни разу.
Цзянь Янь забрал книгу и пробормотал под нос:
— Кровавый Формирователь переплавляет плоть и кости в воинов-скелетов. А второй... Неужто предназначен для призыва гулей-падальщиков из другого мира?
Гу Цзинъюнь надолго задумался, а затем спросил:
— А-Янь, как ты полагаешь, зачем этому тёмному практику понадобилось тело Ся Вэньцзи? С точки зрения магии?
Цзянь Янь задумчиво потёр подбородок:
— Магия Некромантии способна обратить его в воина-скелета.
—... Даже без головы?
— Вполне, — кивнул Цзянь Янь. — Разве что без головы боевая сила ощутимо снизится. Бывает, в разгаре боя у скелета слетает череп, так он подбирает его с земли и пытается приладить обратно.
Конечно, если кости размолоть в труху, тут уж никакие чары не помогут.
Гу Цзинъюнь на мгновение онемел. Воображение явно нарисовало ему эту картину, отчего лицо его выразило глубочайшее озадачение.
— Неужели ты никогда не сталкивался с воинами-скелетами? — поинтересовался Цзянь Янь.
Гу Цзинъюнь отрицательно качнул головой:
— Мне попадались лишь клыкастые твари с синюшными рожами, пожирающие падаль.
— Это гули-падальщики. Их тоже призывают Магией Некромантии. Они схожи со скелетами, разве что у первых сохраняется подобие плоти.
Гу Цзинъюнь озвучил вопрос, который тревожил его больше всего:
— Способна ли Магия Некромантии вернуть умершего к жизни?
Цзянь Янь вздрогнул:
— Опасаешься, что они попытаются воскресить Ся Вэньцзи?
— Лишь догадка, — отозвался Гу Цзинъюнь.
В конце концов, труп убитого Юй Ханьи тоже был похищен, а теперь ходят слухи, будто тот восстал из мёртвых.
Цзянь Янь смущённо опустил глаза:
— Возможно, существуют некие запретные заклятия. Моя стихия — Магия Природы, а в магии некромантии я разобрался лишь поверхностно, так что утверждать не берусь...
— Ничего страшного, ты и так пролил свет на многое, — поспешил утешить его Гу Цзинъюнь.
При упоминании природы тот вновь оживился:
— А-Янь, у меня есть к тебе один вопрос.
— Слушаю.
— Это касается...
Не успел Гу Цзинъюнь договорить, как Цзянь Янь подтянулся, взгляда его коснулась суровость:
— Демон отстаёт!
В то же мгновение снаружи донёсся стремительный цокот копыт.
Кто-то легонько постучал по оконной раме.
— Молодой глава, Бессмертный господин, пора ли искать место для ночлега? — доложил Цзи Цзыхэн.
Гу Цзинъюнь устало смежил веки.
«Что ж... Время для откровенных разговоров действительно не самое удачное».
Сняв защитный барьер, он отдал сухое приказание:
— Разбиваем лагерь прямо здесь. Цзи Цзыхэн, собери людей. Готовьтесь к «охоте».
— Слушаюсь! — в голосе командира прорезалась сталь.
Вышколенные Стражи Небесного Волка мгновенно пришли в движение.
Цзянь Янь повернулся к мужчине:
— Брат, о чём ты хотел спросить? Это срочно? Если нет, то обсудим позже.
Гу Цзинъюнь тяжело вздохнул:
—... Нет, не срочно.
А что ещё оставалось сказать?
Проклятое отродье демонов вечно лезет не вовремя.