Вся долина превратилась в сплошной хаос: всполохи мечей перемешивались с сиянием святой магии, а демонические твари визжали и вопили от ударов.
И всё же среди этой мясорубки находился уголок, разительно отличавшийся от остального поля боя.
Земля здесь пропиталась кровью настолько густо, что сама почва изменила цвет. Вокруг ковром лежали туши поверженных тварей. Несколько гулей-падальщиков, не обращая внимания ни на грохот битвы, ни на то, что пожирают себе подобных, жадно въелись зубами в падаль.
Свистнул ледяной клинок. Сокрушительный взмах меча срезал головы гулей легко, точно мягкий соевый творог. Прочная ороговевшая чешуя, взрощенная тварями для защиты, словно испарилась.
Обезглавленные туши повалились на землю, а отрубленные головы покатились по грязи. Даже потеряв жизнь, твари мёртвой хваткой сжимали в когтях конечности своих сородичей.
Гу Цзинъюнь привычным жестом стряхнул с лезвия тёмную кровь.
Вокруг него образовался защитный круг радиусом в несколько метров. Чудовища, объятые первобытным страхом, не смели сделать шаг вперёд, а более сообразительные и вовсе бросились наутёк, опасаясь встретиться с ним взглядом.
Гу Цзинъюнь нахмурился.
Его взгляд, острый словно обелиск из стали, скользнул по пылающей в огне и сражении долине.
«Что-то не так…»
— Сун Хуа! — выкрикнул Гу Цзинъюнь, с помощью духовной энергии направив голос прямо к ушам управляющего, стоявшего на вершине утёса.
Он звал одного, но на призыв откликнулись сразу трое.
Две тени, сбросив с себя нападавших тварей, рванули на помощь: одна сиганула прямо с крутого обрыва, вторая проложила путь сквозь гущу битвы с противоположной стороны.
Они оказались подле него одновременно с третьим спутником — статным юношей неземной красоты.
— Молодой глава, какие будут приказы?
— Молодой глава, у меня донесение!
— Брат, тут огромная проблема…
Едва оказавшись рядом, все трое резко затормозили, заговорили одновременно и тут же осеклись.
— А-Янь, говори первый, — Гу Цзинъюнь сделал знак встать спиной к спине. Четверо воинов замкнули круг, непрерывно отражая атаки подступающих тварей и обмениваясь быстрыми фразами.
Цзянь Янь взмахом меча отбросил воина-скелета. Если судить по меркам мира культивации, сила этого мертвеца соответствовала ни много ни мало стадии Первозданного младенца.
— Великий старейшина расы демонов будто сквозь землю провалился! — быстро проговорил Цзянь Янь.
Цзи Цзыхэн тут же подхватил:
— Я как раз хотел доложить об этом. Сколько я ни искал, так и не встретил мощного демона, о котором твердил Юй Ханьи. Зато предавших человечество отступников тут пруд пруди!
— И ещё кое-что, — Цзянь Янь отточенным движением взмахнул волшебной палочкой и направил боевое заклятие, сметшее целую группу нежити. Юноша стиснул зубы: — Не слишком ли много здесь нечисти? Такое ощущение, будто они не кончаются!
В этот миг очередной воин-скелет с тяжелым щитом и двуручным мечом ринулся на Цзянь Яня, обрушивая удар сверху.
Цзянь Янь мгновенно вскинул клинок, принимая вес атаки на себя. От тяжести удара он слегка просел.
Гу Цзинъюнь, уловив это боковым зрением, сжал сердце от тревоги. Он уже собрался ринуться на выручку, как Цзянь Янь с размаху вогнал кончик магической палочки прямо в распахнутую костяную пасть скелета. Вспыхнуло «Заклятие Святого Света» — и скелет мгновенно рассыпался в труху, окончательно упокоившись.
Цзянь Янь перевёл дыхание.
По количеству уничтоженных монстров он ничуть не уступал Гу Цзинъюню. Более того, юноша постоянно успевал вытаскивать из беды других культиваторов, непрерывно сотворяя заклинания Святого Света и ослабляя полчища врагов.
Его духовная и магическая энергия таяла с бешеной скоростью. Не прорвись он до этого на стадию Преодоления Невзгод, он бы давно валился с ног от изнеможения.
— Будь осторожнее, — Гу Цзинъюнь хмуро отступил на пару шагов назад, вплотную прижавшись к Цзянь Яню. — Если устанешь, вставай за мою спину.
— Хорошо, — не стал упрямиться тот.
Он отступил за плечо Гу Цзинъюня, а Цзи Цзыхэн тут же перекрыл освободившуюся брешь. Цзянь Янь вытащил из рукава флакон с мутно-зелёным снадобьем и, пересилив мерзостный вкус, осушил его одним глотком.
Силы моментально вернулись в тело.
Если не считать отвратительного послевкусия, способного довести до тошноты, это зелье мгновенного восстановления было поистине бесценным.
Гу Цзинъюнь окликнул Сун Хуа:
— Ты находился на высоте. Заметил что-нибудь странное?
Управляющий Сун всё это время накладывал барьеры на вершине долины вместе с остальными, удерживая выход, чтобы твари не вырвались во внешний мир. Он не погружался в гущу сражения, но благодаря высоте видел всё поле боя как на ладони.
Натиск нежити не утихал ни на миг, и Сун Хуа, занятый обороной, раньше не задумывался над картиной в целом.
Но стоит назвать вещь своими именами — и всё встаёт на свои места.
Вспомнив открывавшийся сверху вид, Сун Хуа внезапно осознал:
— Есть одно странное место! Оно находится в стороне от центра битвы, но именно там наблюдается наивысшее скопление нечисти!
Гу Цзинъюнь принял решение без промедления:
— Идём! Посмотрим, что там!
Разумеется, место с наибольшей концентрацией демонических тварей не было прогулочной парковой зоной. Пойти туда и вернуться оттуда без боя было невозможно.
Сун Хуа указом указал направление, и четверо воинов начали медленно пробиваться сквозь ряды врагов.
Чем ближе они подбирались к цели, тем свирепее становилось сопротивление и тем сильнее оказывались монстры.
К тому же... все четверо вскоре заметили ещё одну странность.
Цзянь Янь в недоумении воскликнул:
— Почему они все прут именно на меня?!
Воины держали оборону по четырем сторонам, но именно на Цзянь Яня приходился основной удар.
Монстры бросались на него с безумным оскалом, не считаясь с потерями. Сколько бы юноша их ни уничтожал, это не уменьшало фанатичного натиска.
Обычно количество нападающих распределяется равномерно, а перед самыми опасными бойцами — такими как Гу Цзинъюнь и Цзянь Янь — твари и вовсе должны ощущать страх. Но здесь всё происходило наоборот! Натиск на Гу Цзинъюня ослаб, Цзи Цзыхэн и Сун Хуа сдерживали привычное число врагов, а основная масса нежити навалилась на Цзянь Яня.
Все четверо замерли в замешательстве.
— А-Янь, у тебя на руках нет ничего, что могло бы их привлекать? — быстро спросил Гу Цзинъюнь.
— Да откуда? Что у меня может...
Молнией в памяти Цзянь Яня пронеслась встреча с высшим демоном, вселившимся в Ся Вэньцзи. Тогда тварь произнесла на общем языке континента Хилл:
«Ты — потомок природных эльфов. У тебя есть ветвь Материнского Древа».
— Ветвь Материнского Древа! — вырвалось у Цзянь Яня.
Все присутствующие знали секрет происхождения Цзянь Яня и понимали, какую ценность представляет Материнское Древо для эльфов. Услышав его слова, они опешили.
— Мне проверить? — спросил Цзянь Янь.
— Да, — отозвался Гу Цзинъюнь. — Только встань за наши спины.
Цзянь Янь отступил назад, под защиту троих товарищей. Затем аккуратно извлёк из хранилища обломок ветви эльфийского Древа. Это был совсем небольшой сухой сучок без единого листика.
Выбрось такую деревяшку на дорогу — и никто, кроме эльфов да магов природы, не обратил бы на неё внимания. Никто не разглядел бы сокрытой внутри колоссальной жизненной силы.
Нежить по своей природе чужда стихии природы — некромантические твари предпочитают ауру тьмы и разложения.
Но стоит лишь Цзянь Яню достать ветвь...
В ту же секунду всё поле боя словно замерло. Рычание, вопли, хруст костей — все отвратительные звуки мгновенно оборвались.
Над долиной повисла звенящая тишина, нарушаемая лишь растерянными возгласами человеческих культиваторов, стуком падающих костей да свистом ветра.
Эта секунда покоя казалась затишьем перед всесокрушающей бурей.
В следующее мгновение у Цзянь Яня волосы встали дыбом.
— Прячь! — рябчиком гаркнул Гу Цзинъюнь.
Цзянь Янь мгновенно убрал артефакт, но было поздно. Едва аура природного эльфа вырвалась наружу хотя бы на мгновение, демоническая орда тут же взяла её на прицел.
Все твари — и те, что находились рядом, и те, что сражались на другом конце долины — одновременно повернули головы к Цзянь Яню. Их глаза вспыхнули безумной алчностью.
* «Эльф...»*
* «Природный эльф!»*
* «Сожрать его! Сожрать! Сожрать!!»*
Со стороны человеческих воинов всё выглядело так, будто монстры внезапно застыли, вперились взглядом в Бессмертного господина Цзяня и забормотали нечто невнятное на рычащем наречии. Мало кто из присутствующих владел демоническим языком, а уж тем более его дикими диалектами.
По лбу Цзи Цзыхэна покатилась капля холодного пота.
— Господин, бежим...
Едва он произнёс эти слова, как армада демонов с нечеловеческим рёвом ринулась на Цзянь Яня.
— Назад! — взревел Гу Цзинъюнь.
Цзи Цзыхэн и Сун Хуа одновременно отшагнули в стороны, освобождая пространство.
Вены на руках Гу Цзинъюня вздулись. Он вскинул Меч Вопрошания Сердца, словно тот весил добрую тонну.
Духовная энергия вокруг него забурлила и за доли секунды взлетела до предела.
Первая волна монстров оказалась уже в шаге — острые когти и костяные лезвия мелькали перед самым лицом.
— Затмевающее Небеса!
Гу Цзинъюнь выдохнул название техники, и его клинок описал в воздухе стремительную дугу. В ту же секунду гигантский вал из концентрированной энергии меча с гулом пронёсся по полю боя, сметая всё на своём пути!
— Ого!
— Мать твою!
— Молодой глава, осторожнее, свои же вокруг!
Многие культиваторы в ужасе отпрянули, едва успев увернуться от смертоносной волны.
Лицо Гу Цзинъюня заметно побледнело, грудь тяжело вздымалась — эта атака потребовала от него колоссальных сил.
Но результат того стоил.
Первая волна нежити, безумно рвавшаяся вперед, была уничтожена до единого демона. Выпущенное намерение меча зачистило не только пространство вокруг них, но и выкосило широкий сектор до самого края долины.
Напряжение слегка спало.
Однако не успели воины перевести дух, как земля на дне долины покрылась глубокими трещинами. Из разломов одна за другой начали выползать новые твари.
Стоило чудовищам выбраться на поверхность, как трещины предпринимали попытки сомкнуться, но на месте разрывов всё равно оставались заметные шрамы.
Казалось бы, мелочь — можно подумать, почву повредили во время боя. Но демоны лезли из-под земли абсолютно бесшумно. Лишь когда они снова с рёвом бросились на Цзянь Яня, воины очнулись от оцепенения.
Если бы они не увидели это своими глазами, то никогда бы не догадались: полчища врагов казались бесконечными вовсе не из-за своей численности, а потому что взамен каждого убитого земля порождала нового!
Цзянь Янь поднёс к губам Гу Цзинъюня две целебные пилюли.
Сам Цзянь Янь пил зелья, так как ему требовалось восполнять и магическую, и духовную энергию. Но в теле Гу Цзинъюня циркулировала исключительно ци, поэтому высококлассные пилюли подходили Молодому главе куда лучше.
Гу Цзинъюнь слизал снадобье прямо с ладони Цзянь Яня, не отводя при этом взгляда от наступающих врагов.
Короткая взбучка закончилась, и битва вернулась в прежнее русло. Единственное отличие заключалось в том, что теперь подавляющая часть монстров полностью игнорировала окружающих людей, целеустремленно пробиваясь к Цзянь Яню.
Четверо воинов снова оказались в центре кровавой круговерти.
Спустя пару секунд, когда натиск стал совсем невыносимым, рядом обрушился ещё один сокрушительный удар, истребивший очередную группу тварей, бредивших эльфийским мясом.
Давление на Цзянь Яня спало.
Подняв голову, он увидал Сюэ Телуна, который приземлился прямо на гору демонических трупов.
— Племянник! Ты что натворил?! С чего эти твари так на тебя взъелись?! — во весь голос заорал Сюэ Телун.
— Они хотят меня съесть! — перекрывая шум боя, отозвался Цзянь Янь.
Король снежных демонов искренне удивился:
— Неужели демоны теперь выбирают исключительно красавчиков?!
Цзянь Янь беспомощно вздохнул:
— Дядя, вы забыли, кто я такой?
Слова прозвучали туманно, но Сюэ Телун моментально всё понял.
Цзянь Янь — природный эльф.
Демоны вовсе не гурманы, предпочитающие привлекательные лица.
Их привлекает аура чистого природного эльфа.
Цзянь Янь про себя терялся в догадках. Он прочёл сотни древних фолиантов, но нигде не встречал упоминаний о том, что эльфы входят в «особое меню» нежити. Будь это так, в эльфийских преданиях остались бы предупреждения.
Мать говорила лишь о том, что неживые твари лишены разума и жаждут крови и тьмы. О тяге к стихии природы не было сказано ни слова.
И уж если на то пошло, логичнее было бы слышать «убить его», а не «сожрать».
«Кто-то отдаёт им приказы», — тихо прошептал Цзянь Янь, но в общем грохоте его никто не услышал.
Юноша убрал клинок в глухую оборону, отказавшись от атак на первой линии.
Хоть на него и рвалась основная масса монстров, перед ним встала живая стена.
Гу Цзинъюнь, Цзи Цзыхэн и Сун Хуа и так прикрывали его, а Сюэ Телун, чуя неладное, пришёл на выручку. Вслед за ними подоспели Лин Ханьчжан, Янь Юйшань и другие сильные заклинатели.
Из-за того что все твари стекались к Цзянь Яню, сам юноша незаметно превратился в ходячий центр поля боя.
Куда бы он ни шагнул — орда шла за ним.
Поэтому человеческие воины, преследуя нечисть, в конечном счёте тоже сгруппировались вокруг него.
Цзянь Янь хладнокровно окинул взглядом долину и посмотрел в сторону «аномальной зоны», которую они приметили ранее.
Раньше там копошилось несметное количество нежити, но теперь все твари, привлечённые аурой природного эльфа, покинули своё место и рванули в атаку.
Благодаря этому открылось то, что они так тщательно охраняли.
Цзянь Янь прищурился.
Дно долины заволакивала дымка. Из-за пролитой крови она превратилась в липкий алый туман, мешающий разглядеть детали.
— Заклятие Святого Света!
Цзянь Янь вскинул магическую палочку.
Светлая магия испепелила подобравшихся тварей и разогнала кровавую пелену. Цзянь Янь наконец увидел сокрытое.
У подножия скалы, за стеной из тел монстров, чернел зев пещеры. Он казался бездонным провалом, из которого нет возврата.
Святой свет продержался всего пару секунд — затем кровавый туман снова сомкнулся, а из земли вылезли новые твари, заполнившие брешь.
Цзянь Янь услышал, как Гу Цзинъюнь и остальные культиваторы вовсю обсуждают способ уничтожить вражеский строй. Из-за оглушительного грохота им приходилось орать изо всех сил — всё равно монстры не понимали людской речи.
— Это точно заклятие непрерывного призыва нежити!
— Может, формирователь зарыт в землю?!
— Да это же очевидно! Где ему ещё быть?!
— Братья, нужно найти ключевую точку и разрушить узел, иначе мы просто падем от изнеможения!
— Молодой глава, если не найдём узел, может, просто перепашем тут всё ко всем чертям?!
— Есть кто со сродством к стихии земли?! Помогите вскопать эту долину!
Цзянь Янь погрузился в раздумья, не отводя взгляда от темного пещерного зева.
Оттуда исходил странный импульс, словно нечто в глубине правило его к себе.
Культиваторы уже вовсю начали крушить землю.
Но внутреннее чутьё подсказывало Цзянь Яню: часть формации действительно может быть зарыта в почву, но сам ключевой узел расположен вовсе не под ногами.
Он там... в глубине пещеры!
Цзянь Янь рванул вперёд, отбросив заклинанием парочку тварей, и очутился подле Гу Цзинъюня.
Он быстро изложил ему свои наблюдения и догадки.
Гу Цзинъюнь обернулся и посмотрел на место, скрытое кровавым туманом.
— Идем! Я с тобой! — Молодой глава без колебаний развернул меч и стал прорубать дорогу к пещере.
— Племянник! Племянничков муж! Вы куда это намылились?! — высунулся Сюэ Телун.
От такого обращения у половины культиваторов едва не выпали мечи из рук, а атаки чуть не улетели в молоко.
— Дядя, там пещера! Скорее всего, там находится сердце магии демонов! — спокойно отозвался Гу Цзинъюнь.
Сюэ Телун покачал головой:
— Вдвоём слишком опасно. Отбери отряд, а я с остальными останусь снаружи и прикрою ваш отход!
— Договорились!
Гу Цзинъюнь тоже понимал, что так будет надежнее.
Он прекрасно знал силы каждого из присутствующих, потому без колебаний выкликнул целую цепочку имен, разделив боевую мощь ровно пополам. Никто не знал, что ждёт их в глубинах пещеры.
— Кто готов отправиться с нами двумя в самую тьму и докопаться до истины? — громко спросил Гу Цзинъюнь.
У многих культиваторов вновь дёрнулся глаз.
Кто-то отозвался с готовностью, а кто-то — с явной горечью в голосе.
И дело было вовсе не в опасности вылазки...
А в том, что Молодой глава прямо сказал: «с нами двумя»!
Красавец Цзянь действительно обрёл спутника жизни! Никаких надежд больше не осталось!
Прийти на битву с демонами — и попутно переживать разбитое сердце... Ну и судьба!