Деревня Туйи стала жертвой жестокой расправы демонов.
Из сотен жителей — за исключением тех, кто давно уехал в дальние края или вышел замуж за пределы родных мест, — выжил один лишь Ян Юань. Все его близкие, родители и друзья сгинули в этой кровавой бойне.
Ян Юань, терзаемый невыносимой болью, ковыляя, поднялся с земли и порывался шагнуть к родному пепелищу, но спутники вовремя схватили его за руки.
— На землю глянь, там до сих пор тлеют кости той вороны! — воскликнул Лин Ханьчжан. — Вся деревня оплетана смертоносным формирователем! Шагнёшь туда — и тебе конец!
Ян Юань, словно утопающий, хватающийся за соломинку, рухнул на колени и забился лбом о землю:
— Бессмертные господа! Вы обладаете великой силой, умоляю, спасите моих земляков! Моих отца и мать... Они ведь безвылазно жили в деревне! С ними точно случилась беда! Неужели нет способа вернуть их к жизни?!
Лин Ханьчжан бросился поднимать бедолагу, но тот упрямо не вставал, сокрушая лоб о камни.
Цзи Цзыхэн, не в силах больше смотреть на эти терзания, ровно произнёс:
— Мертвецов не вернуть. Была бы в них хоть капля жизни — мы бы попытались. Но если там остались одни кости, даже легендарные лекари будут бессильны.
Ян Юань и сам всё понимал. Захлёбываясь слезами, он пробормотал сквозь рыдания:
—... Тогда прошу вас, господа бессмертные, разрушьте этот клятый формирователь... Чтобы я хотя бы смог предать земле останки родных и соседей.
— Это наш долг, — отозвался Гу Цзинъюнь. — Ханьчжан, подними его и отведи подальше, пусть отдохнёт.
Лин Ханьчжан тут же подхватил обмякшего Ян Юаня под руки и отвёл на безопасное расстояние, чтобы тот не мешал другим разрушать формирователь.
К счастью, Ся Вэньцзи ранее оставили в живых, и теперь было кого допросить. Правда, тот находился на грани безумия: память его превратилась в хаос, и ни пытки, ни Зелье Правды не помогали — из десятка вопросов удавалось вытянуть от силы пару внятных ответов.
Стало ясно лишь то, что Великий старейшина привёл Ся Вэньцзи сюда и заставил начертать этот формирователь. Едкая суть магического узора заключалась в том, чтобы запереть жителей, растворить их плоть и кровь в кровавом ритуале и превратить в концентрированную демоническую цзи, способную многократно усилить боевые навыки Ся Вэньцзи.
Платой за это было прогрессирующее безумие и провалы в памяти — процесс одержимости не только не замедлялся, а разрушал его разум всё сильнее.
Кто именно скрывался под именем Великого старейшины, почему выбрал именно деревню Туйи и таил ли формирователь в себе иные скрытые цели — оставалось тайной.
Цзи Цзыхэн уже повёл Стражей Небесного Волка в дозор вокруг деревни. Управляющий Сун тоже пристально изучал узор, опробуя разные способы разрушить его извне.
По словам Ся Вэньцзи, когда формирователь набрал силу, даже он сам не смел долго оставаться внутри, опасаясь раствориться без остатка.
Гу Цзинъюнь поймал лесного зверя и бросил его в границы магического круга. Едва дичь пересекла черту, её плоть и кровь моментально истаяли, оставив лишь голые кости — в точности как с недавней вороной. Единственным отличием стало то, что время поглощения слегка затянулось.
Формирователь проявлял себя лишь в момент появления жертвы, а в остальное время таился глубоко под землёй.
Цзянь Яню руны формирователя казались до боли знакомыми, но узоры появлялись на такие краткие мгновения, что он не успевал разглядеть их во всех деталях.
Заметив переменяющееся выражение его лица, Гу Цзинъюнь наклонился к самому уху Цзянь Яня и тихо спросил:
— А-Янь, есть мысли?
Едва мужчина подался ближе, Цзянь Янь инстинктивно втянул голову в плечи.
Гу Цзинъюнь на мгновение замер. Цзянь Янь смущённо отвёл взгляд.
"Чего я дичусь? Цзинъюнь ведь мне как брат... Такое поведение выглядит отстранённо, будто я не доверяю ему и не хочу быть рядом."
Раньше всё было иначе, но сегодня... Стоило Гу Цзинъюню приблизиться, как в памяти Цзянь Яня вспыхивали воспоминания о недавнем поцелуе.
"Нельзя попусту расстраивать его. К тому же сейчас не время для смущения — дело куда важнее!"
Цзянь Янь мгновенно выкинул из головы лишние мысли и серьёзно произнёс:
— Мне кажется, я уже видел этот формирователь. И бурлящая в нём сила совсем не похожа на духовную энергию мира культиваторов.
— Хочешь сказать... это магический круг? — нахмурился Гу Цзинъюнь.
— Очень похоже на то, — ответил Цзянь Янь. — Не забывай, демоны искусны в магии некромантии. С помощью подобных магических формирователей они способны призывать гулей-падальщиков.
Гу Цзинъюнь мгновенно помрачнел:
— А что нужно в качестве заклинательного предмета для их призыва?
— Конечно же, обработанные и очищенные кости...
Цзянь Янь осёкся, и в его голове сошлись воедино все детали.
Очищенные кости? Да здесь же целая деревня!
— Демоны тайком создают армию гулей? — с ужасом в голосе прошептал Цзянь Янь. — Они готовят вторжение в мир людей?
— Земли Пяти Континентов необъятны, — угрюмо отозвался Гу Цзинъюнь. — В горах и у лесов сокрыты тысячи таких же глухих деревень.
И никто не знал, сколько из них уже пострадало от рук демонов. Это было страшнее всего.
— А Стражи Небесного Волка не могут проверить эти места? — с надеждой спросил Цзянь Янь.
Гу Цзинъюнь качнул головой:
— Нет. Какими бы умелыми они ни были, их слишком мало. Искать всё своими силами — всё равно что капли в море собирать, да и скорость будет черепашьей.
— И что же делать? — задумчиво произнёс Цзянь Янь. — Может, известить великие секты, чтобы они отправили своих людей на поиски? Сформировать объединённые отряды, как это сделала карательная служба.
Гу Цзинъюнь кивнул:
— Мысль верная. Действовать в одиночку нельзя. Но и другим сектам доверять безоглядно не стоит — среди них могут оказаться предатели. Нужно всё тщательно взвесить.
Он сделал паузу и добавил:
— Но это обсудим позже. Сначала нужно уничтожить этот формирователь.
Цзянь Янь нахмурился:
— Стереть его в порошок несложно. Вот только от грубого удара магический узор распадётся. А если бы я сумел разглядеть его целиком, то смог бы разгадать замысел демонов.
— Тебе нужно время, так?
— Да. Попроси пригнать ещё пару крупных зверей.
— В этом нет нужды, — спокойно произнёс Гу Цзинъюнь.
Не успел Цзянь Янь удивлённо моргнуть, как Гу Цзинъюнь сделал решительный шаг прямо в границы смертоносного формирователя.
Сердце Цзянь Яня ушло в пятки, разум на мгновение отключился. Он рванулся следом:
— Брат, ты что делаешь?!
Окружающие, услышав его крик, с ужасом обернулись и тоже бросились к краю круга.
— Назад! Не подходите! — громогласно рявкнул Гу Цзинъюнь. — Я выиграю для господина время, чтобы он разрушил формирователь! Смотрите внимательнее, эта дрянь не сможет меня пожрать.
Цзянь Янь едва успел затормозить у самой черты.
Кроваво-красный узор вновь вспыхнул и соткался в исполинскую лапу, похожую на когтистую лапу хищного орла. Кровавая кисть рванулась к Гу Цзинъюню. Но тот стоически стоял на месте, а вокруг его тела переливался нежно-голубой защитный барьер, сквозь который не могла пробиться ни одна скверна.
Когти с сокрушительным скрежетом полоснули по барьеру, высекая мерзкий лязг.
— Собралась сожрать меня? Посмотри сначала, зубы не обломаешь ли, — с хлёсткой усмешкой бросил Гу Цзинъюнь и, высвободив сноп духовной энергии, с силой наступил на кровавую лапу.
Издав беззвучный вопль от боли, лапа забилась в ярости.
Скрытый в земных глубинах формирователь полностью проявился на поверхности.
Цзянь Янь мгновенно собрался с духом. Ему не требовалось дополнительных напоминаний — он принялся судорожно вглядываться в узор. Однако магический круг был огромным и висел высоко в воздухе над возвышенностью. Снизу Цзянь Янь просто не мог охватить взглядом всю картину.
"Кто бы меня поднял наверх, пока брат удерживает тварь?!"
Цзянь Янь уже хотел попросить Лин Ханьчжана поднять его на мече, как вдруг его взгляд упал на порог ближайшего дома.
Там лежал забытый плетёный корзинец и старая, покрытая густым слоем пыли метла. Крепкая, обычная деревенская метла из прутьев.
"Метла! Какое счастье!"
Цзянь Янь от радости едва не подпрыгнул.
— Я возьму метлу! — крикнул он.
Он рванулся вперёд, подхватывая метлу в каком-то полушаге от границы формирователя — одно неверное движение, и он сам очутился бы в кровавом болотце.
— Цзи Цзыхэн, прикрой его! — скомандовал из центра формирователя Гу Цзинъюнь. Земля под его ногами обратилась в вязкое хлюпающее месиво из крови, и двинуться с места он уже не мог.
Цзи Цзыхэн мгновенно выхватил клинок и прикрыл Цзянь Яня.
Кровавая лапа, воспользовавшись тем, что Цзянь Янь наклонился, метнулась к нему, пытаясь утащить на дно. Но Цзи Цзыхэн рассек воздух сокрушительным ударом — молниеносный взмах лезвия разрубил когтистую кисть пополам.
Та рассыпалась на тысячи алых капель и втянулась обратно в узор.
Цзи Цзыхэн не стал увязать в бою и, помня приказ Молодого главы, встал живой стеной рядом с Цзянь Янем.
Цзянь Янь сжал в руках потрепанную метлу, будто держал бесценное сокровище.
Окружающие замерли в полном недоумении: зачем Бессмертному господину старая метла?!
Цзянь Янь тем временем перекинул ногу через древко, оседлал метлу и чуть присел в устойчивой стойке.
Все присутствующие:
—???
Гу Цзинъюнь:
* * *
"Неужели это и есть тот самый полёт на метле, о котором рассказывал А-Янь?"
Цзянь Янь сжал одной рукой деревянную рукоять, а в другой крепко сжал волшебную палочку. Он тихо зашептал формулу Заклятия Полёта, совершая точные, размеренные взмахи. На последнем слове заклинания кончик палочки вспыхнул чистым белым светом.
Старая метла, выдержавшая годы дождей и палящего солнца, наверняка и не мечтала, что под конец своего века взлетит к самым небесам!
Стражи и ученики раскрыли рты:
— Бессмертный господин... полетел на старой метле?!
Гу Цзинъюнь смотрел на это с лёгким шоком:
"Так вот на чём летают маги? Какое-то нелишне бедное зрелище... Надо будет потом достать для А-Яня метлу получше."
Кровавая лапа, уловив секундное замешательство Гу Цзинъюня, взбушевалась с новой силой. Формирователь закружился с бешеной скоростью. Но Гу Цзинъюнь, обладая колоссальным запасом духовной энергии, лишь усилил напор, оставаясь нерушимым, как скала.
Метла под Цзянь Янем дрожала так, будто готовилась рассыпаться в щепки на лету. Цзянь Янь осторожно дозировал магию: слишком мало — и он рухнет вниз, слишком много — и ветхая древесина просто взорвётся.
Ведомая магическими потоками, метла поднялась на достаточную высоту. Выбрав идеальный угол, с которого открывался вид на весь огромный рисунок формирователя, Цзянь Янь зафиксировал её в воздухе и перевёл дыхание.
Без специальной чародейской метлы приходилось несладко, но благодаря безупречному контролю над магией Цзянь Янь справился. Зафиксировав транспорт, он достал Жемчужину Запечатления Образов, навел её на формирователь, после чего выхватил грифель и свою книгу заклинаний. Забыв обо всём на свете, он погрузился в скрупулёзные вычисления.
Внизу стражи подняли головы, тихо шепчась:
— Чем это занимается Бессмертный господин?
— Срисовывает узор?
— Да вроде опять в свои изыскания ушёл...
— А Молодой глава в этой жуткой кровавой ловушке... С ним точно всё в порядке?
— Да брось! Ты на его лицо посмотри! Разве так выглядят те, у кого проблемы? Он же на эту кровавую лапу еще и наступил пару раз!
— Бр-р, от этого кровавого болота тошнит. Я бы и секунды там не выстоял — сходу бы разнёс всё к чертям.
— На то он и Молодой глава. Терпеливый... Во всех смыслах.
— Эй, давай без намёков!
— Заткнитесь оба! Командир Цзи уже на нас волком смотрит!
Под ледяным взором Цзи Цзыхэна Стражи Небесного Волка мигом прикусили языки.
Лин Ханьчжан нервно хмыкнул и, толкнув локтем Сун Хуа, тихо спросил:
— И давно Стражи Небесного Волка стали такими жизнерадостными?
Ведь обычно от них за милю веяло могильным холодом.
Сун Хуа, не отрывая взгляда от зависшего в небесах Цзянь Яня, тепло улыбнулся:
— Наверное... с тех пор, как рядом с Молодым главой появился Бессмертный господин.
И Гу Цзинъюнь, и его верные воины менялись подле Цзянь Яня. Ласковый весенний ветер приносил жизнь даже на скованные вечным льдом земли.
И Цзянь Янь был этим весенним ветром — светлым, тёплым лучом, способным разогнать любую тьму и подарить надежду каждому.