Двадцать седьмое число двенадцатого месяца.
Цзянь Янь привык подниматься с первыми лучами солнца. Даже разрешив себе небольшую передышку, он не сумел преодолеть въевшиеся в плоть и кровь внутренние часы.
Впрочем, сегодня оттачивать мастерство меча не требовалось.
Цзянь Янь свернулся под тёплым одеялом, с наслаждением смакуя редкую возможность полентяйничать. Ещё немного поморгав, он неторопливо сел и сладко потянулся.
— Тюк, тюк.
За ширмой раздался стук в дверь, а следом — звонкий женский голос, в котором так и слышалась лихая ухарская удаль.
Кричала Янь Юйшань.
— А-Янь, ты проснулся?
— Да!
— Вот и славно! Поднимайся скорей, мы со старшим братом вести тебя вниз собираемся — за новогодними припасами.
— Ладно, старшая сестра, дай мне пару минут.
— Не торопись, собирайся спокойно, — отозвалась Янь Юйшань.
Цзянь Янь поспешно накинул верхнее платье и в одно мгновение навёл чистоту с помощью магии. На этот раз обошлось даже без волшебной палочки.
Если в самый первый раз Заклятие Очищения едва не ободрало ему кожу с лица, то теперь он филигранно контролировал потоки магии — беспалочковые чары давались всё естественнее.
Цзянь Янь вышел в гостиную. Распахнув дверь, он увидел Янь Юйшань, вальяжно устроившуюся на перилах. Напротив стоял Фань Ян, и оба о чём-то весело переговаривались.
Услышав шум, они одновременно повернулись.
— О, А-Янь готов?
— А наряд-то... Что-то я раньше такого не видела. Нынче в моде? Когда это ты успел спуститься в Павильон Парчи и Вышивки и нас с собой не позвал?
Цзянь Янь замялся. Одежду он не покупал — управляющий Торговой гильдии Нефритового Источника лично приставил слуг, чтобы те доставили её прямо на гору. Но признаться в этом было нельзя, иначе пришлось бы объяснять, с какой стати главный управляющий Торговой гильдии Нефритового Источника пляшет под его дудку.
Стоит распутать эту ниточку — и маска «таинственного выходца из знатного рода» слетит прямо на месте.
Когда он раньше пытался сказать им правду, никто не поверил. Теперь у Цзянь Яня проснулось упрямство: объяснять ничего не хотелось. Пусть сами догадываются, когда придёт время.
Срывать покровы можно, но уж точно не сейчас. Праздник на носу — не хватало ещё весь отпуск отвечать на въедливые расспросы.
— В следующий раз обязательно пойдём вместе, — пообещал он.
На самом деле Цзянь Янь понятия не имел, в какой стороне находится этот Павильон Парчи и Вышивки.
Спеша перевести тему, он спросил:
— Старшая сестра, старший брат, что это вы сегодня в такую рань?
— Да ну, в обычные дни дел нет, можно и подрыхнуть, — со смехом отмахнулась Янь Юйшань. — А вот ты! Я-то думала, ты опять с утра пораньше умчался в рощу мечом махать. Уж собралась искать тебя, да Фань Ян остановил — мол, спит ещё наш младший.
— Новый год же, — развёл руками Цзянь Янь. — Пора устроить каникулы.
— Вот! Золотые слова! — подхватила Янь Юйшань, принявшись назидательно наставлять его с привычными замашками старшей в компании: — Умение вовремя расслабиться — главное правило успешной культивации. Нельзя же себя до истощения загонять, понял?
— Да, старшая сестра, — послушно отчеканил Цзянь Янь, всем своим видом изображая идеального ученика, о каком мечтает любой наставник.
Янь Юйшань не удержалась, всплеснула руками и расплылась в умилённой улыбке:
— Ой, ну до чего же А-Янь милый!
Цзянь Янь: «...»
«Старшая сестра, перестань так улыбаться, мне аж жутко».
Цзянь Янь погладил пошедшие мурашками предплечья и юркнул за спину Фань Яна, но тут же попался в лапы старшему брату, который бесцеремонно сжал его щёки.
— Ст-старший бр-рат... — с трудом пробормотал Цзянь Янь с надутыми щёками. — Отпусти меня!
Фань Ян вовремя отступил, разжав пальцы. Наблюдая, как младший отскочил добрых два метра, он с чувством произнёс:
— И впрямь прелесть.
Янь Юйшань опоздала на долю секунды и не успела потискать младшего за щёки, отчего досадно вздохнула.
— Не смей обижать младшего! — наигранно построжилась она. — Трепать его за щёки — моя привилегия!
Фань Ян лишь сочно закатил глаза.
Цзянь Янь молча уставился в землю.
«Нет уж, руки прочь от моего лица. Оба».
Троица заглянула к обители наставника — спросить, не нужно ли прихватить чего из городка.
Преподобный Хэхуань обожал поспать до полудня, и сегодняшний день не стал исключением. Почтительное приветствие учеников ничуть не посягнуло на его сон.
Получив в ответ лишь тихий, размеренный храп, троица решила не мешать наставнику изволить почивать и отправилась в путь самостоятельно.
С горы вела ровно одна дорога — та самая бесконечная каменная лестница, по которой Цзянь Янь карабкался во время вступительного испытания.
Включив искусство лёгких шагов, Цзянь Янь устремился вслед за старшими. Все трое неслись на бешеной скорости: ветер оглушительно свистел в ушах, а пейзажи по бокам сливались в сплошную полосу.
При таком беге переговариваться приходилось с помощью заклятия передачи звука, иначе слова мгновенно уносило порывами ветра.
— Кстати, А-Янь, ты же у нас мечник, — донёсся мысленный голос Фань Яна. — Летать на мече умеешь?
Летать на мече?
Ему?
Цзянь Янь запнулся и с нескрываемым сомнением пробормотал:
—... Ну, наверное, умею.
Фань Ян опешил. Умеешь — значит умеешь, не умеешь — значит не умеешь. Что ещё за «наверное»? Разве бывают мечники, не способные встать на клинок?
Фань Ян решил, что слова младшего просто исказил ветер.
— Твой клинок троих всё равно не поднимет, — подала голос Янь Юйшань. — Младший брат, спускался бы ты на мече. Всё быстрее, чем на своих двоих.
Цзянь Янь решительно мотнул головой:
— Я с вами.
Янь Юйшань хотела было возразить.
— Пробежка полезна для тела, — добавил Цзянь Янь.
— Ну, дело твоё, — не стала спорить старшая сестра, лишь уважительно вздохнула: — И когда только наш младший успевает отдыхать? Всегда о тренировках печётся.
Цзянь Янь выжал из себя сухой клевок.
— Старшая сестра, ты всё не так поняла, — со смешком поддел её Фань Ян. — Он просто хочет побыть с нами, а не мучить ноги ради закалки.
— О-о! — осенило Янь Юйшань, и она мгновенно поправилась: — А-Янь у нас такой заботливый!
— Угу... Да, именно так, — выдавил Цзянь Янь.
Тему быстро закрыли.
Спустившись с горы, они с шутками и смехом направились к городку Аньшуй, лежавшему неподалёку.
Цзянь Янь бывал здесь и раньше — то сам по себе, то за компанию с собратьями по секте. Иногда выполнял поручения наставника, иногда забирал заказы. Но чаще всего, когда приходил один, путь его лежал в восточную часть города — к управляющему Торговой гильдией Нефритового Источника.
Именно там он забирал посылки от Гу Цзинъюня: аккуратно подобранные наряды, украшения и всякие приятные мелочи для дома.
Цзянь Янь даже получал письма от Цибао, на которые обстоятельно отвечал, а лавочник отправлял их обратно в Средиземные земли, в город Фэнъань.
Во всём Аньшуе Цзянь Янь мог не знать закоулков, но здание Торговой гильдии Нефритового Источника на востоке города знал до последнего кирпичика.
Поэтому, когда Янь Юйшань и Фань Ян повернули именно на восточную улицу, Цзянь Янь на мгновение похолодел.
«Только бы не в Торговую гильдию Нефритового Источника! Иначе маска слетит прямо сейчас! Пожалуйста, пусть моя тайна раскроется хотя бы после праздников... Не дай бог старшая сестра вспомнит про свои потерянные пятьдесят лянов серебра — в гневе она страшна».
Портрет того самого чиновника, что обманул ученика Секты Согласия и Радости на сто лянов, до сих пор висел на доске объявлений в секте, и снимать его никто не собирался.
— Куда мы идём? — с замиранием сердца спросил Цзянь Янь.
«Только не в гильдию! Только не в гильдию!»
— В гильдию... — начала Янь Юйшань.
Цзянь Янь затаил дыхание.
—...рядом с которой открылась отличная харчевня! — закончила она. — Хочу заказать нам на новогодний стол жареную курицу и курицу «нищий».
Цзянь Янь от сердца отвёл.
«Старшая сестра, не могла бы ты не делать такие паузы? Душа в пятки уходит».
Янь Юйшань подозрительно оглядела младшего:
— Что за странное выражение лица? Ты сейчас точь-в-точь как тот парень из любовных романов, который спрятал под деревом записочку от тайного ухажёра и до смерти боится, как бы старшие её не выкопали.
Цзянь Янь: «...»
— У меня нет тайного ухажёра, — с самым серьёзным видом возразил Цзянь Янь. — И ни с кем я тайком не переписываюсь.
— Ха, да даже если бы и был! — вклинился Фань Ян. — Мы бы только порадовались.
— Главное, чтобы не управляющий Сун из столовой! — отрезала Янь Юйшань. — Ты у нас парень хоть куда, и твоя половинка должна быть тебе под стать. Управляющий Сун не то чтобы плох... но всё же не ровня.
— Ого, старшая сестра, ты заговорила о сословном равенстве? — усмехнулся Фань Ян.
— Порицаю! Я за свободную любовь! Но те, кто клюёт только на красивую мордашку — мимо. Помнишь, как прошлый раз...
И она во всех красах расписала, как управляющий Сун в столовой пожирал Цзянь Яня глазами и крутился вокруг него на цыпочках.
— Тяга к прекрасному естественна. А-Янь у нас красавец, немудрено, что тот потерял голову.
Фань Ян вдруг насупился:
— Но управляющий Сун действительно не пара тебе, А-Янь. Найди кого-нибудь получше.
Цзянь Янь едва удерживался от стона:
— Оставьте вы в покое управляющего Суна... Нет у него ко мне никаких чувств!
Человек просто выполнял приказ молодого господина Гу и проявлял заботу, с чего вдруг такие страсти?
— Если бы он искренне тебя любил, полбеды, — распалялась Янь Юйшань. — Но я на днях видела, как он с расплывшейся до ушей улыбкой что-то передавал другому ученику! И они шептались в самом тёмном углу!
Фань Ян насупился ещё сильнее:
— Имея кого-то на стороне, лезть к А-Яню? Какая наглость!
Цзянь Янь осторожно уточнил:
— Старшая сестра... А ты разглядела лицо того ученика?
— Не-а, темно было. Но со спины — вылитый ты!
Янь Юйшань и Фань Ян вновь принялись наперебой заявлять, что сюжеты о замене и двойниках хороши только в книжонках, а в жизни за такое надо бить морду.
Цзянь Янь молча шёл рядом.
«Не дай бог они узнают, что тем «учеником со спины» в тёмном углу был я сам...»
Тогда точно не отмоешься.
Но они с управляющим Суном абсолютно чисты! Тот всего лишь передал соломенную шляпу, присланную Гу Цзинъюнем!
Тайная связь у него с Гу Цзинъюнем, а не с управляющим из Торговой гильдии Нефритового Источника или лавочником Суном!
... Стоп.
Цзянь Янь мысленно одёрнул себя. Какая ещё «тайная связь»? Звучит так, будто у них интрижка на стороне.
Они ведь просто обычные, самые близкие друзья!
* * *
Лавка на востоке города оказалась совсем крошечной — хозяева просто выставили прилавок у ворот собственного двора.
Зала для гостей не было: готовых кур заворачивали в промасленную бумагу, и покупатели сразу забирали заказ. Соседняя лавка, торгующая курицей «нищий», работала по той же схеме.
Очередь собралась внушительная — все спешили заказать птицу к новогоднему столу, поэтому хозяева даже ввели ограничение: не больше одной штуки в одни руки.
Цзянь Янь вместе с Фань Яном встал в очередь за любимой птицей наставника, а Янь Юйшань отправилась к соседнему прилавку.
Цзянь Яню показалось — или от хозяев обеих лавок веяло странной, не совсем человеческой аурой?
Он не удержался и вгляделся внимательнее.
Хозяин лавки с курицей «нищий» мгновенно ощутил взгляд. Сдвинув брови, он подозрительно уставился на юношу.
«Прошу прощения», — беззвучно, одними губами произнёс Цзянь Янь, не желая провоцировать ссору, и сразу отвёл глаза.
Мужчина ничего не ответил, лишь стал быстрее записывать имена и забирать деньги.
Вскоре очередь дошла до них.
— Ограничение — одна птица в руки, — буркнул хозяин.
— Договорились, — привычно откликнулся Фань Ян. Он опустил монеты в деревянный ящик и нагнулся над столом, чтобы записать имя и время выдачи.
Пока Цзянь Янь ждал брата, из калитки, подставляя ноги под летящий мяч, выбежала маленькая дочка хозяина.
Девчушка была совсем крохой, культивацией владела слабо и скрывать свою ауру, как родители, ещё не умела.
Цзянь Янь чётко уловил дух демонической зверушки.
«Так вот оно что... Обе семьи — оборотни, принявшие человеческий облик».
Должно быть, ласки или куницы. Немудрено, что курятина у них выходит такой вкусной.
Тканевый мяч покатился к его ногам. Цзянь Янь ловко поддел его носком сапога и подхватил ладонью.
— Ой, мой мячик! — Девочка подбежала ближе и вдруг замерла, уставившись на юношу. — Братик, ты такой красивый...
Цзянь Янь спиной ощутил, как в него впились тяжёлые взгляды лавочника и его жены.
— Держи, — Цзянь Янь протянул ей мяч, а другой рукой достал из Кольца Сумеру изящную коробочку со сладостями.
Малышка встала на цыпочки, одной рукой прижала мяч к груди, а другой выудила из шкатулки лакомство в форме персикового цветка.
— Спасибо, братик! Мне только одну, больше не надо.
Цзянь Янь кивнул и убрал шкатулку. Раз она отказалась, настаивать не стоило — иначе родители точно заподозрят неладное.
И действительно, давящие взгляды за его спиной заметно потеплели.
— Наньнань, не приставай к гостям, беги во двор! — окликнула её мать.
Девочка с гиканьем ускакала обратно. Лавочница прикрыла калитку и слегка подтолкнула мужа локтем. Супруги обменялись быстрыми взглядами.
Демоны, прожившие не одну сотню лет, чуяли сородичей куда лучше людей. Они мгновенно уловили в Цзянь Яне чужеродную, нечеловеческую кровь. Вот только если юноша сразу разгадал их истинную суть, то они определить его род никак не могли.
«Неужто лис? Да нет, лисы не бывают такими чистыми на вид — ни лукавства во взоре, ни духа лисьего... Лису мы бы сразу узнали».
Супруги терялись в догадках.
А вот эльфийское происхождение — из совершенно иного мира — им бы и в голову не пришло.
Цзянь Янь спокоен под их взглядами и даже бровью не повёл.
Фань Ян закончил писать и выпрямился:
— Хозяин, я всё... — Он запнулся, заметил пристальные взгляды и небрежно заслонил младшего плечом. — Что-то не так? Это мой младший брат. Есть какие-то вопросы?
— Да нет, просто молодой человек выглядит незнакомо... да и красив необычайно, вот я и засмотрелся. Простите великодушно, господин.
Лавочник знал Фань Яна — тот был постоянным покупателем.
Он не удержался и спросил:
— Господин Фань, раз он ваш младший, значит, тоже из Секты Согласия и Радости?
— Именно, — кивнул Фань Ян. — А что?
— Ничего-ничего, — отмахнулся хозяин и, высунувшись из-за плеча Фань Яна, расплылся в широкой улыбке: — Молодой господин, заходите к нам почаще!
Такого радушия от угрюмого торговца обычно никто не дожидался.
Цзянь Янь едва заметно наклонил голову, и Фань Ян тут же увлёк его за собой.
— Странно... — Фань Ян насупился. — Чего это они так уставились? Да ещё и лыбятся, хотя обычно из них слова не вытянешь.
— Может, проявили уважение? — предположил Цзянь Янь.
— Какое ещё уважение?
Цзянь Янь слегка коснулся своего лица:
— Приглянулся. Говорят же, красивым людям везде рады.
Фань Ян: «...»
— На самом деле я просто помог их дочке достать мяч и угостил сладостью, — улыбнулся Цзянь Янь.
Фань Ян хмыкнул, так и не дав понять, поверил он или нет.
Они направились навстречу Янь Юйшань, но по пути Фань Ян вдруг задумчиво пробормотал:
— А может, и впрямь дело в личике?..
Цзянь Янь не знал, смеяться ему или плакать.
«Старший брат, забудь ты уже об этом!»
* * *
После покупки птицы Цзянь Янь ещё долго блуждал с ними по улочкам городка.
Они накупили кучу всякой всячины: праздничные парные надписи, орехи, сушёные фрукты, кувшин вина Тусу... и даже заглянули в книжную лавку на западе города за свежими романами.
Янь Юйшань отличалась удивительной забывчивостью. Ещё недавно она строго-настрого запрещала Цзянь Яню даже приближаться к книжным развалам, а теперь сама позвала его расширить кругозор.
Цзянь Янь соглашался на всё. Но едва заглянул через плечо старших, увлечённо копавшихся в самом дальнем углу прилавка, как тут же густо покраснел и отшатнулся.
«На этих картинках... почему человечки совсем без одежды?!»
— Я... я подожду вас снаружи! — пискнул юноша и со всех ног бросился прочь.
— Эх, зелёный ещё, — с чувством вздохнула Янь Юйшань.
— И не говори, — согласился Фань Ян.
Цзянь Янь их уже не слышал. Он бежал прочь, не разбирая дороги, обмахиваясь ладонью, чтобы хоть как-то сбить жар с пылавших щёк.
Немного переведя дух, он собрался было вернуться к раскидистому дереву напротив книжной лавки, как вдруг боковым зрением уловил блеск уличного лотка. На деревянной стойке висели изящные плетёные подвески из красного шёлкового шнура с пушистыми кисточками на концах.
«У меча Цзинъюня как раз нет подходящего темляка».
Цзянь Янь изменил направление и подошёл к прилавку.
Торговкой оказалась седая старушка.
Цзянь Янь указал на самую первую подвеску, которая сразу привлекла его взгляд:
— Бабушка, подскажите, а как называется этот узор?
Старушка ласково улыбнулась:
— Это узел Соединённых Сердец. Символизирует вечную любовь и верность. Молодой господин хочет порадовать свою избранницу? На поясе носить — загляденье просто!
Цзянь Янь мгновенно отдёрнул руку.
Такая красивая вещь... но подарить её он не может.
Цзянь Янь ощутил странный укол досады, хотя на его лице не отразилось ни эмоции.
— Мы не любовники, — пояснил он.
Старушка ничуть не смутилась и протянула ему другую подвеску:
— Тогда взгляни на узел Спокойствия и Мира. Он приносит удачу и защищает от бед. Его можно дарить кому угодно — хоть другу, хоть сородичу. — Она добродушно прищурилась: — А вообще, будь то узел Спокойствия или Соединённых Сердец, лучше всего плести его самому. В рукодельном подарке душевного тепла куда больше.
Цзянь Янь вздохнул:
— Я не умею. Научите?
Старушка гордо хлопнула себя по груди:
— Да я для того тут и стою! Не переживай, со мной даже самый неловкий научится!
Цзянь Янь прикинул время и понял, что за пару минут тут не справиться.
— Завтра в это же время я приду к вам. Вы будете здесь?
— Каждое утро тут сижу, приходи в любое время!
Условившись с торговкой, Цзянь Янь поспешил обратно.
У большого дерева напротив книжной лавки его уже ждали Янь Юйшань и Фань Ян.
— И куда наш младший успел убежать? — с подвохом спросил Фань Ян. — Зато щёки уже не такие красные, остыл немного.
Цзянь Янь сделал вид, что оглох.
Троица с весёлым гомоном направилась к секте, таща в руках гору покупок.
* * *
На следующий день.
Помня о вчерашнем уговоре, Цзянь Янь поднялся на рассвете и сразу ушёл в город.
Остальные решили, что младший просто отсыпается, и лишь к полудню Фань Ян пошёл его проведать.
— Пусто, — развёл руками Фань Ян, вернувшись во двор.
Янь Юйшань удивилась:
— Куда это он делся?
Ученики переглянулись, но особо тревожиться не стали. Хоть А-Янь и был самым младшим, он давно перешагнул порог совершеннолетия, обладал трезвым умом и в постоянном присмотре не нуждался.
Преподобный Хэхуань, развалившийся в плетёном кресле, отмахнулся:
— Да бросьте вы. Небось опять забился в какой-нибудь угол и клинок точит.
Все разошлись по своим делам.
Лишь к самому закату Цзянь Янь снова появился во дворе — с откровенно кислым выражением лица.
Наставник всё так же восседал в кресле-качалке с новым романом в руках.
— О, А-Янь вернулся, — невзначай проронил Преподобный Хэхуань, даже не подняв глаз от страницы. — С самого утра тебя не было. Опять меч мучил?
Сердце Цзянь Яня заколотилось как бешеное. Он с трудом заставил себя выдавить невинную ложь:
—... Угу. Тренировался.
К счастью, наставник был полностью увлечён чтением и не обратил внимания на его запинания.
— Иди отдохни, — махнул рукой Хэхуань.
Цзянь Янь покорно опустил голову и юркнул к себе.
Затворив дверь и пройдя в глубь спальни, он разжал кулак.
На ладони лежал красно-шёлковый узел Спокойствия и Мира — слегка кособокий, пухлый и явно кривоватый. К нему крепилась маленькая нефритовая плашка в форме кольца с пушистой кисточкой. И хотя сразу было видно руку неопытного мастера, подвеска всё равно выходила невероятно милой.
На эту маленькую штучку Цзянь Янь грохнул целый день.
Кто бы мог подумать!
Он с лёгкостью осваивал сложнейшие техники меча, варил редчайшие зелья и запоминал маговские заклинания с первого раза, не зная преград в учёбе... но едва не потерпел сокрушительное поражение на банальном плетёном узле!
Если бы не ангельское терпение старушки, любой другой учитель давно бы выбросил его шнурки в канаву.
Цзянь Яню было так неловко за свою неуклюжесть, что он втихаря засунул бабушке под лоток сумму, вдвое превышавшую обычную плату, и сбежал до того, как та успела заметить.
В конце концов, время — деньги, а она провозилась с ним от рассвета до заката.
Цзянь Янь поднял красный темляк к глазам и качнул его в воздухе.
«Всё-таки криво получилось...»
Но это был самый удачный узел из всех двух десятков попыток.
Цзянь Янь горестно вздохнул.
Интересно, когда Гу Цзинъюнь выйдет из уединённой медитации?
И понравится ли ему этот пухлый, слегка кособокий узел Спокойствия?..