Северные земли. Самый край материка, Царство лютой стужи.
Круглый год здесь царят снега и льды, и чем ближе к центру, тем толще ледяной панцирь. Суровый климат немилосерден к смертным, поэтому чужаки забредают сюда редко — разве что заклинатели, ищущие лютый мороз для своих духовных практик.
Впрочем, Север не был безжизненным. Все сущие под солнцем твари подчиняются закону равновесия: коль есть те, кто чахнет без тепла, найдутся и те, кому лютый хлад в радость.
Раса Снежных Демонов — древнейшие владыки этих краев. Их с полным правом можно назвать венценосными хозяевами Северных земель.
Снежные демоны черпают духовную энергию неба и земли, отчего одарены долголетием: при равном уровне культивации снежный демон живет вдвое дольше простого смертного заклинателя. Морозный климат Северных земель дает им небывалую силу, подстегивая рост духовных сил и облегчая обретение разума и человеческого обличья.
В родных снегах эти демоны практически всемогущи. Вьюжный снег и градины служат им глазами и клинками, а те, кто достиг стадии Первозданного Младенца, способны повелевать метелями, вымораживая из незваных гостей жизнь до последней капли.
Однако за долголетие и сокрушительное могущество приходилось платить. Демоны питали непреодолимую, въевшуюся в плоть и кровь боязнь огня и тепла.
Для мелкой нечисти этот изъян и вовсе губителен — они отроду не покидают заснеженных Северных земель. Сияющее благодатью тепло, комфортное для любого человека, приносит демонам невиданную муку. Стоит им приблизиться к костру, как палящий зной въедается в кожу, а от малейшего перепада температур их плоть гниет и тает, словно воск.
— Лишь самые могущественные из них способны подавить древнюю слабость крови и безбоязненно противостоять огню и зною, — подытожил Гу Цзинъюнь.
— Стало быть... прежний король снежных демонов обладал поистине устрашающей силой, — с легким вздохом произнес Цзянь Янь, усвоив сказанное.
Ему вспомнилось увиденное сквозь призму магии времени: Сюэ Телун без труда совершил путь из Северных земель в Восточные. Пусть Восточные земли и не были самым югом, климат там мало чем отличался от Южных земель. Теперь Цзянь Янь куда лучше понимал то изумление, что охватило его отца при виде Сюэ Телуна.
В дороге Цзянь Янь наслушался немало преданий о расе Снежных Демонов, и с каждым новым рассказом его тревога возрастала. Слыли эти твари злопамятными и безудержно своенравными в защите сородичей. Говорили, что Гу Цзинъюнь в прошлые годы сошелся в жесткой схватке с молодым господином демонов — тем самым, что пару лет спустя унаследовал престол короля, — и оба тогда вернулись полуживыми от тяжелых ран.
Судя по повадкам демонического племени, прощать обиду Секте Меча они не намеревались.
Одно дело, когда демоны не заглядывали во внешний мир, но теперь Гу Цзинъюнь сам пожаловал в их исконные владения. Не выместить на нем спесь было бы прямым предательством демонического духа.
Цзянь Яня донимали дурные предчувствия.
Гу Цзинъюнь с улыбкой качнул головой:
— Не загадывай наперед. Придет вода — плотину воздвигнем, придут враги — встретим мечом. Разберемся по ходу дела.
Зачем заранее изводить себя дурными мыслями, когда мы еще не переступили их порог?
Цзянь Янь спорить не стал, но заметно озаботился делами. Перед самым въездом в Северные земли он снабдил каждого в отряде необходимым припасом: тут были и Пилюли Изгнания Холода, и детоксикационные пилюли, и восстанавливающие зелья, и специальные талисманы, призывающие духовное пламя, которое не затушит ни одна метель, и талисманы связи — всего не перечесть.
Из Секты Меча прибыло полтора десятка заклинателей. Все они обладали достаточной культивацией и жаждали закалить свой дух в испытаниях. В их числе оказались и старые знакомые: Цзи Цзыхэн, Сун Хуа, а также брат с сестрой — Дуань Юэ и Дуань Шуан.
Получив снадобья и артефакты, заклинатели искренне благодарили Цзянь Яня и бережно прятали подарки.
Гу Цзинъюню же досталось чуть ли не вдвое больше, чем остальным, — явное выражение особого расположения со стороны Цзянь Яня.
Лин Ханьчжан, стоявший неподалеку, откровенно закатил глаза.
Старший соученик вполне мог сразу убрать дары, так нет же — нужно было неторопливо повертеть узелком перед его носом, сделать вокруг него круг, смакуя момент, и только потом спрятать вещи в Кольцо Сумеру. Напоследок он наградил шиди тонкой ухмылкой и не спеша удалился.
Лин Ханьчжан лишился дара речи.
Пользуется чужой любовью и не стыдится! Ведет себя так сокрушительно нагло только потому, что Цзянь Янь души в нем не чает!
Гу Цзинъюнь же, одержав эту негласную победу, пребывал в прекраснейшем расположении духа.
Увы, радоваться жизни довелось ровно до ворот Снежного города.
Северные земли необъятны и малолюдны. Затерянные поселения и мелкие городки встречались редкими островками, однако единственным крупным центром оставался Снежный город. Именно он находился ближе всего к таинственной обители-микромиру, отчего все искатели приключений стекались сюда на постой.
У местных владык существовало незыблемое правило: полёты над городом строго воспрещались. Каким бы искушенным ни был заклинатель, ему надлежало спешиться и смирно встать в общую очередь у ворот.
В чужой монастырь со своим уставом не ходят. Не желая понапрасну связываться с хозяевами земли, путешественники покорно выстроились вереницей. К счастью, очередь двигалась проворно, да и хвост у нее был невеликой длины, так что ожидать долго не пришлось.
Цзянь Янь окинул быстрым взором скопившуюся толпу.
Простых смертных здесь не водилось — одни лишь заклинатели, причем самый слабый из них успел заложить основы на ступени Заложения Оснований.
Среди них выделялись странные личности: иные, хоть и обладали скудной культивацией, разгуливали по лютому морозу в легких полупрозрачных одеяниях, весело болтая с товарищами и ничуть не страдая от стужи. С другой стороны, находились те, кто кутался в плотные меховые парки, закрывая уши и руки, но все равно дрожал от каждого порыва ледяного ветра.
Внешне снежные демоны ничем не отличались от людей, однако их чувствительность к жару и холоду была совсем иной. Не нужно быть провидцем, чтобы догадаться: те, кто беззаботно щеголял в легких платьях посреди льдов, и были урожденными демонами.
— Каждому входящему — двадцать духовных камней высшего качества! — с деревянным лицом отчеканил стражник-демон.
В толпе мгновенно поднялся возмущенный ропот:
— Двадцать камней высшего сорта за простой вход?! Где это видано!
— Проще сразу на большую дорогу с кистенем выйти!
— Совсем грабеж среди бела дня устроили!
Гам не утихал, и только одна группа сохраняла полнейшее хладнокровие — люди с мечами за спиной, будь то вольные бродяги или адепты великих сект.
Кто-то из приезжих не выдержал и озадаченно дернул одного из мечников за рукав:
— Слышь, браток, тебе что, денег не жалко? Дерут-то в три дорога!
Мечник почесал затылок и неуверенно отозвался:
— Да вроде нормально... Может, просто я привык к штрафам?
—... К штрафам?!
— Ну да! В какой город ни прилети, за превышение скорости на мече везде дерут по двадцать духовных камней высшего качества. Дело житейское, я уж и счета им потерял. Было время — из-за этих выплат чуть без гроша не остался!
Собеседник воскорбел душой и всплеснул руками:
— Дружище, да неужто так трудно лететь чутка потише?!
Мечник гордо выпрямил спину и отрезал с беспрекословным достоинством:
— Что за вздор! Настоящий муж не признает слова «быстро», а настоящий мечник не признает слова «медленно»!
Собеседник молча опустил руки.
Подслушавший их Цзянь Янь тоже промолчал.
Он про себя решительно воспротивился. Он тоже владел искусством меча, но правила полетов соблюдал свято! Даже усевшись на летающую метлу, он ни разу не превысил установленной меры!
Да и Гу Цзинъюнь, когда вез его на своем мече, всегда заботливо сбавлял ход, с нежностью осведомляясь, не продует ли его ветром, не зябко ли ему и не страшно ли.
Из чего напрашивался очевидный вывод: мечник мечнику рознь.
Очередь подвинулась. Аккурат перед отрядом Цзянь Яня стояло несколько демонов.
Опознавательных жетонов Снежного города у них при себе не имелось, стало быть, жителями они не являлись, однако каждый из них отпустил каплю демонической цзи, подтверждая принадлежность к местному роду.
Стражник выгнул бровь:
— Зачем пожаловали?
— Навестить родичей, — защебетали демоны. — Нам тоже надо платить по двадцать камней? Раньше-то проход бесплатным был!
— Своим платить не нужно, проходите, — не поведя бровью, буркнул страж. — Указ этот совсем свежий, его нарочно издали, чтобы с чужеземных дураков побольше содрать.
Демоны моментально все поняли и обрадованно закивали:
— А-а-а! Покорнейше благодарим, почтенный!
— Пропустить! — крикнул стражник.
Толпа приезжих заклинателей дружно потеряла дар речи.
Хоть бы постеснялись обирать гостей прямо у всех на виду!
Снежные демоны весело проследовали в ворота, взявшись за руки.
Стражник лениво зевал:
— Следующий!
Цзи Цзыхэн ступил вперед и протянул увесистый кошель с камнями.
Демон прикинул вес духом-оком, пересчитал головы в отряде — камней в мешке оказалось с лихвой. Излишек, само собой, замышлялся как скромная благодарность за рвение.
Стражник ухмыльнулся и взмахнул рукой:
— Проходи... Стоять!
Сердца заклинателей Секты Меча ёкнули, все мигом насторожились.
Лица стражников сделались предельно суровыми. Взгляды демонов пробежали по строю мечников и впились в высокого мужчину в черных одеждах, стоявшего в самом центре.
Стражи шепотом переговорили и вытащили свиток с портретом.
С шелковой бумаги смотрел не кто иной, как Гу Цзинъюнь!
Гу Цзинъюнь, свободно читавший на языке Снежного предела, без труда разобрал три начертанных иероглифа на самом верху: «Указ о розыске».
Гу Цзинъюнь предпочёл промолчать.
Демоны сличили портрет с живым лицом и в мгновение ока убедились в догадке.
— Ты и есть молодой глава Секты Меча, Гу Цзинъюнь? — сухо спросил старший страж.
Гу Цзинъюнь приготовился к худшему, незаметно поджав пальцы к рукояти.
— Я, — притворившись, будто не разумеет демонических письмен, невозмутимо откликнулся он. — Чем обязан вниманию?
Адепты секты замерли в ожидании удара.
Стражник с треском свернул свиток и равнодушно бросил:
— В город проследовать желаешь?
— Воспрещено? — прищурился Гу Цзинъюнь.
— Отчего же, можно, — стражник протянул широкую ладонь. — Токмо плата для тебя иная: две тысячи духовных камней высшего сорта.
Гу Цзинъюнь снова промолчал.
Толпа дружно ахнула. По очереди прошмыгнул такой судорожный вздох, будто в нее забрел табун гадюк.
Цзянь Янь обомлел: стократно взвинтить цену?!
Один высший камень шел за сотню средних, а средний — за сотню низших. Стало быть, две тысячи высших равнялись двадцати миллионам низших камней!
Двадцать миллионов за право шагнуть за порог?!
Вот уж воистину грабеж без зазрения совести.
Гу Цзинъюнь лишился слов. Король Снежных Демонов прекрасно ведал о его приходе и понимал, что удержать его у ворот не удастся, а потому решил вытрясти из него жирные отступные?
Стражник нетерпеливо подогнал:
— Ну так что, входить будешь или нет? Не задерживай народ!
Гу Цзинъюнь не стал препираться и ловким движением бросил демону мешок Цянькунь.
Страж на лету подхватил кошель, заглянул внутрь духом-оком — сошлось тютелька в тютельку.
Гу Цзинъюнь ровным голосом проговорил:
— Теперь вопросы исчерпаны? Коли так, давай проход, не то задние заждались.
Демон проглотил языковую кость и, сжав зубы, гаркнул:
— Пропустить!
Гу Цзинъюнь шагнул первым, и заклинатели Секты Меча вереницей проследовали за ним.
Отойдя на некоторое расстояние от ворот, Цзянь Янь повел ухом. До него донеслись вкрадчивые слова старшего стражника, наставлявшего подчиненного:
— Живо доложи Его Величеству! Да заодно передай во все лавки и постоялые дворы: молодой глава Секты Меча прибыл, пускай немедленно задирают цены!
— Слушаюсь!
Цзянь Янь покачал головой. Занимательный же народец эти снежные демоны.
Он слегка потянул Гу Цзинъюня за рукав. Тот мгновенно наклонился, подставив ухо.
Цзянь Янь тихим шепотом пересказал подслушанный разговор.
Гу Цзинъюнь, выслушав, тихо хмыкнул.
Если любую усобицу можно уладить звонкой монетой — тем лучше. Ему-то что? У него из всех богатств — одни лишь деньги и остались.
Цзянь Янь тихонько спросил:
— Гэгэ, как думаешь... явится ли сюда раса демонов?
Гу Цзинъюнь уловил подтекст с полуслова:
— Хочешь знать, придет ли Юй Ханьи?
— Угу.
Гу Цзинъюнь ответил спокойной улыбкой:
— Его ненависть ко мне глубока, словно бездна. Он непременно явится.
Оставайся Гу Цзинъюнь в Восточных землях, Юй Ханьи не отважился бы на открытое нападение и забился бы в самую темную нору. Но теперь Гу Цзинъюнь сам ступил на снега Северных земель.
Вражда с королем снежных демонов была известна каждому, и Юй Ханьи ни за что не упустил бы случая ловко примазаться к чужой мести, дабы чужими руками устранить врага.
Вместе с А-Янем исследовать тайную обитель и отыскать следы Бессмертного Меча.
Использовать себя в качестве наживки, выманить затаившихся в тени демонов, истребить их до единого и на корню пресечь их безумный замысел по уничтожению мира — вот ради чего Гу Цзинъюнь преодолел мириады ли и прибыл в этот суровый край.