Три дня спустя.
У главных ворот Секты Согласия и Радости в городке Аньшуй застыла огромная небесная ладья. Воспитанники разных обителей, вызвавшиеся помериться силами с демонической оравой, вереницей поднимались на палубу. Самым многочисленным оказался отряд из даосского храма Великого Небытия.
Ибо среди прочих жителей Западных земель, славящихся своим легкомысленным и вольным нравом, эти праведники оставались оплотом благочестия. Неудивительно, что в деле искоренения скверны они чувствовали личный долг и записались в первые ряды.
К этому времени Фань Яну с превеликим трудом удалось вымолить прощение у младшего соратника. Помирившись, братья возобновили тёплые отношения, и теперь Фань Ян вполголоса делился с Цзянь Янем свежими сплетнями, пока Янь Юйшань стояла подле них и с аппетитом лузгала семечки.
— Слыхал? Изначально-то храм Великого Небытия собирались воздвигнуть то ли в Восточных, то ли в Южных землях…
— С чего же их занесло на Запад? — поинтересовался Цзянь Янь. — Да ещё и в самую гущу: аккурат между нами и Сектой Темной Инь?
— Говорят, — начал понизив голос Фань Ян, — в те древние времена Секта Согласия и Радости вкупе с Сектой Темной Инь предавалась такому безудержному блуду да непотребству, что все Пять земель не знали, куда деваться от этого бесчестия. Вот глава храма Великого Небытия, стиснув зубы, и изрёк: «Кто, если не я, сойдёт в преисподнюю ради спасения душ?» — да и заложил обитель на Западе, дабы держать распутников в узде.
Цзянь Янь и Янь Юйшань прониклись глубоким уважением. Вот это дух, вот это подвижничество!
Вдруг проходивший мимо преподобный Хэхуань услышал эту ахинею и фыркнул:
— Что за вздор! Всё было совсем не так.
Трое учеников мигом насторожили уши:
— О? Учитель, просвети нас!
Преподобный Хэхуань пояснил с беспечным видом:
— В те годы ваш почивший основатель безудержно раздавал направо и налево пылкие обещания. В пылу ухаживаний его занесло прямо к настоятелю храма Великого Небытия. Наш предводитель раскинул сети в надежде обрести ещё одного страстного возлюбленного, а тот оказался сухим как жердь и на манок не поддался. И сколько наш учитель перед ним ни вился, настоятель остался непреклонен — более того, чуть не уболтал самого основателя постричься в монахи и отречься от мирских утех!
У троих перехватило дыхание. Какая развязка! Ещё немного — и Секты Согласия и Радости вообще бы не существовало!
— А дальше-то что? — с нетерпением выдохнул Цзянь Янь.
— А что дальше? Основатель вовремя опомнился и под покровом ночи дал дёру! — ухмыльнулся преподобный Хэхуань. — Позже его задетое самолюбие заставило жаждать реванша. Он донимал бедную братию своими проделками ещё не один год, да вдобавок взял и перенёс всю нашу обитель из Южных земель прямо к ним под бок!
Янь Юйшань даже семечку изо рта выронила:
— Выходит, это мы сюда переехали, а не они?
Преподобный Хэхуань кивнул, понизив голос до шепота:
— Праотец сочел этот конфуз уронным для чести и пустил по Поднебесной небылицу про «спасение душ». Так что это наша тайная история, смотрите, ни гу-гу на стороне!
Трое учеников сдержанно кивнули.
— А Секта Темной Инь? — спросил Цзянь Янь. — Они-то изначальные жильцы?
— Эти-то? Они явились с Востока, — отмахнулся наставник. — Прежде квартировали прямо возле Секты Меча. Да только удумали набиваться к их мечникам в закадычные дружки, закатывая ежедневные попойки да разврат. Словом, разложили святую обитель до крайности. Глава Секты Меча вошёл в такой раж от гнева, что вызвал владыку Темной Инь на дуэль. Тот с треском продул и с позором убрался прочь. А поскольку признаваться в «позорном бегстве после драки» никому не хотелось, они с нашим основателем сговорились и сочинили красивую сказочку…
Преподобный Хэхуань издал неловкий смешок.
В воздухе повисла звенящая пауза. Четверо дружно решили сменить тему.
В этот момент к ним быстрым шагом приблизился Страж Небесного Волка и с глубоким почтением обратился к Цзянь Яню:
— Бессмертный господин, всё готово. Мы можем отправляться.
— Отлично, — Цзянь Янь повернулся к старшей сестре.
Янь Юйшань улыбнулась:
— Что ж, взойдём же на палубу.
У преподобного Хэхуаня имелось трое последователей, чья сила распределялась строго по старшинству: Цзянь Янь, Янь Юйшань и Фань Ян. Правила военного времени требовали от каждого старейшины направить хотя бы одного ученика ступеней от Первозданного младенца и выше. Цзянь Яня хватило бы с лихвой, но Янь Юйшань вписала своё имя добровольно.
«Я всё-таки старшая сестра, не смейте сбрасывать меня со счетов!» — отрезала она тогда.
Фань Ян тоже рвался в бой, но вся обитель встала грудью, отговаривая бедолагу: мол, надо же кому-то сохранить преемственность рода на случай худшего… На самом деле настоятель в ужасе разорвал его бумагу лишь потому, что накануне подачи заявки младший ученик поддался на уговоры Пань Юньху, возобновил с ним связь и ляпнул: «Вот вернусь живым с битвы — и сыграем свадьбу». Услышав подобное заклятие на верную гибель, Хэхуань чуть не лишился чувств. С такими словами на войну не ходят!
Брат и сестра замерли перед преподобным Хэхуанем.
— Наставник… — начал Цзянь Янь.
Преподобный Хэхуань поднял ладонь, останавливая его:
— Напутствий и прощаний сказано немало, к чему повторяться? — Наставник взглянул на них с тёплой грустью. — Я ещё помню, каким неопытным юношей А-Янь переступил порог нашей обители, а нынче — глядь! — ты уже среди сильнейших владык на стадии Преодоления Невзгод.
— Наставник…
— Тысячелетняя рознь между людьми и демонами завершится руками моих учеников. Одно осознание этого заставляет сердце биться чаще, — с улыбкой произнёс Хэхуань. — Ступайте. Желаю вам военной удачи и скорого триумфа!
Оба отвесили глубокий ученический поклон и без лишних слов проследовали к трапу.
Люк ладьи захлопнулся. На крыльях вспыхнули рунные узоры, выплеснувшие мягкий свет духовной энергии. Корабль плавно взмыл в вышину и за мгновение растаял в небесах, унося героев навстречу решающей битве.
* * *
Небесная ладья шла проверенным маршрутом Секты Пера и Крыла под видом обычного купеческого судна. Она опустилась в неприметных предместьях Средиземных земель. Сойдя на землю, отряд продвигался потайными тропами, огибая людские поселения и логова духовных зверей, пока без лишнего шума не достиг места общего сбора.
Спустя три четверти часа истекло назначенное время — все войска были в сборе.
Для битвы с демонической скверной собрался цвет боевого братства: главы обителей, старейшины, старшие ученики — отборные мастера. Цзянь Янь заметил даже воинов расы Снежных Демонов из Северного предела.
Раскрыв тайну о готовящейся атаке, Сюэ Лань молниеносно вычистил ряды предателей, навёл порядок в своём клане и лично возглавил подкрепление. Старый король Телун прибыл вместе с ним, а дева Сюэ Цин осталась охранять снежные рубежи.
Многие заклинатели впервые видели снежных демонов вживую; не будь обстановка столь суровой, они наверняка попытались бы завязать знакомство. Впрочем, и без того любопытные взгляды то и дело скользили по белоснежным воинам.
Чуть ближе выстроились Стражи Небесного Волка под командованием Гу Цзинъюня. Облачённые в вороненую броню, они замерли среди деревьев хранящим молчание строем. Здесь собралась личная гвардия молодого главы, тогда как основные силы уже окружили засадой демоническое логово, ожидая лишь сигнала к штурму.
Получив свежие вести от разведки, Цзи Цзыхэн выступил вперёд:
— Господин, дозорные докладывают: ущелье полнится демонической скверной, а под густым туманом скрывается несметное войско нежити. Логово врага определенно там.
— Перекрыть все входы и выходы. Ни один демон не должен ускользнуть. Перекройте даже небо над ущельем! — отдал приказ Гу Цзинъюнь.
— Есть! — гаркнул Цзи Цзыхэн, чувствуя, как хладнокровная решимость наполняет грудь.
Тем временем Цзянь Янь обошёл ряды воинов, раздавая снадобья — от противоядий до восстанавливающих зелий. Главным же подарком стали магические свитки-заготовки: в каждый было запечатано по два заклятия Святого Света. Всё это Цзянь Янь изготовил собственными руками за последние дни.
Один этот ярчайший свет способен был испепелить или хотя бы ослепить целую орду нечисти…
Пока шла подготовка, заклинатели беспрестанно подходили к Цзянь Яню и Гу Цзинъюню за указаниями, безоговорочно признав в них духовных лидеров предстоящей битвы.
Час икс настал.
Воины, рассредоточившиеся по опушке, притихли. Шёпот затих.
Гу Цзинъюнь сделал шаг вперёд. Его Меч Вопрошания Сердца уже покинул ножны и парил в полупальце от ладони. На рукояти легонько покачивался красный плетёный кистевой узел — кривоватый, слегка пухлый и оттого невероятно трогательный.
Цзянь Янь стоял неподалёку, окружённый Сун Хуа и Янь Юйшань.
Речь Гу Цзинъюня была краткой, но разила без промаха. Суровый лик, широкие плечи, тёмная броня — молодой глава секты казался нерушимой скалой, способной выдержать любой удар судьбы.
Цзянь Янь непроизвольно погладил рукоять Меча Разрушения Чар. Пальцы соскользнули по шелковым алым нитям кисти. Его взгляд встретился со взглядом Гу Цзинъюня.
Ледяная красота Цзянь Яня озарилась едва заметной улыбкой. Меч Разрушения Чар со звоном покинул ножны, наполнив воздух зазвеневшим намерением меча. Он не вымолвил ни слова, но сама его аура дышала сокрушительной боевой яростью.
В глазах Гу Цзинъюня мелькнули тёплые искры. Завершив напутствие, он протянул руку, и Меч Вопрошания Сердца легко опустился в ладонь.
— Этот бой будет за нами, — отрезал он.
Стражи Небесного Волка взревели в едином порыве. Их клич подхватили остальные воины: зазвенела сталь, вспыхнули духовные артефакты, воздух содрогнулся от боевого клича.
— Вперёд! — скомандовал Гу Цзинъюнь.
Цзянь Янь рванулся следом, поравнявшись с ним. Ведомое ими войско мощным потоком хлынуло в гигантское ущелье — прямо в сердце демонического логова.
Под натиском объединенных сил защитный барьер демонов не продержался и трёх секунд. Завеса тумана распалась, обнажив кишащую на дне армию нежити.
Демоны не выносили света, а потому укрыли своё войско на самом дне мрачного каньона. И хотя Гу Цзинъюнь рассудительно выбрал для атаки полдень, солнечные лучи едва пробивали глубь ущелья, не причиняя тварям заметного вреда.
Впрочем, у спускавшихся заклинателей это не вызвало и тени уныния — напротив, каждый горел азартом:
— Как там Бессмертный господин Цзянь учил активировать эту штуку? Просто надрвать?
— В атаку, братья!
— Ослепим этих гадов! Погоди, у демонов вообще есть глаза? Пофиг, напролом!
На дне ущелья закованные в костяную броню скелеты едва успели вскинуть ржавые мечи, а гули-падальщики — оскалить ядовитые клыки, как на них обрушился цепной каскад ослепительных вспышек.
— А-а-а-а!
Твари завопили от невыносимой боли. Низшие бесы мгновенно испепелились в лучезарном сиянии.
— Работает! — радостно закричали воины, безопасно приземляясь на дно.
Средние и высшие демоны, пересилив обжигающий свет, ринулись в контратаку. Но заклинатели не знали жалости. В обычные дни, состязаясь со своими, приходилось сдерживать удары, дабы не искалечить товарища. Теперь же? Размахнувшись от души, они крушили нечисть в крошево!
Конечно, без накладок не обходилось:
— Тьфу, какая мерзость! Эта тварь обрызгала меня слюной… Чёрт, она же разъедает!
Слюна гуля заживо выжигала куски плоти. Не колеблясь ни мгновения, молодой боец отсёк мечом обугленный лоскут собственного предплечья. Отпавшая плоть тут же стала добычей стаи падальщиков, с визгом рвавших её на части.
Зажав окровавленную руку, сквозь которую уже просвечивала белая кость, заклинатель отступил назад, дабы перевязать рану.
Кто-то стремительно приблизился к нему со стороны.
Юноша настороженно обернулся, готовый пустить в ход артефакт, но вовремя разглядел подбежавшего:
— Бессмертный господин Цзянь!
Цзянь Янь без лишних слов схватил его за повреждённое предплечье. В его левой руке блеснул короткий жезл, чьё острие упёрлось аккурат в рану.
— Заклятие Исцеления!
Сгусток чистого света впитался в искалеченную руку. Юношу обожгла дикая, невыносимая чесотка. Он заставил себя не шевелиться, и уже через пару мгновений плоть начала затягиваться с невероятной скоростью.
Молодой боец испуганно сжал кулак. Полностью здоров!
— Прими пилюлю или глотни зелья! — перекрывая раскаты битвы, крикнул Цзянь Янь.
— Спасибо, господин! — во весь голос отозвался тот.
Вокруг уже смыкалось кольцо врагов. Цзянь Янь мощным пинком отбросил ближнего гуля, взмахнул клинком и разом нанизал двух тварей на стальное лезвие. Не оборачиваясь, он выбросил левую руку назад, посылая чары:
— Заклятие Святого Света!
Замысливший напасть со спины демон даже опомниться не успел — лучи света выжгли его изнутри, превратив в горсть пепла.
Юноша застыл в изумлении. Бессмертный господин Цзянь был не просто молод и силен — его боевая выучка поражала. Меч в правой руке, диковинное чародейство в левой — работая на два фронта, он действовал без единой заминки!
А Цзянь Яню было не до чужого восхищения. Заметив раненого, он помог — и тут же одинокой тенью врезался в самую гущу вражеского строя.
Брови его тревожно сдвинулись.
«Что-то здесь не так… Мы уже смяли их передовые силы и ворвались в само логово, но где Великий старейшина расы демонов?»