Помимо заклинателей из Секты Меча, практически все в городе так или иначе знали о вражде между Гу Цзинъюнем и Повелителем Снежных Демонов. Даже те немногие, до кого слухи ещё не дошли, легко могли обо всём догадаться, глядя, как молодому главе секты Гу приходится переплачивать в сотни раз буквально за всё — весь город откровенно объединился против него.
И всё же никто не ожидал, что Сюэ Телун явится лично.
Это же сам Сюэ Телун!
Легендарная фигура одной эпохи с Бессмертным Меча! Живое сказание, о котором слышали все, но мало кто видел своими глазами.
Впрочем, любой снежный демон лишь хмыкнул бы в ответ на подобные вздохи. Бывший король передал престол сыну всего век назад — с чего бы ему становиться невидимой легендой? В праздники во время жертвоприношений на Священной горе правительственная чета неизменно выходила к народу. Да и в обычные дни Сюэ Телуна запросто можно было встретить прогуливающимся под руку с супругой. Владетельный дом отличался близостью к подданным, а госпожа Сюэ Цин нередко даже выручала зевак-демонов, забывших дома кошельки!
Однако заклинатели знали о Северном пределе крайне мало. Едва увидев, как Сюэ Телун — могущественный практик стадии Преодоления Невзгод — со зловещим видом преградил путь молодому господину Гу, они обомлели от страха.
А уж когда Гу Цзинъюнь и Цзянь Янь поднялись вслед за четой демонов на второй этаж, все и вовсе решили, что двое юношей обречены.
Поколебавшись, представители дружественных Секте Меча фракций — вроде Врат Тысячи Законов и Дворца Пурпурных Облаков — сжав зубы, подошли к оставшимся на первом этаже ученикам Секты Меча, чтобы предложить свою помощь. Объединённый отряд по истреблению демонов только-только сформировался, и возглавляли его именно Гу Цзинъюнь и Цзянь Янь. С учётом многолетних связей между их сектами бросить товарищей в беде они просто не могли.
Лин Ханьчжан был слегка поражён. Наверху находился старейший практик этапа Преодоления Невзгод — неужели эти люди действительно готовы бросить ему вызов?
Но, помыслив секунду, он понял: не окажи они поддержки, как после этого смотреть в глаза наставникам и продолжать путь совершенствования? Если бросить спутников на произвол судьбы, то даже в случае благоприятного исхода тысячелетней дружбе между сектами придет конец.
— Если понадобится помощь, брат Лин, не стесняйся, — тихо произнёс Линь Фу, старший ученик Врат Тысячи Законов.
Сунь Фэйюй из Секты Пера и Крыла, Сюй Чань из Даосского храма Великого Небытия и остальные выразили ту же готовность.
Лин Ханьчжан знал часть правды и был достаточно сообразителен, чтобы догадаться: Сюэ Телун пришёл сюда вовсе не ради мести за сына. И всё же полной уверенности у него не было, отчего на душе оставалось неспокойно.
Тронутый их порывом, он постарался сохранить хладнокровие и уверенно ответил:
— Благодарю вас, друзья! Однако всё может быть не так уж скверно. Давайте пока не будем делать поспешных выводов.
Едва Лин Ханьчжан успокоил собравшихся, с лестницы донеслись размеренные, тяжёлые шаги.
Они спускались.
Заклинатели мгновенно подобрались, готовые к худшему.
Однако в следующее мгновение перед ними предстала немыслимая картина: владыка Северного предела, грозный Сюэ Телун, чьё имя заставляло трепетать весь мир культивации, с широкой улыбкой обнимал молодого главу секты Гу за плечи, будто они были лучшими друзьями... вернее, добрыми родственниками.
А чуть впереди, под руку с госпожой Сюэ Цин, шел Цзянь Янь. Они о чём-то вполуха шептались и выглядели удивительно тепло и непринуждённо.
Все присутствующие обомлели.
Цзянь Янь и Гу Цзинъюнь проводили чету демонов до самых дверей постоялого двора.
— Дальше не нужно, хватит, — ласково проговорила Сюэ Цин. — А-Янь, завтра я пришлю за вами экипаж, доставят вас во дворец. Заодно навестите Лань-эра.
— Хорошо, тётушка Сюэ, — кивнул Цзянь Янь.
Сюэ Телун похлопал Гу Цзинъюня по плечу:
— Вы ведь искали сведения о том секретном царстве? Племянник, вели своим людям прекратить слоняться по городу. Завтра во дворце я передам вам всё, что нужно!
— Премного благодарен, дядя, — ответил Гу Цзинъюнь.
— Да ладно тебе, не за что. Мы с твоей тётей пошли, — Сюэ Телун взмахнул рукой, подхватил жену за талию и в то же мгновение испарился, не оставив даже тени.
Проводив гостей взглядом, Цзянь Янь и Гу Цзинъюнь переглянулись и одновременно улыбнулись. Кто бы мог подумать, что всё сложится именно так?
Вернувшись в залу под ошеломлённые, полные немого вопроса взгляды заклинателей, они узнали от Лин Ханьчжана об их благородном порыве и искренне поблагодарили каждого. После этого коротко объяснили, что произошедшее было лишь досадным недоразумением. Супруги Сюэ оказались людьми великодушными: от старых обид не осталось и следа, и они прекрасно поладили. Отсюда, мол, и все эти «дядя», «племянник», «тётушка» и «А-Янь».
Толпа поверила. В конце концов, кому бы в голову пришло, что красавец Цзянь — родной сын Бессмертного Меча, вознесшегося тысячу лет назад?! Кабы эта новость всплыла наружу, все Четыре океана и Восемь пределов сотряслись бы от изумления!
Лишь за закрытыми дверями комнат Цзянь Янь открыл правду ученикам Секты Меча.
Кроме Лин Ханьчжана, все меченосцы буквально оцепенели, ошеломлённо уставившись на юношу.
Что?!
Прекрасный Цзянь, Бессмертный господин Цзянь, выходец из Секты Согласия и Радости...
Тот самый гений, что пробился с самого низа до первой строчки в состязании, посрамив все великие кланы, чей образ и мастерство покорили весь мир...
Оказался сыном Бессмертного Меча Цзянь Цинсуя?!
К тому же, хоть он и сын великого легендарного мастера, ему не тысяча двадцать два года, а всего двадцать два! Попав в этот мир из иного измерения, он добился всего исключительно собственными силами.
От осознания этого факт становился ещё более невероятным!
Если бы молодой глава секты не приказал строго-настрого молчать под угрозой суровой кары, они бы уже давно растрезвонили об этом на весь свет. Будоражащую тайну такого масштаба утаить в себе было сродни пытке!
К счастью, рядом находились соратники. Затворив двери и установив барьер тишины, они предались бурному обсуждению, смакуя каждую деталь. Единственное, о чём они жалели, — это о невозможности упиться изумлением остальных заклинателей.
«Впрочем, — думали они, — наши лица в тот момент наверняка выглядели ничуть не менее глупо! Иначе с чего бы Лин Ханьчжану так загадочно похихикивать?»
Переживания сородичей Цзянь Яня волновали мало. Проведя день в постоялом дворе, на следующее утро он вместе с Гу Цзинъюнем отправился во дворец на карете, присланной Сюэ Телуном.
Дворец Лайк поражал изысканной пышностью и самобытным северным колоритом.
Цзянь Янь бросил взгляд на далекие горные пики, уходящие за облака. Их вершины были укрыты вечным, ослепительно-белым снегом.
— Это Манспам, наша Священная гора, — робко проговорил сопровождающий слуга.
По пути он то и дело справлялся о самочувствии Цзянь Яня, а заметив его интерес к горам, с готовностью пояснил:
— Снежные демоны верят, что наш род родился из чистого льда и снега этой горы, и она покровительствует каждому верному подданному. В Праздник Зимнего Снега мы обязательно совершаем паломничество на вершину.
— И как же проходит этот обряд? — поинтересовался Цзянь Янь.
— Сбросив обувь, под предводительством самого уважаемого из старейшин народ идет пешком прямо от ворот Дворца Лайк на самый верх, — с воодушевлением рассказывал слуга. — Помолившись, многие съедают по горсти священного снега. А дети лепят снеговиков или вытёсывают из магического льда скульптуры... Наши правители всегда отличались своенравием, так что традиции у нас довольно вольные!
Цзянь Янь лишился дара речи. Они даже лепят снеговиков?
— А я-то думал, вы приносите в жертву быков и овец, — заметил Гу Цзинъюнь.
К молодому главе секты слуга отнёсся куда прохладнее. Нахмурившись, он возразил:
— Ошибаетесь, господин! Снежные демоны почитают первозданную белизну. Как мы можем осквернять Священную гору пролитой кровью?
Гу Цзинъюнь мгновенно всё понял. Теперь ему стало ясно, почему снежные демоны души не чаяли в Цзянь Яне.
Эти существа отличались простым нравом и боготворили белый цвет. Цзянь Янь не просто обладал неземной красотой — его окружала морозная, чистая аура, а сам он носил белоснежные парчовые одежды, украшенные серебряными цепями. Он буквально с головы до ног воплощал идеалы красоты Северного предела!
Их группа передвигалась быстро. Вскоре они подошли к покоям правительской четы. Стражники у дверей, едва увидев Цзянь Яня, вспыхнули от восторга, но сдержанно поклонились и благоговейно отворили створки.
— Благодарю вас, — вежливо отозывался юноша.
— Служить вам — высшая честь для нас! — выдохнули стражники в один голос.
Почти проигнорированный Гу Цзинъюнь лишь вздохнул. «Слава богам, А-Янь уже мой. Иначе в этом месте соперников у меня было бы побольше, чем во всей Секте Согласия и Радости!»
Заметив, что спутник отстает, Цзянь Янь оглянулся и протянул ему руку. Настроение Гу Цзинъюня мгновенно взмыло до небес, и он с довольной улыбкой шагнул в залу.
Король снежных демонов Сюэ Лань отличался высоким ростом и могучим телосложением. Он выглядел статно и внушительно, но едва гости вошли, уставился на Гу Цзинъюня с гримасой злорадства и досады, что изрядно портило его величественный вид.
Госпожа Сюэ Цин представила их друг другу.
После обмена вежливыми приветствиями Цзянь Янь мягко произнёс:
— Приветствую, кузен.
— Здравствуй, кузен, — с изящной грацией ответил Сюэ Лань.
— Рад встрече, кузен, — с невозмутимой миной подал голос Гу Цзинъюнь.
— Рад... — Сюэ Лань поперхнулся. — Погоди, Гу Цзинъюнь! У тебя вообще совесть есть?! Как ты можешь так хладнокровно это выговаривать?!
Гу Цзинъюнь даже не моргнул:
— Таков факт. Что в этом предрассудительного?
Сюэ Лань застыл с открытым ртом. Его заготовленная колкость про «женатого кузена» так и застряла в горле. Что за чертовщина?! Почему смущаться и скрежетать зубами должен был Гу Цзинъюнь, а в дураках оказался он сам?!
Сюэ Цин прикрыла лицо рукой: «И этого сопляка я родила?»
Сюэ Телун лишний раз поцокал языком: сын всё-таки оказался слишком зелен. Кто ж знал, что у Гу Цзинъюня кожа на лице толще крепостной стены? Одно-единственное слово «кузен» — и тот намертво закрепил за собой статус законного спутника Цзянь Яня, прямиком вошедшего в семью! Теперь, даже если Сюэ Лань опомнится и захочет вставить им палки в колёса, у него просто не найдется предлога разлучить парочку.
Цзянь Янь перевёл взгляд с одного на другого, так и не поняв сущности вспыхнувшей перепалки. Желая сгладить неловкость, он вмешался:
— Кузен, давайте присядем и всё обсудим.
— Согласен, — сбавил тон Сюэ Лань. Вне зависимости от семейных уз, сам Цзянь Янь вызывал у него искреннюю симпатию, так что спорить он не стал.
Едва они устроились, Сюэ Телун сам заговорил об обители:
— Когда мой названый брат обустраивал то секретное царство, он оставил у меня подробную карту своей обители и напутствовал передать её только родному сыну. А-Янь, хоть ты и вылитый Цинсуй, да и меч Вангуй при тебе, я не могу не проявить осторожность.
— Как мне доказать своё родство, дядя? — спросил Цзянь Янь.
— Раз ты его сын, ты наверняка обучен Искусству Меча Темных Вод?
— Именно так.
— Покажи мне пару движений. Я взгляну и сразу пойму, его ли ты кровь.
— Хорошо, — согласился Цзянь Янь.
Техника Меча Цанмин считалась утерянной во всем мире культивации. Никто не мог знать её, если только сам Цзянь Цинсуй не обучил ей лично. Это была лучшая проверка.
Цзянь Янь обнажил Меч Разрушения Чар. Не прибегая к духовной силе, он легко и привычно — словно во время ежедневной утренней тренировки — исполнил первые шесть стоек Искусства Меча Темных Вод прямо в центре залы.
Холодный блеск клинка рассекал воздух; в каждом движении юноши угадывалась грация испуганного лебедя и стремительность парящего дракона.
Седьмую стойку он сделать не успел — Сюэ Телун остановил его взмахом руки:
— Достаточно! Это действительно Искусство Меча Темных Вод. У тебя крепкая основа, а в смене позиций виден твой собственный разум, а не слепое зазубривание. Великолепно!
Цзянь Янь восстановил дыхание и сдержанно произнёс:
— Благодарю за похвалу, дядя.
Сюэ Телун передал ему заветный свиток. Цзянь Янь развернул карту и подозвал Гу Цзинъюня, чтобы изучить её вместе.
— Очень подробный чертёж, — оценил Гу Цзинъюнь.
Сюэ Лань поинтересовался:
— Кузен, Гу Цзинъюнь, вы хотите, чтобы мы преградили путь другим сектам? Секте Меча выходить вперед не с руки, но снежные демоны легко берут это на себя.
В конце концов, взирая на то, что обитель находится на землях Северного предела, они вполне могли задержать чужаков, пока Цзянь Янь и его спутники не заберут всё самое ценное.
Однако Цзянь Янь и Гу Цзинъюнь в один голос ответили:
— Не нужно!
Сюэ Лань в замешательстве уставился на них, а юноши лишь переглянулись и улыбнулись друг другу.
— Пусть входят, — спокойным голосом произнёс Цзянь Янь. — Кто умеет — тот и возьмёт. Хоть это и наследие моего отца, каждый получит то, что заслужил своими силами. К тому же...
Юноша тихо добавил, и взгляд его стал острым, как лезвие:
— Я намерен использовать это царство как приманку. Пора выманить затаившихся в тени тварей и сразить их своим мечом!