Остальные демонические культиваторы, увидев, что пал даже Левый Защитник, окончательно пали духом и обратились в бегство. Сражение уже близилось к развязке: враги либо погибли, либо сдались в плен, так что исход боя больше не вызывал сомнений.
На склоне холма, туго стянутые верёвками для связывания бессмертных, неподвижно сидели пятеро демонопоклонников в чёрных одеждах. Поодаль без сознания лежал Ци Цзэ — тот самый человек, что нарекал себя Левым Защитником расы демонов.
Из всех пленных Ци Цзэ пострадал сильнее всех: Цзянь Янь лично обрабатывал его раны вместе с помощниками, чтобы тот не испустил дух раньше, чем из него удастся вытянуть сведения. Остальные в это время расчищали поле боя.
— Молодой глава, как поступить с пленными демонопоклонниками? — испросил указаний Цзи Цзыхэн.
Гу Цзинъюнь на мгновение задумался. Дела, касающиеся расы демонов, не терпели промедления.
— Заберите их с собой. Двинемся без остановок, день и ночь, чтобы как можно скорее добраться до Секты Меча. Нельзя терять время, дабы не навлечь новые беды, — распорядился он.
Как только они ступят на Восточные земли, они окажутся на его родной территории, где не придётся поминутно оглядываться по сторонам в страхе перед лазутчиками.
Цзи Цзыхэн отдал честь и поспешил исполнить приказ.
Гу Цзинъюнь отыскал Цзянь Яня и изложил ему замысел.
Выслушав его, юноша понимающе кивнул:
— Хорошо. Я уже применил магическое зелье, чтобы поддержать в Ци Цзэ жизненные силы. Дорогу он выдержит, так что допросу ничего не угрожает.
Гу Цзинъюнь на миг запнулся, а затем с улыбкой произнёс:
— Тогда я спокоен.
По правде говоря, на душе у него кошки скребли. Изначально Гу Цзинъюнь рассчитывал неспешно вести А-Яня в Секту Меча, любуясь по пути живописными пейзажами, но непредвиденные события рушили все планы один за другим. Теперь им предстояло лететь во весь опор без отдыха и сна — о прежнем комфорте и размеренном плавании на корабле не могло быть и речи.
Он заговорил об этом только затем, чтобы мягко подвести к извинениям, но... Цзянь Яню подобная мысль даже в голову не пришла.
Гу Цзинъюнь сам всё усложнил.
А-Янь никогда не был хрупким цветком, требующим трепетной защиты от любых невзгод. Он был алой мейхуа, распускающейся вопреки лютому морозу, могучим древом, не боящимся ни бурь, ни гроз. Он обладал достаточной силой, чтобы не нуждаться в чужом покровительстве, и сам был способен укрыть других от непогоды.
* * *
Лин Ханчжан оставался в лагере у тракта. Тщательно замаскировав стоянку, он зорко следил за окружением, готовый в любой миг отразить ночное нападение демонопоклонников.
Спустя долгое время он наконец дождался возвращения Гу Цзинъюня и Цзянь Яня. За ними след в след тянулась вереница связанных и взятых под строгий контроль пленных.
Лин Ханчжан мгновенно оживился:
— Всех переловили?
— Лишь часть, — ответил Цзи Цзыхэн. — Некоторые успели покончить с собой, мы не успели им помешать.
— Понятно, — кивнул Лин Ханчжан. Типичная повадка смертников: выжил ты или провалил задание — всё одно смерть.
— Сворачиваем лагерь, немедленно отправляемся в Секту Меча. Все прочие остановки отменяются, — отдав распоряжение подчинённым, Гу Цзинъюнь подозвал младшего брата по обучению: — Ханчжан, возьми отряд Стражей Небесного Волка и отправляйся в Южные земли.
— Зачем? — удивился тот.
— Охранять владыку Долины Свежего Ветра и старшую сестру Цзян. По моим расчётам, они вот-вот закончат с делами и двинутся в Восточные земли. Опасаюсь, как бы демоны не устроили на них засаду по дороге.
Гу Цзинъюнь с помощью мысленной передачи в пару фраз обрисовал суть дела. Только сейчас Лин Ханчжан узнал, что противоядие для отравленных учителя и его супруги наконец найдено!
— Ты... ты!.. — от ошеломления и нахлынувшего восторга, смешанных с досадой, Лин Ханчжан буквально не находил себе места. Он с замиранием сердца закружил по площадке, размахивая руками: — О такой радости! Почему ты не сказал мне раньше?!
Гу Цзинъюнь лишь качнул головой:
— Трава Поиска Душ растёт не за день и не за два. Сначала мы понятия не имели, сколько времени понадобится и увенчается ли затея успехом. Чем дарить тебе ложную надежду, лучше было дождаться верного результата.
Он со спокойным видом добавил:
— К тому же, узнай ты всё раньше — и что бы сделал? Побежал поливать да удобрять грядки? Куда полезнее было твоё присутствие в Секте Меча, где ты помогал создавать видимость, будто ничего не изменилось.
Лин Ханчжан виновато ухмыльнулся. Что правда, то правда: узнай он такую весть, точно сорвался бы в Западные земли и без устали дежурил бы у аптекарской грядки, высматривая ростки.
Молодой глава Секты Меча и ученик Секты Согласия и Радости повсюду ходят вдвоём — тут всё понятно: старый дом загорелся, за полтора века наш строгий молодой глава впервые потерял голову от любви. Но если бы к ним примкнул ещё и младший ученик, бросивший все дела и день и ночь вьющийся вокруг Цзянь Яня...
Либо тайна целебной травы мгновенно всплыла бы наружу, либо за Цзянь Янем окончательно закрепилась бы слава неисправимого искусителя. И тогда по всей поднебесной разнеслась бы сплетня о «Скандальном любовном треугольнике двух братьев из Секты Меча и рокового красавца из Секты Согласия и Радости».
Гу Цзинъюнь отобрал группу бойцов из числа лучших мастеров, ничуть не уступавших Цзи Цзыхэну и Сун Хуа, и отправил их вместе с Лин Ханчжаном. В Долине Свежего Ветра и без того непрерывно несли дежурство Стражи Небесного Волка, а с пополнением охрана и вовсе превращалась в неприступную силу. Владыка Бо и старшая сестра Цзян были далеко не беспомощными культиваторами и могли постоять за себя, так что эскорт нужен был лишь для абсолютной уверенности. К тому же Лин Ханчжан отлично знал их обоих, и в пути им было бы легко ладить.
Закончив приготовления, Лин Ханчжан во главе отряда поднялся на мечи и устремился в противоположном направлении. В непроглядном ночном мраке их силуэты стремительно растаяли, превратившись в едва заметные искорки светляков, растворившиеся у самого горизонта.
Цзянь Янь отвёл взгляд.
Оставив удобный экипаж, они оседлали коней и помчались во весь опор, успев ещё до рассвета добраться до ближайшей пристани летающих кораблей. Там они перебрались на судно.
Спешно подготовленный летающий корабль выглядел довольно скромно и был куда у́же обычных прославленных судов, однако на подобные мелочи никто не обращал внимания. Когда дело касается спешки, главное — скорость. Загрузив в двигательные артефакты духовные камни высшего качества и не считаясь с расходами, они выжали корабль на максимум, и он стрелой понёсся на восток, к обители Секты Меча.
Хоть летающий корабль и был тесен, внутри удалось обустроить несколько кают, одну из которых приспособили под импровизированную темницу для демонопоклонников.
По пути в Секту Меча Цзи Цзыхэн и Сун Хуа не теряли ни минуты, без устали допрашивая пленных. Однако успехи оказались куда скромнее ожиданий.
Сдавшиеся демонопоклонники в большинстве своём были мелкой сошкой — обычными наёмными головорезами. Они не отличались преданностью расе демонов, не пользовались доверием верхов и знали крайне мало.
Лишь двоих среди них выделяла некоторая осведомлённость — Сян Гу и Чжань Цзычэна. Их взгляды то и дело смущённо метались; казалось, они владели какими-то сведениями, но в присутствии Ци Цзэ панически боялись открыть рот.
Заметив это, Цзи Цзыхэн без колебаний применил крайнюю меру — Зелье Правды.
Эликсир влили в горло каждому по очереди, не исключая и Ци Цзэ, едва пришедшего в себя после тяжелейших ран. Что странно: преданный до мозга костей расе демонов Ци Цзэ, выслушав объяснение о свойствах зелья, не только не выразил ни малейшего протеста, но и исказился в жутковатой усмешке.
Гу Цзинъюнь всё это время внимательно следил за происходящим. Слегка подумав, он подозвал подчинённого и дал ему тихие указания.
Получив приказ, Цзи Цзыхэн велел Стражам Небесного Волка увести Ци Цзэ в соседнее помещение, а сам приступил к допросу рядовых пешек.
Без своего Левого Защитника демонопоклонники заметно расслабились, и в их взглядах, устремлённых на Цзи Цзыхэна, проблеснула отчаянная жажда жизни. Смерть пугает каждого.
— Ци Цзэ однозначно ждёт казнь, но у вас ещё есть шанс, — холодно произнёс Цзи Цзыхэн. — Выкладывайте всё, что знаете. Возможно, молодой глава сжалится и сохранит вам жизни.
Сперва кое-кто пытался вилять, однако быстро осознал: против действующего в жилах Зелья Правды бесполезно сопротивляться. Эликсир вытягивал наружу исключительно чистую правду — если нечто было чёрным, называть его белым язык не поворачивался, а придумать несуществующие детали становилось и вовсе невозможно. Воля демонопоклонников и без того была слаба; поняв безысходность положения, они покорились и стали послушно отвечать на вопросы.
Допрос первых нескольких человек прошёл гладко: Цзи Цзыхэн вывернул их наизнанку, но ничего важного не выудил. Гу Цзинъюнь уже начал помышлять, что попусту сгущает краски, как вдруг произошло непредвиденное.
Когда Цзи Цзыхэн задал вопрос: «Какое именно магическое формирование велел вам начертить старейшина демонов?», Сян Гу замялся на мгновение и только собрался открыть рот, как его охватил ужасный приступ!
Из его горла вырвалось хриплое клокотание, а пальцы мёртвой хваткой вцепились в шею — с такой дикой силой, будто он вознамерился собственными руками задушить себя!
Цзи Цзыхэн и Стражи Небесного Волка бросились к нему, пытаясь разжать его пальцы и оказать помощь, но в считанные секунды из семи отверстий на лице Сян Гу брызнула кровь, и он рухнул замертво.
Ни у кого не было ни малейшего шанса спасти его.
Все обомлели.
Чжань Цзычэн, который стоял следующим на очереди и являлся последним из знающих хоть что-то пленных, в мгновение ока побледнел как полотно и затрясся мелкой дрожью.
Гу Цзинъюнь, хмуря брови, присел на корточки возле тела. В трупе Сян Гу внешне не прослеживалось следов яда: парень выглядел так, будто без всяких видимых причин у него исказилось духовное дыхание, размозжило все меридианы и заставило кровь хлынуть вспять, обрывая жизнь.
— Молодой глава?.. — мрачно позвал Цзи Цзыхэн, безуспешно попытавшись найти причину гибели.
Гу Цзинъюнь сомкнул указательный и средний пальцы и приложил их к кадыку Сян Гу — к тому самому месту, которое несчастный в судорогах сжимал перед смертью. Мужчина прикрыл глаза, сохраняя невозмутимый вид.
Стоило духовной энергии просочиться в тело погибшего, как Гу Цзинъюнь уловил едва заметные, почти неуловимые флюиды сторонней силы. Она таилась глубоко внутри и была тщательно скрыта от чужих глаз.
Это была магия.
Они с Цзянь Янем провели бок о бок больше года. Юноша никогда не скрывал от него, как практикует магию или медитирует под лунным светом. Во время их шутливых поединков и упражнений А-Янь не раз применял к нему заклинания, так что Гу Цзинъюнь знал природу этой энергии до мельчайших деталей.
Гибель Сян Гу не была случайностью — демоны наложили на него невидимое проклятие. Должно быть, смертельное заклятие, карающее мгновенной гибелью каждого, кто проболтается о тайне.
Гу Цзинъюнь поднялся на ноги.
— Сходите за бессмертным господином, — велел он стражнику у дверей.
— Слушаюсь! — Страж Небесного Волка испарился.
— Молодой глава, неужто это связано с... — вполголоса спросил Цзи Цзыхэн.
Гу Цзинъюнь едва заметно кивнул. Затем оглядел импровизированный допросный покой, и морщинка между его бровями сделалась ещё глубже.
— Не дело... — пробормотал он.
Цзи Цзыхэн мгновенно подобрался:
— Что не так?
Казалось, молодой глава тревожился куда сильнее своего подчинённого.
— Тут грязища такая! Как я могу впустить сюда А-Яня?! Ещё не хватало, чтобы это непотребство осквернило его взор! — Гу Цзинъюнь возвысил голос: — Эй, живей! Пока бессмертный господин не пришёл, уберите всю кровь со стен и пола!
Стражи Небесного Волка впали в ступор:
—... Слушаемся, молодой глава.
Гу Цзинъюнь не видел в этом ничего странного. Нуждался ли Цзянь Янь в чрезмерной опеке — это одно дело, но вот его собственное желание уберечь любимого и проявить к нему ещё больше заботы — совершенно другое.
* * *
Переступив порог допросной, Цзянь Янь едва уловимо повел носом — в воздухе ещё витал слабый дух свежей крови. Однако, сколько он ни оглядывался вокруг, помимо едва заметных тёмных разводов на каменном полу, не увидел ни единой алой капли. Зато следов усиленной работы духовной энергии было хоть отбавляй.
Юноша догадался, что Гу Цзинъюнь, скорее всего, приказал навести здесь марафет, прежде чем позволить ему войти. Иначе Сун Хуа не стал бы так усердно заговаривать ему зубы у самого входа.
Старший брат всегда заботился о нём с невероятной чуткостью, оберегая от любого укола мира. На душе у Цзянь Яня стало тепло и одновременно трепетно.
— А-Янь, взгляни-ка на этот труп, — окликнул его Гу Цзинъюнь.
Отбросив лишние мысли, юноша быстро подошёл. Гу Цзинъюнь склонился к его уху и вкратце объяснил, что произошло минутой ранее.
— Понял, сейчас проверю, — кивнул Цзянь Янь.
Опустив взор, он извлёк магическую палочку и наставил её кончик на шею Сян Гу, пристально прислушиваясь к остаточным всплескам магии внутри тела.
Спустя некоторое время юноша опустил артефакт.
— Ты оказался прав, брат, — произнёс Цзянь Янь. — Я явственно ощущаю колебания Магического Договора. При таком заклятии обе стороны заранее утверждают условия, и после заключения контракта обязаны неукоснительно соблюдать уговор.
— Нарушение договора всегда карается мгновенной смертью? — уточнил Гу Цзинъюнь.
— Не обязательно. Расплата за нарушение — тоже часть соглашения.
Цзянь Янь перевёл взгляд на связанных пленных в чёрном:
— Вы подписывали какие-либо бумаги?
Остальные принялись отрицательно качать головами, и лишь Чжань Цзычэн в панике закивал как заведённый:
— Левый Защитник давал мне лист с каким-то договором! Там все слова были на каком-то непонятном языке! Я спросил, а он ответил, что это язык демонов... Текст не перевёл, а просто пригрозил: либо подписывай, либо подыхай прямо сейчас! — Чжань Цзычэн выглядел абсолютно раздавленным.
Что ни делай — везде смерть! Рассчитывал выкрутиться, да видно, не суждено ему дожить до утра.
Цзянь Янь призадумался, а затем заново спросил:
— И Ци Цзэ не зачитал тебе условия вслух хотя бы отрывисто или на том самом языке, который ты не понял?
— Никак нет, — взмолился Чжань Цзычэн. — Защитник только собирался зачитать, как снаружи прибежал посыльный и крикнул, что...
Демонопоклонник осторожно приоткрыл один глаз и косо взглянул на Гу Цзинъюня:
—...что нас пришли убивать и нужно уносить ноги. Нам было не до расспросов — поставил подпись и рванул наутёк.
Разумеется, теперь всякий знал, что теми анонимными наёмными убийцами распоряжался не кто иной, как молодой глава Секты Меча.
— А где сам документ? — продолжил допрос Цзянь Янь.
— Чтобы уйти от ищеек и чудовищ, мы залегли в реку. А когда вылезли, оказалось, что бумага раскисла... Я потянул её, она и... развалилась в труху, — виновато признался Чжань Цзычэн.
Присутствующие молчали.
Цзянь Янь искренне изумился:
— Вы же называете себя расой демонов, а один из вас — целый Защитник, а второй — его помощник.
Как же вы умудрились так ощипаться? Или силы демонов обеднели настолько, что дальше некуда?
Чжань Цзычэн густо покраснел и принялся лебезить:
— Так ведь против нас выступил сам молодой глава Гу! Господин Гу настолько мудр, отважен и непревзойдён, куда уж нам, жалким сошкам, тягаться с ним!
Гу Цзинъюнь принял похвалу как должное:
— Что ж, самокритика — благородное качество.
Цзянь Янь промолчал.
Чжань Цзычэн тоже смущённо затих: «Ни грамма скромности!»
— И не стыдно тебе, последователю демонического пути, быть настолько бесхребетным? — спросил Гу Цзинъюнь.
Чжань Цзычэн долго мямлил, пока Цзи Цзыхэн не всыпал ему пару увесистых пинков, после чего выложил всю правду:
— Да потому что я трусливый, шкурный и до смерти боюсь за свою шкуру! Какой ещё Владыка Демонов, когда собственная жизнь дороже!
Все пленные и стражники смущённо переглянулись. А ведь не поспоришь.
— Не отвали мне Левый Защитник в своё время кучу денег, я бы в жизни с ним не связался! — всхлипнул Чжань Цзычэн