Все разрешилось неожиданно быстро.
Под оглушительный вой пожарных сирен с неба наконец хлынул ливень — тот самый, задержки которого так опасался Сами, боясь сорвать съёмочный график.
Потоки воды вкупе с недюжинными усилиями брандмейстеров не оставили огню ни единого шанса, и объятый пламенем дом быстро потушили.
А затем на глазах у изумлённой публики произошло нечто невероятное.
Майки — как ни в чём не бывало, словно он вовсе и не дракон, едва не сгоревший дотла, — вышагивал вслед за спасателем, бодро помахивая плечами. Вся его «экипировка» сводилась к небольшому пледу, выданному пожарными. За исключением сгоревшей одежды, он остался абсолютно невредим: ни единой царапины, ни одного опалённого волоска.
Кроме Сами, который знал о статусе огненного дракона и заранее догадывался об этом.
Команда ошеломлённо шумела, разглядывая «пострадавшего» со всех сторон:
— В таком аду выжить — и ни единой царапины?!
— Да уж, кожа даже не поцарапана!
— Майки просто невероятен!
— Да при чём тут невероятен? Родился в рубашке, вот и всё!
— Это точно, счастливчик!
Сами протолкался сквозь толпу глазеющих и озабоченно спросил:
— Ты как? В порядке?
Майки глуповато улыбнулся и мечтательно прищурился:
— Слушай, зачётно! Я давно с таким удовольствием не принимал горячую ванну.
Он помедлил и с глубоким сожалением добавил:
— Жаль только, кайф длился всего пару минут. Потом меня начали обливать всякой ледяной дрянью из брандспойтов, да ещё и дождь этот… Сами, ты представить не можешь, как мне не повезло!
Вокруг мгновенно воцарилась тишина. А секунду спустя съёмочная площадка взорвалась хохотом — все решили, что артист просто искрит юмором.
Впрочем, посмеявшись, люди задумчиво переглянулись. Оказаться в эпицентре смертоносного пожара, где каждую секунду грозит гибель, и сохранить при этом такое невероятное хладнокровие и чувство юмора? Невольно проникнешься уважением!
(Сама «жертва», разумеется, никакого смертельного риска даже не заметила).
Позже, давая интервью журналистам, эти очевидцы наперебой захваливали Майки. «Сдержанный», «непреклонный», «абсолютно хладнокровный» — эпитеты сыпались как из рога изобилия. И ведь каждый говорил от чистого сердца: «Я в жизни не встречал человека, который, вырвавшись из лап смерти, спокойно шутил бы и смеялся!»
(Майки на это лишь пожал бы плечами: «Да вы чего, я просто помылся!»).
Но всё это произошло значительно позже.
В тот же вечер произошёл крайне нелепый и вместе с тем скандальный инцидент. Один из папарацци — то ли от отчаяния, поскольку его жёлтое издание дышало на ладан, то ли из жадности, желая ухватить хайп за хвост, а может, просто по глупости, — решил сорвать куш. Пока объятое огнём здание ещё тушили, а Майки оставался внутри, этот проныра уже судорожно набирал номер редакции.
О чём именно они договорились с редактором, история молчит, однако факт остаётся фактом: пожарные ещё отчаянно боролись с огнём, а аккаунты газетёнки в соцсетях уже разразились «молнией»: * «Трагедия на съёмках! Исполнитель главной роли в фильме „Люблю тебя и поэтому должен убить“ Майки трагически погиб в пожаре!»*
Голливуд пропитан фальшью и фейками. Звёзды то и дело выдумывают небылицы, чтобы подогреть интерес к угасающей популярности, но даже для фабрики грёз подобный фарс был перебором. Актёра «похоронили» прямо в эфире.
Сами к выходкам прессы всегда относился сквозь пальцы. Во-первых, будучи режиссёром, он считал себя человеком закулисья и к лучам славы не рвался, так что папарацци до него дела не было. Во-вторых, у него имелась бронебойная душевная броня: слухи и сплетни отскакивали от него как от стены.
С другой стороны, продюсеры фильма — братья Кри — мгновенно унюхали жареное. Эти дельцы обожали любой хайп. Не то что ложный слух о гибели актера — случись с Майки реальная беда, они бы без зазрения совести раскрутили трагедию до небес, выдав фильм за «посмертный шедевр» и заломив астрономическую цену за прокат! Так что их нынешнее молчание можно было считать проявлением высшей степени благородства: они хотя бы не стали подливать масла в огонь вместе с недобросовестными таблоидами.
Как следствие, связями с общественностью в съёмочной группе не занимался толком никто. Пиар-служба мышей не ловила, и пока менеджеры соображали, как сформулировать опровержение, весь Голливуд захлестнула волна сплетен о «гибели Майки».
Иронично, но при всей своей эффектной внешности Майки был типичным драконом-домоседом. Пожирать сладости и предаваться лени он любил куда больше, так что в таком месте, как Голливуд, он вовсе не считался топовым актёром. Впрочем, самого крылатого артиста это ничуть не заботило.
И надо же было такому случиться: едва пронеслась весть о его «скоропостижной кончине», как всё перевернулось с ног на голову! Пресса, ещё вчера клеймившая его «бездарным манекеном», мгновенно сменила пластинку. Запели дифирамбы: «неоспоримый талант», «гений, ушедший слишком рано», «самый красивый мужчина Голливуда»!
Майки мгновенно стал суперзвездой. Правда, посмертно.
«М-да, ну и странные эти люди, — в очередной раз поразился дракон. — Живой никому не нужен, а умер — так сразу ценность?»
Во времена печатных газет подобная утка могла бы гулять неделями, но в эпоху интернета опровергнуть бредни не составляло труда. Сами уже набросал в голове план: сделать свежее селфи с Майки, выставить водяной знак с текущей датой и выложить в Твиттер с лаконичной подписью: * «Заткнитесь, идиоты, мы живее всех живых!»*
Однако воплотить задуманное он не успел.
Телефон режиссёра разразился канонадой звонков — звонили родители, братья... Встревоженный Данбар взялся за роль представителя семейства:
— Сами! Мелкий, ты как?! Живой?!
— В смысле? — недоумённо нахмурился Сами. — А что со мной сделается?
— Да понимаешь... — вздохнул на том конце провода брат. — Мама-то у нас в интернетах не сидит. И тут идёт она мимо газетного киоска, а там аршинный заголовок: * «Съёмочная группа фильма „Люблю тебя и поэтому должен убить“ сгорела заживо!»* А ниже список погибших: режиссёр Сами Гриффин, исполнитель главных ролей Майки... Короче, она чуть с ума от горя не сошла!
Чего?!
Вся съёмочная группа сгорела заживо?!
Да это же надо быть такими мразями! Что за дикая ересь?! Другие таблоиды хотя бы одного Майки «похоронили», а эти деятели заживо сожгли всех до единого?!
Дальнейшие нравоучения Данбара про осторожность и технику безопасности пролетели мимо ушей Сами. Режиссёр был вне себя от ярости. Если раньше он прощал журналюгам любые бредни, то теперь о мирном выкладывании селфи в Твиттер не могло быть и речи. Сами тут же связался со своими юристами и вчинил судебные иски всем участвовавшим в клевете изданиям — а уж жёлтую газетёнку, «сжёгшую» всю команду, пообещал пустить по миру.
Спустя неделю, чтобы окончательно развеять слухи, доказать, что съёмочная группа в полном составе пребывает в добром здравии, а заодно подстегнуть интерес к предстоящей премьере, Сами пошёл на беспрецедентный шаг — всей командой отправился на ТВ.
Их пригласили на легендарное ток-шоу, выходившее в эфир уже добрых лет тридцать. Его бессменный ведущий Том, сходу одарив гостей белозубой улыбкой, выдал без раскачки:
— Сами! Ходят слухи, что вся ваша команда сгорела в страшном пожаре!
Погоди-ка, в сценарии этого не было!
И вообще, что за идиотский вопрос?! Если мы сгорели, то кто, по-твоему, сейчас сидит перед тобой?! Бесплотные духи?!
Сами вытаращил глаза и раздул щёки от возмущения — стал похож на рассерженного лягушонка. Выглядело это до того мило, что Майки, сидящий рядом, едва удержался, чтобы не ткнуть режиссёра когтем в щёку.
Что до доказательств собственной жизнедеятельности, дракону на них было глубоко плевать. Во-первых, родни в человеческом мире у него не водилось, беспокоиться было некому. Во-вторых, он искренне не понимал человеческих законов. С точки зрения дракона, твоя жизнь или смерть — это твоё личное дело, которое никого касаться не должно. Но люди почему-то считали иначе: о каждом своём чихе, о жизни и о смерти они непременно должны были раструбить на весь свет. Какая глупость!
Как бы то ни было, эфир начался.
На самом деле Том был чутким и опытным ведущим. Свой дурацкий вопрос он задал не ради провокации, а чтобы сыграть роль «плохого парня» — вывести абсурдность слухов на чистую воду и показать аудитории, до какого маразма доходят заигравшиеся журналисты.
Расправившись с темой пожара и подтвердив, что вся команда цела и невредима, Том плавно перешёл к фильму и снова стал самопреобладанием и профессионализмом:
— Режиссёр Сами, не могли бы вы в двух словах рассказать нашим зрителям, о чём картина «Люблю тебя и поэтому должен убить»?
Вопрос попал точно в цель! Сами воодушевлённо ухватился за возможность:
— О, это кино про киллера!
Том едва заметно нахмурился:
— Э-э... Постойте, но вы ведь снимали романтическую драму?
— Ну да, романтика там есть!
— А киллер?
— И киллер есть!
— То есть... это история любви киллера?
— Именно! Там есть и любовь, и киллер!
Словесная эквилибристика звучала дико. Ведущий откровенно растерялся: ладно бы режиссёр пытался избежать спойлеров, но выставлять сюжет такой сумбурной мешаниной?! Впрочем, присмотревшись к Сами, Том быстро понял: тот вовсе не пытался эпатировать публикацию или напустить туману. Он правда так думал!
Кое-как передачу довели до конца. Правда, прощаясь за кулисами, Том дальновидно посоветовал Сами:
— На будущее, старина... Когда пойдёте продвигать следующий фильм, заклинаю: не выходите к микрофону сам!