Фильм закончился, но зрители не спешили подниматься с мест.
Они словно вросли в кресла, не в силах сразу вынырнуть из истории. Похоже, пройдя вместе с музыкантами весь их тернистый путь, люди слишком глубоко прониклись их судьбой и не хотели прощаться.
Братья Кри, только что переживавшие, что картина превратилась в сплошную рекламу, при виде такой реакции мгновенно повеселели.
Наконец экран окончательно погас, и зал начал постепенно пустеть.
— Замечательный фильм! Поздравляю вас, режиссёр!
К Сами внезапно подбежал незнакомый зритель. Его лицо сияло от искреннего восторга:
— Я ваш давний поклонник! Помимо этой ленты я смотрел «Змеиное бедствие» и ту самую первую работу — «Кто убил гигантского дракона?»…
— Всё смотрели? — Сами слегка удивился, хотя в глубине души его охватили гордость и радость.
Напустив на своё круглое личико максимально строгий вид, он с трудом подавил рвавшуюся наружу улыбку и небрежно бросил:
— Что ж, весьма разумный выбор.
Поклонник онемел.
Сами посчитал, что разговор исчерпан — ему стало элементарно неловко от подобной похвалы. Оставив растерянного зрителя, он повернулся к Майки и, лишь бы разрядить обстановку, спросил:
— Слушай, мне очень понравился тот кадр в финале, где ты стоишь на сцене и смотришь вдаль. Взгляд получился невероятно точным. О чём ты тогда думал?
Дракон Майки уставился на него с нескрываемым недоумением, даже не догадавшись, что его спутник просто пытался скрыть смущение. Он ответил с абсолютной прямотой:
— Ты разве забыл? Ты же сам велел мне серьёзно подумать над тем, что мы будем есть вечером дома!
Что?!
Знаменитый сценический кадр, выжавший тонны слёз из зрителей, был вдохновлён мыслями об ужине?
Стоявший неподалёку поклонник почувствовал, как его идеальный мир рушится.
Сами от досады едва не вспыхнул:
— Я сказал «подумай», но ты мог поразмыслить о чём-то более возвышенном?!
Майки окончательно запутался. Он абсолютно не понимал, почему этот человек вдруг начал капризничать, но на выручку пришло природное красноречие:
— Но тогда я мог думать только о тебе.
— В каком смысле?
— В этой чужой стране мне интересен только ты.
«Ах, Майки…»
Сами накрыла волна смешанных чувств. В груди снова колыхнулась ответственность за «беззащитного» дракона. Смутившись ещё сильнее, он трогательно похлопал Майки по плечу, всем видом показывая: «Дружище, я ценю это! Я не напрасно о тебе забочусь!»
Однако разница между расами неизбежно порождала барьеры в коммуникации.
Дракон Майки был искренне уверен, что завуалированно признался человеку в любви. А то, что тот сам дотронулся до него, в драконьем понимании означало: «Я принял твои чувства и отвечаю взаимностью».
Объяснить эти тонкости было некому.
И Майки, уверенный, что получил взаимность, вновь погрузился в сладкие мечты. Он едва сдерживал желание потискать человеческое круглое личико, рассуждая про себя:
«Раньше со мной такого не случалось… Любить? Любить человека? Хм… Это как моя любовь к золоту? Золото манит дракона, но его достаточно утащить в пещеру и спрятать. А человека… тоже нужно утащить в пещеру?»
Как бы то ни было, эти двое — в силу собственного непонимания — совместными усилиями развеяли всю зарождающуюся романтическую атмосферу так чисто, словно осенний ветер сдул сухие листья.
В этот момент посланец от братьев Кри сообщил, что им не стоит спешить домой: в клубе организуют небольшую вечеринку в честь показа.
Постойте, премьера только что закончилась, кассовые сборы ещё неизвестны, а они уже празднуют?
Сами не слишком понимал подобную логику, списав всё на то, что продюсерам просто нужен повод погулять. Впрочем, спорить с инвесторами из-за мелочей он не стал и увлёк Майки на мероприятие.
Чтобы поддержать атмосферу фильма, на вечеринке крутили исключительно песни группы «Hello».
Гостям идея понравилась: они собирались кучками, смеялись, обсуждали кино и не скупились на похвалы музыкантам, словно речь шла не о группе неудачников, а о легендарных рок-звёздах.
Братья Кри и вовсе забыли о прежних разногласиях с Сами и о собственном скепсисе. С сияющими улыбками они под звон бокалов с шампанским пили за успех и будущие деньги в компании старых волков Голливуда.
Как создатель картины, Сами тоже оказался в центре внимания. Светские рауты были не его стихией, но портить людям праздник кислым видом он не хотел. Режиссёр вежливо откликался на разговоры, а с теми, чьи взгляды совпадали с его собственными, даже вступал в увлекательные дискуссии.
А вот с Майки возникли небольшие сложности.
Он стал объектом зависти всех мужчин в зале: его плотным кольцом окружили девушки, создавая атмосферу «прекрасного принца в цветнике».
Всё выглядело бы идеально, если бы этот «принц» не уплетал гигантский стейк буквально в два укуса.
В остальном вечеринка текла своим чередом. Подобные празднества обычно служили лишь площадкой для заведения связей, обсуждения контрактов и тонких словесных пикировок.
Однако Сами, всегда избегавший светской суеты, неожиданно получил пользу от этого вечера.
Его бывший начальник, господин Норрис, тоже присутствовал на премьере и заглянул на вечеринку.
Хотя Сами в своё время покинул Дисней ради собственных творческих амбиций, в глубине души он сохранил искреннюю благодарность к руководителю, который когда-то поверил в него и поддержал.
Поэтому, когда господин Норрис подошёл поприветствовать его, Сами ответил весьма тепло:
— Оу… Здравствуйте, господин Норрис.
Норрис без лишних церемоний похлопал его по плечу и широко улыбнулся:
— Что я тебе говорил? Ты чертовски талантливый парень!
Сами смущённо почесал затылок. Он ничуть не походил на триумфатора-дебютанта — всё тот же парень, у которого при разговорах на скучные или непонятные темы взгляд мгновенно становился отсутствующим.
Зная этакую странность бывшего подчинённого, Норрис решил не ходить вокруг да около:
— Какие планы на будущее?
— Планы? — Сами задумался и честно качнул головой.
Норрис тут же ухватился за момент:
— Как насчёт того, чтобы возглавить съёмки «Изгоняющего дьявола»?
«Изгоняющий дьявола»?
Сами на мгновение замешкался.
Обывателям кажется, что снять кино проще простого: был бы сценарий да деньги. Но для крупных голливудских студий всё куда сложнее. Прежде чем запустить проект, они проводят рыночные исследования, собирают комиссии, анализируют статистику за прошлые годы и просчитывают риски. Лишь когда вероятность окупаемости достигает восьмидесяти процентов, проекту дают зелёный свет.
Но даже после этого съёмки могут не начаться: годами идёт поиск нужного режиссёра и актёров. Если найти их не удаётся, проект ложится на полку — иногда на целое десятилетие.
«Изгоняющий дьявола» как раз и был таким «застрявшим» проектом. Сами слышал о нём краем уха, ещё работая в Диснее. Говорили, студия связывалась со множеством постановщиков, но по разным причинам договорённости срывались, и дело замораживали. До самого дня его увольнения никаких сдвигов не намечалось.
Неужели проект решили реанимировать?
— Если выпадет шанс, обдумай это предложение, — Норрис сделал вид, будто не заметил сомнения на лице собеседника. — В конце концов, из уважения к нашей прошлой дружбе ты мог бы снять для студии один фильм.
И он был прав. Пусть работа в Диснее не всегда складывалась гладко, компания предоставила ему отличный старт. Отказываться наотрез было бы неблагодарно.
Сами покрутил в голове эту мысль:
«Изгоняющий дьявола — это ведь про магию и заклинания? Совсем другой профиль, нежели Убийца драконов…»
Впрочем, мысль мыслью, но под пристальным взглядом Норриса он всё же серьёзно пообещал:
— Если студия действительно обратится ко мне, я подумаю.
Норрису этого было вполне достаточно. Он ещё раз одобрительно похлопал Сами по плечу и с довольным видом удалился.
Правда, после этого разговора долгое время о проекте никто не вспоминал. Сами даже решил, что бывший шеф его попросту разыграл… пока не подоспели первые кассовые сборы картины «Поприветствуй мир».
* * *
Впрочем, это история отдельная.
На самом деле, спустя три дня после премьеры первыми, кто ощутил на себе оглушительный успех фильма, оказались вовсе не братья Кри, не отрывавшие глаз от отчётов по кассовым сборам, и не создатели ленты в лице Сами и Майки. И уж тем более не студия Дисней.
Это была сама группа «Hello».
Примерно на третий день проката Колин, жуя на ходу скромный сэндвич, начинал свой обычный рабочий день.
Чтобы хоть как-то свести концы с концами, он недавно устроился подрабатывать развозчиком молока. Каждое утро на рассвете он отправлялся на ферму, загружал в фургон свежие бутыли и развозил их по супермаркетам.
Утро началось как всегда.
Сидя за рулём, он включил для бодрости самый драйвовый трек своей группы. Водил Колин вопреки бунтарскому духу своих песен исключительно аккуратно: никогда не превышал скорость, строго соблюдал правила и останавливался на каждый красный свет. Ближе к назначенному часу он благополучно добрался до первого магазина и приступил к разгрузке.
Работники супермаркета вышли помочь ему, как делали это всегда. Колин с привычным добродушием поблагодарил их.
Вот только… в этот раз ребята вели себя странно.
Разгружая ящики, они непрестанно косились на него и о чём-то шёпотом переговаривались:
— Смотри! Кожанка, тяжелые ботинки, длинные волосы, цепь на шее…
Колин почувствовал, как к горлу подступает неловкость.
«Я что, опять выгляжу как-то не так? Эх, длинные волосы… Опять в спешке забыл надеть кепку. Кожанка, цепи… Джон тоже говорил, что я похож на бандита. Мне-то кажется, что это круто, но людям, видно, не по душе…»
В памяти снова всплыли прошлые обиды, косые взгляды и насмешки.
Улыбка угасла. Колин стыдливо опустил голову, мечтая лишь об одном: побыстрее закончить работу, прыгнуть в фургон и уехать подальше от этого неловкого внимания.
Но тут одна из сотрудниц — совсем молоденькая девушка — набралась храбрости и подбежала к нему. Помяв в руках край рабочего фартука, она заикаясь спросила:
— Извините… Вы… вы ведь Колин? Солист группы «Hello»?
— Что?
Колин обомлел. Кто-то знает про их группу?!
Решив, что произошла ошибка — мало ли в стране одноимённых коллективов — он с загнанным видом пробормотал:
— Ну… если вы про ту рок-группу, где гитариста зовут Джон, а басиста… то да, наверное, это я.
— Боже мой! Это нереально! — взвизгнула девушка так громко, что у Колина заложило уши.
Она обернулась к коллегам и закричала на всю парковку:
— Это он! Это правда Колин! Вокалист «Hello»!
Постойте! Что происходит?!
Зачем так орать? Кому сдался солист никому не известной группы-неудачницы?!
Однако происходящее дальше перешло все границы разумного.
Работники супермаркета словно сошли с ума. Они гурьбой бросились к Колину, на ходу вытаскивая из карманов блокноты, какие-то чеки и ручки.
— Колин! Колин! Дай автограф! Можно сфотографироваться?! А вы правда общались с Джимми из «Планеты»? А какой у тебя ник в Твиттере, давай взаимную подписку!
Колин стоял полностью оглушённый, чувствуя, как реальность уходит у него из-под ног.
Но окончательно мир перевернулся, когда, кое-как раздав автографы и сделав с десяток селфи, он сел в машину и ответил на звонок гитариста Джона.
— Дружище! — орал в трубку Джон так, что динамик дребезжал. — Нам звонят из лейбла! Они хотят выпустить наш новый альбом!
— Дружище… — ошеломлённо выдохнул Колин. — Мы что, спим?
Это действительно походило на сон.
Будто за одну ночь «Hello» превратились в самую востребованную рок-группу страны. Их засыпали предложениями о концертах, музыкальные лейблы соперничали за право подписать с ними контракт, а новые менеджеры сулили золотые горы.
Однако музыканты не спешили принимать решения.
Вся четвёрка собралась вместе — точь-в-точь как в финале фильма.
Загрузившись в такси, за рулём которого сидел их басист Карн, они отправились в кинотеатр в центре города. Купив билеты на последний ряд, они молча уселись в кресла, с трепетом наблюдая, как экранные персонажи проживают их собственную жизнь.
У картины оказалась невероятная магия.
Каждый раз, когда действие подходило к финальному концерту, зрительный зал превращался в сплошной цех по производству слёз: люди плакали, смеялись, навзрыд вытирали глаза салфетками.
Музыканты «Hello» смотрели на всё это словно сквозь вату — голова кружилась от захлестнувших эмоций.
Фильм закончился, зал опустел.
Они в полном молчании спустились на лифте и вышли через вращающиеся двери на улицу. И тут, подняв головы, увидели огромный медиафасад на крыше небоскрёба: там крутился трейлер фильма «Поприветствуй мир».
А в самом центре экрана пылали огненные буквы:
[Группе «Hello» нужна сцена!]
Колин замер.
Этот огромный, мускулистый детина, ростом не уступавший человеческому облику дракона Майки (разве что без его инопланетной утончённости), не выдержал. Слёзы хлынули по его щекам градом.
Он повернулся к товарищам и просипел сквозь слёзы:
— Тринадцать лет… Тринадцать лет, парни!
— Всё вышло не совсем так, как мы планировали, но это чертовски круто, — вздохнул гитарист Джон.
Он крепко обнял своего вокалиста, а затем указал рукой на медиафасад:
— Смотрите! Наше имя там, на самом верху!
Басист и барабанщик тоже улыбались.
Их ничуть не задевало, что на экране выступают актёры, а не они сами. Жизнь давно выбила из них лишнюю гордыню. Главное — теперь их музыку услышат миллионы.
И четверо взрослых мужчин стояли посреди шумного мегаполиса, слушали, как из проезжающих машин доносятся их собственные песни, и молча впитывали момент: их мечта, опоздавшая на тринадцать лет, наконец стала реальностью.
* * *
Зрительская волна нарастала, и сарафанное радио картины «Поприветствуй мир» набрало невероятные обороты.
Господин Леотини, член жюри кинофестиваля, всегда симпатизировавший Сами, первым опубликовал развёрнутый отзыв.
Как человек, глубоко понимающий режиссуру, он подошёл к анализу именно с профессиональной точки зрения:
«На первый взгляд кажется, будто эта картина кардинально отличается от "Змеиного бедствия", однако перед нами — всё тот же узнаваемый почерк Сами Гриффина.
Да, этому молодому постановщику пока не хватает опыта, но у него уже сформировался уникальный, ни на кого не похожий авторский стиль.
Рецепт его кино прост: на грани абсурда, но невероятно искренне и смешно.
В "Змеином бедствии" злодей кормит гигантскую змею людьми, чтобы выиграть время для бегства. Но в момент, когда рептилия объедается до отвала, зрители в зале, несмотря на весь ужас, не могут удержаться от смеха.
В "Поприветствуй мир" честные парни из "Hello" терпят одну неудачу за другой, попадаются на уловки мошенников и вызывают искреннюю жалость. Но глядя на их злоключения, публика снова хохочет.
Только в первом случае после смеха приходит липкий страх.
А во втором — светлая грусть.
И всё же, будь то страх или грусть, автор подаёт их через призму комедии.
Эта манера напоминает поведение озорного мальчишки, который решил разыграть друзей, но испугался, что перегнёт палку, и теперь шепчет из-за угла: "Не бойся, это всё понарошку!"
Наверное, в этом и заключается особая авторская нежность Сами.
Пусть эти проявления милосердия мимолётны, именно они, подобно ярким звёздам на ночном небе, освещают мрачные миры его картин. Они дают надежду: пока ты продолжаешь идти вперёд, всё обязательно наладится».
Другие рецензенты оценивали фильм через призму истории самой группы:
«Наконец-то гениев не морили голодом до самой смерти, чтобы потом нажиться на их наследии! Эта поющая птица пела не напрасно — её услышали при жизни, не отложив признание до пышных похорон.
Наш мир суров: одного только труда недостаточно для успеха. Кому-то всё даётся по щелчку пальцев, а кто-то, подобно парням из "Hello", будто несёт на себе проклятие. И ведь ладно бы у них не было таланта! Но их живые выступления безупречны! Просто фатальное невезение. Любой на их месте опустил бы руки, но эти четверо упёрлись рогами.
Если верить сюжету, они играют вместе с пятнадцати лет, а сейчас им под тридцать. Пятнадцать лет верности своей мечте! Даже посторонний человек, глядя на это, невольно выдохнет: дайте же им наконец победить!
Самым запоминающимся моментом стал не финальный грандиозный концерт, а сцены их будней: тяжёлая, изнурительная работа — стройка, кухня, бойня, такси... Но стоит им вечером ступить на сцену (пусть даже сколоченную из гнилых коробок), как они словно подключаются к источнику тока. Серые работяги мгновенно превращаются в сияющих рок-исполинов!
Что такое страсть? Вот она. Что такое сила мечты? Это когда ты думаешь о ней за едой, во сне и за работой, а выходя к микрофону, испытываешь чистейший кайф!
Спасибо режиссёру Сами за то, что вытащил "Hello" на свет. А я пошёл покупать их пластинку. Удачи музыкантам и всем, кто не предаёт свою мечту!»
«Отдельно хочется отметить дебютанта Майки. Его игра стала настоящим откровением! Он смеётся искренне, как ребёнок, и так же отчаянно плачет в моменты горя — невероятно живой и обаятельный персонаж.
Мик Ли тоже показал высокий класс. Его герой Джон — опора всей группы, пока вокалист захлёбывается эмоциями. Сыграть такую роль требует тонкой работы, и Мик Ли справился блестяще: взгляд, мимика, интонации — всё на высоте.
Этот дуэт — лёд и пламень — передал уникальную мужскую дружбу так ярко, что замирает сердце».
Впрочем, скандальный критик Бобби Ханс остался верен себе:
«Сами Гриффин — типичный продукт диснеевского конвейера. Забудьте эти слюнявые заглавия вроде "Поприветствуй мир". Перед нами банальная сказка о Золушке в кожаных штанах. Какой рок? Какая музыка? Если группа не стала популярной за десять лет, значит, она никому не нужна, а сваливать всё на фатум — смешно. Это история о четырёх неудачниках, снятая для таких же неудачников. Как бы Гриффин ни давил на жалость, суть остаётся дешёвой фальшивкой».
Как обычно, его выпад был ядовит, и кое-кто даже согласился с ним. Но большинство зрителей посчитали критика слишком чёрствым.
Да, жестокий реализм, возможно, добавил бы фильму глубины. Но жизни и так хватает грязи — почему бы не позволить себе немного сказки хотя бы в кино?
Зрители снова чесали затылки:
«В "Змеином бедствии" он безжалостно пускает героев на корм рептилиям, а в "Поприветствуй мир" демонстрирует невероятную душевность. У режиссёра Сами что, расщепление личности?»
Что касается теории господина Леотини про «озорного мальчика», с ней никто не соглашался. Какой озорной мальчик станет стравливать гигантских змей с людьми?!