Братья Кри заметно отличались от большинства голливудских продюсеров. В прошлом музыкальные дельцы, эти статные, привлекательные мужчины щеголяли в дорогих костюмах, передвигались на лимузинах «Роллс-Ройс» и могли заговорить кого угодно. Но главное заключалось в другом: они обладали редким даром разжигать азарт и манипулировать чужими умами.
Стоило им узнать, что общие сбережения Росси, Сами и Майки едва тянут на миллион долларов, как оба брата изобразили глубочайшее изумление. На компанию тут же обрушился поток красноречия: дескать, вы достойны большего, а стоит подмахнуть контракт с нами — и роскошные авто, виллы, рекой льющееся шампанское и прочие блага жизни не заставят себя ждать.
Излюбленный трюк дельцов от шоу-бизнеса. Чтобы заполучить перспективного исполнителя, способного в будущем приносить миллионы, они не гнушались ничем, направо и налево раздавая несбыточные обещания.
И хотя фальшь была шита белыми нитями, Росси, выходец из семьи мелкого лавочника, страстно мечтавший о красивой жизни, едва не захлебнулся этой сладкой патокой. В голове у него помутилось.
Майки-дракон тоже почти поверил в сказку. Когда братья заявили: «Просите что угодно — всё исполним!», ящер искренне вознамерился потребовать сундук с золотыми слитками.
Лишь Сами остался глух к посулам. Заразить его азартом было невозможно: деньги его не волновали, слава не прельщала, а все мысли крутились исключительно вокруг охоты на драконов. Пока ему не предоставят настоящую крылатую бестию для расправы, растрогать или подкупить его не удастся никому.
Посему на все щедрые обещания братьев Кри режиссёр реагировал молча. Не моргнув глазом, он выложил контракт перед юристом, повелев досконально проверить каждую строчку, и только при отсутствии подвохов давать ход сделке.
Братья мигом сообразили: этот круглолицый коротышка вовсе не так прост. Перестав кормить гостей сказками, они перешли к делу и приступили к предметному обсуждению прав на «Змеиное бедствие».
Переговоры пошли как по маслу. Обе стороны проявляли искреннюю заинтересованность: покупатели не скупились, продавец не упрямился, так что к соглашению пришли в кратчайшие сроки.
Была лишь одна закавыка. Братья Кри внесли пункт, обязывающий режиссёра «при необходимости оказывать содействие в рекламной кампании».
Сами, всегда считавший себя исключительно закулисным работником, от этой идеи в восторг не пришёл. Но покупатели предлагали внушительную сумму и держались предельно вежливо, да и фильм был его родным дитём, так что он уступил.
О чём впоследствии горько пожалел.
В представлении Сами «содействие» ограничивалось парой фан-встреч да проходом по красной дорожке на премьере под руку с актёрами. Вспышки камер, пара дежурных фраз — и свободен. Но фантазия братьев Кри превзошла все ожидания. Ради хайпа они слили в прессу позорный эпизод из прошлого молодого постановщика: * «Режиссёр-дебютант нарисовал фальшивый постер с соблазнительной женщиной-змеёй ради раскрутки фильма и был жестоко избит разъярёнными зрителями прямо на премьере!»*
Сами раздулся от гнева, словно рыба-фугу:
«Враньё! Никто меня не избивал!»
Происходящее повергло его в шок — не только из-за удара по репутации, но и по причине вопиющего дилетантизма. Неужели кто-то пойдёт в кинотеатр только потому, что там «избили» режиссёра? Бред какой-то.
Хотя, если порассуждать, логика у братьев присутствовала. Проработав годы в музыкальной индустрии, они привыкли мыслить категориями шоу-бизнеса. Музыкант держится на сцене, часто выступает вживую и обрастает фанатами. Продюсеры привыкли раскручивать скандалы вокруг личной жизни артистов перед выходом альбома — шумиха привлекала внимание поклонников, и те бежали скупать пластинки.
Но в кинематографе этот номер не проходит. Какими бы громкими ни были сплетни вокруг съёмочной группы, зрителя волнует сам фильм. Если картина оказалась дрянью, режиссёра могут хоть на куски порвать перед камерами — в зал никто не купит билет.
Желая спасти своё творение (и вовсе не из стремления обелить собственное имя, как он сам себе доказывал), Сами впервые в жизни решил вникнуть в тонкости маркетинга. Ворвавшись в кабинет братьев Кри, он с порога набросился на продюсеров:
— Чья умная голова родила этот с позволения сказать план?!
Младший Кри, отличавшийся более мягким нравом, поднялся навстречу с притворно-безмятежной улыбкой:
— Что случилось? Тише, тише, присядь, давай всё спокойно обсудим.
Но Сами уходить от прямого ответа не намеревался:
— Увольте этого идиота немедленно! Ваш маркетинг — полнейшее дерьмо!
— Я понимаю твои чувства, но это необходимые издержки, — вмешался Старший Кри. На точно таком же лице, как у брата, застыло выражение холодной непреклонности. Ни тени доброжелательности. — Всё делается ради картины. Если сплетня задела твоё тщеславие, могу принести извинения, но менять стратегию мы не будем.
— Сплетни о режиссёре никому не интересны, я же человек за кадром! — с досадой выкрикнул Сами.
— А о чём ещё писать? — улыбнулся Младший Кри, всплеснув руками. — Сфабриковать роман между исполнителями главных ролей? Побойся бога, твои актёры настолько неизвестны, что их любовные похождения никого не волнуют. Наша идея куда ярче: кинофестиваль, скандальный режиссёр, расправа прямо в зале... Разве не интригует?
— Ни капли! — буркнул режиссёр, раздувая щёки. — И вообще, никто меня не бил!
Братья оставались глухи к его доводам. Старший Кри выразительно скрестил руки на груди, всем видом показывая: «хватит капризничать». Младший продолжал миролюбиво уговаривать:
— Ну не кипятись, всё же ради общей пользы! Выйдет фильм в лидеры проката — озолотимся вместе. Да и какая разница, кто кого якобы побил? Если это принесёт миллионы, можешь отбуцкать меня по-настоящему.
— Да вы вообще ни черта не соображаете! — Сами от ярости чуть не задохнулся.
Поколебавшись пару секунд, режиссёр решил выложить свой козырь — перспектива остаться в истории «избитым неудачником» пугала его гораздо сильнее, чем желание утереть нос продюсерам:
— Повторяю: зрителям плевать на постановщика. Ну заглянет пара зевак ради диковинки, но масштаб не тот. Такая убогая утка фильм не вытянет.
— Неужто разбираешься в маркетинге? — ухмыльнулся Старший Кри, едва сдерживая скепсис.
— И что же ты предложишь, режиссёр Сами? — Младший сочувственно наломал комедию, выделив слово «режиссёр», дабы указать собеседнику на его место. — Какую мудрость поведаешь нам со своей колокольни?
Сами смерил его ледяным взглядом:
— Предложение есть. Не скажу, что я великий пиарщик, но в кинопродвижении понимаю побольше вашего.
Братья дружно расхохотались, уставившись на круглолицего коротышку. На их лицах читалось явное глумление: * «В продвижении? Ты серьёзно, малыш?»*
Но Сами не смутился и выложил свой план. И этот план заставил продюсеров онеметь от изумления.
— Наймите людей, которые публично потребуют запретить наш фильм, — невозмутимо произнёс Сами.
Братья переглянулись:
— Ты в своём уме? Зачем нам платить за травлю собственного кино?
Объяснять банальные вещи Сами не стал, сразу перейдя к делу:
— Натравите псевдоморалистов. Пусть вопят на каждом углу, что картина чересчур жестокая, аморальная и изобилует кровавыми подробностями. Подключите членов Общества защиты животных — пусть заявляют о жестоком обращении со змеями на съёмочной площадке. Нужен скандал во всех газетах и на телевидении! Пусть очумевшие активисты митингуют на улицах! Сделайте так, чтобы вся страна гудела: «Скоро выйдет лента, которую требуют запретить!»
По мере того как режиссёр излагал суть, глаза братьев разгорались всё ярче. До них мгновенно дошло изящество задумки. Человеческая природа проста: запретный плод всегда сладок! А если подбросить парочку сочных сплетен, эффект окажется сногсшибательным.
Не откладывая дело в долгий ящик, Кри выкупили эфирное время на телевидении и наняли подставных ораторов, принявшихся истово поливать грязью «Змеиное бедствие».
Вот только Сами едва не взвыл от ярости — эти бессовестные мерзавцы всё равно воткнули ему нож в спину! Получив гениальный план, они и не думали отказываться от своей утки.
Экранный активист, нанятый на деньги братьев, с пафосом вещал в телевизоре:
— Как гражданин Америки, я категорически протестую против выхода в прокат этого кровавого опиума под названием «Змеиное бедствие»! Это худшая, наглая и антигуманная поделка в истории! Подумать только: чудовище показано более стойким и благородным, чем люди, да ещё и побеждает в финале! Какая ересь! Любой здравомыслящий человек после просмотра испытывает лишь одно желание — набить морду режиссёру. Собственно, зрители на закрытом показе так и поступили...
«Любой здравомыслящий человек испытывает желание набить морду режиссёру...»
«Зрители так и поступили...»
Сами вжался в кресло, тяжело дыша:
— Твою мать!..
Логику рекламного хода он прекрасно понимал... Но на кой чёрт надо было опять приплетать эту байку про мордобитие?!
А купленный оратор с экрана продолжал неистовствовать:
— Всё это доказывает абсолютную низость данного продукта! Я призываю всех дать решительный отпор и не допустить, чтобы подобная бредятина отравляла умы наших сограждан!
Зрители у телеэкранов оживились: «Ого! Избитый режиссёр, отравление умов, антигуманность... Звучит чертовски круто!»
«И какого чёрта я вызвался помогать этим идиотам?!» — стенал Сами, обхватив голову руками. Теперь о его мнимом позоре узнает вся страна!