Хотя Майки и давал братишкам Кри жесткий отпор, а Сами всем своим видом демонстрировал властное «в услугах непрошеных советчиков не нуждаюсь», для инвесторов этот фильм все равно оставался рискованной авантюрой. Перспектив баснословной прибыли на горизонте пока не проглядывало.
Должно быть, трясясь за каждый вложенный цент, братья Кри взяли в привычку постоянно появляться на съемочной площадке с видом важных боссов, проверяющих нерадивых подчиненных. Ни черта не смысля в процессе, они то и дело лезли с дурацкими расспросами:
— Сами, ну что, сегодня снимаем?
— Сами, а реквизит обязательно брать новый? Подержанный же дешевле!
— Сами, а почему бы не взять актрису посимпатичнее?
— Сами...
— Заткнитесь! — не выдерживал в конце концов режиссер.
Братья замирали на пару секунд, после чего как ни в чем не бывало начинали по новой:
— Сами, извини, но у нас тут еще один вопрос!
* * *
В конце концов поток бесполезных расспросов пресек Мик Ли.
Когда Сами, так и не дождавшись ответа от звездного актера, уже упал духом и собрался искать замену, тот наконец явился на площадку.
Он приковылял, таща за собой гипсовую ногу и чехол с гитарой за спиной. На нем были потасканные джинсы, полосатая рубашка и мешковатый вид; всклокоченные каштановые волосы сзади скручены в небрежный хвост, а губы накрашены ядовито-фиолетовой помадой — будто после укуса гремучей змеи. Картину дополняла короткая бородка-эспаньолка.
Выглядел он довольно потрепанно, но держался с поразительной, непринужденной уверенностью. Подняв руку, он постучал по воображаемой двери и невозмутимо спросил:
— Слышал, вам нужен гитарист?
Появление вышло эффектным до предела. Вся съемочная группа уставилась на него с немым восхищением.
Дракон Майки смотрел на незнакомца с разинутой пастью.
«Ну вы, люди, и даете!»
Сами тоже обомлел и выдохнул единственное:
— Мать твою... А это круто!
Дракон Майки тут же насторожился. Глядя на этого типа, явившегося ниоткуда и мгновенно перетянувшего все внимание на себя, он почувствовал смутный укол ревности.
Мик Ли с точностью до мелочей воссоздал сцену из сценария — тот самый эпизод, где гитарист Джон приходит на прослушивание в музыкальную группу «Hello». И одежда, и гипс на ноге, и дикий макияж, и отрешенный взгляд — все соответствовало образу на сто процентов. Сразу видно: человек въелся в роль до костей.
Тщательная подготовка давала ему абсолютную уверенность. Он спокойно стоял под общими взглядами, чуть улыбаясь Сами, всем видом показывая: он хоть сейчас готов в кадр.
Братья Кри опешили.
До этого они, конечно, пошли навстречу просьбам Сами и через третьи руки передали сценарий Мику Ли, надеясь затянуть того в проект. Но, честно говоря, особо ни на что не рассчитывали. Думали, если звезда и согласится, то исключительно ради гонорара или из галочки, а вовсе не потому, что сценарий запал ему в душу.
Но теперь, глядя на то, с каким азартом Мик Ли включился в игру...
Братья невольно задумались: неужели актеры такого уровня стали бы так выкладываться ради сомнительной дешевки?
Впрочем, гадать о кассовых сборах было еще рано — в шоу-бизнесе никто не рискнет давать гарантий. Однако участие известного артиста немного успокоило инвесторов, и они перестали мозолить глаза на площадке. Судя по всему, решили, что зритель повалит в кинотеатры хотя бы ради того, чтобы посмотреть, кого там сыграл знаменитый Мик Ли.
Вскоре утвердили и исполнителя роли барабанщика Гэрина — Джозефа.
В отличие от Майки, получившего главную роль «по блату», звездного Мика Ли или Вольфа, выбившего себе место через связи, у Джозефа была своя история.
На самом деле он действительно играл на ударных, правда, в кавер-группе. Но у коллектива не было собственного материала, и им приходилось до посинения перепевать заезженные шлягеры вроде «Ей исполнилось семнадцать» или «Ты моя планета». Изо дня в день, из месяца в месяц — одно и то же, до тошноты. Перспектив — ноль.
В отличие от парней из музыкальной группы «Hello», Джозеф не стал питать иллюзий и мучить себя надеждами. Он просто решил завязать с музыкой: продать установку, наскрести денег на билет домой и навсегда уехать из этого чертова мегаполиса.
И тут ему подвернулось объявление о наборе статистов.
Рассудив, что это отличный шанс сытно поужинать и подзаработать на дорогу, Джозеф отправился на пробы. И надо же было такому случиться: едва не сдохший с голоду барабанщик приглянулся режиссеру и мгновенно выбился из массовки в эпизодники! С этого и началась его актерская карьера — он стал кочевать из проекта в проект, неожиданно для самого себя сменив профессию.
Узнав о его музыкальном прошлом, кастинг-директор сразу же выделил его из прочих кандидатов и порекомендовал Сами.
Сами остался доволен выбором. В голове режиссера тут же созрела пара мыслей: раз перед ним настоящий музыкант, глупо не использовать его навыки для парочки эффектных кадров за барабанной установкой.
Наконец главный каст был собран.
По традиции все уселись за общий стол для читки сценария.
Вот только атмосфера на этот раз отличалась от той душевной обстановки, что царила на съемках «Змеиного бедствия».
Давно не видевший Сами Вольф при встрече аж подскочил:
— Режиссер Сами! Давайте ко мне, тут свободно!
Он с готовностью пододвинул стул, бросился наливать сок, принялся вытирать стол салфеткой и даже помахал сценарием, изображая веер.
Отказать на такое бурное радушие было неудобно, и Сами присел рядом.
Дракон Майки, рассчитывавший усесться под боком у своего человека, лишь молча сжал кулаки.
Когда перешли к обсуждению, дракон вознамерился блеснуть своими соображениями о роли — очень уж хотелось выслушать похвалу от своего режиссера. Но не успел он и рта открыть, как тот самый показушник Мик Ли опередил его:
— Вот этот момент мне не совсем понятен.
Мужчина с дурацкими усиками неторопливо разложил сценарий на столе. Тут-то все и увидели, что поля каждой страницы испещрены заметками, а ключевые фразы и целые абзацы обведены разноцветными маркерами.
Майки оцепенел.
Пока Сами не видел, он молча запихнул свой девственно чистый экземпляр себе под задницу.
В эту минуту дракон чувствовал себя отпетым двоечником, который судорожно прячет тетрадь с жирной двойкой и с завистливой злобой смотрит на круглого отличника, небрежно выкладывающего на стол идеальную работу и получающего всю похвалу «учителя», о которой сам Майки мог только мечтать.
К работе Мик Ли относился со всей серьезностью. Но был у него один изъян: он принадлежал к категории чрезвычайно въедливых актеров. Из серии: «Если убедишь меня — сыграю по-твоему; не сумеешь — извини, сделаю так, как считаю нужным».
К счастью, Сами подобные капризы абсолютно не задевали. Он спокойно и доходчиво изложил свое видение сцены. Актер-привереда постепенно сменил гнев на милость и под конец даже снисходительно улыбнулся:
— А ты, похоже, дельный режиссер.
Сами от комплимента в экстаз не припал. Раскрыв папку, он раздал присутствующим готовые раскадровки.
Майки при виде чиби-человечка в центре листа, изображавшего его персонажа, мгновенно просиял. Он уже приготовился шепнуть пару слов своему режиссеру...
— Тут расстановка хромает, — подал голос Джозеф, назначенный на роль барабанщика Гэрина.
Музыкант, имевший реальный опыт выступлений, взял лист и пояснил:
— Вокалист, понятное дело, по центру. Но на вступлении и во время соло всё внимание всегда на гитаре. Лучше выдвинуть гитариста чуть вперед. Вот в эту точку... И дать ему место для маневра, чтобы мог двигаться по сцене.
Сами закивал и тут же принялся вносить правки прямо на чертеже. После чего увлеченно погрузился в обсуждение специфики концертных выступлений с Джозефом.
Майки замер.
Он мог лишь беспомощно наблюдать, как его человека окружили со всех сторон. Один выслуживался и сыпал любезностями, другой намертво вцепился в трактовку сценария, а третий давил экспертным мнением о музыке.
И только он один...
Совершенно не умеющий бороться за внимание Дракон Майки сидел в гордом и одиноком унынии. Ему до смерти хотелось поговорить с Сами хоть о чем-нибудь.
Он перерыл все свои мысли, но в пустой голове вертелся единственный вопрос:
«Что мы будем есть на ужин?»