Братья Кри в деле
Как братья Кри искренне не понимали, откуда в мире берутся такие чудаки, как Сами — снимающие кино не ради наживы, — так и сам Сами, вероятнее всего, до конца дней своих не постиг бы убогой логики этих дельцов. Для них фильм существовал лишь в категории денежных знаков. Посмотреть картину и ни словом не обмолвиться об актёрской игре, не похвалить сюжет, не заметить тонкую иронию, а вместо этого с ходу завести волынку про кассовые сборы — подобное скупство духа было за гранью его понимания.
Троица переглянулась. Каждому стало ясно: говорить здесь больше не о чем.
Внешне братья сохранили безупречную вежливость, хотя лёгкий осадок от того, как именно Сами выставил на экране дельцов от шоу-бизнеса, у них остался. Сдержанно попрощавшись, они удалились. Сами даже не подумал их провожать — он тут же вернулся к монтажному столу обсуждать финал картины.
— Ну и что думаешь, брат? — вполголоса спросил Старший Кри, когда они вышли на улицу.
— Даже не знаю, — сомневаясь, протянул Младший Кри. — Кино меня, сам знаешь, волнует мало, но… насколько я помню, Голливуд уже пробовал снимать про музыкантов. Большинство провалилось. Единицы получили узкую известность. Может, они и не убыточны, но миллионных кушей там точно не срубишь.
— Значит, не веришь в успех?
— Выглядит-то красиво, но прецедентов, чтобы на этом сколотить состояние, я не знаю.
Оба надолго замолчали.
— А что там с нашим «Городом змей»? — вдруг подал голос Старший. — Который под «Змеиное бедствие» закошен?
Младший усмехнулся:
— Секретарь ходил на рабочий материал. Говорит, жуть смертная, очень страшно получилось.
Очевидно, братья Кри вовсе не собирались ставить все карты на новую ленту Сами. Пока тот до седьмого пота вкалывал над «Поприветствуй мир», эти двое, подгоняемые невежеством, упрямством и гипертрофированным самоуважением, втайне состряпали дешёвую поделку под названием «Город змей», рассчитывая выдать её за сиквел «Змеиного бедствия».
Сами о том до поры до времени даже не подозревал. А когда пронюхал — пришёл в дикое бешенство.
Бог с ним, что они без разрешения прицепили к своему утилю вывеску продолжения. Куда отвратительнее было то, что сюжет «Города змей» чуть ли не дословно срисовали со «Змеиного бедствия»: снова орава несчастных сталкивается с гадами, снова ползает по байракам, спасаясь из города, даже отдельные реплики содрали под чистую!
Один автор ещё мог бы выдать подобное за сознательный оммаж первой части. Но когда за дело берутся абсолютно чужие ремесленники — это не оммаж, это самый бессовестный, убогий плагиат.
Но больше всего Сами выбесило качество. Состряпать на коленке такой шлак — значит окончательно похоронить то доверие, которое зрители питали к оригинальной ленте. И хотя Сами не планировал снимать продолжения и не дрожал над франшизой, мысль о том, что его имя в умах публики свяжут с этим низкопробным мусором, казалась ему невыносимым оскорблением.
В будущем именно эта история станет последней каплей: как бы братья Кри ни стелились перед ним, как бы ни заглядывали в глаза, Сами сожжёт к чертям все мосты и разорвёт с ними любые отношения.
Впрочем, всё это случится позже. Пока же братья питали к тварям и ужастикам куда больше тёплых чувств, чем к драме. К тому же имелась и иная, более тонкая причина: фильм Сами при всей своей лёгкости то и дело касался грязных закулисных тайн музыкального бизнеса. Братья Кри, сами успевшие погрязнуть в этих нечистотах, подсознательно стремались подобных тем.
Самообман сработал мгновенно: «Кому охота смотреть на потуги никому не ведомой группы? Чудовища — вот где драйв, вот где настоящая нажива!»
Поэтому на производственном совещании по графику релизов на второе полугодие братья решили бросить все рекламные силы на «Город змей». По отношению к Сами это выходило не слишком красиво, но дельцы рассудили просто: сколько раз они умоляли его снять сиквел? Сам отказался! Так чего теперь обижаться?
Приняв решение, они, однако, не намерены были выпускать из когтей и кусок от пирога Сами. Жадность берёт своё. Узнав, что режиссёр как раз корпит над саундтреком, братья Кри переглянулись:
— Слушай, а ведь с музыкой-то мы можем ему подсобить!
Движимы они были искренним (как им казалось) порывом. Всё-таки инвестиции их, значит, и лодка одна — накой им специально топить фильм? И в их деляческих умах созрел «гениальный» план: запихать в картину как можно больше хитов известных исполнителей. Имя звёзд привлечёт толпы!
Благо в шоу-бизнесе у братьев связей хватало. Закипев энтузиазмом, они подняли телефонные трубки.
Первыми под раздачу попали «Супер-перчинки» — девичий поп-квартет, от которого фанатела вся школота. Братья вышли на их менеджера и за кругленькую сумму выторговали права на хит «Сладкая девушка» из свежего альбома — чтобы завлечь в кинотеатры подростков.
Следом отправились к Старому Иэну — ветерану сцены, чью «Прости меня» обожали те, кому давно за сорок. Немного связей, щепотка лести — и согласие в кармане.
Но дельцам казалось мало. Они замахнулись на культовую британскую группу «Планета», имевшую бешеную популярность по обе стороны океана. В прессе участников банды вечно клеймили «разбогатевшей уличной гопотой», но они умудрялись удерживаться на вершине больше десятка лет. Распадались, сходились вновь, доводя фанатов до нервного истощения, но при этом непостижимым образом наживали всё новых и новых поклонников.
Братья Кри нацелились на их классический хит «Ведьма».
Увы, нашла коса на камень: солист с гитаристом только что опять подрались прямо на улице, устроили дебош и теперь грели нары в полицейском участке. Оформить права в тюрьме было можно, да вот беда: сначала вокалист был «за», а гитарист упёрся рогом; когда же гитариста кое-как уломали, взбрыкнул вокалист.
Когда несчастный менеджер намекнул им, что покупатель ждёт и надо бы поторапливаться, оба британских дебошира единым фронтом послали его подальше:
— Заткнись, манагер! Пусть ждёт, тварь, или вали на хер!
Братья Кри, видавшие всякое, опешили от такой наглости:
— Проклятые островитяне!
Плюнув на заносчивых британцев, они переключились на банду «Шалуны». Их лидер, Аблитт, как раз находился в лютой вражде с «Планетой» и был на седьмом небе от счастья, узнав, что может перегадить конкурентам сделку. Не откладывая дело в долгий ящик, он всучил братьям свежий суперхит, причём уверял, что эта песня посвящена его «трогательной дружбе» с вокалистом «Планеты», Джимми.
Песня называлась: «Брат, ты похож на цыпочку».
М-да. Своеобразные у этих британцев представления о дружбе…
Впрочем, плевать на чужие разборки! Братья Кри праздновали триумф. Заманив в сети ещё полдюжины музыкантов, они вернулись к Сами с полными карманами добычи. В их представлении это был ход конём: даже если сам фильм окажется пшиком, имена на афише заставят фанатов раскупать билеты!
Правда, ради этих прав дельцам пришлось немало попресмыкаться, вымаливая скидки и клянча у знакомых: «Ну помоги, братуха! Кино сняли, да вышло так себе, выручай, сделай одолжение!»
И вот, сияя от гордости, они выложили этот улов перед Сами и во всех красках расписали свой благодетельный замысел.
Сами едва не задохнулся от возмущения.
Мать вашу! Это что ещё за ахинея?!
Чем у вас башки набиты, дебилы?!
Мы снимаем кино! КИ-НО! А не лепим эстрадный винегрет из чужих шлягеров!
Да, вы ни в грош не цените группу «Hello»! Но вы вообще помните, что фильм — про НИХ?!
Выкинуть их оригинальные треки и втиснуть чужой попсовый мусор — это какая-то запредельная дичь!
Сами был в полном ошеломлении. Мало того что эти двое проявили феерическую глупость, так ещё и потратили кучу денег впустую! Никакой благодарности эта «медвежья услуга» у него не вызвала — только глухую ярость.
Работая над окончательным саундтреком, он с каменным лицом перебрал предложенный хлам… и не взял ни одной песни.
* * *
Вопль монтажёра
Сказать, что он совсем с порога отмахнулся от их затеи, было бы преувеличением. Сами всё-таки старался соблюдать профессиональную этику и не действовать как самодур. Видя, как дельцы лезут из кожи вон, он честно попытался прослушать принесённый материал — а вдруг пару треков и впрямь удастся органично вкрапить в повествование, утихомирив их зуд соавторства?
Увы, с искусством не поторгуешься. Одни песни были хороши сами по себе, но абсолютно не вязались с видеорядом; другие вписывались неплохо, но напрочь заслоняли собой главных героев. Это всё равно что на сольный концерт скромной группы притащить десяток мировых звёзд. И кого, спрашивается, будет слушать публика?
Короче говоря, Сами решил не тянуть кота за хвост и отрезал коротко:
— Музыку к фильму я уже подобрал. Основа — треки самой группы «Hello», остальное я докупил сам. Если не собираетесь меня увольнять, будет так, как я сказал. И точка.
Такая жёсткая отповедь больно ударила по тщеславию братьев. К тому же куча денег за права на чужие песни улетела в трубу. Однако ссориться с режиссёром до выхода картины они не рисковали, поэтому затаили злобу и решили подождать премьеры: вот тогда и посмотрим, провалишься ты или обогатишь нас!
Сами на их подпольные душевные терзания было чихать. Но сама ситуативная тупость братьев Кри раздражала его до крайности.
Своей досадой он поделился с Майки:
— Не умеют помогать — так пусть хотя бы не мешают! — бушевал Сами. — Уровень их вкуса — это просто катастрофа! Они же от имени нашей картины ходили по знакомым и выпрашивали треки, божились, что всё войдёт в фильм! Мне тут на днях приятель звонит и спрашивает: «Сами, ты что за солянку там снимаешь, раз тебе потребовались хиты пятидесяти разных жанров?» Это же позорище! Настоящее деревенское жлобство! Господи, где были мои глаза, когда я связывался с этими кретинами?!
Огненный дракон тихо усмехнулся. Вид возмущённого Сами казался ему невероятно забавным: круглые щёчки надулись, губы сжаты, а сам он смешно размахивает руками.
«Надо бы его утешить», — подумал Майки, вспоминая человеческие повадки. И, чеканя слова своим мягким, ещё не прошедшим мутацию юношеским голосом — контрастировавшим с его высоким ростом, — ласково произнёс:
— Ну не всем же быть такими талантливыми, как ты.
Сами просиял. Он изо всех сил пытался сохранить невозмутимый вид, чтобы не показаться хвастуном, растаявшим от первой же похвалы, но Майки говорил так искренне!
— Не думал, что среди всего моего окружения именно ты окажешься самым большим ценителем! — не удержался режиссёр.
Майки смущённо улыбнулся. В душе он ликовал: «Ещё бы! Я же выбрал себе самого лучшего человека на свете!» — а сам аккуратно положил подбородок на плечо Сами сзади, взял его пухловатую небольшую ладонь и принялся перебирать пальчик за пальчиком.
— Я и сам считаю, что мне безумно повезло, — продолжал он тем же нежным голосом. — Сеть такая огромная, а я с первого раза наткнулся на тебя! Сами, ты знаешь? Я, наверно, самый счастливый драко… ой, то есть человек на свете!
Сами воспарил на крыльях гордости. Будь у него хвост, он бы уже отчаянно им вилял. Ему страстно захотелось отплатить Майки тем же и сделать комплимент, но, увы, природа не наделила сурового убийцу драконов соловьиным красноречием.
Поразмыслив пару секунд и так и не выдав ничего поэтичного, Сами решил скрепить их дружбу самым надёжным, по его мнению, способом:
— Майки! Когда-нибудь мы обязательно отправимся с тобой завалить парочку драконов!
Майки опешил. Впрочем, к странностям своего питомца он уже привык, поэтому быстро взял себя в руки и с невинным видом решил поддеть приятеля. Смерив взглядом скромный рост и отнюдь не богатырскую комплекцию круглолицего юноши, дракон с сомнением протянул:
— Идея-то хорошая, Сами… Но, глядя на тебя… Ты хоть кого-нибудь победить способен?
Сами вспыхнул от обиды!
Вырвав руку, он развернулся, оттолкнул массивную голову Майки, изо всей силы врезал ему кулаком в грудь, добавил пинка по голени и победоносно выставил средний палец!
Вот только для толстокожего ящера эти тумаки были не ощутимее комариных укусов. А уж когда этот разгневанный кругленький человечек ткнул в него коротким, аккуратно подстриженным розовым ноготком…
Юный огненный дракон прижал ладонь к груди, чувствуя, как сердце заходится в нежнейшем трепете.
«О драконий бог… До чего же мой человек милый!»
* * *
Возня с Майки подняла Сами настроение, и он с новыми силами ушёл в постпродакшн. Заодно он всё же обдумал идею братьев Кри насчёт привлечения звёзд — не пихать чужие песни в саундтрек, а пригласить кого-нибудь из знаменитостей на крошечное камео. Нужное имя быстро пришло на ум.
Однако в этот момент на горизонте выросла новая беда — на сей раз в монтажной.
Как это вышло — один чёрт знает.
После разборок с музыкой братья Кри притихли, но затаили обиду. Старший, будучи человеком выдержанным, молчал; Младший же, натуру имея дёрганую и взбалмошную, уйти в тень не мог.
И вот как-то утром Младший Кри проснулся, валялся в постели и от нечего делать гонял в голове мысли о фильме. И вдруг вспомнил про один эпизод — тот самый, где съёмочная группа нагло варганит документалку про группу «Hello», не заплатив музыкантам ни цента за авторские права.
В других местах сатира была завуалирована, но тут Сами вмазал по дельцам почти в открытую.
Раньше братья на это забивали — юридически к ним подкопаться было нельзя, ведь участники «Hello» сами подписали контракт. А случись скандал, они легко переложили бы вину на музыкантов: мол, сопляки сами умоляли о раскрутке, а как разбогатели — побежали судиться. Публика схавала бы.
Поэтому сатира в кадре их не пугала: подпиши «все совпадения случайны» — и кассируй чеки.
Но из-за истории с саундтреком Младший Кри взъелся. Ему захотелось вставить Сами палки в колёса. Заявив себе: «Я не позволю порочить нашу репутацию!», он помчался к монтажёру с требованием вырезать крамольную сцену.
За монтажным столом сидел приглашённый специалист — битый волк по имени Джейсон.
Помимо высокого мастерства, Джейсон славился редким умением ладить с людьми и находить компромиссы. Сами в нём души не чаял: они часами сидели в обнимку с рабочими материалами, доводя ритм картины до идеала.
Увы, сговорчивость монтажёра сослужила дурную службу.
Стоило Младшему Кри нажать и пригрозить полномочиями инвестора, как мягкотелый Джейсон тут же пошёл на попятную и вырезал сцену из чернового монтажа.
Днём пришёл Сами. Обнаружив пропажу, он пришёл в неистовое бешенство, приказал вернуть всё на место и набрал номер Младшего Кри:
— Руки прочь от моего фильма!
— Это и мой фильм тоже! — миролюбиво, но твёрдо возразил тот в трубку. — Тебе не кажется, что этот эпизод — слегка перебор?
— Ни капли! — отрезал Сами и бросил трубку.
На следующее утро Младший Кри снова прокрался в монтажную и велел Джейсону по-тихому убрать сцену.
Сами, не доверявший инвесторам ни на грош, проверил материал в тот же день — и с пеной у рта велел вклеить её обратно.
Вырезать — вклеить!
Вырезать — вклеить!
Вырезать — и снова вклеить…
Это превратилось в бесконечную, изматывающую войну.
Один упрямо требовал вымарать фрагмент, другой с боем водворял его на место.
В конце концов оба набросились на несчастного монтажёра:
— Я инвестор! — орал Младший Кри. — Я приказываю тебе убрать эту херню!
— Я режиссёр! — гремел Сами. — Только попробуй тронуть хоть кадр!
Бедный Джейсон не выдержал. Схватившись за голову, он испустил вопль отчаяния:
— С меня хватит! Ни один честный слуга не может служить двум господам! Я увольняюсь!