Из-за возникшей заминки Се Сяочжоу замер и перевёл взгляд на распахнутые двери.
В библиотеке царила глубокая тишина. Прямо напротив входа поднималась до самого сводчатого потолка массивная стена из книжных шкафов, уставленная фолиантами в тёмных корешках.
Сяочжоу окинул зал быстрым взглядом. Свисавшая с потолка хрустальная люстра заливала помещение ярким, тёплым светом, разительно контрастировавшим с мрачной, жуткой атмосферой за пределами здания.
«Войти?»
Се Сяочжоу всё ещё колебался, когда у самого уха раздался странный, неестественный шорох. Он резко обернулся: за спиной незаметно сгустился плотный, кисельный туман.
Клубы тумана бурлили и стремительно надвигались — мгновение, и серые плети уже стелились у его ног.
Именно оттуда исходил тот жуткий гул и шуршание — в мутной пелене колыхались размытые силуэты, чьи очертания имели мало общего с человеческими.
Если не переступить порог, туман мгновенно поглотит его.
Что произойдёт при контакте с этой мутной взвесью — неизвестно, но с первого взгляда становилось ясно: ничего хорошего жуткие твари в тумане не сулят.
Связываться с ними не хотелось. Не оставив себе выбора, Се Сяочжоу сдал назад и шагнул в библиотеку.
Цок!
Каблук опустился на гладкую мраморную плитку, и в гулкой тишине раздался чёткий, одинокий звук.
Эхо эхом пронеслось по просторному залу.
Внезапно в ушах у Се Сяочжоу зазвенело. Сквозь нарастающий гул пробился невнятный, давящий на мозги шёпот — бредовые, лишённые смысла созвучия. В то же мгновение мягкий янтарный свет, тёмное дерево шкафов и бесконечные ряды фолиантов потеряли краски, выцветая до грязно-серого. Пространство изогнулось, превратившись в сюрреалистичный, лишённый всякой логики фарс.
Впрочем, наваждение длилось лишь долю секунды.
В следующее мгновение мир вновь обрёл прежние формы и цвета.
Се Сяочжоу прижался ладонью к холодной стене; в висках тупо закололо.
Это ощущение... неужели опять?
Он прикрыл глаза, пытаясь перевести дыхание, как вдруг левое плечо ощутимо отяжелело. Что-то мягкое, влажное и непрерывно извивающееся опустилось на него.
— Ты в порядке? — раздался мягкий, исполненный участия голос. Казалось, так может говорить лишь безупречно воспитанный, утончённый джентльмен.
Се Сяочжоу распахнул глаза и резко обернулся. На его плече лежала вовсе не склизкое щупальце, а идеальная человеческая кисть. Проследив взглядом вдоль изящного запястья и выше, он встретился с парой привычно-золотых глаз.
Золото с древнейших времён считалось символом святости и незыблемого величия.
Сияние этих глаз превосходило солнечный свет, а при близком рассмотрении радужка казалась почти прозрачной. Вот только никакого благоговения этот цвет не внушал. От него веяло... смертельной опасностью.
Так глубоководные хищники завлекают добычу в кромешной тьме океана: зажигают мерцающий огонёк, подманивают наивную жертву поближе, а затем заглатывают целиком, не оставляя даже костей.
Стоило разглядеть за безупречной маской суть, как по коже драл мороз.
Се Сяочжоу глубоко вдохнул и тихо произнёс:
—... Господин.
Мужчина чуть наклонился вперёд, и прядка шелковистых чёрных волос соскользнула с его плеча. Он пристально вгляделся в лицо юноши, однако в золотых зрачках сквозило лишь холодное, отстранённое недоумение:
— Ты... знаешь меня?
[? В смысле?]
[Почему Господин не помнит Чжоучжоу?!]
[А кто вообще этот Господин? Откуда столько новых персонажей, поясните новичкам!]
[Господин — это рыбёшка, которая сама добровольно заплыла в садок! Советую пересмотреть «Корпорацию по устранению аномалий», не пожалеете!]
От этих слов глаза Се Сяочжоу недоверчиво расширились.
Ещё мгновение назад он перебрал с десяток вариантов развития событий и на каждый заготовил ответ. Но такого поворота — что Господин его просто-напросто забудет — юноша предвидеть не мог.
— Господин... — Се Сяочжоу осторожно окинул собеседника взглядом, изображая на лице крайнее замешательство. — Вы что, правда меня не помните?
Хрустальные подвески на люстре качнулись, бросив тень на точёные черты лица Господина. Его облик оставался безукоризненным, а манеры — отточенно-вежливыми.
Однако присмотревшись, в глубине прозрачно-золотых глаз можно было заметить дикую смесь детского неведения и абсолютного равнодушия.
Так существо из высших измерений смотрит на ничтожную двумерную букашку, не видя ни единого повода для диалога.
Господин выпрямился и ровным голосом спросил:
— А разве должен?
Ресницы Се Сяочжоу дрогнули. Выдав наигранную, чуть разочарованную улыбку, он тихо пробормотал:
— Извините. Похоже, я обознался.
Юноша прекрасно помнил, насколько опасен этот древний ужас.
Господин — неведомая тварь, пришедшая из бездонных глубин океана.
Ему ничего не стоит превратить в безумного монстра любого, кто услышит его истинное имя или узрит настоящий облик.
И если уж этот монстр его не узнаёт, разумнее всего держаться от него подальше.
Господин скользнул скучающим взглядом по заметно притихшему юноше и, потеряв к нему всякий интерес, прошёл мимо.
Похоже, книги интересовали древнюю сущность куда больше, чем случайный человеческий гость. Он вернулся к дивану у окна, опустился на мягкие подушки и с невозмутимым видом перевернул страницу.
Шурх... шурх...
В гулкой тишине библиотеки этот звук отдавался удивительно отчётливо.
Се Сяочжоу старался дышать через раз, боясь привлечь к себе внимание. Выбрав самое дальнее кресло, он затаился, смиренно дожидаясь, пока снаружи рассеется туман.
Между тем в тёмном углу за шкафами...
Несколько склизких щупалец вытянулись в струнку, вовсю топорща кончики и жадно ловя каждое слово. Когда разговор утих, отростки оцепенели.
Они переглянулись — насколько это вообще возможно для бесформенной массы — не в силах взять в толк, что за чертовщина происходит.
Скудных мозгов щупалец явно не хватало для осмысления человеческих драм. Запутавшись в собственных догадках, они свились в тугой узловатый клубок и принялись отчаянно барахтаться в темноте.
Кое-как выпутав один отросток, остальная орава дружно подтолкнула его вперёд: иди, мол, разведай, что да как!
Самое бестолковое щупальце глуповато извивалось, пока не подобралось к дивану, где аккуратно ткнуло мягким кончиком прямо в подъём ноги Господина.
Пальцы мужчины на мгновение замерли. Сделав вид, что ничего не произошло, Господин продолжил смотреть в книгу.
Вот только его взгляд застыл на самой первой строчке, и он не усвоил ни единого слова, ни даже запятой.
Щупальце недовольно шевельнулось, обвило голень хозяина и с нажимом потянуло — мол, давай, иди к Се Сяочжоу!
Уголок губ Господина нервно дёрнулся. Не долго думая, он просто приподнял ногу и тяжело опустил подошву прямо на наглый отросток.
Щупальце: «...»
С тихим влажным * «чпок»* наглец расплылся бесформенной лужицей и быстро уполз обратно в тень.
Сородичи тут же обступили пострадавшего. Умей они говорить, в углу поднялся бы невообразимый гвалт.
Получившее нагоняй щупальце тыкнуло сначала в сторону Господина, затем — на сидевшего вдалеке Се Сяочжоу, после чего удручённо покачало кончиком: понятия не имею, что на него нашло.
Остальные отростки уже вознамерились предпринять новую попытку, но Господин одарил угол таким ледяным взглядом, что глупые твари в ужасе бросились всыпную и забились в самые дальние щели, боясь шелохнуться.
[Как думаете, Господин правда не узнал Чжоучжоу?]
[Хм... Похоже на амнезию.]
Се Сяочжоу подпёр подбородок ладонью и уставился в окно.
Время шло, и клубившаяся вокруг библиотеки пелена постепенно редела.
«Отлично, можно уходить».
Обрадованный Се Сяочжоу быстро поднялся и подошёл к массивным входным дверям. Однако не успели его пальцы коснуться медной ручки, как сзади раздался спокойный голос:
— Собираешься уйти?
Се Сяочжоу обернулся.
Господин всё так же восседал в кресле, неспешно переворачивая страницу. Казалось, вопрос сорвался с его губ абсолютно случайно и он ничуть не заинтересован в ответе.
Немного помешкав, юноша ответил:
— Да. У меня ещё остались дела. Простите за беспокойство...
— Не советую выходить, — сухо раздалось от окна.
Се Сяочжоу нахмурился и посмотрел сквозь стеклянные вставки двери.
Серпантин тумана отступал, открывая небольшую площадку перед входом. Там застыли человеческие фигуры. Их движения будто заморозили во времени: они стояли в неестественных позах, с лицами, искажёнными диким ужасом, тяня руки вперёд.
На глазах у Се Сяочжоу ближайший к двери человек начал... таять.
Словно восковая свеча под пламенем, его плоть оплывала влажными пластами. Алая мышечная ткань перемешивалась с желтоватыми пластами жира и с отвратительным шлёпаньем падала прямо на каменные плиты.
Се Сяочжоу: «...»
Он молча отдёрнул руку от дверной ручки.
Похоже, даже с уходом тумана покидать библиотеку смертельно опасно.
Отступив от дверей, Се Сяочжоу окинул взглядом интерьер.
В этом Шоу ужасов не бывает абсолютных тупиков. Какой бы безнадёжной ни казалась ситуация, в ней всегда скрыта лазейка. Главное — нащупать этот единственный шанс на спасение...
Взор юноши остановился на Господине.
Кроме древней сущности в библиотеке больше никого не было.
И этот «Господин» смертельно опасен.
Но и засиживаться здесь нельзя — нужно как можно скорее двигаться дальше, чтобы успеть выполнить задачу.
А значит, придётся наладить контакт и заставить монстра помочь ему выбраться отсюда.
С этой мыслью Се Сяочжоу направился к дивану.
Мужчина не поднимал головы, но отлично слышал приближающиеся шаги. Его лицо сохраняло абсолютное бесстрастие.
Зато спрятавшиеся в углу щупальца, ощутив истинный настрой хозяина, смущённо свернулись в бантик.
Пальцы Господина чуть заметно вздрогнули, он подавил порыв.
«Нет. Нельзя сорваться».
В прошлый раз, стоило ему познать чувство под названием «влюблённость», как Се Сяочжоу тут же сбежал.
Но если притвориться, будто память отшибло, юноша научит его всему заново.
В человеческих сериалах всегда так делают!
В этот раз Господин изо всех сил покажет, что совершенно равнодушен к Се Сяочжоу. Тогда ведь им не придётся расставаться?
Ему ненавистно расставание. Это слишком больно.
Прежде он не ведал ран и понятия не имел, что такое боль. Но разлука с Се Сяочжоу заставила его узнать это чувство.
Словно все внутренности скручивало в тугой узел, дыхание перехватывало, становилось скверно, а из глаз самовольно капала солоноватая вода.
Постигнув человеческие эмоции, Господин заплатил высокую цену. Узнав вкус сладости, он познал и горечь.
Вот только страдать ему вовсе не хотелось. Ему нужна была лишь радость.
Се Сяочжоу и не подозревал о буре, бушевавшей в глубинах разума древнего бога. Опустившись на кресло напротив, он решил завести безопасный разговор:
— Господин, а что вы читаете?
Простой разговорный вопрос вызвал неожиданно бурную реакцию: с громким хлопом Господин захлопнул фолиант.
Се Сяочжоу удивленно приподнял бровь:
«?»
Опомнившись, мужчина произнёс всё так же сухо:
— Ничего особенного. Постигаю людскую мудрость.
Се Сяочжоу машинально мазнул взглядом по переплёту.
С первого взгляда мелкий текст казался абракадаброй, но даже не вдаваясь в смысл, трудно было не заметить одной детальки: буквы на корешке и обложке располагались явно вверх ногами.
— Господин... — осторожно начал юноша, — вы, кажется, книгу вверх ногами держите?
Господин опустил взгляд:
«...»