Сквозь хрустальный каскад люстры, свисавшей из темноты высокого потолка, Се Сяочжоу встретился взглядом с рыжеволосым юношей. На мгновение он сбился с шага.
Одеяние юноши граничило с эпатажем — сочные, почти вычурные цвета мгновенно притягивали взор. Впрочем, насколько бы яркими ни казались ткани, они оставались лишь фоном для своего обладателя. На его губах играла непринуждённая улыбка, в которой угадывалось едва уловимое отличие от прежнего Обманщика, хозяина Города лжи.
Справившись с замешательством, Се Сяочжоу направился к столику.
Официант принял его верхнюю одежду и с учтивым жестом отодвинул стул.
Лишь подобравшись ближе, Се Сяочжоу сумел в полной мере оценить перемену. От стоящего перед ним человека веяло легкомыслием и щегольством, но в нем не ощущалось ни капли угрозы. Он походил скорее на изнеженного светского льва, привыкшего порхать от одной красавицы к другой.
Се Сяочжоу незаметно разглядывал собеседника.
Подошедший официант тихим голосом поинтересовался, какое вино подать.
Вырванный из размышлений, Се Сяочжоу бросил первое, что пришло в голову:
— Красное.
Когда он вновь поднял взгляд, Обманщик уже смотрел в окно. Се Сяочжоу проследил за его взором.
Висячий сад со всех сторон обрамляли панорамные окна. С балкона столиков, расположенных у самого стекла, открывался вид на весь мегаполис. Время близилось к восьми вечера. Город погрузился в ночные сумерки, но тьма так и не смогла отвоевать себе ни единого уголка. Неоновые переливы струились между гигантскими бастионами небоскрёбов, цепочки уличных фонарей вспыхивали драгоценными россыпями, затмевая своей роскошью далекий блеск звезд.
Се Сяочжоу ненадолго замер.
Эта картина до странного напоминала ему вид со сцены, когда он взирал на переполненный зал: морем сияли световые таблички и палочки поддержки.
В центре ресторанного зала пианист выводил нежную, умиротворяющую мелодию.
В такт музыке Обманщик легкими касаниями пальцев отбивал ритм по полированной столешнице. Заметив, что Се Сяочжоу заворожённо разглядывает безбрежный океан огней, он с едва заметным смешком проговорил:
— Ну как, тебе нравится то, что ты видишь?
Се Сяочжоу вздрогнул и резко перевёл взгляд на собеседника.
Обманщик жил ложью и питался ей. Каждое его слово Се Сяочжоу бессознательно пытался пропустить через призму двойного дна.
«То, что я вижу» — он имеет в виду этот мир целиком или просто ночной пейзаж за окном?
Се Сяочжоу помедлил с ответом.
Обманщик сменил позу, опёршись щекой о сжатую в кулак ладонь. Пальцы отбивали чечетку возле виска. Свет хрустальных ламп мягко очерчивал его силуэт, позволяя в деталях разглядеть выражение лица Се Сяочжоу.
А на нём застыло изумление, которое невозможно было скрыть.
Он походил на котёнка, перед которым положили невиданную ранее игрушку: и хочется сцапать, и боязно — вот и приходится осторожно выглядывать из своего угла.
Обманщика развеселило это сравнение, и он не удержался от тихого смешка:
— Я всего лишь спросил, как тебе вид.
Се Сяочжоу встретился взглядом с его тёмно-янтарными глазами. В них светилась такая нежность, будто юношу и впрямь волновала лишь прелесть сегодняшнего вечера.
— Весьма недурно, — раздался нейтральный ответ.
— А я-то надеялся, что ты будешь в полном восторге, — с невнятной интонацией проронил Обманщик.
Сердце Се Сяочжоу пропустило удар, но внешне он остался безучастен. Лишь чуть приподнялись уголки губ, обнажив кончики острых клыков:
— С чего бы?
Обманщик указал пальцем в окно:
— Ну как же. Ты ведь смотрел туда не отрываясь.
В этот момент к столу бесшумно подоспел официант с сервировочной тележкой и наполнил бокалы. По залу разнёсся тихий перелив хрусталя и журчание наливаемого напитка.
Се Сяочжоу опустил взор.
В изящном бокале колыхалась темно-рубиновая влага, отражая узоры потолка. Стоило ему взять ножку пальцами, как зеркальная гладь пошла рябью, расщепляя блики.
— Огни красивые, — ровным тоном проговорил он. — Вот только всё это сотворено руками человека. Вся эта красота — фальшивка.
Обманщик лукаво подмигнул:
— Что ж, в следующий раз я могу пригласить тебя за город, поглазеть на настоящие звёзды.
Се Сяочжоу осекся.
Логика Обманщика ускользала от него. Прежде этот персонаж демонстрировал нарциссизм, самоуверенность и изысканное коварство, балансируя на грани между правдой и вымыслом. Теперь же перед ним сидел совершенно иной человек.
Се Сяочжоу невольно задумался.
Вся его картина мира строилась на наблюдениях за «поведением» Обманщика. А что, если само это «поведение» с самого начала было искусной инсценировкой?
Не дождавшись ответа, Обманщик опять отвернулся к окну.
На панорамном стекле отпечатался его смутный силуэт. Он протянул руку, прижал подушечки пальцев к холодной поверхности и негромко произнес:
— А я люблю высоту. — Его голос звучал приглушенно. — Отсюда так удобно наблюдать за... любопытными вещами. Не находишь?
Се Сяочжоу собрался с духом и с тихим стуком опустил бокал на стол.
Он решил закончить эти словесные кружева и ударить влобовую.
— Мне здесь не нравится, господин Обманщик. По одной простой причине: всё вокруг — ложь.
Если перед кошкой встает преграда, что она делает? Перепрыгивает или пролезает под ней?
Иногда кошка просто сносит препятствие на своем пути.
Слова потонули в звенящей тишине. Никто не проронил ни звука, лишь из глубины зала едва слышно долетала мелодия рояля.
Обманщик подпёр щеку кулаком и озадаченно тягуче издал:
— Хм-м?
Будто действительно не понял, к чему тот клонит.
Сбросив карты, Се Сяочжоу больше не намеревался ходить вокруг да около:
— Разве этот мир — не просто иллюзия, которую вы выткали специально для меня?
В его глазах мелькнул озорной, лисий огонек:
— Господин Обманщик, вы так отчаянно не хотели пускать меня во Внутренний город... Не потому ли, что до смерти боитесь мне проиграть?
Этот мир казался невероятно осязаемым и совершенным.
Здесь Се Сяочжоу был признанной звездой, его микроблог насчитывал миллионы подписчиков, лучшие режиссёры выстраивались в очередь с предложениями, а знаменитости, о работе с которыми он раньше и мечтать не смел, ютились у него на вторых ролях.
Всё это произрастало из самых тайных мечтаний его души.
Столкнувшись с подобным соблазном, он даже почувствовал, как глубоко внутри что-то дрогнуло. Но когда секундная слабость прошла, решимость вырваться отсюда лишь окрепла.
Се Сяочжоу верил в принцип равноценного обмена: получая что-то, ты неизбежно отдаешь взамен нечто равное по цене.
Он не знал, какова плата за жизнь в этом безупречном мире, и уж тем более не горел желанием её вносить.
Ему нужно выбраться.
А ключ к выходу находился в руках у стоящего перед ним человека.
Выпалив всё на одном дыхании, Се Сяочжоу впился взглядом в Обманщика.
Тот, налюбовавшись ночными огнями, наконец неспешно повернулся. Пальцы задумчиво поглаживали подбородок, а на лице застыло глубочайшее изумление:
— Ты утверждаешь, будто этот мир нереален?
— Именно так, — отрешённо чеканил Се Сяочжоу. — Идеальный, но фальшивый мир. Я прекрасно понимаю, что это ложь. И, надо сказать, весьма банальная, господин Обманщик. — Справившись с волнением, он добавил с легкой досадой: — Я-то надеялся, вы сотворите нечто более изысканное, нечто, что будет не так-то просто раскусить.
Обманщик подался вперед:
— Что ж, справедливое замечание. Похоже, мне стоит извлечь из этого урок.
Под защитой скатерти Се Сяочжоу сжал пальцы в кулаки, с замиранием сердца ожидая, что последует дальше.
Обманщик накренился через стол, опираясь на локти и переплетя длинные, ухоженные пальцы. В его взгляде вспыхнуло искреннее любопытство:
— Если этот мир — лишь иллюзия, то как именно ты это понял?
— Всё слишком идеально, — ответил Се Сяочжоу. — Каждое мое потаенное желание здесь исполнилось без единого изъяна.
Обманщик задумчиво кивнул:
— В этом есть логика... Однако не приходило ли тебе в голову, что у любой лжи всегда есть структура и объяснение, в то время как реальность часто лишена всякого смысла?
Се Сяочжоу на мгновение смешался, но тут же возразил:
— Даже у самого бессмысленного вымысла есть изъяны.
«Взять хотя бы тот факт, что в моем прежнем мире никогда не существовало ни Цинь Юаня, ни Крёстного отца».
Обманщик выглядел так, будто аргументы собеседника окончательно его убедили:
— Раз так, пусть этот мир сгинет!
Он взмахнул рукой и изящно щелкнул пальцами.
Звук вышел сухим и звонким.
К крушению миров Се Сяочжоу было не привыкать. Он продолжал спокойно сидеть, ожидая, когда сотворённая из лжи бутафория осыплется пылью и явит его взору настоящий Внутренний город.
Прошла минута.
Прошло три минуты...
Се Сяочжоу на мгновение затаил дыхание, но декорации вокруг не изменились ни на йоту.
Обманщик опустил руку и вдруг с чувством зааплодировал:
— Восхитительно! Какая глубина! Не ожидал, что ты настолько досконально изучишь мой сценарий!
— Что?.. — Се Сяочжоу окончательно потерял нить разговора.
На губах Обманщика заиграла торжествующая улыбка, прядь рыжих волос выскользнула и упала на лоб:
— Фильм «Город лжи», который я собираюсь снимать, посвящен ровно этой теме! Что произойдет, если целый город будет состкан из обмана? Когда инвесторы навязывали мне твою кандидатуру на главную роль, я категорически отказывался. Но ты пришел и лично убедил меня!
— Погоди... Дай вставить слово...
Обманщик даже не слушал его. С каждым словом его голос звучал всё эмоциональнее, взлетая к верхним нотам:
— Твои рассуждения подарили мне колоссальное вдохновение! Чувствую, я закрою сценарий уже к сегодняшнему утру!
Он импульсивно вскочил с места, даже не заметив, как задел бокал.
Хрусталь опрокинулся, покатился по столу и со звоном рухнул на паркет. Осколки разлетелись во все стороны, преломляя свет своими острыми гранями.
Се Сяочжоу зажмурился от резкой вспышки.
Обманщик всплеснул руками, его глаза горели фанатичным огнем:
— Нужно брать масштабнее! Кого сейчас удивишь одним городом? Целая вселенная, выстроенная на фальши — вот это настоящий размах!
Он буквально сгорал от нетерпения уйти и немедленно взяться за работу.
Музыкальная партия рояля как раз приближалась к кульминации.
Походка Обманщика удивительным образом совпала с ритмом: каждый шаг приходился точно на такт. На финальном аккорде он с артистической грацией крутанулся на месте, прижал руку к груди и отвесил Се Сяочжоу театральный поклон:
— С нетерпением буду ждать нашего сотрудничества!
* * *
Се Сяочжоу порывисто поднялся, намереваясь броситься вдогонку, но было поздно.
С тихим звяканьем створки лифта сомкнулись.
Силуэт Обманщика растворился в глубине шахты.
Се Сяочжоу вдавил кнопку вызова и замер, гипнотизируя взглядом сменяющие друг друга цифры на табло. Опершись рукой о холодную стену, он безучастно разглядывал рекламный плакат.
Ему казалось, что стоит лишь встретиться с Обманщиком — и вся эта иллюзия разлетится вдребезги.
Но реальность сделала неожиданный зигзаг.
Что за чертовщина происходит с этим миром и с самим Обманщиком?
Се Сяочжоу бросил взгляд на кольцо с вороном на пальце и другой рукой осторожно коснулся вкрапленного в него алого рубина.
Ничего не произошло.
Затем он поглядел на своё отражение в зеркале и слегка сжал левую мочку уха, где поблёскивала серьга «Цвет из иных миров».
Снова нулевой эффект.
Артефакты, спасавшие ему жизнь, превратились в обычные безделушки.
«Неужели... этот мир реален?»
Правда и вымысел сплелись в настолько тугой узел, что граница между ними окончательно размылась.
Даже непоколебимая уверенность Се Сяочжоу дала трещину.
Он попытался собраться с мыслями, но в висках отозвалась тупая боль, помешавшая сосредоточиться.
Зуммер лифта оповестил о прибытии кабины.
Потирая виски, Се Сяочжоу шагнул внутрь.
Кабина быстро устремилась вниз, пока не замерла на уровне подземной автостоянки.
Едва ступив на бетонный пол парковки, он приметил припаркованный неподалеку чёрный минивэн.
Дежуривший в салоне Сяо Чжан тут же выскочил наружу и торопливо посеменил навстречу:
— Ну как? Как прошли переговоры с режиссёром?
У Се Сяочжоу не было сил на разговоры, и он лишь отмахнулся.
Сяо Чжан, обладавший чутьем бывалого менеджера, мгновенно сменил тон и не стал лезть с расспросами. Он с угодливой миной распахнул дверцу и помог актеру забраться в салон.
Се Сяочжоу бессильно откинулся на спинку кресла.
Визит длился от силы полчаса, но он чувствовал себя так, словно из него выжали все соки. Это была не физическая усталость, а глубокая душевная истощенность.
Прикрыв глаза, Се Сяочжоу некоторое время пребывал в небытии, пока в голове не вспыхнула внезапная мысль. Он распахнул веки и уставился на менеджера.
Сяо Чжан тем временем листал ленту микроблога, отслеживая показатели упоминаний. Ощутив на себе тяжелый взгляд, он почесал затылок:
— Брат Чжоу, ты чего?
Се Сяочжоу вяло повел рукой:
— Если я скажу тебе, что всё вокруг — сплошной обман, как ты поступишь?
— Э-э... В смысле? — не понял Сяо Чжан.
Се Сяочжоу зашел с другой стороны:
— Сяо Чжан, о чём ты мечтаешь больше всего на свете?
— О годовой премии, — без колебаний выпалил менеджер.
Се Сяочжоу невольно вздохнул.
«Какая-то приземленная мечта...»
— А еще?
Сяо Чжан на мгновение задумался:
— Хочу срубить кучу денег, закрыть ипотеку, а потом найти красивую девчонку и жениться.
Се Сяочжоу прижал пальцы к вискам:
— А если бы прямо сейчас тебе достались десятки миллионов на счету, трехэтажный особняк в центре и роман с топ-моделью? Что бы ты подумал?
Сяо Чжан аж рот раскрыл, воображая нарисованную картину, и у него едва слюна не потекла:
— Да что тут думать! Сказал бы, что сон замечательный. В снах всегда всё красиво.
Се Сяочжоу нахмурился:
— Допустим, всё кажется предельно настоящим, но ты точно знаешь, что это фальшивка. И что тогда?
— Ну, это уже какая-то философия, — почесал затылок Сяо Чжан. — Получается, Брат Чжоу, если судить по твоей логике, все эти миллионы, особняк и моделька — не настоящие?
Се Сяочжоу помедлил с ответом:
— Не совсем... Скажем так: если ты решишь остаться в этом мире, всё станет реальным. Но если вознамеришься уйти — превратится в ложь.
Сяо Чжан хлопнул себя по колену и ляпнул:
— Ничего себе расклад! Да за такое счастье держаться надо!
Се Сяочжоу приоткрыл рот, желая возразить, но так и не нашел нужных слов.
Менеджер еще немного предался сладким грёзам, после чего опомнился:
— Брат Чжоу, тебе режиссёр что-то такое наплёл? Ты не бери в голову, он же сдвинутый. В творческой среде сейчас через одного с приветом, сам знаешь.
— Угу, — отозвался Се Сяочжоу.
Поразмыслив, Сяо Чжан добавил:
— Настоящее оно там или нет — какая разница? Тебе, Брат Чжоу, надо ловить момент! Ты столько лет в массовке прозябал, еле выбился в люди — надо зубами за шанс держаться!
В Се Сяочжоу проснулся странный интерес:
— А как именно я выбился?
— А? Ты что, забыл? — Сяо Чжан коротко пересказал: — Ты же раньше на площадках массовку изображал. И тут исполнитель роли третьего плана закатил скандал из-за экранного времени и сбежал. Режиссёр осерчал да и сунул тебя на его место.
— А когда сериал вышел на экраны — ты в одно утро проснулся знаменитым!
Сяо Чжан аж светился от гордости:
— Я всегда знал, что у тебя талант! Тебе просто нужен был случай. Не этот, так другой — ты всё равно бы взлетел!
Этот сюжет действительно присутствовал в воспоминаниях Се Сяочжоу.
Вот только в его настоящей жизни сразу после той роли его утащило в «Шоу ужасов».
— А... что стало с тем актером, который сбежал? — спросил он.
Сяо Чжан виновато отвел глаза:
— Сгинул.
— В смысле — сгинул?
Заметив, что Се Сяочжоу ждет ответа, менеджер со вздохом выложил всё как есть:
— Ну... он увидал, как ты взлетел, иззолотился весь от зависти. И как-то раз после съемок попытался сбить тебя на машине.
Се Сяочжоу почувствовал, как головная боль накатывает с новой силой. Он потер лоб:
— И что потом?
— А потом того дурака упекли за решетку, до сих пор сидит. Ты месяц в коме провалялся, но, слава богу, обошлось. Брат Чжоу, ты чего? Опять голова разболелась?
Се Сяочжоу с трудом проговорил:
— Я пролежал в коме месяц?
— Ну да. Хорошо хоть шрамов не осталось, только по голове досталось. Врачи предупреждали, что память может путаться, но ты вроде держишься огурцом?
Се Сяочжоу зажмурился.
Сяо Чжан, видя его состояние, притих.
Погодя немного, он робко поинтересовался:
— Брат Чжоу, может, ты просто переутомился? Здоровье важнее, давай заскочим в клинику, пусть тебя осмотрят?
Се Сяочжоу скрестил руки на груди и ничего не ответил.
Лишь когда машина остановилась у пункта назначения, он подал голос:
— В какой больнице я лежал?
— В частной, очень престижной, — охотно отозвался Сяо Чжан. — Простым смертным туда не попасть. Сейчас гляну... — Он порылся в карманах и извлек из дальнего угла изящный кусочек картона: — Вот она.
Се Сяочжоу взял карточку. Визитка выглядела стильно: глубокий чёрный фон, на лицевой стороне тисненными золотом буквами нанесены название, адрес и телефон, а на обороте красовалось изображение расправившего крылья ворона.
Доктор...
Он сжал визитку в пальцах, погрузившись в раздумья.
* * *
Сними он этот вопрос раньше, Се Сяочжоу без колебаний назвал бы текущий мир фальшивкой.
Ведь реальность была выстроена слишком уж ювелирно — каждая деталь находилась на своем месте.
Но чем глубже он погружался в детали, тем сильнее размывалась грань между вымыслом и правдой.
Этот мир идеально закрывал все его потребности: слава, востребованность, любовь поклонников, отличные сценарии.
Если бы не «Шоу ужасов», его жизнь с вероятностью в девяносто процентов сложилась бы именно так.
Проведя беспокойную ночь, Се Сяочжоу решил съездить в клинику.
Возможно, местный врач сумеет дать ему ответ.
Сверившись с адресом на визитке, он добрался до загородной лечебницы.
Живописный пейзаж, первоклассное оснащение — место походило скорее на элитный санаторий, чем на больницу.
Стоило ему шагнуть в холл, как навстречу выплыла молоденькая медсестра и с безупречной улыбкой поинтересовалась:
— Чем я могу вам помочь?
Се Сяочжоу чуть опустил темные очки:
— Мне нужно видеть вашего доктора.
Девушка изобразила на лице сожаление:
— У доктора очень плотный график, запись расписана на недели вперед. Вы записывались?
— Мне буквально на пару минут, задать пару вопросов. Нельзя ли сделать исключение?
— Я бы с радостью, но доктор со вчерашнего дня на выездной операции в другом городе. Вернется нескоро. — Медсестра предложила решение: — Оставьте свой номер, и как только он освободится, я сразу же с вами свяжусь.
Делать было нечего. Се Сяочжоу продиктовал цифры и покинул здание.
На улице свежий воздух мгновенно выветрил из легких въедливый запах антисептиков.
Вдоль дорожек пышно цвели розы, а из-за близости к лесу на ветвях деревьев собирались стаи воронов.
Се Сяочжоу брел неспешно.
Если раньше он метался между двух огней, то теперь картина прояснилась.
Это совершенно точно фальшивый мир.
Обманщик способен сотворить иллюзию, но он не в силах сфабриковать Боссов из других сценариев. Ни Цинь Юань, ни Крёстный отец, ни Доктор не могли здесь появиться.
Сам же Обманщик присутствовал тут лишь потому, что являлся хозяином этого шоу и архитектором лжи.
Стоило ухватиться за эту нить, как фальшь мира становилась очевидной.
Теперь оставалось лишь стоять на своем...
Задумавшись, Се Сяочжоу не смотрел по сторонам и со всего размаху врезался в идущего навстречу человека.
Отхлынув назад, он налетел на препятствие, показавшееся ему твердым, как чугунная плита.
Потирая ушибленный лоб, Се Сяочжоу сквозь выступившие слезы торопливо пробормотал:
— Простите ради бога... Не заметил вас.
Прохожий остался совершенно невредим. Его голос прозвучал мягко и исполненно благородства:
— Ничего страшного. Но впредь будьте осмотрительнее на поворотах.
Услышав этот бархатный бархатистый тембр, Се Сяочжоу застыл как вкопанный.
Мужчина уже намеревался обойти его.
Опомнившись, Се Сяочжоу рванулся вперед и вцепился пальцами в полу его белоснежного халата:
— Вы...
Незнакомец, судя по всему, имел иностранные корни. Он возвышался над окружающими, обладая статной фигурой и аристократичными чертами лица, а обычный медицинский халат сидел на нем словно сшит на заказ для высокой моды.
Опустив взгляд на сжатую в кулачке ткань, он без тени раздражения спросил:
— Я могу вам еще чем-то помочь?
Се Сяочжоу с трудом вытолкнул из горла:
— Д... Доктор?
Налетевший ветерок качнул бутоны роз, разливая в воздухе чарующий аромат. Сидевший на крыше ворон хлопнул крыльями, склонил голову набок и уставился на замершую пару.
Мужчина остановился. В его глазах цвета кровавых рубинов отпечатался силуэт юноши. Он учтиво наклонил голову:
— Совершенно верно. Я помню вас — вы мой пациент.
Се Сяочжоу ослабил хватку:
— И только... пациент?
Доктор мягко переспросил:
— А кто же ещё?