Се Сяочжоу неторопливо вышел из темноты.
Пока остальные участники дрожали от пережитого ужаса, он выглядел на удивление безмятежным. На губах играла легкая улыбка, словно окружающий кошмар его вовсе не касался.
— Т-ты?.. Как ты выжил?! — опешил Чэнь Ли.
Чтобы оторваться от Человека-паука и выбраться из злополучного корпуса, он потратил драгоценный спасательный артефакт. А этот новичок с мусорной N-картой, без единого полезного навыка или предмета — как он вообще уцелел?
Се Сяочжоу с легкой усмешкой парировал:
— Что, так удивлен, что я еще дышу?
Он сделал шаг навстречу. Чэнь Ли невольно попятился и опустил взгляд: по полу за юношей тянулась длинная тень, уходящая во мрак.
Человек. Настоящий, живой.
Раз перед ним не призрак, бояться нечего. Чэнь Ли тут же решил перехватить инициативу:
— Главное, что ты цел! Я же понимаю: ты просто запаниковал, со страху пнул меня и подставил твари, — на его лице проступило выражение всепрощающего благородства. — Я на тебя зла не держу. К счастью, у меня нашелся предмет для побега.
Се Сяочжоу только бровь приподнял. Раз уж тот напросился на любезности, грех было не ответить тем же.
— Ну разумеется, — ласково протянул он. — Ты ведь пустил в ход способность, я и впрямь перепугался. Кто бы мог подумать, что статус старосты класса позволяет отправлять других на убой вместо себя?
Чэнь Ли поперхнулся воздухом.
Остальные участники покосились на него с явным подозрением. С трудом завоеванный авторитет лидера затрещал по швам. Поняв, что спорить себе дороже, Чэнь Ли поспешил свернуть тему:
— Уходим отсюда, живо. Пока твари из здания не кинулись вдогонку.
При мысли о чудовищах из Заброшенного учебного корпуса споры мигом забылись — все дружно прибавили шагу, желая поскорее убраться подальше.
Се Сяочжоу шел последним.
Бедный ученик замедлил шаг, поравнялся с ним и с любопытством покосился:
— Слушай... а как ты все-таки выбрался?
Неужели тот скрыл истинные свойства своей карты личности?
Се Сяочжоу, сделав вид, будто не замечает чужих подозрений, беспечно бросил:
— Да просто я красивый. Вот у призраков рука и не поднялась.
Бедный ученик опешил:
— Чего?.. Серьезно?
— Я никогда не вру, — заверил Се Сяочжоу.
Собеседник невольно вгляделся в его лицо.
В лунном свете кожа юноши казалась фарфорово-белой, а в ясных глазах плескался живой, манящий блеск. Стоило ему посмотреть на кого-то, как возникало ощущение, будто этот человек для него — целый мир.
Красив... спорить трудно. Но неужели эти жуткие порождения тьмы способны ценить прекрасное?
Пока Бедный ученик размышлял, по его спине вдруг пробежал ледяной холодок, будто чье-то незримое присутствие предостерегало от лишних взглядов. Он потер затылок и поспешил отвернуться, прибавив ходу.
А позади, в окнах заброшенного учебного корпуса, белели неподвижные, застывшие лица. Они провожали уходящих жуткими улыбками, словно терпеливо ждали их возвращения.
На самом верху стоял Цинь Юань. Его затуманенный взгляд был прикован к фигуре Се Сяочжоу. В обычно безразличных глазах читалось редкое сомнение.
Ему хотелось удержать Се Сяочжоу здесь.
Но если тот останется, то превратится в такое же жалкое подобие жизни, как и прочие призраки: станет холодным, безнадежным и невыносимо скучным. Цинь Юань этого не желал.
Он опустил взгляд на тыльную сторону своей ладони. Там все еще теплился след мимолетного прикосновения, породивший в душе странную жажду.
Спустя мгновение он поднял руку и очертил в воздухе силуэт. Клубы черного тумана вспыхнули безмолвным пламенем, и перед ним возникла его точная копия.
— Ступай, — холодно приказал он.
Раз уж Се Сяочжоу боится темноты, стоит побыть рядом. А заодно... проверить, правдивы ли его слова.
Двойник распахнул такие же туманные, неживые глаза.
[Что происходит?!]
[Поясняю для новеньких: из-за колоссальной мощи боссы обычно привязаны к своей локации. Сейчас Цинь Юань создал воплощение, чтобы выйти за пределы Заброшенного учебного корпуса!]
[Но зачем ему это?!]
[Ради любви, очевидно же!]
[Чего-о-о?! С каких пор у боссов есть чувства? Разве они не [— подвергнуто цензуре —]?]
На экранах Цинь Юань медленно повернул голову и полоснул равнодушным взглядом прямо по камере. Зрители по ту сторону эфира ощутили, как мороз продирает до костей.
Зз-з-т...
Экран зарябил густыми белыми помехами. Когда трансляция восстановилась, у окна уже никого не было.
* * *
Се Сяочжоу чувствовал легкую досаду.
Если бы ему удалось вытащить Цинь Юаня наружу, экранного времени прибавилось бы в разы. А ведь именно от него зависит итоговая оценка. Получишь ранг S — отсыплют редких наград, скатишься до ранга E — сошлют в какую-нибудь кровавую «королевскую битву».
У него подход был простой: взялся за дело — выкладывайся на полную. Хоть в мире живых снимайся, хоть в загробной преисподней: плох тот участник реалити-шоу, который не метит в центр кадра!
Жаль только, Цинь Юань сослался на некие ограничения и отказался покидать здание. Се Сяочжоу на прощание даже разыграл глубокую печаль, с искренней тоской сжимая его ладонь.
* * *
К тому моменту, как они покинули опасную территорию, небо уже посерело.
Первая ночь подошла к концу, впереди оставалось еще шесть дней. Впрочем, участникам предстояло не только спасаться от Духа Кисти. В конце концов, проект назывался «Семь ночных историй школы» и оставался реалити-шоу, где каждому полагалось отыгрывать роль прилежного ученика.
Едва переведя дух после полуночной погони, выжившие собрались в классе и заняли свободные парты.
— Днем опасности нет, — авторитетно заявил Чэнь Ли. — Самое время отдохнуть и восстановить силы.
У него за плечами уже был опыт участия в подобных шоу, поэтому остальные без лишних вопросов расслабились, надеясь урвать хоть немного сна.
Се Сяочжоу устроился на последнем ряду. Место по соседству пустовало — садиться рядом с ним никто не пожелал. Юношу это ничуть не расстроило: он просто положил голову на сложенные руки и прикрыл глаза.
Не успел он задремать, как над ухом противно взвыл звонок на урок.
В коридоре загрохотали шаги, и в класс с шумом и смехом ввалилась толпа подростков в сине-белой школьной форме. Буквально за пару минут все пустые парты оказались заняты.
Кто-то опустился и на стул рядом с Се Сяочжоу. Тот приоткрыл глаза, поднял голову и уперся взглядом в знакомые туманные зрачки.
Он замер.
Сон как рукой сняло.
— Цинь Юань? — не сдержавшись, шепотом выдохнул он. — Ты как здесь оказался?
Он же сам говорил, что не может выйти из Заброшенного учебного корпуса!
Под столь пристальным взглядом юноша почувствовал себя неловко и сухо выдавил:
— Это... другое... тело.
Всего лишь марионетка, в которую он вложил крошечную частицу своей души — сосуд, начисто лишенный сверхъестественной силы.
Се Сяочжоу присмотрелся.
И впрямь: этот Цинь Юань выглядел иначе. Черты лица остались прежними, но теперь в них теплилась жизнь. Он больше не напоминал холодную статую — в мимике сквозило движение.
Ничуть не смущаясь, Се Сяочжоу без церемоний сжал его ладонь:
— А почему руки все равно ледяные?
Мертвец остается мертвецом, какую бы искусную личину он ни нацепил.
Се Сяочжоу лукаво сощурился и проворковал:
— Ну ничего, я тебя мигом согрею!
По бледным щекам Цинь Юаня разлился едва заметный румянец. Он опустил ресницы:
— Угу...
Пока за последней партой царила трогательная идиллия, в зрительском чате творилось форменное безумие.
[???]
[Я что-то пропустил?!]
[С каких пор шоу ужасов превратилось в школьную дораму про любовь?! Требую возврат средств за фальшивую рекламу!]
[Не нравится — валите отсюда, Чжоучжоу просто прелесть!]
[Народ, он реально бессмертный, что ли? Это же финальный босс, хладнокровный убийца!]
Се Сяочжоу, разумеется, поначалу боялся — шутка ли, делить парту с чудовищным призраком в человеческом обличье. Но теперь-то стало ясно: Цинь Юань не тронет, а в случае чего еще и прикроет. Чего теперь дрожать?
К тому же он прекрасно знал законы жанра: ничто не привлекает зрительское внимание так, как романтическая линия!
Крутить романы с обычными участниками бессмысленно — те могут склеить ласты в любую секунду, и поминай как звали твою лавстори. А вот разыграть чувства с таинственным и могущественным Цинь Юанем — идеальный ход.
Раз уж эта уловка помогла выжить в первую встречу, то почему бы не выжать из нее максимум пользы, рейтинга и экранного времени?
Ради выживания и пары очков популярности можно и в любовь поиграть. В конце концов, это просто актерская работа.
Се Сяочжоу улыбнулся еще теплее:
— Даже не надеялся, что ты придешь. Теперь мне совсем не страшно.
В его ясных глазах светилось безграничное доверие и искренняя нежность. Вместо привычного ужаса и паники Цинь Юань впервые видел подобный взгляд.
... Какой милый.
Вот бы эти глаза всегда смотрели только на него.
«Вырвать их себе? — промелькнула темная мысль. — Нет... нельзя. Без жизни они потускнеют и станут уродливыми».
Цинь Юань с трудом выдавил в ответ:
— Я... рядом. Не бойся.
Се Сяочжоу, даже не подозревая, по какому краю только что прошел, просиял:
— Ты такой заботливый!
Пока они обменивались многозначительными взглядами, у доски с оглушительным треском опустилась линейка наказаний.
Строгая учительница в строгом костюме постучала деревом по классной доске:
— Урок начался! Ты, ты и ты — не спать! Сели ровно!
Под раздачу попали исключительно участники шоу.
Красавица класса и Мажор мигом вздрогнули и вытянулись в струнку. А вот Бедный ученик, все еще сонный, тупо захлопал глазами, не понимая, что происходит.
Терпение учительницы лопнуло. Она разъярилась, и ее голос сорвался на визг:
— Урок идет! Кому позволено спать на моих занятиях?!
Взмах руки — и тяжелая линейка наказаний со свистом рассекла воздух.
Хрясь!
Острый край начисто снес Бедному ученику половину черепа. Сонное выражение так и застыло на его лице, тело качнулось и с глухим стуком рухнуло на парту.
Во все стороны брызнула красно-белая жижа, точно раскололся спелый арбуз.
Сонливость у выживших как рукой сняло.
Разве им не обещали, что днем опасности нет?!
Чэнь Ли под градом возмущенных взглядов сам онемел от ужаса. В его прошлом сезоне дневное время отводилось под поиск улик и передышку, а призраки нападали только ночью. Почему здесь все идет не по правилам? Неужели уровень сложности взлетел до предела?
Остальные ученики в классе словно не заметили гибели одноклассника: они сидели с безупречно ровными спинами и преданно смотрели на доску.
Учительница удовлетворенно кивнула:
— Прекрасно. Продолжим урок. Тема сегодняшнего занятия — тригонометрические функции. Этот материал обязательно войдет в экзамен, так что слушайте внимательно, — она повернулась к доске, вывела мелом длинную цепочку формул и осклабилась в жуткой ухмылке: — А после объяснения я вызову кого-нибудь к доске.
Се Сяочжоу мысленно выругался.
"Твою ж мать..."
Математика.
Хуже любого призрака! С нечистью еще можно договориться, но от уравнений спасения нет никому.
Се Сяочжоу честно попытался вникнуть в тему, но белые каракули на доске складывались в совершеннейшую абракадабру. Оставалось только истово молиться, чтобы пронесло.
Но по закону подлости случилось худшее.
Закончив писать, учительница медленно повернулась к классу и хищно прищурилась, выбирая жертву:
— Ну что, к доске пойдет...
Она указала прямиком на Се Сяочжоу.
Юноша ошарашенно моргнул.