В школьные годы Се Сяочжоу учился весьма неплохо, но за столько лет всё благополучно выветрилось из головы. Записанная на доске математическая задача казалась ему чистейшей китайской грамотой.
Внимательно вглядевшись в формулы, юноша пришёл к неутешительному выводу: они друг с другом совершенно незнакомы.
Учительница у доски нахмурилась и с ядовитым раздражением процедила:
— Чем ты вообще на уроках занят?! Даже такую элементарщину решить не можешь!
Люди реагируют на стресс по-разному, а уж нечисть — тем более. От ярости её щёки пошли глубокими трещинами, а чёрные волосы взметнулись за спиной, извиваясь подобно ядовитым змеям. Казалось, если Се Сяочжоу не даст вразумительного ответа прямо сейчас, она сожрёт его заживо.
Се Сяочжоу опешил.
"Неужели среди нас найдётся хоть кто-то, кто знает решение?"
Возможно, кто-то из участников и помнил школьную программу, но сейчас все сидели тише воды, ниже травы. Кому охота подставлять собственную шею?
Чэнь Ли и вовсе злорадствовал. Ну и что с того, что этому выскочке однажды повезло? В «Шоу ужасов» миновал одну ловушку — тут же угодишь в следующую. Он с нетерпением ждал, когда Се Сяочжоу постигнет заслуженная кара.
Не дождавшись ответа, учительница рявкнула с удвоенной злобой:
— Говори немедленно!
Се Сяочжоу лишь слегка замешкался, но затем с предельной невозмутимостью признался:
— Ну... я ничего не понял. Не знаю, как решать.
Её ярость взметнулась до предела:
— Простейшую задачу решить не в силах! С каждым годом ученики всё бестолковее и бестолковее!
— Учитель, — невинно подал голос Се Сяочжоу, — а вы не задумывались...
— Что?!
— Что проблема вовсе не в нас, а в том, как вы преподаёте? — искренне произнёс он. — Ваша методика подачи и планы уроков безнадёжно устарели. Когда я учился в старших классах, по таким ветхим схемам уже никто не занимался.
Похоже, ни один ученик в мире ещё не осмеливался делать ей подобных замечаний. Учительница застыла в оцепенении, а когда смысл сказанного дошёл до её сознания, её окончательно перекосило.
Хрусть...
Кусок плоти отвалился от её щеки, обнажив сплетение пульсирующих сосудов. Глаза выкатились из орбит, словно у пучеглазой золотой рыбки, и готовы были вот-вот выпасть наружу.
— Ты... — зашипела она, и куски её иссохшей кожи с сухим треском посыпались на пол, точно разбитый фарфор. — Что ты такое несёшь?!
Сидящий неподалёку Чэнь Ли мысленно усмехнулся: «Идиот. Так откровенно провоцировать нечисть — сам смерти ищет».
Се Сяочжоу же, будто решив подлить масла в огонь, сочувственно поинтересовался:
— Эм... вам правда нужно повторить ещё разок?
Учительницу трясло от бешенства. Она вскинула тяжелую линейку наказаний. Достаточно легкого взмаха — и голова наглеца слетит с плеч.
Красавица класса, сидевшая ближе всех, в ужасе зажмурилась, не желая видеть кровавую расправу.
Се Сяочжоу же оставался совершенно невозмутим:
— Да я чистую правду говорю. Не верите мне — спросите остальных. — Он обвёл взглядом класс и обратился к соседу по парте: — Ты что-нибудь понял?
Цинь Юань едва заметно покачал головой:
— Н-нет.
Учительница задохнулась от гнева: ещё один бездельник, посмевший не слушать её предмет?! Она собралась выместить всю злобу на этом непокорном мальчишке и свирепо уставилась на него, но тут же наткнулась на пару пепельно-серых, нечеловечески жутких глаз.
Она осеклась.
В классе повисла гробовая тишина. Женщина медленно опустила линейку наказаний.
— Ха-ха... — выдавила она неестественную улыбку. — А ведь ты... прав. Я и сама чувствую, что материал немного... устарел. Непременно наведаюсь в отдел воспитательной работы и потребую обновить учебную программу.
Она заискивающе заглянула в лицо Се Сяочжоу:
— Как думаешь, так будет правильно?
— Сойдёт, — милостиво кивнул тот.
Остальные участники застыли в шоке. «С этим монстром вообще можно вот так договариваться?!»
Пощадив дерзкого ученика, учительница обернулась к остальным. Разумеется, с ними она церемониться не собиралась — её лицо вновь исказилось жуткой гримасой:
— Ты! Отвечай на вопрос!
Чэнь Ли, на которого указал костлявый палец, нехотя поднялся. Раз уж этот монстр оказался столь сговорчивым, бояться вроде бы нечего. Он решил повторить удачный ход:
— Я тоже не знаю.
Учительница осклабилась в широкой улыбке:
— Хорошо. Очень хорошо.
Чэнь Ли с облегчением выдохнул и уже собирался сесть обратно, как вдруг прямо в лицо ему со свистом метнулась линейка наказаний.
В глазах мужчины застыл неподдельный ужас. «Что за предвзятость?!»
Деревянное орудие, недавно снесшее голову другому несчастному, всё ещё сочилось чужой кровью и ошмётками плоти. Одно касание — и плоть с костями срежет подчистую.
В панике отшатнувшись, Чэнь Ли попытался увернуться, но линейка, словно обладая собственным зрением, ловко изогнулась в воздухе и снова устремилась к нему.
Выбора не оставалось: скрипя сердце от досады, он активировал драгоценный спасительный артефакт, выставивший блок против смертоносного удара.
Поняв, что атака сорвалась, учительница лишь холодно хмыкнула, убрала оружие и невозмутимо продолжила вести урок.
Чэнь Ли в полном раздрае осел на пол, сгорая от чёрной зависти и злобы. Это был его последний защитный предмет — козырь, припрятанный на самый крайний случай, а из-за этой твари пришлось пустить его в ход прямо сейчас. Будучи трусом, мстить опасному призраку он не смел, поэтому всю свою ярость целиком перенёс на Се Сяочжоу. Старые обиды вспыхнули с новой силой, глаза застилало багровое марево.
Ощутив на себе столь испепеляющий взгляд, Се Сяочжоу повернул голову и встретился с полными ненависти глазами Чэнь Ли. Без труда догадавшись о ходе мыслей неудачника, юноша лишь мысленно рассмеялся и, не удержавшись от соблазна подразнить его, состроил насмешливую рожицу.
Чэнь Ли побагровел, с яростью стиснув зубы.
Се Сяочжоу искренне наслаждался произведённым эффектом и уже собирался усилить нажим, как вдруг раздался недовольный голос соседа.
— Зачем... смотришь на него? — тихо произнёс Цинь Юань.
Се Сяочжоу выпалил не задумываясь:
— Да на идиота любуюсь.
Сказано это было достаточно отчётливо, чтобы сидевший неподалёку Чэнь Ли всё прекрасно расслышал. Тот опешил от такой наглости.
Цинь Юань озадаченно нахмурился:
— Что... значит?
Лишь в этот момент Се Сяочжоу вспомнил, что его сосед умер в юном возрасте, явно не успев познать всех «прелестей» взрослой жизни, и современные ругательства ему чужды. Впрочем, вдаваться в подробности он не стал: сквернословие категорически не вязалось с его безупречным образом.
Обернувшись к парню, Се Сяочжоу мягко улыбнулся и ласково протянул:
— Да пустяки, не бери в голову. Ты для меня куда важнее.
В ясных, выразительных глазах юноши вновь отразился его собственный силуэт.
Цинь Юань остался доволен.
"Вот так. Смотри только на меня... Всегда-всегда. А если он снова отведёт взгляд?.. Что тогда делать? Вырвать эти глаза? Нет... если вырвать, они перестанут быть такими красивыми".
Юноша-призрак впервые в жизни погрузился в глубокие раздумья.
Тем временем Чэнь Ли внимательно наблюдал за ними со стороны. Он заметил странно близкие отношения между Се Сяочжоу и тем загадочным учеником с безупречной внешностью и пепельно-серыми глазами.
Судя по всему, этот парень не был участником — чистокровный местный призрак.
Се Сяочжоу так усердно перед ним заискивает... Неужели этот неигровой персонаж какой-то особенный? Не потому ли учительница так легко отступила?
Чем дольше Чэнь Ли размышлял над этим, тем больше убеждался в своей догадке.
Се Сяочжоу — абсолютный новичок, прошедший лишь базовые пробы. У него нет защитных артефактов, а доставшаяся карта личности — сущий мусор. Как бы он дожил до этого момента своими силами? Должна быть скрытая опора.
Существо, способное усмирить агрессию других порождений тьмы, — невероятно ценный ресурс. С какой стати этот сопляк должен владеть им в одиночку?
Чэнь Ли твёрдо решил: нужно улучить момент, подобраться к сероглазому призраку и переманить его на свою сторону.
* * *
Эмоции и выражения лиц всех присутствующих транслировались на зрительских экранах с идеальной чёткостью, так что намерения Чэнь Ли ни для кого не остались тайной.
Чат мгновенно взорвался насмешливыми комментариями:
[Боже, я уже готов зажигать поминальные свечи по Чэнь Ли, ахахаха!]
[Свечу в студию! Помянем!]
[Скатертью дорожка, Чэнь Ли, покойся с миром хД]
Впрочем, сквозь общий хохот пробивались и скептические реплики:
[Да ладно вам, может, этот босс просто ко всем такой снисходительный? Какая разница, кто к нему подойдёт?]
[Ага, пойди и сам проверь, умник!]
[Спорим на алмаз, если босс благоволит исключительно Се Сяочжоу, я задоначу ему на стрим!]
[Я заскринил твой ник, не отвертишься.]
[Только попробуй не задонатить — лично ночью приду по твою душу, не забудь трубку снять!]
[...]
* * *
Дзинь-дзинь-дзинь...
Резкий школьный звонок возвестил об окончании урока.
Учительница и ученики потянулись к выходу, и класс быстро опустел. Участники наконец смогли перевести дух.
Сверившись с расписанием, они поняли, что наступило время для свободных занятий.
Чэнь Ли взял инициативу в свои руки:
— Нужно пойти и поискать зацепки о Духе Кисти.
Однако остальные энтузиазма не проявили.
После череды провалов авторитет Чэнь Ли упал почти до нуля. К тому же бродить по опасным коридорам никому не хотелось — куда надежнее оставаться в классе, где сейчас было относительно спокойно.
Красавица класса покачала головой:
— Я лучше побуду здесь.
Технарь-отличник поддержал её:
— Неизвестно, какой кошмар ждёт нас ночью. Разумнее поберечь силы и как следует отдохнуть.
Мажор предпочёл подчиниться мнению большинства. Его способность позволяла откупаться деньгами от гибели, но из стартовой тысячи юаней двести уже ушло прошлой ночью. Оставшиеся восемьсот следовало тратить с умом.
Глядя на их нежелание действовать, Чэнь Ли ещё сильнее возненавидел Се Сяочжоу. Если бы не этот выскочка, разрушивший его авторитет, он давно подчинил бы остальных своей воле и посылал их на верную смерть ради собственной выгоды. Но из-за постоянного вмешательства юноши все планы пошли прахом.
Се Сяочжоу, сам того не зная, навлёк на себя очередную волну чужой злобы. Впрочем, с предложением Чэнь Ли он был вполне согласен.
Разве в фильмах ужасов бывает иначе? Раз уж вы призвали духа, единственный способ выжить — выяснить его трагическую предысторию и упокоить мятежную душу.
Прошедшая ночь была лишь разминкой, первыми цветочками. Кто знает, какие ужасы обрушатся на них дальше? Куда безопаснее упокоить Духа Кисти заранее.
К тому же, если сидеть в классе сложа руки, система сочтёт это пассивным поведением и нещадно срежет итоговый рейтинг.
Пока остальные участники не решались покинуть относительную безопасность кабинета, Се Сяочжоу твёрдо вознамерился действовать.
Проводив его фигуру тяжелым взглядом, Чэнь Ли помедлил секунду и бесшумно двинулся следом.
* * *
Се Сяочжоу направился прямиком в отдел воспитательной работы.
Именно в архиве этого отдела хранились личные дела учеников за все годы: записи о зачислениях, отчислениях, академических отпусках и несчастных случаях со смертельным исходом. Обычный человек после смерти вряд ли превратится в мстительного призрака — для этого требуется насильственная гибель и бездна затаённой злобы.
А если смерть была неестественной, в архиве непременно должен остаться след. Даже если в реальности его не существовало, съёмочная группа позаботилась бы о наличии улик — закон жанра обязывает.
Се Сяочжоу рассчитывал узнать подлинную личность Духа Кисти до того, как тот погиб.
В отделе воспитательной работы стояла мертвенная тишина. Стоило переступить порог холла, как температура вокруг резко упала, повеяло могильным холодом. Юноша едва успел оглядеться в поисках нужной двери, как впереди послышались тяжелые, шаркающие шаги.
Не успев толком осмыслить происходящее, тело среагировало само: Се Сяочжоу схватил Цинь Юаня за руку и увлёк его за собой в узкую нишу за углом.
Пространство оказалось слишком тесным для двоих. Се Сяочжоу буквально вжался в объятия Цинь Юаня, уткнувшись лбом в его твёрдую грудь.
Тело призрака на мгновение одеревенело. С тех самых пор, как к нему вернулось сознание, его окружали лишь бесконечная тьма и глухое отчаяние. Ни одно живое, теплое существо никогда не подходило к нему так близко.
Поколебавшись мгновение, Цинь Юань несмело опустил руки и бережно обнял Се Сяочжоу.
"Какой мягкий... Такой хрупкий. Так... хочется его удержать".
Цинь Юань медленно моргнул. Он не отрывал взгляда от лица юноши, пока тот напряжённо всматривался в полумрак коридора, откуда доносились звуки.
— Кхе... кхе...
Из глубины перехода медленно выплыл двухметровый громила в форме охранника. Мышцы на его теле бугрились так, словно одним ударом он мог размазать человека по стене. Приглядевшись, Се Сяочжоу заметил торчащий из его черепа гигантский шприц, сквозь который в мозг монстра мерно пульсировала ядовито-зелёная пузырящаяся жижа.
Се Сяочжоу мысленно покачал головой: «Дух Кисти плюс Франкенштейн... У сценаристов этого шоу поистине буйная фантазия».
Лишь когда массивный силуэт скрылся за поворотом, Се Сяочжоу осторожно высвободился из объятий спутника. Выглянув в коридор и убедившись, что путь чист, он сделал шаг вперёд.
Пройдя пару метров, юноша понял, что остался один. Обернувшись, он увидел Цинь Юаня, застывшего на месте с опущенной головой, будто тот пытался в чём-то разобраться.
Се Сяочжоу негромко позвал:
— Цинь Юань?
Тот с легким опозданием поднял на него мутный взгляд.
Се Сяочжоу подошёл ближе. Поскольку призрак был заметно выше, юноше пришлось чуть запрокинуть голову, чтобы заглянуть ему в глаза:
— О чём ты задумался?
— Я... — Цинь Юань запнулся. — Не знаю.
Это чувство было слишком странным. Он попросту не умел облекать подобные ощущения в слова.
Се Сяочжоу не стал допытываться. Перехватив его холодную ладонь, он легко и беззаботно улыбнулся:
— Ну идём же!
Цинь Юань послушно последовал за ним.
Отыскать архив не составило труда. Дверь оказалась слегка приоткрыта. Осторожно толкнув её, Се Сяочжоу заглянул внутрь: комната пустовала, словно дежурный только что ненадолго отлучился.
Поразмыслив, юноша повернулся к спутнику:
— Постой на стрёме, а я пока осмотрюсь внутри.
Цинь Юань коротко кивнул:
— Хорошо.
* * *
Оставшись у входа, Цинь Юань замер неподвижным изваянием, глядя в пол.
Едва Се Сяочжоу скрылся в глубине архива, как в дальнем конце коридора бесшумно скользнула тень.
Это был следовавший по пятам Чэнь Ли.
Завидев одиноко стоящего Цинь Юаня, преследователь хищно прищурился, и в его глазах вспыхнул алчный огонёк.