— Не уходите...
Щека Се Сяочжоу прижалась к ладони божества. Юноша замер, подобно кроткому ягнёнку. Когда он поднял взгляд, и в его глазах, полных влажного блеска, прочлась мольба, ни один человек не смог бы ему отказать.
Бог реки смотрел на Се Сяочжоу.
Губы юноши дрогнули, едва слышно прошептав:
— Молю вас...
В это мгновение Бог реки искренне хотел остаться.
Но дело было не в его желании: он обязан был уйти. Таковы правила — правила, преодолеть которые не дано даже божеству.
Напоследок Бог реки лишь тихо произнёс:
— Не плачь...
Божество восседало на высоком престоле, внемля молитвам смертных. Он способен лишь даровать, но не отнимать, и никогда не разочаровывает людей: любое желание исполняется непреложно.
Но на этот раз он заставил Се Сяочжоу разочароваться и пролить слёзы.
Это небывалое прежде чувство сбивало с толку. Со слезой, покатившейся по щеке смертного, в самом сердце бога родилось нечто неведомое, мгновенно разлившееся по всем внутренностям.
— Прости, — тихо проговорил он.
Он бросил на Се Сяочжоу последний глубокий взгляд, словно пытаясь навечно запечатлеть этот дорогой образ в глубинах памяти, после чего взмахнул широким рукавом и рассыпался клубами водяного пара.
Се Сяочжоу инстинктивно протянул руку, пытался ухватить уходящий силуэт, но тонкие струйки пара беспечно проскользнули сквозь пальцы, не оставив и следа.
Бог реки ушёл.
Се Сяочжоу растерянно смотрел на пустое место. На его ресницах всё ещё дрожали дробинки слёз, но мысли уже устремились совсем в иное русло.
Исчезнувший Бог реки был его доброй ипостасью. Он не жаждал крови и легко шёл на контакт. Теперь, когда эта сущность растаяла, оставалось непонятным, как выживать во время оставшейся съёмки.
Се Сяочжоу опустил веки, скрывая вспыхнувшую в глазах задумчивость.
Вдруг краем глаза он уловил знакомый мелькнувший силуэт в белом балахоне.
Се Сяочжоу проследил за ним взглядом и с радостным изумлением выдохнул:
— Бог реки, вы...
Слово застряло в горле.
Стоявший перед ним не был прежним Богом реки. Хотя облик совпадал до мельчайших деталей — те же белые одежды, та же алая шелковая лента на глазах, — аура отличалась разительно.
[Э-э-э?!]
[Почему Бог реки опять вернулся?]
[Неужели это его злая ипостась?]
[Почему первое, что сделала злая сущность после пробуждения — отправилась искать Чжоучжоу?]
[Говорят, добро и зло — две крайности. Всё, что мило доброму богу, злой захочет отнять и уничтожить.]
[Тогда Чжоучжоу в полной беде?!]
На губах явившегося играла дерзкая, исполненная темного нечестия ухмылка. Он оцепеняюще, с придиркой оглядел Се Сяочжоу:
— Так это ты... та самая невеста, что приглянулась этому дурачью?
Се Сяочжоу настороженно отступил на шаг:
— Кто ты?
То чудовище рассмеялось от его вопроса:
— Кто я? Я... Бог реки. — Он выдержал паузу и с глумлением добавил: — Разумеется, не тот тюфяк, которого ты видел до этого. Он — законченный идиот.
Се Сяочжоу растерянно распахнул глаза, не зная, как реагировать.
Незваный гость брезгливо цыкнул, протянул руку и бесцеремонно схватил Се Сяочжоу за подбородок, властным движением заставив его запрокинуть голову.
Такая поза причиняла неудобство, но Се Сяочжоу оставалось лишь отбросить сопротивление и покорно подчиниться.
Холодный, оценивающий взгляд скользнул по его лицу.
— Внешность... — Злой бог помедлил, вынося вердикт: — Так себе. Хотя у того идиота хотя бы появился какой-то вкус.
Закончив осмотр, он разжал пальцы.
Се Сяочжоу ощутил резкую боль в сдавленном подбородке, и от этой боли на глазах выступили невольные слёзы.
Злой бог скрестил руки на груди и холодно бросил:
— Хватит. На того недотёпу этот приём действовал, но со мной такое не пройдёт.
Он щелкнул пальцами.
С журчанием устремился прозрачный водяной поток. Загустев подобно хрустальным оковам, вода обвила конечности Се Сяочжоу и поднесла его прямо к лицу божества.
Злой бог медленно смахнул пальцем слезинку у юноши с века и со смешком спросил:
— Ответь на один вопрос: не хочешь стать... моей невестой?
Руки и ноги Се Сяочжоу заледенели.
С виду мягкая струя воды обжигала лютым холодом, и каждое её движение ощущалось подобно лезвию ножа. Стоило богу пожелать, и эти струи в мгновение ока рассекли бы его на куски.
Но Се Сяочжоу понимал: чем опаснее положение, тем сохранять хладнокровие нужнее. Только так можно нащупать ниточку к спасению.
Слова Злого бога выдавали, что ему известно о его отношениях с доброй ипостасью и о той влюблённости, которую Се Сяочжоу изображал. Сварливый нрав этого темного воплощения требовал иного подхода — капризничать и притворяться послушным пай-мальчиком здесь не сработает.
Нужно действовать по ситуации.
Се Сяочжоу прикрыл глаза и твёрдо произнёс:
— Я обещал выйти за Бога реки и не стану твоей невестой.
Взгляд Злого бога мгновенно изменился.
Се Сяочжоу почувствовал, как водяной ошейник на горле закрутился быстрее, сжимаясь всё сильнее и перекрывая доступ к воздуху.
Голос Злого бога стал доноситься будто издалека:
— Ты уверен?
Се Сяочжоу изо всех сил сжал пальцы и с трудом вытолкнул по буквам:
— Я... у-ве-рен.
Даже доведённый до грани, Се Сяочжоу смотрел прямо на Злого бога. Его ясные чёрно-белые глаза горели ровным огнём, в них не было и тени отступления.
Слова могут соврать. Выражение лица — тоже. Но взгляд не соврёт никогда.
Злой бог холодно фыркнул.
Водяные оковы с шумным всплеском распались, обрушившись на Се Сяочжоу потоками ледяной воды. Лишившись опоры, юноша рухнул на землю и, схватившись за горло, зашелся надрывным кашлем.
Злой бог равнодушно заметил:
— Только глупец поверит сладким речам смертных. А я не глупец.
Услышав это, Се Сяочжоу понял, что расчёт оказался верным. Если бы он без колебаний согласился стать невестой Злого бога, это доказало бы фальшь всех его прежних чувств к Богу реки. Подобное лицемерие лишь разъярило бы темное божество.
А вот как оно поступит теперь...
Злой бог тоже погрузился в раздумья. Получив желаемый ответ, он почему-то не почувствовал ожидаемой радости. В нем даже закипело раздражение: чем он хуже того тюфяка, что этот смертный предпочёл того, а не его?
— На этот раз я подарю тебе жизнь, — сменил тон Злой бог. — Однако выберешься ли ты живым, зависит только от тебя.
На его лице проступила зловещая ухмылка:
— Беги. Пока я не передумал.
* * *
За окном густую непроглядную тьму рассекла тонкая трещина, и на землю упал первый луч света.
Кто-то радостно воскликнул:
— Светает!
Тьма рассеялась, наступил день.
Вот только цвет солнечного света казался странным: везде, куда проникали его лучи, краски блёкли, превращая мир в мёртво-белое подобие старого снимка.
Участники не заметили в этом ничего подозрительного.
Девушка с короткой стрижкой похлопала крыльями и сбросила облик друида, снова превратившись в человека. Она и не думала, что рассвет наступит так легко, и расплылась в счастливой улыбке:
— Мы ведь выполнили задание, правда?
Цю Юэ кивнула:
— Разумеется.
Пошла всего лишь третья ночь съёмок, а она уже разгадала загадку — это не просто успех, это перевыполнение плана! Такая блестящая игра не только затрёт прежние позорные промахи, но и привлечёт кучу новых фанатов. Наверняка сейчас чат трансляции разрывается от похвалы в её адрес.
От этой мысли Цю Юэ не могла сдержать торжествующей ухмылки.
[... Цю Юэ правда не понимает, что сейчас начнётся?]
[Помянем.]
[Ставлю свечку.]
[Она так радуется, что мне даже больно дальше смотреть.]
[Я же говорил, съёмочная группа не дала бы такое простое задание. Это же очевидная ловушка, боги не умирают!]
[Раньше казалось, что Цю Юэ умная, а сейчас с каждой минутой всё глупеет. Отписываюсь, всем пока.]
Ли Сяо нахмурилась:
— Если задание выполнено, почему до сих пор не объявили об окончании съёмок?
Цю Юэ заколебалась:
— Наверное... задержка в системе...
Скрип—
Дверь отворилась.
Цю Юэ обернулась и увидела выходящего Се Сяочжоу. Выглядел он скверно: вымок до нитки, лицо бледное, тело непрерывно бьёт крупная дрожь.
Сначала Цю Юэ удивилась, но быстро сообразила, в чём дело.
Съёмочная группа дала два взаимоисключающих задания. Успех одного означал провал другого. Раз уж они сделали правильный выбор, Се Сяочжоу остаётся только умереть. Неудивительно, что он выглядит как мертвец — он ведь и вправду одной ногой в могиле!
Цю Юэ, выполнившая задание и без лишних усилий избавившаяся от конкурента, была на седьмом небе от счастья. Она не удержалась от едкого выпада:
— Выслуживаться перед БОССОМ бесполезно. В «Шоу ужасов» выживают только те, кто умеет думать головой.
Се Сяочжоу равнодушно поднял веки и окинул Цю Юэ спокойным взглядом. Его голос звучал охрипше:
— Что ж, тебе выжить явно не светит.
Цю Юэ вспыхнула:
— Ты что имеешь в виду?!
Се Сяочжоу ответствовал:
— Объяснять шутку — только портить её. Но для тебя сделаю исключение: у тебя слишком низкий IQ, сама не сообразишь.
Цю Юэ задохнулась от ярости:
— Ты!..
Она уже собралась отплатить тем же, но в этот момент вдалеке раздался оглушительный грохот, будто рухнуло массивное здание. Прислушавшись, можно было понять, что шум доносился со стороны Храма Бога реки.
Цю Юэ вздрогнула от неожиданности, но тут же опомнилась и с гордостью заявила:
— Это точно Бог реки сдох, вот его храм и развалился...
Она не успела договорить.
Из дома выскочила тень. Речная старуха мчалась с ловкостью, немыслимой для её преклонных лет, на её лице застыло безумное выражение:
— Бог реки... Бог реки!..
Тень старухи на земле начала стремительно вытягиваться, превращаясь в извивающееся гротескное чудовище.
Река неподалёку взбурлила, вода вышла из берегов и стремительным потоком затопила сушу. На поверхности показались головы, покрытые чешуей, с острыми синеватыми пальцами. Из их пастей вырывался пронзительный визг.
Во главе этого шествия шел рыбочеловек в очках.
Цю Юэ растерялась:
— Мы же... разве мы не выполнили задание?..
Се Сяочжоу прикрыл рот рукой, глухо закашлявшись. От холода его губы побелели, а на щеках проступил болезненный румянец:
— Бегите.
А со стороны Приречной деревни уже бредут распухшие от воды фигуры. Присмотревшись, можно было узнать в них местных жителей.
Все они превратились в утопленников.
Участники не понимали причину катастрофы, но было ясно одно: оставалось только спасаться бегством.
Девушка с короткой стрижкой среагировала первой: обратившись птицей, она взмахнула крыльями и взвилась в небо.
Ли Сяо бросила быстрый взгляд на Се Сяочжоу, метнула ему два жёлтых талисмана и мгновенно растворилась в темноте.
Се Сяочжоу поймал талисманы и только собрался броситься прочь, как его мёртвой хваткой вцепилась Цю Юэ.
Внезапный поворот сбросил её из рая прямо в ад. Не в силах смириться с этим, Цю Юэ исказилась в лице:
— Почему?! Почему ты всё ещё не дохнешь?!
Разве такой новичок, как Се Сяочжоу, не должен был сгинуть ещё в первый день? Почему он до сих пор жив?!
Если бы не он, она бы не оказалась в этой ловушке! В Храме Бога реки она ведь загадала желание стать лучшей среди участников — так почему Бог реки не исполнил его?!
Цю Юэ смотрела на приближающихся рыболюдей и чувствовала, как всё её тело начинает нестерпимо зудеть, будто из-под кожи пробивается что-то чужеродное. Она поняла: живой ей отсюда не выбраться.
Но даже если ей суждено умереть, она утянет его с собой!
Цю Юэ из последних сил толкнула Се Сяочжоу, надеясь бросить его в пасть рыболюдям и выиграть себе пару секунд.
Се Сяочжоу, вымокший и обессилевший от холода, от резкого толчка пошатнулся и полетел прямо в гущу тварей.
Но произошло невероятное: рыболюди расступились перед ним, словно воды перед Моисеем, освобождая чистый проход.
Цю Юэ рассчитывала выиграть время, но монстры просто проигнорировали Се Сяочжоу. Почуяв неладное, она развернулась и бросилась прочь:
— Нет, не надо!..
Она швырнула назад два жёлтых талисмана.
Но талисманов было слишком мало. Они даже не замедлили шаг наступающих тварей. Рыболюди налетели скопом и в мгновение ока сбили её с ног.
Цю Юэ попыталась активировать Карту личности, но было поздно.
Рыболюди огласили воздух возбуждённым визгом, за которым последовал отвратительный хруст ломаемых костей. На землю хлынула тёмная кровь.
Перед лицом смерти все равны — и ветераны, и новички.
Се Сяочжоу замер на мгновение и оглянулся.
Злой бог стоял на крыше здания и с крайне нетерпеливым видом цыкал языком, бормоча себе под нос:
— Ну всё, теперь я поблажек делать не стану.
[...]
[Мне на ум приходит одно выражение: «Губы говорят одно, а сердце чувствует другое».]
[Почему мне кажется, что Злой бог по-своему милый?]
[Всё, я вступаю в фан-клуб Злого бога, спасибо!]
Злой бог будто уловил мысли зрителей в чате. Он холодно фыркнул и отрезал:
— Я просто не хочу, чтобы веселье заканчивалось слишком быстро.
Он перевёл взгляд на Се Сяочжоу. Порывы ветра взъерошили его чёрные волосы, придав облику ещё больше зловещей красоты:
— Беги. И смотри не попадись.
Се Сяочжоу стиснул зубы, собрал остатки сил и рванул туда, где тварей было меньше всего.
Приречная деревня жалась к самому берегу и занимала совсем небольшую территорию. Сейчас её намертво зажали в кольцо рыболюди и утопленники, так что безопасных мест почти не осталось. К тому же разлившийся поток покрыл всю землю водой, дополнительно усложняя бегство.
Се Сяочжоу жадно глотал воздух, пропитанный душной рыбной вонью. Беглый осмотр показал: его окружили по меньшей мере четыре утопленника.
Утопленники передвигались медленно, но обладали страшной силой — вырваться из их хватки практически невозможно.
В иной ситуации Се Сяочжоу предпочёл бы сбежать, но сейчас, промокнув насквозь и теряя драгоценное тепло вместе с силами, далеко уйти он бы не смог. Лучше уничтожить этих четверых и перевести дух прямо здесь.
В его руке блеснул холодный кинжал.
Утопленники были лишены разума и действовали без всякой слаженности — их влекло лишь простейшее инстинктивное желание сожрать живого человека. Они навалились скопом, без всякого порядка.
Се Сяочжоу ловко присел, уклоняясь от первого монстра, а затем подсёк ноги остальным.
Все они захлебнулись в воде, их тела напитались влагой и стали невероятно тяжёлыми. От такого удара твари потеряли равновесие и кубарем повалились на землю.
Се Сяочжоу вскинул руку и прижал к лбу одного из утопленников жёлтый талисман.
Бумага мгновенно вспыхнула со шипением и треском.
Утопленник начал таять, словно оставленное на солнце мороженое.
Видя, что монстр почти исчез, Се Сяочжоу сорвал недогоревший талисман и тут же лепил его на следующего.
Действуя таким образом, он с помощью одного-единственного талисмана расправился с тремя тварями.
Четвёртый оказался сообразительнее остальных: он успел подняться и попытался зайти со спины.
Се Сяочжоу вовремя уловил опасность, перекатился по земле, уходя от удара, подсёк врага ногой и точным резким движением вогнал клин в его переносицу.
Пшик—
Се Сяочжоу хладнокровно отвернулся, избежав брызг зловонной слизи.
На всё ушло меньше минуты. Четыре утопленника прекратили своё существование.
[ВАУ-У-У!!!]
[До чего же круто!]
[Все движения Чжоучжоу такие точные и плавные, я влюбилась!]
[Чжоучжоу, твой образ наивного милашки снова трещит по швам!]
[Кто бы мог подумать, что он настоящий клад! Есть хоть что-то, чего ты не умеешь?]
Быстро покончив с врагами, Се Сяочжоу подошёл к дереву, где земля была относительно сухой, и без лишних церемоний опустился на чистый камень. Он сжал край своей одежды.
Ткань пропиталась водой так сильно, что её можно было выжимать.
Нужно первым делом разобраться с мокрой одеждой, иначе, даже если не сцапают утопленники, он просто замерзнет насмерть.
Се Сяочжоу немного подумал, задрал полы рубахи и сдёрнул её через голову.
На экране на мгновение мелькнула тонкая, ослепительно белая талия.
Зрители не успели толком ничего разглядеть, как в эфире раздался холодный, исполненный раздражения хмык, и ракурс мгновенно переключился на пустой задний план.
[???]
[Верните ракурс!]
[Живо покажите обратно!]
[Режиссёра лишить премий! Где оператор?! Куда делся оператор?!]
[Что случилось? Я отлучился всего на минуту, чтобы прикончить жертву, что я пропустил?]
Как бы зрители ни возмущались, камера так и не вернулась в прежнее положение.
Се Сяочжоу выжал рубашку, отжал воду и снова натянул её. На очереди были штаны...
Но стоило ему взяться за пояс, как он почувствовал на себе чей-то пристальный взгляд.
Подняв голову, он увидел Злого бога, восседающего на толстой ветви дерева.
Се Сяочжоу замер на мгновение, но не остановился. В конце концов, по сравнению с собственной жизнью, чужой взгляд — мелочь. Тем более этот смотритель — даже не человек.
Он только собрался продолжить, как снова раздался холодный фырк.
В следующую секунду влага с его одежды испарилась сама собой, стекая на землю небольшой лужицей. Потрогав ткань, Се Сяочжоу убедился, что она абсолютно сухая.
Юноша поджал губы и, не произнеся ни слова, закрыл глаза, давая себе отдых для восстановления сил.
Злой бог: «?»
Его охватило раздражение.
Почему с тем тюфяком он был таким послушным и вежливым, постоянно благодарил, а тут — даже звука не вытолкнул? Они ведь абсолютно одинаковы! С какой стати такое разное отношение?!
Если бы Се Сяочжоу прямо сейчас пал на колени и стал молить о праве стать его невестой, Злой бог лишь презрительно отвернулся бы. Но теперь, когда юноша вообще не обращал на него внимания, в душе бога закралось сомнение: неужели он в чём-то уступает той своей половине?
Не бывать этому!
Как он может быть хуже того слабака?!
Злой бог въедливо всматривался в лицо Се Сяочжоу, и на его губах расплылась исполненная дурного озорства ухмылка.
Шорох—
Почуяв человеческий запах, к дереву начали сползаться рыболюди. Они крались в тени, уставившись на Се Сяочжоу жадными, горящими глазами.
Се Сяочжоу не спал — он просто отдыхал. Ощутив неладное, он резко распахнул глаза и столкнулся взглядом с целой сворой перекошенных, брызжущих слюной морд.
Се Сяочжоу: «...»
Злой бог вальяжно сидел на ветке, подперев подбородок рукой, и с большим интересом наблюдал за происходящим внизу.
Ну давай.
Проси о пощаде.
Ластись к нему.
Может быть, он и сменит гнев на милость.
Но Се Сяочжоу не стал молить о спасении — он даже не взглянул в сторону Злого бога.
Юноша выхватил все оставшиеся жёлтые талисманы и с силой швырнул их в одну сторону.
Талисманы коснулись тел рыболюдей и тут же вспыхнули с треском и густым чёрным дымом.
Вода и огонь несовместимы.
Рыболюди инстинктивно отпрянули.
Пользуясь этой замешкой, Се Сяочжоу вырвался из кольца окружения.
Глядя на его уходящую спину в отсветах пламени, Злой бог изменился в лице. Трудно было понять, гневается он или радуется.
Хм...
Посмотрим, на сколько тебя хватит.
Рано или поздно ты приползёшь на коленях, умоляя о божественной милости.
Злой бог взмахнул рукавом и растаял в воздухе клубами пара, неторопливо устремившись вслед за Се Сяочжоу.
Ему ведь нужно быть рядом, когда этот смертный решит покориться.
* * *
— Уф... Уф...
Се Сяочжоу вырвался из окружения, его дыхание стало тяжелым и прерывистым. К счастью, он регулярно занимался спортом, иначе можно было бы просто остаться на месте и ждать смерти.
Он остановился возле какого-то строения, опустился на корточки и прислонился к стене, чтобы перевести дух.
Не успел он передохнуть и пары мгновений, как неподалёку снова раздались шаги.
Се Сяочжоу крепче сжал кинжал, готовясь к атаке, но перед ним возникла фигура.
Не монстр.
Участница.
Девушка с двумя хвостиками держала в руках фиолетовый хрустальный шар. Встретившись с ним взглядом, она хищно улыбнулась:
— Нашла.
Се Сяочжоу почувствовал, как мурашки пробежали по коже.
Участники бывают куда опаснее монстров.
Встреча с ней не была случайностью — она искала его намеренно.
Девушка с хвостиками окинула взглядом своё отражение в хрустальном шаре:
— Зачем убивать Бога реки? Не проще ли ликвидировать соперников?
Второе задание заключалось в том, чтобы стать невестой Бога реки. А раз невеста нужна только одна, то, устранив остальных участников, можно стать той самой единственной!
Се Сяочжоу холодно заметил:
— «Правила для участников» строго запрещают взаимное убийство.
Девушка хихикнула:
— Способов предостаточно, не обязательно пачкать собственные руки. — Она ласково провела ладонью по хрустальному шару. — К тому же Бог реки тебя не взлюбил. Если я избавлю его от тебя, разве это не порадует его?
Через свой хрустальный шар она видела, как целые орды монстров охотятся за Се Сяочжоу. Несложно было догадаться, что он впал в немилость у Бога реки. А значит, ей больше не о чем беспокоиться.
Се Сяочжоу не стал медлить и мгновенно раздал дистанцию.
Но было поздно: под фиолетовым свечением хрустального шара утопленники со всех окрестностей начали сползаться к ним.
Они источали зловоние, сбивались в плотную массу, перекрывая все пути к отступлению. В их глазах застыла неутолимая жажда живой плоти.
Девушка с хвостиками пробормотала:
— Стоит мне прикончить тебя, и Бог реки выберет меня...
Вдруг за её спиной раздался ледяной голос:
— Кто так сказал?
Девушка замёрзла, медленно повернув голову.
Злой бог возвышался над ней, роняя сверху надменный, презрительный взгляд. И пусть его глаза скрывала алая лента, от него веяло чистым, пронизывающим до костей холодом.
Девушка задрожала от подсознательного ужаса. Она хотела было броситься наутёк, но вспомнила про Любовное зелье.
Заставив себя остаться на месте, она пролепетала:
— Бог реки... я ведь ваша невеста...
Злой бог изогнул бровь:
— Это ещё что за дрянь?