— Слышишь, — Шэнь Юэюй усмехнулся, и в его голосе проскользнула ядовитая ирония, — ты правда рассчитываешь выбить сто процентов симпатии?
Се Сяочжоу небрежно поправил воротник и бросил через плечо:
— Смогу ли я — время покажет. Но одно я знаю наверняка: тебе такое точно не под силу.
Не дожидаясь ответа, он шагнул к центру сцены, оставив соперника за спиной.
Лицо Шэнь Юэюя перекосилось.
— Острый на язык, — прошипел он сквозь зубы. — Посмотрим, как ты запеваешь, когда всё пойдёт прахом...
Как постоянный участник романтических реалити-шоу, Шэнь Юэюй прошёл через десятки сценариев, но с такой аномальной сложностью столкнулся впервые. Если уж ему не удалось прогнуть сюжет под себя, то этот новичок тем более обречён. Главное сейчас — удержать позиции, а там фанаты своей массой просто раздавят Се Сяочжоу во время голосования.
Тем временем короткий выпад Се Сяочжоу превратил его в главную мишень для обсуждений в прямом эфире. Зрительский чат мгновенно вспыхнул.
[Мне одному кажется, что этот новичок слишком много себе позволяет?]
[Вот-вот! Кто он вообще такой? В прошлых сезонах его не было. Наглый, выскочка, смотреть противно.]
[А ты сам-то кто? Кого волнует твоё «противно»? Мнение своё прибереги!]
[Именно! Нашему Чжоучжоу ваша любовь не уперлась. Чжоучжоу прекрасен сам по себе, без ваших соплей!]
[Хех, ну-ну. Посмотрим, чьи фанаты умоются слезами, когда он провалится.]
Градус напряжённости в эфире зашкаливал. Фанатов у Се Сяочжоу хватало, но романтическое шоу оставалось «домашней ареной» Шэнь Юэюя, из-за чего чат превратился в настоящее поле боя.
* * *
Се Сяочжоу остановился рядом с ведущим. Сверху упал яркий луч прожектора, очертив изящный профиль, точёные скулы и манящий блеск тёмных глаз.
— Встречаем следующего участника громкими аплодисментами! — изо всех сил пытался разогреть зал ведущий.
Однако трибуны отреагировали прохладно: лишь в нескольких углах раздались редкие, неохотные хлопки, потонувшие в гулкой тишине огромного помещения.
Се Сяочжоу даже бровью не повёл.
Восемьдесят процентов публики здесь — прикормленная аудитория Шэнь Юэюя. На их голоса рассчитывать глупо. Единственный путь к победе в этом шоу ужасов — подчинить себе цель симпатии.
А значит... ему нужно выжать из русала все сто процентов.
Липкую тишину прорезал нарастающий гул океанского прибоя. Внезапно из темноты выскочила гигантская пенная волна и накрыла сцену.
Се Сяочжоу инстинктивно зажмурился. А когда разомкнул веки — стоял уже на палубе роскошного океанского лайнера.
Мир Морского Бога перезапустился, отмотав время назад.
Без вмешательства Шэнь Юэюя пойманное морское чудовище не смогло сбежать, и аукцион начался строго по расписанию.
В позолоченном бальном зале, утопавшем в хрустале и бархате, разносились глубокие, бархатные звуки виолончели. Дамы в шелках и кавалеры в смокингах тихо вели беседы, звонко сдвигая бокалы с шампанским.
На подмостки один за другим выносили диковинные лоты, зазывая покупателей. Но ни старинные драгоценности, ни картины древних мастеров не вызывали у публики былого азарта. Все ждали гвоздя программы — загадочного существа из океанских глубин.
Се Сяочжоу очутился в мире игры в той же роли, что выдали всем участникам: юный господин, младший сын герцога. Самая высокая знать на этом корабле, избалованный и купающийся в роскоши аристократ.
Сейчас он восседал в глубоком бархатном кресле VIP-ложи, откуда открывался идеальный обзор на аукционный подиум.
С молотка ушёл очередной лот.
Се Сяочжоу отвёл взгляд, лениво откинулся на мягкую спинку и подпёр лоб пальцами. В его облике читалась сонная, вальяжная скука.
В ложе ютилась местная золотая молодёжь. Одна из молоденьких аристократок, кокетливо помахивая пышным веером из страусиных перьев, подмигнула ему:
— Что такое, милый граф? Неужели сокровища этого аукциона не стоят вашего внимания?
Се Сяочжоу слегка приподнял веки. Тень от изысканных кружев легла на его лицо, придавая ему сходство с капризными портретами эпохи рококо:
— Если честно, скука смертная.
Девушка прикрыла веером губы и задорно рассмеялась:
— Неужели даже русал, которого обещают вывезти в конце, не заставит ваше сердце биться чаще?
Едва она договорила, как внизу прокатился глухой гул. Несколько дворян в азарте подскочили со своих мест.
Слушатели в ложе тоже подались вперёд.
Восемь дюжих матросов, обливаясь потом, вытащили на сцену огромный прямоугольный предмет, сплошь накрытый тяжёлым алым бархатом. Когда его с глухим стуком опустили на помост, деревянный настил ощутимо вздрогнул.
Когда ажиотаж достиг пика, аукционист сделал шаг вперёд, расплывшись в профессиональной улыбке:
— А теперь... Наш главный лот! Бесценный дар бездонного океана! Существо, наделённое невероятной грацией и пленительным голосом, способное рассекать пучину быстрее любой бури!
— Дитя самого моря... Русал!
С этим чеканным выкриком ведущий сдёрнул алое покрывало.
Зал ахнул.
— Пресвятые угодники! Это действительно русал!
— Боги, до чего красив... Вы только взгляните на этот хвост!
Свет софитов пролился на прозрачный резервуар.
В огромном аквариуме, свернувшись клубочком, замерло невероятное создание. Его синие, словно морские водоросли, кудрявые волосы плавными волнами колыхались в воде. Верхняя часть тела принадлежала прекрасному юноше, но ниже пояса тянулся гибкий, могучий рыбный хвост, покрытый сапфировой чешуёй. Она переливалась в лучах света так ярко, что затмевала любые драгоценные камни.
Публика была поражена этим величественным и жутковатым зрелищем.
Аукционист мастерски подогревал интерес:
— Перед вами истинный хозяин глубин, пойманный нашими бесстрашными моряками! Взгляните на его глаза, на эту божественную чешую! Уверяю вас, держать у себя русала станет новым пиком роскоши среди высшего света! К тому же... ходит легенда, что плоть русала дарует вечную молодость и бессмертие...
В его речах пленник превращался в набор дорогостоящих ингредиентов: чешуя, мясо, жир — всё можно было измерить в золоте, подать на стол или выставить в кунсткамере.
От оглушительного шума русал очнулся.
За долгие дни заточения он не съел ни крошки, а его раны воспалились без ухода. Он был истощён, но дикий нрав никуда не исчез. Завидев толпу людей, он яростно метнулся вперёд и с размаху ударил хвостом по толстому стеклу аквариума, заставив воду закипеть от пены.
Прочное стекло даже не дрогнуло. Бессильная ярость дикого звера лишь разжгла аппетит у сытых аристократов.
По залу побежали возбуждённые шепотки:
— Какая дикая сила!
— Он мне нравится! Я куплю его и посажу в бассейн к своим невольницам. Посмотрим, сможет ли он дать потомство!
— Отличная идея! Вдруг полукровки окажутся более покладистыми?
Убедившись, что градус безумия достиг предела, аукционист поднял молоточек:
— Учитывая уникальность лота, начальная цена... всего один золотой!
Словно по команде, над залом взметнулись десятки табличек.
— Сто золотых!
— Кого ты смешишь своими грошами?! Пятьсот!
— Тысяча золотых!
Не прошло и трёх минут, как ставка перешагнула за четыре цифры и продолжала стремительно расти. Цены выкрикивали почти все присутствующие. Лишь Се Сяочжоу продолжал хранить молчание.
Даже девушка в ложе не удержалась и взмахнула табличкой:
— Три тысячи золотых!
Выкрикнув сумму, она обернулась к юноше:
— Милый граф, вам действительно всё равно? Это же настоящий русал!
Се Сяочжоу даже не взглянул вниз. Он лишь медленно крутил на пальце изящное кольцо с розами.
Усмехнувшись, он произнёс с лёгким презрением:
— Обычное дикое животное, слегка похожее на человека. Что в нём диковинного?
Маска, которую он выбрал на этот раунд, — надменный, разбалованный дворянчик. Идеальная подгонка под характер персонажа. Впрочем, благодаря утонченной внешности и глубоким, ясным глазам, даже такие спесивые слова из его уст звучали чертовски привлекательно.
Девушка вздохнула и решила больше не приставать.
Тем временем внизу разразилась настоящая бойня за лот.
Сумма упорно приближалась к пятизначной. На отметке в десять тысяч золотых большинство покупателей отсеялось.
Аукционист, раскрасневшись от восторга, сжал молоточек:
— Десять тысяч золотых! Кто даст больше?
Наступила пауза. Десять тысяч — целое состояние. Даже для богатых дворян это была внушительная брешь в бюджете.
Последнюю цену выкрикнул тучный, заплывший жиром купец — тот самый, что мечтательно рассуждал о скрещивании русала со своими рабынями.
[Постойте, наш игрок вообще собирается торговаться?]
[Он что, просто отдаст русала этому жирдяю?]
[Не может быть. Если русала утащит купец, как его потом соблазнять?]
[На этом этапе выбор очевиден: нужно выкупить русала и спасти его. Другого пути просто нет!]
[Может, наш Чжоучжоу решил пойти незаезженной тропкой?]
— Десять тысяч золотых — раз!
— Десять тысяч золотых — два!
— Десять тысяч...
— Пятнадцать тысяч золотых, — раздался свыше спокойный, бархатный голос, перебивший аукциониста на полуслове.
Ведущий замер, вскинул голову и уставился на закрытую VIP-ложу. За полупрозрачной жемчужной шторой угадывался изысканный силуэт юного аристократа.
Аукционист расплылся в подобострастной улыбке:
— Молодой господин из дома герцога предлагает пятнадцать тысяч золотых! — Он оглядел зал. — Кто-то готов перебить цену?
Жирный купец заколебался. Пятнадцать тысяч выходили за рамки его бюджета, да и переходить дорогу герцогскому сыну было откровенно опасно.
В ложе девушка в изумлении воззрилась на Се Сяочжоу:
— Вы же только что говорили, что вам не интересно?! Откуда такая астрономическая сумма?
Се Сяочжоу скрестил руки на груди и высокомерно вскинул подбородок:
— Мне действительно плевать на эту рыбину. Но русал на корабле один. Моему положению не обязательно хотеть его, но иметь его я обязан.
Дворянская спесь во всей красе.
Девушка лишь понимающе кивнула.
Се Сяочжоу бросил беглый взгляд вниз и, видя, что желающих спорить нет, лениво поднял табличку ещё раз:
— Двадцать тысяч золотых.
Бессмысленная, демонстративная сорилка деньгами — идеальный штрих к портрету избалованного аристократа.
После такой цифры даже самый упрямый купец окончательно сдулся и отступил.
Удар молоточка оглушительно разнёсся по залу. Русал достался младшему сыну герцога.
Се Сяочжоу принял победу как должное. На его лице не отразилось ни единой эмоции.
— Доставьте его в мои апартаменты, — бросил он слугам и поднялся с кресла.
[Ха-ха-ха, я умываюсь слезами! А я-то думал, он какой-то гениальный план придумал, а он тупо выкупил его, как и прошлый участник!]
[Мда-а, у Шэнь Юэюя ничего не вышло с этим дикарем, а этот новичок и подавно провалится.]
[Обезьяньи ужимки. Сижу и жду, когда он с треском вылетит из шоу.]
[Вы вообще заткнетесь или нет? Дайте спокойно посмотреть этап!]
[Вот именно, раскаркались тут. Смотрите, как бы потом локти кусать не пришлось!]
* * *
Наблюдавшие за этим с подиума остальные участники перевели дух. Шэнь Юэюй злорадно усмехнулся:
— Я уж грешным делом подумал, у него есть секретный козырь. А он просто скопировал мою тактику. Пойдёт по пути «непорочной первой любви».
Лу Лу и Сюй Жань промолчали, но мысли их текли в том же русле.
Дикое морское чудовище и надменный аристократ. При таком раскладе завоевать расположение существа можно только одним способом: выкупить, проявить доброту и выпустить в родной океан. Ничего нового тут не придумаешь. Теперь оставалось лишь смотреть, сколько очков симпатии выжмет Се Сяочжоу из этой банальщины.
* * *
Аукцион завершился. Раскланявшись с приятелями из высшего света, Се Сяочжоу вернулся в свои роскошные каюты.
Едва створки дверей закрылись, перед взором предстал двухметровый стеклянный резервуар, установленный прямо посреди гостиной.
Русал свернулся на дне. Вокруг его тела струились цепочки прозрачных пузырьков, с тихим шуршанием лопавшихся на поверхности. Когда чудовище замирало, оно казалось драгоценной, искусно выточенной куклой.
Се Сяочжоу запер дверь и неспешно подошёл к аквариуму.
Едва уловив движение, русал мгновенно развернулся. Его темно-синие глаза налились первобытной яростью. Он оскалил ряды острых, как бритвы, зубов и издал низкий, вибрирующий гул — дикий клик предупреждения.
Вот только хищник в диких джунглях — это смертельная угроза, а хищник в стеклянной клетке — лишь забава для публики.
Се Сяочжоу даже не вздрогнул. Он остановился у самого стекла и встретился с ним взглядом.
Русал был невероятно дик. Во время поимки он отчаянно дрался с матросами, и всё его тело было покрыто рваными ранами. Особенно страшно выглядело плечо — глубокий разрыв, доходивший до самой кости. Но даже изувеченный, он оставался прекрасным. Опасной, хищной красотой, которую до безумия хочется подчинить.
Се Сяочжоу приложил ладонь к прозрачной стенке, словно пытаясь коснуться щеки морского дьявола.
Завидев этот жест, русал отпрянул назад, выпустив изо рта стайку пузырей. В его памяти всплыл смутный образ: нечто подобное уже происходило. Он не мог вспомнить деталей, но в глубине его дикого разума тлела мысль: если вести себя так же, этот слабый человек поверит ему, размякнет и отпустит на волю.
Почуяв выгоду, русал слегка умерил свой оскал. Притворяться беспомощным он умел отлично. Во время охоты на акул он часто притворялся раненым, приманивая хищника ближе, чтобы потом одним ударом перекусить тому горло.
Се Сяочжоу медленно провёл пальцем по стеклу, повторяя силуэт русала:
— Не бойся...
Русал чуть повёл хвостом.
—... Если будешь послушным, я тебя не трону, — закончил юноша.
Сварливый запас русала был слишком мал, чтобы разобрать сложное человеческое наречие, но он чувствовал: двуногий перед ним безопасен и глуп. Нужно лишь немного подыграть, и его выльют обратно в океан.
А в океане правит он.
Русалы помнят зло. Он уже решил, что, оказавшись в воде, затянет свою гипнотическую песню, бросит корабль на рифы и потопит всех этих тварей одного за другим.
Се Сяочжоу едва заметно улыбнулся:
— А ты покладистее, чем я думал. Из тебя выйдет отличный питомец.
Русал не знал слова «питомец», но часто слышал его от людей — инстинкт подсказывал, что это нечто унизительное. В нём снова вспыхнула дикая злоба. Он принялся скрести когтями по стеклу, издавая тошнотворный, скрежещущий звук.
— Слишком шумно, — ровным, прохладным тоном произнёс Се Сяочжоу. — Тебе стоит научиться тишине.
Скрежет тут же оборвался.
— Ах да, я забыл представиться, — Се Сяочжоу подтянул резное кресло, вальяжно опустился в него и закинул ногу на ногу. Откинув голову, он произнёс не допускающим возражений тоном: — С этого дня я — твой хозяин. Ты меня понял?
Русал подплыл к самому стеклу, въедаясь взглядом в юношу.
Тот выглядел хрупким и слабым. Ни острых когтей, ни клыков, ни силы выдержать хотя бы одну морскую волну. Будь они в океане, русал одной левой переломил бы ему шею.
И этот слизняк смеет называть себя... хозяином?!
От ненависти русал со всей силы ударил хвостом по стеклу.
Вдруг сверху что-то бултыхнулось в воду. Покружив в пузырях, предмет медленно опустился на самое дно аквариума.
Дзинь.
Штуковина упала прямо у сапфирового хвоста.
Русал опустил взгляд.
Это был тяжёлый золотой ошейник, усыпанный рубинами и сапфирами. Он слепил глаза роскошной гравировкой.
Се Сяочжоу постучал изящным пальцем по подлокотнику:
— Надевай.
Русал знал, что это такое. За свою долгую жизнь он видел сотни невольников на человеческих кораблях, носящих такие штуки. Люди называли их... рабами.
Морской дьявол брезгливо поддал ошейник хвостом, оттолкнув его в дальний угол аквариума.
Се Сяочжоу не разозлился. Он лишь тихо усмехнулся:
— Похоже, ты ещё не усвоил, что значит «послушание». Я — твой хозяин. Ты обязан исполнять любой мой приказ. В противном случае тебя ждёт наказание.
[Что за дичь он творит?!]
[Хочет стать хозяином русала?]
[Он явно свихнулся! Если после такого русал проникнется к нему симпатией, я лично вымою голову вниз головой!]
[У Чжоучжоу наверняка есть свой план... Давайте просто верить в него!]
[Да фанаты опять оправдания лепят! Он просто забил на прохождение и творит дичь!]
Русал видел, как юноша поднялся на ноги.
Тот выглядел беззащитным, но от него неожиданно повеяло такой леденящей угрозой, какой русал не ощущал даже при встрече с гигантскими акулами.
Се Сяочжоу вздохнул с лёгким сожалением:
— Какой непослушный зверёк.
Бросив эту фразу, он просто развернулся и вышел из каюты.
Русал опешил.
Согласно его туманным воспоминаниям, этот глупый человечек должен был пожалеть его и выпустить. Почему всё пошло не так?
Спустя какое-то время дверь снова распахнулась.
Русал подумал, что вернулся Се Сяочжоу, но на пороге возникли дюжие матросы.
Они облепили аквариум, подхватили его и вытащили из каюты. Резервуар поставили на самую середину открытой палубы — под палящие, нещадные лучи полуденного солнца.
Стоило русалу вскинуть голову, и перед ним открылся бескрайний, синий океан.
Свобода была так близко! Но стеклянный купол намертво закрывал выход из аквариума. Русал со всей дури бился о стенки, но не мог преодолеть этот последний барьер.
— А-а... — раскрыл он рот, выпуская ультразвуковой стон, неразличимый для человеческого уха.
Время текло медленно.
Солнце поднималось всё выше, накаляя деревянный настил палубы добела.
Вода в аквариуме начала стремительно нагреваться.
Впервые в жизни русал почувствовал, каков на вкус настоящий ужас. Солнце превращало его аквариум в кипящий котёл.
Жарко... Как же жарко!
Русалы — жители ледяных бездонных глубин. В замкнутом стеклянном объёме вода под прямыми лучами превращалась в кипяток.
Израненный, истощённый многодневным голодом русал быстро начал терять силы. Чудовищный перегрев выматывал его тело, чешуя сохла, а раны горели огнём.
Он метался в воде, пытаясь укрыться от слепящего света.
Но аквариум был слишком мал. В тени спрятаться было негде.
Лицо русала смертельно побледнело, дыхание стало рваным. Он не понимал, за что этот изящный юноша так жестоко истязает его. Ведь ещё недавно тот казался таким мягким...
Зрение русала застлала мутная пелена. Вдруг на дне аквариума что-то яркое блеснуло в лучах солнца.
Золотой ошейник.
Это из-за того, что он не надел эту штуку? Если он застёгнет её на шее... истязание прекратится?
Ошейник сиял на дне, маня обещанием прохлады.
Стоит надеть — и его уберут из этого ада.
Дрожащие пальцы русала дёрнулись и инстинктивно сжали холодный металл.
Затаившийся в тени мостика Се Сяочжоу наблюдал за этим с лёгкой, удовлетворенной улыбкой.
Спасать? Быть «первой любовью»? Ну уж нет. Спасибо Шэнь Юэюю за наглядный урок: этот путь ведёт в тупик.
Разве дикий зверь способен оценить человеческое милосердие?
Нет.
Звери знают лишь силу, власть и покорность. Они жрут слабых и склоняются перед теми, кто сильнее их.
Чтобы подчинить зверя, нужно стать для него абсолютным господином.
Едва русал сжал ошейник, Се Сяочжоу вышел из тени и неспешно подошёл к аквариуму.
— Понял теперь, в чём твоя ошибка? — мягко спросил он.
Вода в аквариуме наполовину испарилась.
Русал вынырнул на поверхность. Влажные темно-синие кудри облепили его бледные щёки. В его взгляде всё ещё горела затаенная, опасная дикость. Но суровая реальность взяла верх: ещё немного, и он просто сварится живём.
Он смотрел на Се Сяочжоу с лютой, ядовитой ненавистью.
«Когда я выберусь, я утоплю этого мальчишку. Нет... Я утоплю его как минимум трижды!» — клялся он про себя.
Но наяву русал медленно поднял ошейник и застёгнул его на своей шее.
Золотой обруч сел идеально, вызвав лёгкое, едва уловимое ощущение удушья.
Се Сяочжоу подал знак матросам, и те спешно сдвинули стеклянную крышку.
Юноша протянул изящную ладонь к мокрому, тяжело дышащему чудовищу и чеканно произнёс:
— Ты знаешь, что нужно сделать.
Укрощение началось.