Слова, брошенные очкариком, Се Сяочжоу прекрасно слышал. Тот с откровенной спесью заявлял, будто с нетерпением подождёт, пока Сяочжоу со слезами на глазах станет молить о помощи.
Впрочем, кроме языковой трепотни, парень ничего дурного сделать не успел, и Сяочжоу не собирался вымещать на нём злобу.
И надо же: теперь сам очкарик мчался к нему с истошными воплями о спасении.
Такой разворот отдавал откровенным абсурдом. Но куда больше Сяочжоу насторожила сама картина: перекошенная от паники физиономия, неистовый бег — казалось, за парнем по пятам гналась какая-то жуткая тварь. Вот только за его спиной простирались лишь молчаливые школьные корпуса. Ни душой, ни тенью — никого.
В задании от Корпорации четко указывалось: в здании находится лишь одна аномалия. И Сяочжоу только что расправился с «Классом пепла», запаковав этот объект I уровня.
На кого же тогда наткнулся этот парень?
* * *
«Ржу не могу! Только что орал, что Чжоучжоу прибежит просить о помощи, и тут же такой отгреб щелчок по носу!»
«Он вообще-то участник ранга A. Что там у них произошло?»
«Да кому сдалось это типичное пушечное мясо? Кто за ним вообще следит?»
* * *
Се Сяочжоу провожал приближающегося очкарика долгим взглядом.
На долю секунды ему показалось, будто за толстыми стёклами очков мелькнули словно у мухи решётчатые фасеточные глаза, в которых дробными бликами отразился его собственный силуэт.
Но не успел он как следует всмотреться, как всё вернулось в норму.
Будто показалось.
Голова тяжело загудела, мир перед глазами на мгновение поплыл и искривился. Сяочжоу вспомнил слова из отдела кадров про «восприимчивость к аномалиям». Чем выше этот параметр, тем больше незримого ты замечаешь.
И тем выше шанс влипнуть в неприятности.
Лучшая защита в таких случаях — притвориться слепым и глухим. Сделать вид, что ничего не происходит. Меньше знаешь — дольше живёшь.
Сяочжоу попытался выбросить из головы странные ощущения, и легкая тошнота отступила так же быстро, как и накатила.
— Что с тобой стряслось? — спросил он.
Очкарик замер перед ним, тяжело и прерывисто дыша:
— Скончалась... она умерла! — От перенесённого испуга его речь сбивалась на бессвязный лепет.
Послушав его пару мгновений, Сяочжоу понял: под «ней» парень имел в виду Чёлочку.
Раз уж её отобрали для командного шоу такого уровня, девушка наверняка обладала статусом участника ранга A и имела в запасе парочку спасительных карт или навыков. Чтобы вот так просто сгинуть?..
Весть о чужой гибели отозвалась внутри Сяочжоу странным чувством нереальности.
— Как именно она умерла? — Нахмурившись, уточнил он. — Что произошло?
Очкарик, побледнев до синевы, обливался липким потом:
— Мы вошли в один из классов, а потом... я сам не понял, как её голова просто свалилась с плеч! Из глазниц повалили тучи червей, я... — От ужаса у него перехватило дыхание.
Описано всё было весьма топорно, но из-за высокой восприимчивости богатое воображение Сяочжоу мгновенно дорисовало недостающие детали.
Замкнутая комната.
Внезапно рухнувшая на пол голова.
Превратившееся в гниющую массу тело, ставшее рассадником для мерзких тварей...
Лицо Сяочжоу на глазах теряло краски.
Нет.
Нельзя об этом думать.
Сяочжоу вовремя волевым усилием оборвал полёт фантазии:
— И что было дальше?
— А дальше я рванул прочь! — вскрикнул очкарик. — Я испугался, что меня постигнет та же участь...
Не успел парень договорить, как из-за спины Сяочжоу раздался мягкий женский голос:
— Не слушай его! Он врёт!
Сяочжоу обернулся.
Чёлочка, которую только что оплакивали как мертвеца, стояла неподалёку живая и невредимая.
Взгляд Сяочжоу невольно скользнул к её шее.
Там пролегала тонкая, словно нить, алая полоса, охватывающая горло по кругу — точно голову действительно однажды отсекли.
Он хлопнул ресницами, и кровавый след испарился, уступив место абсолютно гладкой коже.
Девушка ткнула пальцем в очкарика:
— Я жива! Это он сдох! Подох и теперь ищет себе замену, чтобы утащить на тот свет!
Налетевший порыв ледяного ветра донёс из тёмного угла тихий, едва различимый шепоток.
Се Сяочжоу: «...»
Чёлочка, выдвигая нерушимые доказательства, воскликнула:
— Поверь мне! Его труп до сих пор валяется в том классе!
Лицо очкарика залила краска гнева:
— Да это твоя туша там гниёт! Я своими глазами видел, как ты сдохла!
Оба одновременно уставились на Сяочжоу:
— Кому ты веришь?!
Оказавшись под перекрёстным прицелом их взглядов, Се Сяочжоу молча отступил на шаг.
* * *
«Обычная история с привидениями, а мне всё равно жутко!»
«Эй, комментатор выше, ты же сам призрак! Чего тебе-то бояться?!»
«Так кто из них говорит правду?»
«Чжоучжоу, только не попадись на удочку! Выберешь не того — и тебя утянут вместо заменяющего! Я сам так людей на тот свет отправлял!»
* * *
Чёлочка с отчаянием в голосе убеждала:
— Он дурачит тебя! Он хочет твоей смерти!
Очкарик перебивал её:
— Это она сжирает тебя глазами! Она давно превратилась в неупокоенного духа!
Их перепалка мгновенно переросла в яростный спор.
Пока кто-то из них не предложил:
— Идём с нами в класс! Увидишь труп — и сразу поймёшь, кто из нас мёртв!
Получив наконец возможность вставить слово, Се Сяочжоу скромно поднял руку:
— У меня есть один вопрос.
— Задавай! — в один голос рябнули Чёлочка и очкарик.
Сяочжоу хлопнул глазами:
— Скажите, а мы... разве так близко знакомы?
Чёлочка: «?»
Очкарик: «?»
Се Сяочжоу неопределенно развёл руками:
— Подохли вы или нет — меня это, честно говоря, мало волнует. — Он сделал ещё шаг назад. — Вы тут поспорьте, а я, пожалуй, пойду.
Он с самого начала заподозрил неладное.
В этой школе сильнейшей аномалией мог быть лишь объект I уровня. А эти двое — участники ранга A. Какими бы глупыми они ни казались, сгинуть дуэтом от первой же мелкой нечисти они не могли.
Скорее всего, какие-то местные твари натянули человеческие шкуры, пытаясь завлечь его в ловушку.
Впрочем, даже если бы они действительно испустили дух, Сяочжоу это не касалось. В этой безумной игре его главной задачей оставалось банальное выживание.
Случись беда прямо у него на глазах — при наличии безопасной возможности он бы помог. Но раз он ничего не видел, значит, ничего и не было.
У него имелись собственные принципы, однако роль святого праведника он на себя не брал. Рисковать головой ради малознакомых людей Сяочжоу не собирался.
Поняв, что Сяочжоу не заглотит наживку, очкарик и Чёлочка переглянулись и сбросили маски. Из их глоток вырвался отвратительный визг. Кожа с шипением поплыла, обнажая кровоточащее мясо и витиеватые волокна мышц. Глазные яблоки вывалились из орбит, лица перекосило от агонии.
Спустя секунду они слились воедино, превратившись в четырёхрукую тварь, которая с невероятной прытью рванулась к Се Сяочжоу.
Расстояние было слишком мало, чтобы увернуться.
Но Сяочжоу даже не побледнел. В его пальцах привычно щёлкнула крышка часов контроля времени.
Дзинь.
Время замёрзло. Извивающийся монстр застыл в воздухе с разинутой пастью — зрелище вышло до комичного нелепым.
Благо благодаря Цинь Юаню запас его жизни был полон под завязку: грех не воспользоваться такой роскошью.
Сяочжоу неторопливо отступил на безопасное расстояние. Он уже намеревался покинуть школьный двор, но, немного подумав, вернулся. Достав телефон, он запечатлел замершее чудовище и загрузил снимок во внутреннюю сеть Корпорации.
Едва отклик отправился, как пришло уведомление:
[Поздравляем! Вы успешно нейтрализовали аномалию. Данный объект признан аномальным объектом первого уровня]
[Аномальный объект первого уровня — 120: Пособник тигра]
[Подробности: Дух человека, растерзанного тигром, превращается в слугу зверя — чангуя, обученного заманивать новые жертвы. Объект-120 принимает облик знакомых своей цели, выстраивая ложь. Стоит поддаться обману — и жертва сама пополнит ряды чангуев.]
[Условия содержания: Уровень угрозы незначителен. Рекомендуется помещение на первый подземный уровень Корпорации по устранению аномалий.]
На счёт капнули ещё 10 очков вклада, мгновенно взметнув Сяочжоу на верхние строчки рейтинга.
Сяочжоу бегло просмотрел описание, убрал смартфон в карман и направился к выходу из школы.
Вскоре перед ним показались массивные ворота.
Стоило ему переступить порог учебного заведения, как прикреплённая к запястью пуговица едва заметно качнулась и снова замерла.
* * *
В это же время в уютной, залитой мягким светом комнате продолжался киносеанс.
На экране разворачивалась драма: главный герой и героиня погибали во имя любви, не жалея о сделанном выборе.
Для обычного человека сюжет показался бы избитой банальщиной, но мужчина, которого звали Господином, смотрел на экран с предельной серьёзностью.
Он полулежал на диване, не пропуская ни единого кадра. Его взгляд был прикован к полотну, а веки даже не вздрагивали. В лучах солнца его радужка медленно переливалась стеклянным, янтарно-чистым блеском.
Господин погрузился в раздумья.
Вот она какая — человеческая любовь.
Опершись подбородком о ладонь, он едва заметно нахмурился. На безупречном, точёном лице проскользнула растерянность.
— Я неустанно изучаю людей... — произнёс он в тишину.
Его голос эхом отозвался в пустой комнате.
— Удивительные создания. Тела их хрупки — достаточно лёгкого нажатия, чтобы оборвать их жизнь. Но дух неукротим. Они создают сложные вещи, творят искусство и испытывают такое разнообразие чувств...
Он слегка провёл подушечкой пальца по губам, явно озадаченный:
— Я прочёл столько книг о любви, просмотрел сотни лент, но так и не смог постичь саму суть этой эмоции. Как же мне её освоить?
Словно повинуясь переменам в его настроении, яркий солнечный свет за окном начал блекнуть, наливаясь свинцовой серостью.
Светильники в комнате тоже притихоли.
На стене вытянулась его тень. В отличие от прекрасного человеческого обличья Господина, тень на обоях изгибалась гротескным, чудовищным силуэтом, мало похожим на смертного.
Ответа на вопрос не последовало.
Впрочем, Господин и не ждал отклика. Не став долго задерживаться на этой мысли, он перевёл взгляд на лежащую на столе папку.
Бумаги без шелеста раскрылись сами собой, явив нужную страницу.
С фотокарточки на него мягко улыбался Се Сяочжоу — кроткий, с открытым и послушным лицом.
Пальцы Господина мерно постучали по подлокотнику.
Страница перевернулась.
Далее следовали снимки очкарика и Чёлочки.
Господин тихо прошептал:
— Который из них?..
Он явственно ощущал аномальные колебания в секторе B. Источником служила не порождённая им инфекция, а... существо иного порядка, пришедшее из чужого мира. Существо, равное ему самому.
Инстинкты Господина отозвались на это глубоким отвращением.
Найти его.
А затем... уничтожить.
На его губах замерла всё та же безупречная улыбка, но под оболочкой, имитирующей человека, судорожно забились, извиваясь, тёмные щупальца.
* * *
Се Сяочжоу вернулся в штаб-квартиру Корпорации по устранению аномалий в одиночестве.
День клонился к вечеру, рабочие часы подходили к концу.
В офисе уже собралось человек пять. Задания первого дня не отличались сложностью, так что потерь в рядах не наблюдалось.
Сяочжоу опустился на своё рабочее место.
Из членов «Общества Возрождения» он знал только Ли Сяо, а с представителями «Гильдии актёров» и подавно не пересёкся ни разу. От нечего делать он запустил на компьютере обычного «Сапёра».
Подперев щеку рукой, он методично щелкал мышкой, расставляя флажки по полю с предельной концентрацией.
Увлёкшись игрой, Сяочжоу не замечал ничего вокруг. Он и не заметил, как разговоры в кабинете стихли, а все присутствующие гости одновременно повернули головы в его сторону и замерли.
Белки их глаз налились темнотой, разрастаясь до тех пор, пока от зрачков не остались лишь узкие вертикальные щели.
Бам—
Палец Сяочжоу дёрнулся, нечаянно ткнув в минную клетку. Смайлик на панели мгновенно сменился на плачущую физиономию.
От длительного напряжения в глазах закололо. Сяочжоу потёр веки и потянулся, уставившись в дальний угол комнаты.
В то же мгновение все участники вернулись в нормальное состояние, продолжить свои прежние занятия.
Судя по их непринуждённым позам, ничего необычного не произошло.
Естественно, и сам Сяочжоу не уловил этих странностей.
* * *
«Чёрт, до чего ж жуткое шоу! Вроде всё спокойно, а под кожей аж мурашки бегают!»
«Кто сценарий писал? Настоящий гений!»
«Чжоучжоу, берегись! Вокруг тебя одни одержимые!»
«Да ладно вам, Се Сяочжоу ничего особенного из себя не представляет. При такой сложности он до финала всё равно не дотянет»
«Тот, кто выше — заткнулся бы ты раньше времени, а то потом опять локти кусать будешь»
* * *
Разминая затекшую шею, Сяочжоу услышал шаги в коридоре — подтягивались остальные участники.
В толпе мелькнули фигуры Чёлочки и очкарика.
Значит, те двое у школы были лишь морок, созданный аномалией, а настоящие игроки избежали беды.
Убедившись в этом, Сяочжоу всё же задержал на них взгляд чуть дольше обычного.
Заметив его внимание, очкарик резко развернулся.
Сяочжоу мгновенно отвёл глаза, но успел уловить, как лицо парня перекосилось от злобы. Очкарик размахивал руками, намереваясь, судя по всему, устроить разборки.
Чёлочка тут же вцепилась в его рукав, что-то быстро зашептав на ухо, и лишь это удержало вспыльчивого игрока от нападения.
Спустя несколько минут в сборе оказались все.
Каждый успел разжиться хоть какими-то очками вклада, и лишь на дне списка с нулями красовались очкарик и Чёлочка.
Судя по всему, баллы начислялись строго за личный вклад в нейтрализацию. Сяочжоу справился с зачисткой в одиночку, поэтому весь куш достался ему.
Ровно в пять вечера рабочее время истекло.
Приходилось признать: условия в компании предлагались весьма заманчивые — щедрый оклад, бесплатное проживание и питание, плюс сверхурочные. А общежитие располагалось буквально в пяти минутах ходьбы от офиса.
В реальной жизни в подобную контору отклики текли бы рекой.
Сяочжоу в составе группы покинул здание Корпорации. Он брел, витая в мыслях, когда сзади раздался рявкающий крик:
— А ну стоять!
Сяочжоу сделал ещё пару шагов, прежде чем до него дошло, что орут именно ему. Он остановился и обернулся.
К нему стремительно приближался разгневанный очкарик:
— Ты это специально, да?!
Се Сяочжоу: «?»
Очкарик повысил голос, привлекая внимание окружающих:
— Ты намеренно сгрёб все очки себе, чтобы вытолкнуть нас на дно и убрать чужими руками!
Эти слова мгновенно приковали к ним взгляды остальных.
В Корпорации по устранению аномалий действовала система отсева аутсайдеров: тех, кто застревал в самом низу рейтинга, попросту увольняли.
И в рамках этого Шоу увольнение явно не посулило бы ничего хорошего.
Сяочжоу числился среди них «чужаком», поэтому члены «Общества Возрождения» тут же воззрились на него с нескрываемым подозрением.
А представители «Гильдии актёров», почуяв зрелище, с радостью подлили масла в огонь. Один из них сочувственно протянул:
— Ой, да что ж это такое? Мы же одна команда! Даже если между вами пробежала кошка, зачем же так откровенно подставлять своих?
Ли Сяо шагнула вперёд, с холодной ухмылкой отрезав:
— В дела нашего «Общества Возрождения» «Гильдии актёров» совать нос не просили.
Мужчина с косичкой из Гильдии сочувственно развёл руками:
— Не кипятитесь! Мы же всё-таки в одном шоу снимаемся, неужели и поинтересоваться нельзя?
— Вот именно.
— Нам тоже не улыбается иметь под боком такую крысу.
— Точно! Мы просто проявляем заботу!
Поняв, что утихомирить чужаков не выйдет, Ли Сяо повернулась к Сяочжоу:
— Рассказывай, что там произошло.
Сяочжоу был её протеже, к тому же на него указал сам глава гильдии, так что Ли Сяо естественным образом приняла его сторону.
— Я его подставил? — Сяочжоу слегка вскинул бровь. — Если то, что они палец о палец не ударили, пока я единолично нейтрализовал объект, называется «подставил»... что ж, пусть будет так.
Ли Сяо перевела тяжелый взгляд на очкарика.
Тот залился краской, но не нашел, что возразить.
Сяочжоу тем временем неспешно добавил:
— Вообще-то у нас в таких случаях говорят проще: «бесполезный баласт». — Он с вежливым любопытством уточнял: — Это про тебя?
Очкарик: «...»
Кто-то из толпы не удержался от смешка.
Оценив выражение лица очкарика, Ли Сяо вздохнула и решила спустить дело на тормозах, призвав всех забыть про этот инцидент.
В конце концов, они из одной фракции, и выставлять свои распри на потеху посторонним не следовало.
Сяочжоу лишь слегка почесал кончик носа. Проходя мимо очкарика, он одарил его коротким, вскользь брошенным взглядом.
Внешне Сяочжоу выглядел безобидным юношей с соседнего двора, которого легко задеть. Но за годы работы в массовке на съёмочных площадках каких только козней он не повидал!
Подобные выпадки для него были детским лепетом.
Он не трогал других, пока не трогали его. Но если кто-то напрашивался на неприятности — пощады ждать не стоило.
* * *
После этого небольшого происшествия участники добрались до общежития.
На каждом этаже располагалось по шесть комнат — как раз по этажу на команду.
Сяочжоу выбрал одну из комнат и вошёл внутрь.
Небольшой номер, но со всеми удобствами: необходимая мебель на месте, а напротив кровати на стене красуется картина.
На полотне был изображен тёмный силуэт женщины со спины. Она расчёсывала густые чёрные волосы, закрывавшие большую часть её фигуры.
Отведя взгляд от картины, Сяочжоу направился в ванную, намереваясь освежиться перед сном.
Дверь в санузел осталась приоткрыта.
В этот момент на стене картина ожила.
Женщина медленно, сантиметр за сантиметром, начала поворачиваться.
Сквозь дверную щель проглядывал силуэт Сяочжоу, склонившегося над раковиной.
Вода с шумом лилась из крана. Сяочжоу стоял опустив голову, и его обзор был ограничен. Неожиданно он почувствовал, как чьё-то пристальное внимание буквально впилось ему в лопатки.
Движения Сяочжоу замерли. Он резко откинул мокрую челку со лба и обернулся.
В ванной кроме него никого не было.
Все выглядело абсолютно обыденно, однако внутреннее чутье подсказывало, что дело нечисто. Сяочжоу подхватил полотенце и небрежно вытер лицо.
Чпоканье—
Из щели в потолке вылез кусок пульсирующей плоти. Ткань раздвинулась, и наружу вылупился налитый кровью глаз.
Сяочжоу, ничего не замечая, вышел в спальню.
Опустившись на кровать, он снова уставился на картину.
Сяочжоу всматривался пару мгновений, и ему показалось, что поза женщины изменилась... она будто бы слегка развернулась к нему.
Немного подумав, он просто снял раму со стены, подошёл к ванной и протиснул картину в дверной проём.
В туалете затаилась какая-то дрянь. Картина тоже явно с приветом.
Раз уж оба жаждут его крови — пусть сначала выяснят отношения между собой.
С этой мыслью Сяочжоу запер дверь ванной на щеколду.
Запер наглухо — чтобы ни одна падла не сбежала.
Внутри ванной комнаты женщина с картины завершила разворот, готовая обрушить всю свою ярость на жертву, но столкнулась взглядом с мерзким налитым глазом, свисающим с потолка.
Женщина с картины: «...»
Глаз на потолке: «...»
* * *
Сяочжоу ещё раз обшарил комнату, но больше ничего подозрительного не обнарушил.
Впрочем, терять бдительность он не собирался. Достав жёлтый талисман, он прикрепил его у изголовья кровати: если нечисть вздумает пробраться внутрь, бумага вспыхнет, предупредив его об опасности.
Завершив приготовления, он наконец со спокойной душой лёг на подушку и закрыл глаза, предавшись размышлениям.
Этот мир буквально кишел аномалиями.
Раньше в каждом шоу присутствовала четкая тематика, и все проявления нечисти вращались вокруг неё.
Например, дух Кисти в школе, утопленники и рыболюди в Приречной деревне, или вампиры с оборотнями на Западе... Но здесь аномалии возникали спонтанно, без всякой логики и предупреждения.
К тому же, прежде съемки всегда проходили на локальных площадках — будь то школа или затерянная деревенька. Впервые под съёмочный павильон отдали целый мегаполис.
Неужели это шоу кардинально отличается от прежних?
И будет ли здесь финальный БОСС? А если да... хоть бы он не оказался похож на Доктора...
Размышления Сяочжоу постепенно становились путаными, глаза сомкнулись, и он погрузился в глубокий сон.
За окном сгустилась непроглядная ночь.
Ветер легко качнул штору, не издав при этом ни звука.
Из-за колышущейся ткани медленно выскользнула извивающаяся тёмная тень, напоминающая гибкое щупальце.
Стоило ему появиться, как жёлтый талисман на изголовье зашипел, собираясь вспыхнуть ярким пламенем.
Но из тьмы соткалась изящная рука. Пальцы сжали талисман, давя искру на корню.
Следом вспыхнули два золотых, сияющих глаза, уставившиеся на спящего юношу.
Рука Сяочжоу покоилась поверх одеяла. На белом запястье алела тонкая нить, к которой была подвязана пуговица.
Взгляд Господина замер на этой пуговице.
Это метка? Или откровенный вызов?
Господин протянул пальцы, намереваясь рассмотреть предмет поближе, но едва его подушечка коснулась края пуговицы, как руку обожгла вспышка дикой боли.
Хлюп.
Отрезанное щупальце шлёпнулось на пол, судорожно извиваясь в конвульсиях.
Господин отдёрнул руку. На его безупречном пальце образовался глубокий порез, из которого высунулись тонкие мясные нити, мгновенно сшившие рану воедино.
Он сделал шаг вперёд.
Этот человек настолько слаб и ничтожен... Почему невероятно древнее и могущественное существо доверило ему столь ценную вещь?
В груди Господина, где обычно царила мёртвая тишина, поднялась легкая, непривычная волна.
Если воспользоваться человеческим лексиконом, это чувство называлось простым словом — интерес.
Он впервые почувствовал искреннее любопытство.