Эту фразу услышал не только Господин — она отчетливо прозвучала и в ушах Се Сяочжоу.
Голос за кадром, принадлежавший съемочной группе. Вот только на сей раз в привычной бесстрастной интонации пробивалась откровенная паника.
Се Сяочжоу вздрогнул и перевел взгляд на Господина.
Тот всё еще сжимал в пальцах алый бутон. Радость, только что озарявшая его лицо, мгновенно замёрзла, уступив место глухой, ожесточённой угрозе. Так пес, когда у него пытаются отнять любимую игрушку, мгновенно скалит клыки, готовый впиться в горло обидчику.
— Господин... — тихо позвал Се Сяочжоу.
Стоило ему выдохнуть эти слова, как из ниоткуда возникла неведомая сила. Она сокрушительным рывком потянула его назад, вознамерившись вырвать из этого мира.
Однако Се Сяочжоу не успел исчезнуть. С противоположной стороны ответила другая мощь — темная, непреклонная.
Он опустил взгляд. Чужая ладонь намертво впилась в его запястье.
Проследив за этим жестом вверх, Се Сяочжоу встретился с золотистыми глазами.
Зрачки Господина сузились. Чувствуя скорую разлуку, он с сомнением и затаенной тревогой спросил:
— Куда ты собрался?
Се Сяочжоу пристально посмотрел на него и ответил без утайки:
— Господин, мне пора возвращаться в свой мир.
Господин знал: Се Сяочжоу пришел извне. Время от времени в его владениях появлялись подобные двуногие. Прежде он терпеть не мог чужаков на своей территории, но... Но Се Сяочжоу был другим.
Се Сяочжоу улыбался ему. Се Сяочжоу учил его чувствовать. Се Сяочжоу дарил ему подарки.
Се Сяочжоу был ему дорог.
Господин сжал пальцы крепче, до боли впиваясь в тонкое запястье юноши:
— Я не разрешаю тебе уходить.
За его спиной вздыбились щупальца — они извивались, готовые ринуться в бой.
Плюшевый мишка, совсем недавно казавшийся величайшим сокровищем, был отброшен в сторону. Стоило Господину лишь пожелать, и щупальца мгновенно сожмут Се Сяочжоу в удушающих объятиях.
Скрываясь в недрах системы, съемочная группа вступила в яростное противоборство с древней сущностью.
Какое-то время две силы тянули юношу в противоположные стороны, пока не замерли в шатком равновесии. Се Сяочжоу застрял посередине — бессильный шагнуть вперед и неспособный вырваться назад.
Глядя на упорство Господина, Се Сяочжоу тихо вздохнул и мягко проговорил:
— Господин, зачем ты держишь меня?
Тот опешил. Он не знал, что ответить. Но едва в сознании вспыхнула мысль о том, что он больше никогда не увидит юношу, в груди колыхнулось странное ощущение. Тягучая, кислая тоска, от которой перехватывало дыхание.
Прежде он не ведал ничего подобного. Он лишь понимал: ему очень, очень больно.
Се Сяочжоу поймал его растерянный взгляд и тихо навел на мысль:
— Ты ведь хотел оставить меня, чтобы научиться чувствам. Скажи... ты научился?
Подтекст был предельно прост: если научился, значит, пришло время отпустить.
Господин подсознательно запротестовал:
— Нет... Я не...
На самом деле он научился.
Только что он впервые испил эту сладость. Она оказалась слаще всех медовых сотов на свете. Словно сухая земля, встретившая долгожданный ливень, словно морская волна, коснувшаяся крыла чайки... Словно Господин, встретивший Се Сяочжоу.
Но признаться в этом означало потерять единственный поводок, удерживавший Се Сяочжоу подле него.
— Господин, обманывать нехорошо, — вздохнул Се Сяочжоу.
Под пристальным взором этих черных глаз Господин смутился, чувствуя себя насквозь видимым. Длинные ресницы дрогнули.
Он никогда не лгал и совершенно не умел этого делать. Шагнув в человеческий мир, он перенял немало знаний, навыков и эмоций. Вот только среди человеческих черт далеко не все были светлыми.
Среди людей встречались искренние и добрые, пылкие и чистые... но были также эгоистичные и алчные. Попробовав каплю, Господин захотел упить весь океан. Его жажда стала ненасытной.
— Я... Я научился! — выпалил он, меняя показания, но хватка на запястье не ослабла ни на йоту. — И все равно ты никуда не пойдешь!
Се Сяочжоу понял: если не убедить его прямо сейчас, отсюда не выбраться.
— Господин, а ты помнишь, чему я тебя учил?
Разве он мог забыть?
Он должен был защищать Се Сяочжоу, проявлять заботу, внимание, уважение... Он покорно исполнял каждый наказ. Но только не этот. Только не отпускать.
Господин молчал, упрямо впившись взглядом в юношу.
Тем временем сила за спиной Се Сяочжоу вспыхнула с новой, бешеной мощью.
Господин уловил это. Его взор похолодел, скользнул по плечу юноши и уперся в слепую пустоту за его спиной.
Черная шелковая лента, сдерживавшая густые волосы, соскользнула и бесшумно упала на пол.
В то же мгновение тень Господина раздулась, словно обрела собственную хищную жизнь. С каждым вдохом и выдохом она расползалась по пространству.
Се Сяочжоу услышал оглушительный треск лопающихся железобетонных опор.
Свод торгового центра разлетелся в пыль. Ночная тьма извне ринулась внутрь черным потоком, из которого с мерзким шелестом выпростались сокрушительные щупальца.
Растрепанные черные волосы Господина взвились в воздух. Идеальная, безупречная человеческая оболочка слилась с древней тьмой, образуя жуткий, немыслимый контраст.
Если бы кто-то мог взглянуть на мир с высоты птичьего полета, он увидел бы, как тихий океан вздыбился исполинскими валами, а из бездонных глубин подняли взоры уродливые Глубоководные.
Несметные щупальца вздымались всё выше, заслоняя собой звездный купол.
Небо погасло.
Се Сяочжоу оторвался от земли и взмыл в воздух; рядом с ним, словно в невесомости, поплыли тяжелые автоматы с игрушками.
Мрак сжимал кольцо.
Раздался сухой треск.
Автомат с мягкими игрушками мгновенно поглотила кипящая тьма, не оставив после себя даже горстки пепла.
Этот мрак, подобно разрушительному цунами, уже подступал к самому Се Сяочжоу.
В этом пространстве не существовало ни времени, ни формы — лишь искаженные силуэты да безумный, лишенный смысла шепот. Се Сяочжоу чувствовал себя щепкой, брошенной в штормовой океан. Ещё мгновение — и его захлестнет с головой.
Опасность была осязаемой и смертельной. Стоит тьме коснуться его — и он сам станет ее частью, навсегда сгинув в бездне.
Пальцы юноши дрогнули, потянувшись к часам контроля времени, но мрак застыл в нескольких дюймах от его лица.
Господин удерживал свое истинное сущностное я остатками воли.
Весь мир утонул в небытии, и лишь вокруг Се Сяочжоу еще теплился крошечный островок света.
Извивающиеся щупальца жадно рвались к нему, но Господин властным жестом удерживал их.
Се Сяочжоу едва слышно выдохнул:
— Господин...
Хотя древний бог одерживал верх — ему стоило лишь мигнуть, и Се Сяочжоу превратился бы в безумное отродье тьмы, — он не стал этого делать. Вместо этого в его глазах блеснула отчаянная мольба:
— Не уходи... — Он запнулся и тихо добавил: — Пожалуйста?
Се Сяочжоу на мгновение заколебался.
Остаться здесь... разве это так плохо? Господин так послушен, он будет защищать его до конца дней...
Но сомнение длилось лишь долю секунды. Юноша снова обрел твердость:
— Нет.
Если бы перед ним был любой другой Монстр, Се Сяочжоу пустил бы в ход хитрость и обман. Но лгать Господину он не хотел.
В золотистых глазах вспыхнула глубокая, детская обида.
Эти несколько дней были личинкой мгновения в его вечном существовании — капля в бескрайнем океане. Но именно за эти дни он узнал слишком много. Узнал радость, обрел чувства... и познал боль.
И всему этому его научил Се Сяочжоу.
Господин молча смотрел на него — точь-в-точь как преданный пёс, заглядывающий в глаза хозяину. Он не мог найти нужных слов, но каждый мускул его лица молил не бросать его.
В этот миг съемочная группа, уловив момент слабины, навалилась всей мощью.
Се Сяочжоу показалось, будто его бросило в бешено вращающийся водоворот. Две силы разрывали его на части. В ушах стоял отчетливый, пугающий треск — казалось, рвется сама ткань его плоти.
Господин отчаянно не хотел отпускать юношу.
Но тут он вспомнил: люди так хрупки. Одно неловкое движение — и они погибают, превращаясь в кусок холодного, немого мяса.
Если это противостояние продолжится еще хоть секунду, Се Сяочжоу умрет.
Он впился в него последним, долгим взглядом и... разомкнул пальцы.
С самого начала Господин слушался Се Сяочжоу во всем.
Защищать — и он защищал.
Быть чутким и уважать — он старался, хоть и плохо понимал, как это.
Отпустить — и он разжал ладонь.
Се Сяочжоу растаял в воздухе, исчезнув без следа.
Последняя искра света погасла, погрузив вселенную во мрак и мертвую тишину.
Господин медленно поднял руку. Алая роза в его пальцах обуглилась, нежные лепестки и сочные листья превратились в сухой шлак. Пальцы дрогнули — и цвет разлетелся горсткой серого пепла.
В груди Господина образовалась зияющая пустота. Стоило сквозняку пронестись сквозь нее, как в тишине раздался тоскливый, жалобный стон.
Ему было невыносимо плохо. Он не умел назвать это чувство, горло сжало спазмом, и он не мог вытолкнуть ни звука.
Из тьмы выпросталось щупальце. Оно робко обвилось вокруг его тела, словно пытаясь обнять хозяина, и слегка коснулось щеки.
Господин с опозданием поднес пальцы к лицу. С века скатилась тяжелая прозрачная капля и застыла на подушечке пальца, сверкая подобно алмазу.
Слеза.
— Я... — беспомощно пробормотал он в темноту. — Я плачу?
Эхо подхватило слова, но ответа не последовало.
Плакать умеют только люди.
Неужели он и впрямь превратился в человека?
Теперь Господин куда лучше понимал смысл человеческих чувств.
Но... это было слишком больно.
Он растерянно смотрел перед собой, пока слезы одна за другой беззвучно падали на землю, разбиваясь на мелкие осколки.
Так вот что значит быть «человеком»?
Господин больше не хотел им быть. Это было слишком невыносимо.
* * *
В закулисье съемочной группы операторы и технический персонал наконец выдохнули.
— Уф, еле вытащили этого Се Сяочжоу!
— И не говори! Останься он там еще на минуту, мы бы вообще ничем не смогли ему навредить.
— Еще бы, под защитой самого Босса! Кто к нему подступится?
Теперь сотрудникам предстояло перебросить юношу в следующий съемочный павильон. Работа закипела с новой силой.
Вдруг среди суеты прозвучал неуверенный голос:
— Слушайте... я тут подумал. Если бы мы не вытащили Се Сяочжоу, разве он не остался бы в том мире навсегда? А чем это отличается от смерти?
Все замерли.
Действительно... чем?
Голос продолжил гнуть свою линию:
— Получается, мы его только что... спасли?
В виртуальном кабинете воцарилась гробовая тишина.
Спустя пару секунд кто-то кашлянул:
— Э-э... ну мы же просто выполняем приказ Режиссера!
— Вот именно! — тут же подхватили остальные. — Мы действуем строго по инструкции!
— Если Режиссер очнется и узнает, что Се Сяочжоу до сих пор жив, нам всем несдобровать!
— Да-да! Мы спасли его только для того, чтобы потом уничтожить с особым цинизмом! Не надо тут на нас клеветать!
Успокоив себя этой нелепой отговоркой, сотрудники быстро согласовали версию событий, чтобы Главный режиссер ничего не заподозрил.
* * *
[Поздравляем! Вы успешно завершили съемки в проекте «Корпорация по устранению аномалий»]
[Расчет вашего гонорара за съемку:]
[- Базовый гонорар: 5000 * 2]
[- Доля от зрительских донатов: 5600]
[- Командная награда: 2300]
[- Удержан личный подоходный налог (20%)]
[Итоговый гонорар: 14 320 очков]
Се Сяочжоу смежил веки. Перед глазами все еще стоял растерянный образ Господина.
В памяти запечатлелся последний кадр: бесчисленные щупальца, рвущиеся из тьмы, извивающиеся в отчаянном порыве удержать его. Но в самый последний момент Господин остановил их, лишь молча провожая его взглядом.
Если бросить верного пса, он будет до последнего ждать хозяина на том же месте. И когда тот вернется, пес не вспомнит предательства — он лишь радостно бросится навстречу, виляя хвостом.
Господин не был собакой, но в душе Се Сяочжоу он оставил именно такой след.
Юноша почувствовал укол вины. Переходя из мира в мир, он впервые встретил того, кто не желал причинить ему вреда и по доброй воле отпустил на свободу.
«А ведь останься я там... все могло сложиться не так уж плохо», — мельком подумал он, но тут же взял себя в руки.
Ни за что! Оставаться в этой загробной съемочной группе он не намеревался ни при каких обстоятельствах!
Се Сяочжоу потер щеки, стряхивая остатки наваждения, и тут же услышал очередной системный сигнал.
[Вам доступна выемка Карт личности побежденной стороны]
В командных реалити-шоу победителям полагались карты проигравших. В соответствии с призовым фондом у него было три попытки.
При этих словах Се Сяочжоу оживился. Достав телефон, он сразу активировал функцию призыва.
Экран вспыхнул блеклым белым светом.
Две карты уровня R.
Се Сяочжоу скривился:
— М-да...
Похоже, надеяться на собственную удачу было бессмысленно.
Не ждя ничего хорошего, он ткнул в экран в третий раз.
На этот раз из глубины дисплея клубами повалил густой фиолетовый туман. Когда дымка рассеялась, в центре возникла карта с золотыми буквами «SR».
Се Сяочжоу перевернул ее.
На лицевой стороне были изображены пергамент и птичье перо, зажатое в изящных пальцах неизвестного писателя.
[Карта личности: Автор детективов]
[Ранг: SR]
[Способность: Заурядная завязка, захватывающее развитие событий и неожиданная развязка складываются в законченную историю.]
[Примечание: Написанный вами сюжет воплотится в реальность при условии, что история не нарушает законов логики.]
А вот это уже кое-что! При грамотном подходе такая способность могла сослужить отличную службу.
Се Сяочжоу с удовлетворением спрятал карту в колоду. Теперь в его арсенале числились три карты ранга SR: свежеполученный «Автор детективов», «Мальчик-Роза» со способностью однократного воскрешения и «Хранитель времени», требовавший за использование плату собственным жизненным сроком.
К слову, о времени: запас жизни, которым Цинь Юань щедро заправил часы контроля времени в прошлом мире, без следа испарился, стоило ему покинуть площадку.
Се Сяочжоу насупился.
Типичный развод от разработчиков! Настоящий обман игроков: в описании ни слова, а ресурсы сгорели! Будь это обычная мобилка, форум уже пылал бы от проклятий в адрес геймдизайнеров.
Но адова съемочная группа о клиентском сервисе не заботилась. Пришлось смириться.
Се Сяочжоу уже собирался закрыть приложение, когда экран вновь мигнул.
[Вы получили предмет ранга SSR!]
[Предмет: Серьга «Цвет из иных миров»]
[Описание: В представлении Господина подарок — это способ выразить чувства. Сам того не замечая, он постиг человеческую природу, а вместе с ней познал и боль.]
[Эффект: Подавляет волю жертвы, истощая ее ментальную защиту.]
Се Сяочжоу коснулся мочки уха. Вставленный в серебро камень переливался мягким, завлекающим светом.
Дзинь-дзинь!
Телефон зашелся каскадом уведомлений.
Взглянув на экран, он увидал кучу сообщений от Ли Сяо. Девушка в кожанке выбыла с площадки раньше и засыпала его вопросами: выбрался ли он, как себя чувствует и не хочет ли встретиться за чашкой кофе.
Юноша задумался. Вспомнив поведение членов Общества Возрождения в «Корпорации по устранению аномалий», он пришел к выводу, что организация эта слишком мутная и связываться с ней себе дороже.
Он уже набрал отказ, как вдруг в памяти всплыли слова Чумного доктора.
Верхушка Общества явно знала больше обычного — примерно то же, о чем твердил Доктор. Вступать в их ряды Се Сяочжоу не собирался, а вот выудить полезную информацию лишним бы не было.
Быстро отстучав ответ, он назначил Ли Сяо встречу на завтрашнее утро.
Отправив сообщение, Се Сяочжоу с облегчением отбросил телефон и рухнул на мягкую перину.
Хотя в съемочных мирах тоже удавалось передохнуть, это не шло ни в какое сравнение с реальностью. Там приходилось постоянно держать ухо востро, ожидая удара в спину, здесь же можно было расслабиться.
Юноша сладко потянулся, укутался в одеяло и уткнулся носом в подушку, пахнувшую свежестью и солнцем.
Вот она — настоящая жизнь!
А все эти Господа и прочие монстры... ну их к черту!
Накопившаяся усталость взяла свое, и Се Сяочжоу мгновенно провалился в сон.
Впрочем, даже за пределами шоу спокойный отдых ему только снился.
В комнате царила тихая ночная глушь.
Рука юноши покоилась поверх одеяла, а кольцо на безымянном пальце вдруг вспыхнуло таинственным светом.
Он нахмурился во сне, губы его затрепетали, выпевая бессвязный шепот.
* * *
Должно быть, из-за новой карты «Автор детективов» фантазия Се Сяочжоу разыгралась не на шутку, и ему приснился кошмар.
Во сне сознание оставалось ясным, но тело напрочь отказалось повиноваться. Он мог лишь вращать глазами. Оглядевшись, юноша обнаружил, что лежит на операционном столе, облаченный в больничную сорочку.
«Где я? Что происходит?»
Прежде чем он успел сообразить, сверху с сухим щелчком зажегся бестеневой светильник, обрушив на него сноп слепящего белого света.
— М-м-м...
Се Сяочжоу зажмурился, но яркие лучи пробивали даже смыкающиеся веки. Лишь спустя минуту он смог немного приоткрыть глаза.
Прямо над ним склонилась клювастая маска Чумного доктора.
Доктор держал в тонких пальцах скальпель с лезвием толщиной в паутинку и примеривался к его бледной коже, раздумывая, где сделать первый надрез.
Хотя сталь еще не касалась плоти, Се Сяочжоу уже ощутил ледяное прикосновение металла.
«Доктор... Что ты делаешь?!»
Он хотел закричать, но горло словно запечатали воском — из груди не вырвалось ни звука. Юноше оставалось лишь в ужасе наблюдать, как блик на лезвии мелькает перед самым его носом.
Доктор повернул голову и ласково произнес:
— Не бойся, милый. Это не займет много времени. Операция пройдет совершенно безболезненно.
Се Сяочжоу замер.
«Операция?! Зачем? Я же здоров!»
Доктор, словно прочитав его мысли, опустил ладонь в кожаной перчатке ему на грудь и слегка надавил.
Его голос звучал бархатно и элегантно:
— Затем, что ты попался, моя хитрая Маленькая роза.
Юноша отчаянно замигал.
Доктор же отвернулся и принялся неспешно протирать инструмент салфеткой с антисептиком:
— Все мои воплощения наконец слились воедино. Но... видишь ли, мы так и не смогли решить, кому именно ты принадлежишь. Каждое «я» желает обладать тобой безраздельно. Мы невероятно эгоистичны, и это создает определенные неудобства. Впрочем, я нашел компромисс...
Продезинфицированное лезвие легонько полоснуло по коже Се Сяочжоу, оставляя тонкий алый след.
— Каждая моя ипостась жаждет тебя, а ты у нас всего один. Поэтому я предложил разделить тебя... поровну.
Доктор склонился ниже и прошептал прямо в ухо:
— Мне нужно только твое сердце, Маленькая роза. А остальное пусть забирают остальные «я».
Скальпель устремился вниз.
* * *
Се Сяочжоу выскочил из сна как ужаленный.
За окном царила предрассветная синева — часа три или четыре утра. На улице стояла мертвая тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков в траве.
Юноша сел на кровати и провел ладонью по лбу — тот был липким от холодного пота.
Кошмар казался пугающе осязаемым.
«Ведь... в реальности такого быть не может, правда?»
Переведя дух, Се Сяочжоу поднялся и жадно припал к стакану с водой. Ледяная влага обожгла пищевод, возвращая способность мыслить трезво.
Все в порядке. Сон — лишь игра воображения.
Он пытался успокоить себя, но предательские мысли уже рисовали худший сценарий: а что, если нечто подобное действительно произойдет?
Если события повернутся именно так...
Се Сяочжоу без колебаний выбрал бы Господина. Господин самый послушный, к тому же в чувствах наивный — он не станет устраивать сцен ревности. А уж с его помощью можно стравить Доктора и Бога реки. Предлог найти проще простого: сердце-то одно, оба на него претендуют — вот пусть и выяснят в честном бою, кому оно достанется!
Прижав ладонь к бешено колотящейся груди, Се Сяочжоу твердо решил: в следующем испытании нужно сидеть тихо, играть осторожно и ни в коем случае не заигрывать с Боссами.
А не то его хрупкого тела на всех этих чудовищ просто не хватит.