Такого поворота не ожидал никто. Трансляция буквально взмыла от шквала сообщений — зрители в чате не скрывали своего изумления.
«Серьёзно? Набрал Цинь Юаню? Ну он и мастер использовать людей в своих целях!»
«А кто такой этот Цинь Юань? Тоже из участников?»
«Новички, если интересно, гляньте выпуск „Семь ночных историй школы“. Цинь Юань там главный босс!»
«И что, реально дозвонится?»
«Только мне кажется, что Се Сяочжоу слишком уж святоша? Мог ведь запросто устранить соперников из Гильдии актёров, а вместо этого сам себе создаёт проблемы».
«Ага, только тебе так кажется. Если бы Чжоучжоу поступил иначе, это был бы уже не Чжоучжоу!»
На самом деле у Се Сяочжоу тоже мелькнуло искушение поддаться дурной забаве — набрать номер стоящего напротив Шэнь Байси и полюбоваться на реакцию публики.
В нём заговорило подсознание «Мальчика-Розы».
Вживаясь в роль, талантливые актёры нередко растворяются в персонаже, и даже после команды «снято» им нелегко вернуться к реальности. Вот и Сяочжоу слишком глубоко увяз в заданной роли.
Однако становиться «Мальчиком-Розой» на самом деле он не желал. У него имелись собственные принципы.
К тому же звонок Цинь Юаню вовсе не был спонтанной глупостью. Во-первых, этот монстр вряд ли мог так просто сгинуть; во-вторых, Сяочжоу хотел проверить одну важную догадку.
* * *
В конференц-зале воцарилась звонкая тишина, слышалось лишь сбивчивое дыхание собравшихся. Се Сяочжоу сжал корпус телефона и прижал динамик к уху. Сквозь мембрану пробивался лёгкий треск электрических помех.
На том конце молчали.
Инструктор Пэпэте злорадно ухмыльнулся:
— Кто же это? Твой друг или враг? Стоит ему ответить, как над ним навеснет смертельная угроза... Возможно, ты даже успеешь услышать его предсмертные вопли... — От этой мысли лектор возбуждённо взмахнул рукой. — Ах, какая поэтика!
Едва он замолчал, из динамика вырвался дикий, раздирающий душу вопль.
Инструктор Пэпэте подался вперёд, хищно прищурившись:
— Ну как, сладостный звук?
Се Сяочжоу ощутил, как прибор в ладони едва заметно дрогнул.
Разумеется, этот крик принадлежал вовсе не Цинь Юаню.
Когда вопль утих, из динамика донёсся отчетливый, леденящий душу голос:
— Се... Сяо... чжоу.
Слова давались говорившему с трудом — словно он не пользовался связками целую вечность. Голос звучал суховато и отстранённо, обдавая невольным холодом.
— Ты... меня... обманул.
Фоном донёсся глухой хруст — будто кто-то сжал в кулаке и раздавил нечто твёрдое.
Се Сяочжоу неопределённо промолчал.
Неужели Цинь Юань всё ещё таил обиду из-за обещания сделать его постоянным участником? Но разве можно принимать всерьёз слова, сказанные во время съёмок?
Впрочем, паники Сяочжоу не испытывал: между ними пролегало расстояние, это был всего лишь телефонный разговор.
Поэтому он с абсолютным хладнокровием выпалил первую пришедшую в голову небылицу:
— Алло? Что-то связь пропадает... Алло, вы меня слышите?
И с этими словами без зазрения совести сбросил вызов, отправив аппарат обратно в чёрный ящик. Сделав дело, Сяочжоу украдкой покосился на экран. К счастью, Цинь Юань не пытался перезвонить.
Инструктор Пэпэте тоже заглянул в ящик — и обомлел.
— Мой телефон!.. Мой телефон! — взвыл он.
Телефон «Вечная связь» являлся аномальным объектом первого уровня, повредить который казалось невозможным. Однако сейчас корпус прибора непрерывно вибрировал, будто мучился в конвульсиях. По пластмассе расползалась паутина мелких трещин, а дисплей под пальцами пошёл глубокими сколами.
Инструктор Пэпэте дрожащим пальцем ткнул в Се Сяочжоу:
— Что... что ты с ним сделал?!
Сяочжоу чинно сидел на стуле, сложив руки на коленях, и смотрел на лектора с наижгучим невинным видом:
— Поступил точно так, как вы сказали: просто сделал звонок.
— Но почему он разрушается?!
Поразмыслив секунду, Сяочжоу глубокомысленно изрёк:
— Наверное, у него случился экзистенциальный кризис. И он пал духом.
— Что?..
Раздался оглушительный треск. Телефон «Вечная связь» разлетелся на мельчайшие осколки.
Се Сяочжоу слегка скорректировал формулировку:
— Ну или, наоборот, раскрыл душу до предела.
Инструктор Пэпэте лишился дара речи.
Сяочжоу приподнял подбородок и, лучезарно улыбнувшись, вернул лектору его же вопрос:
— Ну как, сладостный звук?
Инструктор лишь стиснул зубы. Аппарат был аномалией первого уровня, к тому же он сам предложил новичку опробовать его в деле. Открыто предъявлять претензии было неловко. Впившись в Се Сяочжоу тяжелым взглядом, Пэпэте процедил:
— Идите за мной. Пора ознакомиться с корпорацией.
Сотрудники поднялись со своих мест.
В конференц-зале собралось двенадцать участников. Форменная одежда у всех была одинаковой, различался лишь цвет: у представителей «Общества Возрождения», включая Се Сяочжоу, — синяя, а у членов «Гильдии актёров» — красная. Группы разделились поровну.
Шеренга двинулась за инструктором Пэпэте.
Возглавлявший «Гильдию актёров» Шэнь Байси намеренно поравнялся с Се Сяочжоу. В его взгляде мелькнула сложная гамма чувств:
— Не думал, что ты поступишь так. — Он сделал паузу и сразу сменил тон: — Впрочем, не жди благодарности. Впредь пощады от меня не будет.
Из-за Се Сяочжоу Гильдия уже лишилась нескольких опытных участников. К тому же Шэнь Байси намерен был забрать его SSR-артефакт, так что мирный исход между ними исключался.
Се Сяочжоу потянул за слишком тугой воротник рубашки и иронично приподнял бровь:
— А я и не рассчитывал.
Используй он телефон «Вечная связь», чтобы расправиться с Шэнь Байси, чем бы сам отличался от него?
У Се Сяочжоу имелась своя грань. Лишь когда Шэнь Байси станет открыто действовать против него, он ответит ударом на удар. Пусть подобный подход казался кому-то глупым, но... пока человек жив, ему необходимы хоть какие-то незыблемые правила.
Превращаться в настоящего «Мальчика-Розу» он точно не собирался.
Сяочжоу слегка наклонил голову и открыто улыбнулся:
— К тому же победа всё равно останется за мной.
— Излишняя самоуверенность ещё никому не шла во благо, — хмуро бросил Шэнь Байси.
Се Сяочжоу не утратил улыбки:
— У меня есть веская причина победить.
Проигравшая сторона теряла абсолютно всё: и гонорары, и карты личности.
«Чёрт возьми. Если остальные узнают, что в моей колоде лежит свыше сотни карт рангов N и R, меня же просто курам на смех поднимут».
* * *
Инструктор Пэпэте повеёл участников на экскурсию.
«Корпорация по устранению аномалий» представляла собой внушительную организацию, занимавшую отдельное высотное здание. В корпусе насчитывалось двадцать шесть этажей, вот только восемнадцать из них уходили глубоко под землю.
Нажав кнопку вызова лифта, Пэпэте пояснил:
— Число восемнадцать отсылает к восточной традиции восемнадцати кругов ада. Чем ниже ярус, тем более опасные аномалии там содержатся. Доступ туда открыт лишь лицам с высшим уровнем допуска.
Разумеется, новоиспечённые сотрудники не имели права туда спускаться.
Наземная часть распределялась иначе: первый этаж занимал приемный холл, со второго по пятый расположились канцелярские службы, а с шестого по восьмой простирались исследовательские лаборатории профессоров.
Пэпэте привёл группу на четвёртый этаж, в отдел кадров.
— Сначала оформите трудоустройство. Остальные подробности кадровики изложат сами, — кинул он.
Инструктора ждали неотложные дела по списанию повреждённого имущества, поэтому задерживаться он не стал.
В кабинете их встретила симпатичная сотрудница — если не принимать во внимание небольшие рожки, пробивавшиеся прямо у неё со лба.
Скучающим жестом кадровичка раздала каждому по бланку:
— Подписывайте.
Се Сяочжоу опустил взгляд.
На первой странице красовался эмблематичный знак «Корпорации по устранению аномалий» — маскирующийся под магическую печать тёмно-фиолетовый круг, в центре которого таращился огромный, налитый кровью глаз.
Зрачок обладал гипнотическим воздействием. Стоило всмотреться в него чуть дольше положенного, как контуры предметов поплыли, а в ушах зашелестели посторонние звуки.
Слышались чьи-то рыдания, переходящие в сухой хохот. Мужские, женские, детские и старческие голоса сплетались в единый душный шёпот, вызвавший подкатывающую к горлу тошноту.
Лицо Се Сяочжоу мгновенно побледнело, ноги стали ватными.
Дзынь!
Чистый, звонкий звук заглушил морок, мгновенно выдернув Сяочжоу из оцепенения.
Кадровичка постукивала ложечкой по фарфоровой чашке. Увидев, что парень пришёл в себя, она отставила прибор и посмотрела на него со странным прищуром:
— Не ожидала, что у тебя окажется столь высокая духовная восприимчивость.
Сяочжоу оглянулся на стоящих рядом участников. Те рассматривали бланки абсолютно спокойно, словно логотип компании являлся самым обычным рисунком.
Шэнь Байси словно бы невзначай поинтересовался:
— А что такое духовная восприимчивость?
Кадровичка бросила ложку на стол, откинулась на спинку кресла и выдавила фальшивую улыбку:
— Ничего хорошего. В нашей корпорации правило простое: чем меньше знаешь, тем целее будешь.
Шэнь Байси лишь ухмыльнулся, не став развивать тему.
— Подписывайте договоры, сдавайте мне и можете быть свободны, — резюмировала женщина.
Се Сяочжоу снова взглянул на документ, на этот раз осторожно обходя взором зловещую эмблему.
Перелистнув страницу, он пробежался по пунктам. Договор «Корпорации по устранению аномалий» мало чем отличался от стандартных контрактов: показатели эффективности, премия за посещаемость, оклад. Проверка результатов проводилась еженедельно. Тех, кто не справлялся с планом, ждало немедленное увольнение, а набрать нужные баллы можно было лишь участвуя в выездных проектах.
И главное: в компании действовала система отсева отстающих. Даже если ты выполнил минимум, но оказался в самом конце рейтинга — тебе всё равно укажут на дверь.
Сяочжоу мысленно ухмыльнулся: «Капитализм в самом худшем его проявлении».
Добравшись до последней страницы, он поставил размашистую подпись в графе «Исполнитель». Перед тем как закрыть папку, он мельком взглянул на строчку «Заказчик» — там вилась изящная, вензельная буква «Q».
Остальные участники уже закончили с бумагами, сдали бланки и покинули кабинет.
Се Сяочжоу, случайно или намеренно, оказался последним. Когда дверь за последним человеком закрылась, он подошёл к столу и протянул свой экземпляр.
Кадровичка окинула его внимательным взглядом. Её губы раздвинулись в широкой улыбке, обронив из вида узкий, раздвоенный, как у змеи, язык:
— Высокая духовная восприимчивость — не благо, но и не совсем проклятие. Ты способен замечать то, что скрыто от остальных. Однако плата за это — смертельный риск, возрастающий во много раз.
— Чем меньше знаешь — тем безопаснее.
Забрав пачку документов, она мгновенно вернула себе прежнее ледяное выражение лица.
Се Сяочжоу вышел в коридор.
У дверей его поджидала Ли Сяо. Завидев парня, она сразу перешла к делу:
— Наш отдел на втором этаже. Руководитель распределяет задачи случайным образом.
Сяочжоу кивнул, подтверждая, что понял.
Они направлялись к лифту, пока Ли Сяо вполголоса вводила его в курс дел:
— Среди прибывших из Гильдии актёров есть незнакомые лица. Остерегайся Шэнь Байси. Поговаривают, его SR-карта личности — «Даос», в этом сценарии у него огромное преимущество...
Дзынь.
Кабина замерла на втором этаже.
Этот ярус был отведён под рабочие места новичков. Пространство четко делилось на две зоны: границы между «Обществом Возрождения» и «Гильдией актёров» прослеживались безошибочно.
Следуя за Ли Сяо, Сяочжоу занял стол на стороне своего альянса.
Едва он опустился на стул, как на мониторе Ли Сяо раздался короткий сигнал.
Она внимательно вчиталась в текст на экране:
— Пришла задача. Зачистить жилой комплекс от аномальных сущностей.
Аналогичное уведомление получили ещё двое из «Общества Возрождения». Задание предназначалось для небольшой группы — всего из трёх человек.
Похоже, поручения распределялись индивидуально.
Чтобы выполнить норму и избежать ликвидации при отсеве, игнорировать вызовы не мог никто — расплата за увольнение наверняка оказывалась плачевной.
Не теряя времени, Ли Сяо увлекла напарников к выходу.
Со стороны «Гильдии актёров» также снялась и ушла часть людей.
Се Сяочжоу бросил взгляд на свой монитор — почтовый ящик молчал.
Оставшиеся без дел члены «Общества Возрождения» собрались в небольшую группу и принялись вполголоса переговариваться. Вскоре разговор неизбежно свелся к Се Сяочжоу.
Парень в очках украдкой смерил Сяочжоу взглядом:
— И зачем только сестра Сяо приволокла его сюда?
Сидевшая рядом девушка с ровной чёлкой нарочито понизила голос:
— Ну не скажи, всё-таки он участник ранга А.
Очкарик снисходительно хмыкнул:
— Ранг А... А мы тут кто, по-твоему? Отсниму этот эпизод — и сам получу А+. Я смотрел его прошлые выпуски: парню просто улыбнулась удача, сумел умилостивить главного босса. Эка невидаль!
Девушка с чёлкой шутливо толкнула его в плечо:
— Ой, да знаем мы, какой ты у нас умелец. — Она вновь мимоходом покосилась на Сяочжоу. — Прояви уважение к сестре Сяо, не нагнетай.
Очкарик выглядел совершенно непримечательно, однако уверенности ему было не занимать:
— Да мне-то что. Главное, пусть под ногами не путается. Если не станет обузой, так и быть — присмотрю за ним.
Се Сяочжоу едва сдержал вздох.
Оба свято верили, что шепчутся незаметно, хотя он слышал каждое слово. Впрочем, принимать это близко к сердцу Сяочжоу не собирался: если доказывать свою состоятельность каждому сомневающемуся, времени ни на что другое не останется.
К тому же... реплики этого очкарика буквально изобиловали недвусмысленными намеками на скорую гибель.
Динь-дон!
В этот момент на трех компьютерах одновременно вспыхнуло уведомление.
Се Сяочжоу вчитался в текст:
[Рабочее задание:
В одной из городских школ зафиксирована аномалия. Сотрудникам незамедлительно приступить к устранению.]
Школа...
Се Сяочжоу ощутил смутное недоброе предчувствие.
* * *
К счастью, учебное заведение оказалось вовсе не той Четвёртой средней школой из его первого съёмочного дня, а самым обычным городским учреждением.
После аномального инцидента занятия приостановили. Учеников и преподавателей эвакуировали, и в пустых дворах царила звенящая тишина.
Лишь налетевший ветер порывисто шелестел листвой.
Очкарик и девушка с чёлкой обменялись красноречивыми взглядами. Завершив молчаливый диалог, парень направился прямо к Се Сяочжоу.
Не совсем понимая, что тому нужно, Сяочжоу вскинул взор.
Очкарик изначально считал Се Сяочжоу красивой пустышкой, выехавшей исключительно на везении и умении заговорить зубы финальному боссу. Но стоит ему встретиться с этими ясными, тёмными глазами, как сердце парня пропустило удар.
Показалось. Определённо показалось.
Очкарик прочистил горло:
— Эй, ты...
— Се Сяочжоу, — спокойно поправил тот. — Моё имя.
Парень кашлянул:
— Ну, Се Сяочжоу. Раз уж тебя привела сестра Сяо и ты не входишь в ядро «Общества Возрождения», дублировать действия нам ни к чему...
Сяочжоу мгновенно уловил подтекст:
— Понял.
Очкарик набрал воздуху:
— Впрочем, если поделишься парой артефактов... — Он ожидал, что Сяочжоу станет цепляться за группу, и предложение обменять протекцию на вещи казалось логичным. Но тот срезал его на полуслове. — Погоди, что ты сказал?
Се Сяочжоу сухо и чётко отчеканил:
— Разделимся.
Не успел очкарик опомниться, как перед ним осталась лишь удаляющаяся спина Сяочжоу.
Девушка с чёлкой неуверенно заметила:
— Сестра Сяо говорила, что его хотят привлечь в общество... Ты не перегнул?
Очкарик ни за что не признал бы промах. Пользуясь напутствием Ли Сяо, он рассчитывал лишь выудить у новичка пару полезных предметов, а тот неожиданно проявил характер и просто ушёл.
Парень лишь злорадно хмыкнул:
— Пустяки. Скоро сам прибежит с соплями и мольбами о помощи.
* * *
Се Сяочжоу в одиночестве шагал по школьному двору.
Когда он только прибыл, на улице стоял ясный день, но стоит ступить в глубину территории, как окружающий мир мгновенно меркнет, погружаясь в промозглые сумерки.
Сяочжоу достал телефон и включил фонарик.
Пожалуй, это был самый гуманный сценарий за всё время: действие разворачивалось в современной эпохе, а сеть продолжала работать.
Судя по полученной инструкции, источник аномалии находился в учебном корпусе и перемещался между классами.
Се Сяочжоу вскинул голову.
Здание школы высилось неподалёку, окутанное густой тенью. Окна отражали узкий луч фонарика, а из глубины коридоров доносились приглушённые девичьи голоса и смех.
Обходить каждый кабинет вручную? Слишком нерационально.
Сяочжоу поднёс к лицу левую руку. Взгляд зацепился за безымянный палец, украшенный перстнем: алая грань рубина в оправе вспыхнула ярким отблеском.
Он слегка наклонился и коснулся камня губами.
Шур-р-р—
Воздух рассек шелест крыльев.
Прямо перед ним возник угольно-черный ворон. Взмахнув крыльями, птица склонила голову набок, разглядывая Се Сяочжоу.
Перед ней стояла ее Маленькая роза.
Вот только... отчего парень выглядел немного иначе? Да и привычный аромат роз куда-то улетучился.
Скромный птичий ум не предназначался для сложных размышлений. Поколебавшись мгновение, ворон окончательно признал в нем свою Маленькую розу.
Птица пришла в восторг и намеревалась потереться о щеку Сяочжоу, но, сделав шаг, резко замерла.
Она воровато огляделась по сторонам.
К счастью, Доктора поблизости не было!
Ворон радостно взмахнул крыльями, опустился на плечо Се Сяочжоу и задрал клюв, всем видом выпрашивая ласку.
Сяочжоу улыбнулся столь очеловеченной мимике и мягко провел пальцем по перьям.
Ворон уткнулся головой в его ладонь, а его крошечное тело подрагивало от забавного азарта.
Погладив птицу еще раз, Сяочжоу попросил:
— Сганяй наверх. Посмотри, где затаилась аномалия.
Ворон всё понял. Взмахнув крыльями, черная тень взмыла над учебным корпусом и мгновенно скрылась у крыши.
С таким помощником задача упрощалась в разы, и Сяочжоу остался ждать внизу.
Спустя минуту ворон вернулся.
Он не стал сразу опускаться на плечо, а сделал пару кругов перед окном одного из кабинетов на верхнем этаже и лишь затем слетел вниз.
Сяочжоу всмотрелся в указанное окно: за стеклом смутно колыхались силуэты, словно там затаилась нечисть.
Значит, там.
Сяочжоу шагнул в провал тёмного подъезда.
Выполнив поручение, ворон не ушёл обратно в перстень, а остался сидеть на плече. Пользуясь тем, что парень занят, он тихонько подвинулся ближе, потом ещё немного — и гордо расправил хвост.
Сяочжоу не знал уровня опасности здешней аномалии, поэтому решил приготовиться по максимуму. Перед подъёмом он задействовал карту личности «Хранитель времени».
Стоило экипировать её, как ладонь ощутила приятную тяжесть: в руке появился старинный золочёный карманный хронометр. Длинная изящная цепочка свисала вниз, слегка покачиваясь при движении. Открыв крышку, Сяочжоу увидел замершие стрелки.
Вместе с предметом в сознании всплыла инструкция.
«Хранитель времени» способен запечатлеть отрезок не более двадцати четырёх часов. В пределах этого лимита можно обращать время вспять, замораживать его или сохранять точку возврата.
Платой за каждый час отмотки являлись сто часов собственной жизни. На создание точки загрузки уходило двести сорок дней жизни — зато это позволяло воскреснуть в выбранный момент.
Впрочем, Хранитель мог расплачиваться и чужим жизненным ресурсом.
Сяочжоу щелкнул крышкой, убрал часы в карман пиджака и закрепил цепочку на противоположной стороне. При каждом шаге его многочисленные украшения издавали легкий перезвон.
Только сейчас он осознал, сколько на нем навешано.
На запястье покоилась пуговица Цинь Юаня, на шее висели шестигранные кости Бога реки, на безымянном пальце блестело кольцо с розами Доктора. Теперь прибавился ещё и хронометр. Добавить ещё пару вешиц — и он превратится в ходячую витрину ювелирного салона.
Отвлекаясь на эти мысли, Се Сяочжоу поднялся к нужному кабинету.
Вскинув взгляд, он увидел льющийся из дверного проёма мягкий свет.
Теплый, слегка желтоватый свет дарил ощущение уюта и казался абсолютной гаванью безопасности по сравнению с мертвенной тьмой коридора.
За партами стройными рядами сидели ученики. Выпрямив спины, они внимательно слушали урок. Преподаватель у доски время от времени поворачивался и выводил мелком формулы.
Картина выглядела совершенно обыденной.
Если не брать в расчёт то, что в здании давно не должно было остаться ни детей, ни учителей.
Се Сяочжоу замер.
Но было поздно: стоящий у доски учитель медленно повернул голову. Его черты лица представляли собой сплошные чёрные провалы, словно плоть обуглилась в огне.
— Ученик... — С каждым словом из горла учителя вырывались клубы серого дыма вперемешку с алыми искрами. — Почему ты стоишь в дверях? Входи, урок начинается.
Сидевшие в классе одновременно повернулись.
Среди них угадывались не только школьники, но и взрослые — учителя, охранники, родители. Но все они словно забыли о своем прошлом, покорно вышагивая за парты в ожидании занятий.
— Входи на урок, — хором повторили они, и из открытых ртов вырвались густые струи дыма.
До носа Се Сяочжоу долетел тошнотворный запах сожжённого белка.
Входить нельзя.
Разум отчетливо сознавал опасность, но тело вопреки воле сделало шаг к порогу.
С каждым приближением к классу температура воздуха стремительно возрастала. Из помещения обдало настоящим жаром.
Сяочжоу дернул пальцами, собираясь извлечь хронометр и запустить отмотку времени. Но прежде чем он успел вынуть часы, пуговица на запястье едва заметно дрогнула, разрушая гипнотическое притяжение.
Вернув контроль над телом, парень отшатнулся назад — и неожиданно врезался спиной в чью-то твердую грудь.
— Се... Сяо... чжоу.
За спиной раздался знакомый голос.
Говоривший, похоже, слишком долго молчал: произношение давалось ему тяжело, с паузой после каждого слова.
— К-кар-р!
Притихший было ворон испуганно вспыхнул, взлетел с плеча и принялся яростно кружить над стоящим за спиной Сяочжоу юношей, воинственно хлопая крыльями.
Кар-р! Это его Маленькая роза! А ну прочь!