Лицевая панель смартфона озарилась густым фиолетовым светом. Сияние мягко истаяло, уступив место утончённому барочному орнаменту на рубашке карты.
С первого взгляда становилось ясно: эта вещь не имела ничего общего с привычным ширпотребом N- и R-ранга.
Неужели фортуна наконец улыбнулась, и ему выпала SR-карта?
Се Сяочжоу мгновенно забыл о проклятиях в адрес загробно-коварной съёмочной группы и нажал на экран. Затаив дыхание, он не отрывал взгляда от дисплея, пока карта медленно переворачивалась.
Иллюстрация напоминала изысканную масляную живопись: раскидистое, утопающее в ярком солнце Поместье Роз. В самом центре хрупкий юноша бережно подносил к ладоням полураскрытый бутон. Лепестки усыпала прозрачная роса, и, казалось, сквозь экран проникал тонкий, свежий аромат. Но кожа юноши — фарфоровая, почти прозрачная — затмевала красоту цветка, излучая пленяющую и ломкую уязвимость.
[Категория: Карты личности]
[Роль: Мальчик-Роза]
[Уровень: SR]
[Способность: Вы невероятно хрупки и нежны, а ваша уязвимость обладает нечеловеческой, неземной привлекательностью для нежити и монстров. Стоит проявить хоть каплю небрежности — и вы завянете, словно сорванный цветок. Впрочем, взамен вам дарован шанс на воскрешение.]
[Примечание: После трёх смертей наступает окончательная и бесповоротная гибель.]
[Задание: Постарайтесь выжить.]
[Срок выполнения: Семь дней.]
Се Сяочжоу, успевший окончательно прийти в себя:
«...»
Свойства карты откровенно не впечатляли.
Если судить по описанию, три жизни лишь подталкивали к ещё большей опасности. А учитывая, что само шоу являлось смертельным аттракционом, риски возрастали кратно. Удача оказалась иллюзорной.
Посмотришь на карты остальных — там сплошь боевые мастера вроде Не Иньнян или друиды. На худой конец, ведьмы и медузы... Впрочем, из целой колоды смертоносных SR-карт выудить именно эту — тоже своего рода удручающий талант.
Успокаивая себя мыслью, что даренному коню в зубы не смотрят, Се Сяочжоу активировал карту.
Он тут же ощутил изменения: кожа стала фарфорово-белой, словно вымоченной в молоке, и приобрела едва заметное мягкое свечение. Поднеся руку ближе, чтобы разглядеть перемены, он задел что-то острой кромкой. На тыльной стороне ладони мгновенно проступила тонкая царапина.
Выступила капелька крови — без малейшего намёка на металлический запах; вместо него в воздухе разлился едва уловимый аромат роз.
Прекрасно. Привлекательность выкручена на максимум, а броня равна абсолютному нулю. Поди пойми, как извлечь пользу из этой черты.
* * *
Се Сяочжоу уже превратился в ходячий гарант рейтингов. Любой проект с его участием не нуждался в рекламе — зрители стекались сами. Не прошло и трёх минут, как трансляция взлетела на верхнюю строчку главной страницы «Шоу ужасов».
— Ну-ка, глянем, кто тут у нас очередная жертва?
— Рано ещё! Он ещё не вылез.
— Ого, Чжоучжоу наконец-то повезло! Выбил SR-карту!
— Раз уж даже у такого неудачника, как Чжоучжоу, выпала SR-карта, представляю, какая жесть будет в этом выпуске.
— Отличная карта, идеально подходит под его сущность рокового искусителя!
В съёмках выпуска «В путь! Красивые юноши: Европейская глава» участвовало восемь человек. Поскольку разбросало их по разным локациям, экран разделили на восемь частей. Львиная доля зрителей пришла ради Се Сяочжоу, так что все смотрели только на его сегмент. На первый взгляд казалось, будто чат полностью оккупировали фанаты Чжоучжоу.
Однако вскоре в эфир ворвалась группа пользователей и завалила чат сообщениями, моментально сбив прежнюю волну:
— Вы всё ещё смотрите на Се Сяочжоу? На соседнем экране уже босса очаровывают!
— Чего?! Кто-то помимо нашего Чжоучжоу способен укротить босса?
— Ха! Будто кроме Се Сяочжоу в мире больше нет нормальных участников. Сколько ж спеси у его фанатов!
— Не ссорьтесь, пойду сам гляну, что там...
На соседнем экране царил мрачный полумрак.
Комната без окон освещалась лишь тусклым огоньком керосиновой лампы. При слабом свете проступали стеллажи, уставленные банками и колбами. Присмотревшись, можно было разглядеть заспиртованные органы: сердца, руки, глазные яблоки... и даже эмбрион размером с ладонь.
В этом зловещем месте стоял кроткий юноша.
Губы его алели, а лицо оставалось по-детски свежим. Ничуть не смущаясь кровавой обстановки, он с благоговением смотрел на человека в маске Чумного доктора — преданно, словно перед ним находился сам бог.
Чумной доктор проводил операцию.
На столе корчилось нечто, давно потерявшее человеческий облик. При каждом надрезе скальпеля оно лишь судорожно подёргивалось. Напевая под носом какую-то мелодию, доктор в кожаных перчатках ловко раскромсал это существо на куски.
Взяв один из фрагментов, он поднёс его к носу, понюхал, после чего выбрал с подноса несколько странных деталей и сшил их воедино, породив уродливого монстра.
Постучав скальпелем по краю стола, доктор издал звонкий щелчок.
Тварь затрепетала и ожила. Впрочем, «живой» её назвать было трудно: она смотрела пустыми, остекленевшими глазами, а движения оставались одеревеневшими.
Доктор досадливо цокнул языком:
— Опять провал.
Он снова лишил монстра «жизни» и, словно обычный мусор, сбросил кусок гниющей плоти в ведро.
Юноше не потребовалось приказа — он сразу же шагнул вперёд, принимаясь наводить порядок среди окровавленных инструментов.
Доктор достал салфетку и неторопливо отёр скальпель от крови, чуть повысив интонацию:
— Тебе не страшно?
Не замедляя движений, юноша отозвался мягким, чарующим голосом:
— Как я могу бояться вас? Я знаю: вы их лечите.
— Лечу? — Из-за клюва не проступали эмоции, но по тону угадывалось явное удовольствие. — Верно, я их лечу. А сам ты... болен?
Тёмные мягкие пряди упали на лицо юноши. Не проявив и тени испуга, он тихо проговорил:
— Если любовь к вам — это болезнь, то да, я неизлечимо болен.
Доктор издал странный, горловой звук:
— Я умею исцелять.
Юноша искренне улыбнулся:
— Доктор, я не хочу лечиться. Я лишь хочу, чтобы вы знали о моих чувствах.
В глазах Чумного доктора вспыхнул острый интерес. Его взгляд скользнул по юноше, точно скальпель, мысленно анатомируя его и разбирая на составляющие. Тот спокойно выдержал эту проверку, даже не моргнув.
Доктор коротко усмехнулся и отвёл взор:
— Отлично, отлично...
Юноша стал ещё более покорным.
Эта сцена развернулась прямо перед публикой. Но в чате не поднялось ожидаемого гвалта. После краткого замешательства проскочило лишь несколько сообщений:
— Наш Чжоучжоу прямо... один в один!
— Точь-в-точь как Чжоучжоу в прошлом шоу!
— Бесит! Терпеть не могу плагиаторов!
— Чжоучжоу, выходи и покажи этому поддельному подражателю, кто здесь главный!
Однако раздались и другие голоса:
— А мне нравится этот парень, смелый! Кто-нибудь знает, кто он?
— Это Сюй Тяньцю, участник ранга B. Был в «Древневавилонском выпуске», постоянный гость!
— У Тяньцю карта уровня SR «Мальчик-Тюльпан»! Очаровашка!
— Фанаты Се Сяочжоу совсем зазвездились. Опять им все подражают? Заберите своего кумира, а мы любим Тяньцю!
* * *
Тем временем Се Сяочжоу убрал карту и осмотрелся.
Он находился в комнате, оформленной в классическом европейском стиле. На полу лежал персидский ковёр ручной работы; босые ноги Се Сяочжоу утопали в нём, словно в мягком облаке. Поднявшись, он подошёл к окну, надеясь рассмотреть улицу, но витражная рама не поддалась.
Он нажал сильнее, едва не поранив ладонь — нулевая защита давала о себе знать.
Не успел он совладать со створкой, как за спиной раздался скрип.
Се Сяочжоу обернулся. Дверь медленно отворилась, и в комнату вереницей вошли слуги. Они выстроились вдоль стены — лица застывшие, а от тел веяло едва уловимым душком тлена.
Возглавлял их суровый дворецкий.
— Граф желает видеть вас на сегодняшнем вечере, — произнёс он.
Дворецкий выглядел относительно молодо, однако насупленные брови и глубокие складки у губ придавали ему излишне строгий вид. Он жестом приказал слугам оставить одежду.
Се Сяочжоу подметил: дворецкий не использовал вежливых обращений и держался весьма пренебрежительно. Учитывая детали, его собственное положение здесь... вероятнее всего, соответствовало роли птички в золотой клетке.
Будучи новичком в этом месте и не зная расклада, Се Сяочжоу решил пока не обострять и переодеться.
Заметив такую покорность, дворецкий мелькнул взглядом, в котором проскользнуло разочарование. Похоже, он надеялся на сопротивление — тогда представилась бы отличная возможность плотно позавтракать.
Се Сяочжоу поднял наряд. Западное одеяние отличалось пышностью: сложная слоистая конструкция, слоновая кость шелка, V-образный вырез и каскад кружев на груди. С трудом натянув всё это на себя, он шагнул к зеркалу. Чёрные волосы и тёмные глаза в сочетании со светлым костюмом придавали ему изысканный и ломкий вид.
В завершение один из слуг поднёс букет свежих роз, выбрал самый безупречный бутон и приколол его к отвороту камзола.
Дворецкий окинул Се Сяочжоу ястребиным взором и, не найдя изъянов, скупо кивнул:
— Следуй за мной. Граф ждёт.
Се Сяочжоу подобрался.
Граф, судя по всему, являлся хозяином замка. Неужели именно он — главная аномалия этого выпуска? Информация от организаторов отсутствовала, да и других участников он пока не встречал. Подавив лишние мысли, Се Сяочжоу с невозмутимым видом последовал за дворецким.
За дверью тянулся бесконечный коридор, устланный алым бархатом. По обе стороны висели портреты. В бледном свете керосиновых ламп персонажи на полотнах сорили жутковатыми, мертвенными улыбками.
Вдали коридор погружался в непроглядный мрак, который, словно пасть чудовища, поглощал любые лучи света.
Се Сяочжоу ощутил лёгкий озноб.
Каждый уголок замка дышал чертовщиной. Рядом находился только дворецкий — идеальный момент для побега. Но, взвесив все «за» и «против», Се Сяочжоу отбросил эту мысль. Судя по описанию шоу, мир кишел тварями, и снаружи вряд ли было безопаснее. Разумнее сначала выяснить, не окажется ли этот граф тем самым объектом для отметки.
В конце коридора возвышалась тяжёлая металлическая дверь, украшенная чеканкой в виде летучих мышей. Дворецкий выступил вперёд и склонился в глубоком поклоне, тихо постучав:
— Господин граф...
Едва прозвучал голос, как створка со скрежетом подалась, открывая узкий проход. Дворецкий не стал входить, а отступил в сторону, освобождая дорогу.
Внутри царила тьма. Неизвестно, какой монстр поджидал там.
У Се Сяочжоу дёрнулось веко, но он сохранил полное спокойствие и шагнул за порог. Едва он сделал несколько шагов, за спиной прогремел оглушительный глухой удар. Дверь захлопнулась, отсекая свет из коридора.
Комната погрузилась в абсолютную тьму.
В отсутствие зрения обострились остальные чувства. Се Сяочжоу слышал только собственное дыхание и стук сердца. «Неужели я тут один?» — не успела промелькнуть эта мысль, как из мрака протянулась ледяная рука.
Он сдержал порыв отшатнуться и остался на месте.
Ладонь оказалась мертвенно-холодной, без намека на пульс. Она скользнула по подбородку и сжала запястье. Взор незримого хозяина зафиксировался на тыльной стороне ладони, где пролегала едва заметная царапина.
Ранка уже затягивалась, но от взгляда графа ничто не укрылось.
Его удивила реакция Се Сяочжоу:
— Надо же, какой ты сегодня шелковый. — Он принюхался и прижался губами к царапине на руке. — И... твоя кровь стала пахнуть гораздо слаще.
Во тьме вспыхнули два алых глаза.
Перед ним стоял человек в роскошном камзоле с мертвенно-бледным лицом — словно век не видал солнца. Два острых клыка опирались на нижнюю губу, а от самой фигуры веяло древней гнилью.
Сопоставив факты, Се Сяочжоу подумал: «Вампир?»
Если верить преданиям, кровососы боятся солнца, серебра и крестов. Он прикрыл глаза, размышляя, сработают ли против такой твари жёлтые талисманы.
Граф жадно облизал губы, глядя на царапину, однако заходить дальше не стал и выпустил его руку:
— Ладно. Раз ты так послушен, прощаю. Вечером на балу веди себя достойно. Постарайся... завоевать расположение Того Самого Господина.
Се Сяочжоу ухватился за ключевую зацепку:
— Того Самого Господина?
Граф не стал вдаваться в подробности и лишь властным жестом указал на выход. Створка приоткрылась, и Се Сяочжоу ничего не оставалось, кроме как удалиться.
[Прогресс отметки: Граф-вампир (1/1)]
Се Сяочжоу не знал критериев этой системы: достаточно ли простого визуального контакта или требуется близкое взаимодействие? В отсутствие других примеров сделать вывод не удавалось.
Под конвоем дворецкого он прибыл в гостиную.
Там уже находились трое: юноши и девушка, отличавшиеся исключительной привлекательностью.
Се Сяочжоу опустился в кресло. Сидевший рядом юноша с приколотой к одежде лилией тут же шепнул:
— Ты тоже участник?
Се Сяочжоу кивнул.
У оставшихся двоих на лацканах алели бутоны: у одного — китайская роза, у другого — азалия. У самого Се Сяочжоу украшением служила роза.
«Неужели "Красивые юноши" — это буквальное наименование? У каждого свой цветок?»
Пока он размышлял, за окном пробил глухой удар колокола. Сквозь витражи было видно, как стремительно густеют сумерки.
Парень с китайской розой произнёс:
— Похоже, сегодня нас всего четверо.
Лилия кивнул:
— Давайте обменяемся информацией.
Се Сяочжоу обладал скудными сведениями, но решил выложить карты на стол, чтобы подтолкнуть остальных:
— Я знаю, что на вечере нужно выслужиться перед одним влиятельным господином.
Парень с азалией знал больше:
— Этот господин крайне крут нравом, никто не смеет его гневить.
Китайская роза добавил:
— Если Он нас не выберет, мы останемся добычей наших нынешних хозяев.
Лилия спросил:
— Как у вас с отметками?
Китайская роза откликнулся:
— Я уже отметился у Ведьмы. Похоже, простого взгляда недостаточно — нужен физический контакт.
— Какой именно контакт? — уточнил Лилия.
Тот не ответил, лишь лицо его слегка исказилось — возвращаться к этой теме он явно не желал.
Остальные всё поняли без слов. Организаторы шоу не стали бы дарить легких побед; за каждый шаг приходилось платить. Вот и Се Сяочжоу чуть не стал обедом для графа, прежде чем получил отметку.
Зрители в эфире демонстрировали нерушимый оптимизм:
— Для Чжоучжоу это раз плюнуть!
— Любого человека Чжоучжоу ведь за пару минут вокруг пальца обведёт!
— Давай, скорее к развязке! Хочу видеть новую жертву!
— Интересно, кто главный босс в этом выпуске — вампир или оборотень? Мне кажется, оборотень был бы куда горячее, хе-хе...
— Хе-хе, чувак сверху, я понял твои мысли!
В гостиной воцарилась тишина.
Спустя некоторое время снаружи донеслись звуки смычка. Вошедший слуга жестом пригласил гостей следовать за ним.
Они вышли к бальному залу. Высокие своды и яркие витражи придавали помещению величественный, почти церковный вид. Но внизу кипел настоящий шабаш.
Казалось, здесь собралась нечисть со всей Европы: ведьмы в остроконечных шляпах, косматое отребье оборотней, утончённые аристократы-вампиры...
Под конвоем слуг четверо гостей застыли в центре зала. Лучи света выхватили их фигуры, и десятки голодных взоров мгновенно устремились на сцену. Они походили на ягнят, брошенных в стаю голодных волков.
Впрочем, отметка за простую демонстрацию перед нежитью не засчиталась. Догадка Китайской розы оказалась верной.
Монстры, не таясь, завели бесстыдные речи:
— Мне нравится Роза.
— И мне! От него пахнет так сладостно... Заплатил бы тысячу золотых, лишь бы забрать!
— Мечтать не вредно. Его хозяин — сам Граф.
— А мне Лилия по душе. Содрать бы с него кожу да повесить на стену вместо гобелена...
Лилия вздрогнул и отступил к товарищам. Но Азалия и Китайская роза выглядели не лучше. Лишь Се Сяочжоу сохранял полное спокойствие. Чем тратить время на страх, лучше собрать побольше сведений. По дороге он заметил: замок казался полупустым, но в каждой тени прятались стражники. Вырваться наружу просто так не выйдет. Оставался один путь — искать спасения через «Того Самого Господина».
Внезапно гул голосов смолк. Наступила мёртвая тишина.
Тяжёлые двустворчатые двери со скрежетом распахнулись, приветствуя самого почётного гостя.
В зал неторопливо вошёл высокий силуэт, облачённый в чёрное. На нём не просматривалось ни единого сантиметра обнажённой кожи: лицо скрывала маска Чумного доктора, на голове сидел цилиндр с золотым шитьём, а в руке покоилась трость с навершием в виде расправившего крылья ворона.
— Доктор...
— Доктор...
— Доброй ночи, Доктор.
По мере его продвижения толпа, словно повинуясь невидимому сигналу, склонялась в поклонах.
Се Сяочжоу наблюдал за прибывшим. Из угла донёсся шёпот — то молодняк, приведённый старшими для знакомства с высшим светом, переговаривался, не зная чинов:
— Это ещё кто?..
— Это Доктор.
— Какая разница, какой доктор? Зачем нам врачи?
Старая ведьма таинственно проскрипела:
— Этот Доктор — не из простых. О чуме слыхали?
Молодой оборотень проникся уважением:
— Слыхал. Неужто его работа?
— Э-э... нет, чума — наших рук дело. Но этот Доктор способен сотворить дрянь куда страшнее любой мора.
Оборотень выдохнул:
— Ого... А зачем он пожаловал?
Ведьма хмыкнула:
— Лучший товар всегда сначала показывают ему. — С этими словами она мельком глянула на четверых участников на сцене.
Се Сяочжоу всё понял. Этот Чумной доктор и есть главный босс текущего выпуска.
Он снова вгляделся в его фигуру и заметил, что за Доктором следует ещё один человек. Это был юноша. В отличие от остальных гостей, на нём не имелось парадного одеяния, лишь к отвороту обычной куртки прикололи бутон тюльпана — знак участника шоу. Он семенил следом за Доктором, всем видом демонстрируя безграничное доверие и преданность.
Се Сяочжоу прищурился.
Этот тип... выглядел до боли знакомым.
Сюй Тяньцю, шагавший подле Доктора, поднял взор и встретился глазами с Се Сяочжоу. На его лице сначала отразилось изумление, а затем проступила дерзкая, провокационная улыбка.
Он подобрался к боссу гораздо раньше. Все приёмы, которыми обычно пользовался Се Сяочжоу, Сюй Тяньцю уже пустил в ход. И теперь появление оригинала не несло никакой угрозы. В конце концов, ценится лишь первый шаг, а подделка всегда остаётся подделкой.
Сюй Тяньцю считал, что победа у него в кармане. Осталось только избавиться от Се Сяочжоу...
— Пересеклись! Наконец-то!
— Чжоучжоу, выходи и покажи этому поддельному подражателю, кто здесь главный!
— Чжоучжоу, вперед, покажи настоящий класс!
— Давай скорее, хватит мишуры, хочу видеть, как босс клюнет на удочку!
Доктор, уловив невидимое напряжение между Сюй Тяньцю и Се Сяочжоу, мельком бросил взгляд на последнего.
Сюй Тяньцю тут же спохватился. Он осторожно потянул Доктора за край плаща и обиженно поджал губы:
— Вы можете не смотреть на других?
К счастью, Доктор скользнул взглядом по Се Сяочжоу и равнодушно отвернулся. Впрочем, дело было не в просьбе Сюй Тяньцю — Доктора в принципе не интересовало ничто, кроме его опытов.
Однако Сюй Тяньцю истолковал это как проявление особой благосклонности. На его щеке проступила милая ямочка:
— Спасибо вам. Если вы будете смотреть на кого-то другого, мне будет очень больно.
Се Сяочжоу, наблюдавший эту сцену от начала и до конца:
«…………»
До боли знакомая картина.
Э-э... разве не так он сам вёл себя с Богом реки в прошлом выпуске?
Когда он прокручивал это сам, всё казалось нормальным. Но почему со стороны это выглядит до тошноты наигранно и фальшиво?
Показалось! Точно показалось. Когда он использовал этот прием, он совершенно точно не выглядел этакой дешевой фальшивкой.
Прибытие главного гостя ознаменовало начало бала.
Оркестр врезал лёгкую, игривую сюиту. Слуги с подносами снули между гостями — если не замечать бокалов с густой кровью и блюд с плавающими глазными яблоками, вечер вполне можно было назвать роскошным.
— Надо же, Доктор привёл собственную зверушку.
— Похоже, здешний товар ему не по вкусу.
— Эх, я бы купил Розу... Надеюсь, Граф уступит мне его по дружбе...
Се Сяочжоу, слушая перешёптывания, отыскал в толпе силуэт Чумного доктора. Несмотря на высокий статус, никто не дерзал подходить к нему близко, отчего вокруг образовалась просторная пустая зона.
Лишь Сюй Тяньцю не ведал страха и беззаботно держался подле него.
Из-за расстояния Се Сяочжоу не слышал разговора, но видел, как Сюй Тяньцю ткнул пальцем в его сторону и что-то шепнул Доктору.
Сюй Тяньцю проговорил:
— Доктор, он мне не нравится. Вы не могли бы избавиться от него?
Доктору было абсолютно всё равно, о ком идёт речь. Он даже не глянул в сторону Се Сяочжоу — лишь скупо стукнул золотым навершием трости о пол в знак согласия.
Сюй Тяньцю, окончательно уверившись в любви босса, промурлыкал:
— Вы так добры ко мне.