Управляющий Цю до последнего сомневался, что Лу Сихоу умудрился всего за полмесяца извлечь больше тридцати тысяч капель травяной эссенции. Сомнения рассеялись лишь тогда, когда юноша со звонким стуком выставил на стол целую гору нефритовых флаконов, мгновенно занявших всю столешницу.
— В каждом флаконе ровно по сотне капель, всего здесь триста двадцать девять штук, — невозмутимо произнес Лу Сихоу. — Управляющий может проверить лично.
Цю сделал глубокий вдох, собираясь с духом, и с предельным почтением отозвался:
— В таком случае старик позволит себе взглянуть.
Он немедленно подозвал подручных, и те принялись тщательно осматривать товар прямо на глазах у гостя. Оценщики скрупулезно изучали духовную энергию, цвет, запах и плотность каждой партии. Мало того — эссенцию выборочно переливали в чистые сосуды, чтобы убедиться, что на донышках или внутренних стенках нет скрытого осадка или следов фальсификации.
Лу Сихоу тем временем спокойно пил чай, сохраняя совершенную невозмутимость.
Спустя изрядное количество времени старший оценщик повернулся к управляющему и подтвердил:
— Молодой господин Лу доставил товар исключительного качества.
Напряжение на лице Цю окончательно растаяло. Он расплылся в широкой улыбке, отчего в уголках его глаз собрались лукавые морщинки.
— Превосходно! Молодой господин, изволите рассчитаться прямо сейчас?
— Будьте так добры.
— Сию минуту! — Цю проворно защелкал костяшками на счетах. — Тридцать две тысячи девятьсот капель травяной эссенции, по сто двадцать низкосортных духовных камней за каплю... Итого выходит три миллиона девятьсот сорок восемь тысяч камней.
Управляющий оторвал взгляд от счетов и посмотрел на собеседника:
— Не желаете пересчитать сами?
Пока звенели костяшки, Лу Сихоу уже сложил все цифры в уме — и сделал это куда быстрее расчетливого торговца.
— В этом нет нужды, — уверенно отозвался юноша. — Сумма абсолютно верная.
— В каком виде изволите получить расчет? Средними или, быть может, высокосортными камнями? — с готовностью предложил Цю.
В официальном банке города Линян один средний духовный камень стоил ровно сотню низкосортных, а один высокосортный обменивался на сотню средних, однако суточные квоты на подобный обмен были строго ограничены. В частных же лавках и на черном рынке курс заметно разнился: за один средний камень охотно давали от ста пяти до ста десяти низкосортных. Точно такая же наценка действовала и при размене высокосортных.
Предлагая расчет редкими камнями по базовому курсу, управляющий фактически делал Лу Сихоу щедрый подарок, отдавая часть прибыли лавки. Подобное отношение явно свидетельствовало о желании задобрить столь многообещающего покупателя.
Почувствовав скрытую лесть, Лу Сихоу лишь покачал головой:
— Не стоит. Я как раз собирался кое-что приобрести у вас. Если сделаете мне скидку, буду весьма признателен.
Глаза старика блеснули, он заметно подобрался и выпрямил спину:
— О, это дело нехитрое! Сделаем всё в лучшем виде и уступим по самой выгодной цене. Что именно вас интересует?
Лу Сихоу тонко улыбнулся, сверкнув ровным рядом белоснежных зубов:
— Скажите, кость цилиня всё еще хранится в вашей сокровищнице?
— Что?.. — Цю невольно вздрогнул, опёрся ладонями о край стола и ошеломленно уставился на собеседника: — К-кость цилиня?..
Улыбка юноши стала лишь шире.
Лу Сихоу обладал удивительно утонченной, благородной внешностью, и его ясный взгляд обычно располагал к себе с первой секунды. Но сейчас управляющий едва выдавил из себя подобие вежливости, растерянно запинаясь:
— Откуда... откуда молодому господину известно, что в нашей скромной лавке есть подобная вещь?
— Случайно узнал, — непринужденно пояснил Лу Сихоу. — Два года назад, когда я заглядывал к вам за цветком безликости, один покупатель тайно передал вам вопрос о кости цилиня. Вы подтвердили, что она у вас есть. Насколько я помню, тогда сделка так и не состоялась?
В голове Цю вихрем пронеслись десятки тревожных мыслей, а на лбу проступила холодная испарина. Он принялся осторожно подбирать слова:
— Дело вовсе не в том, что мы отказались...
— Я прекрасно понимаю, насколько ценна кость цилиня, — мягко перебил его Лу Сихоу, глядя прямо в глаза. — Обычному культиватору до нее не дотянуться. Но два года назад вы были вполне готовы вести переговоры с тем человеком. Неужели управляющий считает меня заурядным покупателем, не видит во мне потенциала и отказывается заключать сделку?
Юноша сидел с прямой спиной, изящно придерживая пиалу с чаем. Со стороны он казался избалованным молодым господином, не знающим суровых законов жизни, однако вопрос прозвучал с убийственной прямотой, загнав торговца в тупик.
Цю поспешил замахать руками:
— Помилуйте, как можно! Молодой господин — наш самый дорогой гость! Если кому и суждено обладать подобным сокровищем, то только вам.
— Вот и славно, — кивнул Лу Сихоу. — Ведь если даже я окажусь недостоин, боюсь, в ближайшие тысячи лет залу Высшего Совершенства вряд ли удастся найти более подходящего покупателя.
Управляющий замер, ощутив исходящее от юноши тонкое, но подавляющее духовное давление. И лишь в этот миг до него окончательно дошло: перед ним сидит не просто привлекательный юноша, а самый молодой культиватор стадии Духовной Пилюли во всей Академии Линян. Единственный истинный дракон, открыто заявивший о себе на всем континенте.
Цю тяжело вздохнул:
— Молодой господин превратно понял мои слова. Мы вовсе не против сделки с вами. Но кость цилиня — главная реликвия нашего зала. Даже явись сюда сам Владыка города, мы бы долго взвешивали все «за» и «против». Времена нынче неспокойные, и если мы отдадим такое сокровище, сыскать ему равную замену будет почти невозможно.
Лу Сихоу усмехнулся и принялся невозмутимо перечислять:
— Насколько мне известно, в вашей лавке также припрятано пламя-семя огня Янмин. Да и молоко Небесного Камня имеется, кажется, целая шкатулка?
По виску управляющего скатилась крупная капля пота:
— Да нет у нас таких запасов! Слухи безбожно преувеличивают!
— Пусть даже не целая шкатулка, а половина. Любой из этих предметов сам по себе достоин называться главной реликвией. Управляющий Цю излишне скромен.
— От вас ничего не утаишь... — Торговец позабыл даже применить Заклятие Очищения от Пыли. Он вытер пот широким рукавом, тяжело опустился на сиденье напротив и залпом осушил несколько чашек чая. — Признаться, старик искренне поражен. Откуда у вас эти сведения?
— Кое-что услышал в разговорах, кое-что вычитал в хрониках и заметках в тереме Глубокой Бездны. Сопоставил факты и сделал выводы.
После перерождения в этом мире удача Лу Сихоу порой подводила, но врожденное драконье чутье на редкие сокровища никуда не исчезло. Он досконально знал, какими богатствами владеет каждая крупная лавка во всем городе Линян.
Глядя на обливающегося потом старика, юноша хранил терпеливое молчание. Он прекрасно понимал, что добрая половина этой паники — лишь наигранная уловка, пока хитрый торговец лихорадочно прикидывал собственную выгоду.
«Вот же старый лис, — мысленно усмехнулся Лу Сихоу. — Сбить цену явно будет непросто».
Некоторое время они молча пили чай, пока тишину наконец не нарушил управляющий:
— Молодой господин — наш драгоценный гость. Если вам так необходима кость цилиня, лавка готова пойти на уступку и расстаться с сокровищем.
— И каковы же ваши условия?
Цю пристально посмотрел на юношу и неторопливо произнес:
— До старика доходили слухи, будто драконы сбрасывают рога раз в столетие. Не согласится ли уважаемый господин...
— Исключено, — наотрез отрезал Лу Сихоу, не дав ему договорить. — Мои рога никогда не достанутся ни одной торговой лавке!
Они встретились взглядами, и спустя пару мгновений Цю первым отвел глаза:
— Что ж... Мы могли бы обменять их не только на кость цилиня, но и предложить другие редкие дары.
— Это абсолютно невозможно. Даже если бы я согласился, мой отец будет против, — Лу Сихоу с глухим стуком опустил чашку на стол. — У него крайне дурной нрав. Узнай он о подобной сделке — боюсь, он просто сотрет вашу лавку в порошок.
Управляющий был знаком с юношей больше двух лет, но тот ни разу не обмолвился о своей семье. Осознание того, что за спиной этого юнца стоит взрослый, свирепый дракон, заставило спину Цю покрыться ледяным потом.
— Нет-нет, что вы! — торопливо затараторил он. — Старик лишь высказал невинное предположение! Если мои слова прозвучали оскорбительно, молю о прощении!
Лу Сихоу отмахнулся:
— Вернемся к кости цилиня. Назовите вашу цену. Добавьте к ней мою личную благосклонность в будущем — готов ли зал Высшего Совершенства заключить такое соглашение?
Торговец помедлил, а затем осторожно произнес:
— В свое время, чтобы выкупить эту кость на аукционе, мы потратили почти сотню миллионов камней.
— Я читал об этом в городских ведомостях, — с легкой улыбкой парировал Лу Сихоу. — Дело было тридцать два года назад, и вы отдали ровно семьдесят девять миллионов триста тысяч духовных камней, не так ли?
Цю застыл с открытым ртом:
—... У вас поразительная память.
— Не жалуюсь, — хмыкнул юноша. — Насколько помню, тогда с молотка ушли три кости: две крупные и одна поменьше. Зал Высшего Совершенства забрал самую большую, а две другие достались залу Обновления Лика и павильону Касания Золота.
Поняв, что гость подготовился основательно и провести его не удастся, управляющий прямо спросил:
— Молодому господину так срочно потребовалась эта реликвия?
Лу Сихоу кивнул:
— Мое развитие замерло на пике начальной ступени стадии Духовной Пилюли. Для успешного прорыва мне необходимы исключительные природные материалы, и кость цилиня подходит для этого лучше всего.
Останки божественного цилиня несли в себе первозданную священную силу, идеально гармонировавшую с драконьей сущностью. Если использовать мощный поток духовной энергии и божественную эссенцию для прорыва барьера, можно было не просто сделать шаг вперед, но и существенно расширить духовные каналы, заложив несокрушимый фундамент.
С самого начала пути культивации Лу Сихоу двигался вперед твердо и расчетливо. Он всегда стремился использовать наилучшие ресурсы, не соглашаясь на полумеры. Раньше нехватка средств вынуждала искать компромиссы, но теперь, когда появилась возможность заполучить легендарную кость, он не собирался упускать свой шанс.
Цю никак не ожидал от собеседника подобной искренности. Он сидел на циновке, скрестив ноги, и его лицо то бледнело, то темнело от внутренних метаний.
Лу Сихоу терпеливо ждал его решения.
Минуты складывались в часы, за окнами постепенно сгустились сумерки. За это время юноша успел отправить короткое сообщение Суй Ханю с помощью нефритовой дощечки, предупредив, чтобы его не ждали к ужину.
Наконец управляющий шумно выдохнул:
— Прошу прощения за долгое ожидание, молодой господин. Речь идет о будущем всего зала Высшего Совершенства, и старик был обязан взвесить каждый шаг.
— Ничего страшного. Можете подумать еще, если требуется.
— Я всё обдумал. Обменять одну лишь кость цилиня на дружбу с вами — сделка воистину стоящая. Однако сокровище обошлось нам недешево, а за тридцать с лишним лет цены на редкие материалы выросли в разы.
Поняв, что старик наконец уступил, Лу Сихоу произнес:
— Называйте вашу цену.
Цю поднял глаза, и в его взгляде вспыхнул острый расчетливый блеск:
— Ровно сто миллионов низкосортных духовных камней. Ни капли меньше — иначе старик не сможет оправдаться перед советом зала.
Он впился взглядом в лицо юноши, ожидая его реакции.
Лу Сихоу не колебался ни единого мгновения:
— По рукам.
— Прекрасно! И когда же мы сможем совершить обмен?
— Три миллиона с сегодняшней продажи эссенции останутся у вас в качестве залога, — спокойно распорядился Лу Сихоу. — Всю оставшуюся сумму я выплачу в течение полугода. Как только я внесу последний камень, вы передадите мне кость цилиня.
— А что... если по истечении полугода вы не сможете собрать нужную сумму?
— В таком случае, — холодно прищурился Лу Сихоу, — залог останется у вас.