Лишь когда спустились сумерки и на улице один за другим вспыхнули фонари духовного пламени, Суй Хань вернулся, прилетев на мече.
Ещё подлетая к дому, он почувствовал густой хмельной аромат.
Спрыгнув с меча и войдя во двор Линь Цзинъюня, Суй Хань сразу увидел двух приятелей. Те полулежали за столом, безнадёжно пьяные, едва держась на ногах и языками пьяно заплетая. Казалось, они вели бурную беседу, но стоило прислушаться — и становилось ясно: каждый бубнил о своём, и речи их не пересекались ни единым словом.
Суй Хань тихонько потормошил Линь Цзинъюня за плечо.
Тот тяжело приподнял веки, глянул на него остекленевшим взглядом — похоже, вовсе не узнав, — и тут же беспомощно повалился обратно.
Взмахнув рукавом, Линь Цзинъюнь опрокинул стоящий на столе кубок. Хмель мгновенно впитался в ткань, оставив тёмное расплывчатое пятно.
Суй Хань со вздохом применил Заклятие Очищения от Пыли, подхватил друга под руки, отвёл в спальню и уложил на кровать, заодно активировав защитную формацию.
Вернувшись во двор, он увидел, что Лу Сихоу уже кое-как поднялся и сидел, сонный, протирая глаза. Заметив Суй Ханя, юноша обнял свои колени, а затем распахнул объятия, явно требуя, чтобы его взяли на руки.
Суй Хань подошёл, поднял его и тихо спросил:
— Зачем же было так напиваться?
Он задал этот вопрос скорее между прочим, не ожидая внятного ответа, но Лу Сихоу отозвался вполне осмысленно:
— Старший брат Линь топил тоску в вине.
— А ты?
— А я составлял компанию! — Сихоу обвил руками его шею, уткнулся носом в ухо и обдал горячим хмельным дыханием. — Я столько лет знаю старшего брата Линя, и сегодня впервые перепил его! Хе-хе... Ик! Хе-хе-хе...
— Что-то не похоже, будто ты победил.
— Смотри: я ещё говорить могу, а старший брат Линь уже в беспамятстве! Значит, я победил! — В пьяной голове Сихоу всё ещё теплилась логика, и он вполне членораздельно спросил: — Зачем Мастер вызывал тебя так поздно? Что за дело?
Суй Хань шёл вдоль освещённой фонарями аллеи, неся на руках юношу, и не спеша ответил:
— Обсуждали нашу свадьбу.
— И к чему пришли? Что сказали в твоей Школе Меча Первозданного Хаоса?
— В Школе считают, что сначала стоит обручиться. Лорд Владыка города согласился.
Лу Сихоу насупился и крепче сжал пальцы на его шее:
— Как это — сначала обручиться? А сыграть свадьбу нельзя, что ли?
— Это лишь предложение старших. А следовать ему или нет — решать нам.
— Тогда не будем слушать!
— Я и не собирался. Если бы я хотел поступить по их указке, то сказал бы тебе сразу.
Лу Сихоу положил голову на плечо Суй Ханя. Услышав такие слова, он немного сменил гнев на милость, но всё же недовольно фыркнул:
— Твоя Школа Меча мне кажется жуть какой хитрой. Вечно пытаются перестраховаться и усидеть на двух стульях! Сыграют свадьбу или нет — похоже, зависит от того, буду ли я достаточно хорош. А если окажусь не слишком выдающимся, так и отдавать им своего первого ученика расхочется, да?
— Не в этом дело.
— Да ладно тебе! Когда я укрощал мир Боевых шахмат, я слышал всё, что говорил декан Мо, — Сихоу сморщил носик. — Декан Мо раньше казался таким душевным, а как случилась беда, первым делом подумал, как бы умыть руки! Какое уж тут «не в этом дело»?
Суй Хань чуть крепче прижал его к себе:
— У многих старейшин в Школе действительно могут быть подобные мысли. Но мой Наставник точно не такой.
Лу Сихоу редко слышал от него упоминания о Наставнике.
Лишь сейчас, разговорившись, он узнал, что тот погиб больше десяти лет назад во время исследования древних руин.
Именно эта трагедия привела к переделу власти во всей Школе Меча Первозданного Хаоса.
Из любимого всеми старшего ученика, притягивавшего взоры всего мира, Суй Хань превратился в фигуру средней значимости, вытесненную на обочину. Его отправили странствовать, а затем и вовсе сослали на обучение в Академию Линян.
— Ладно, в каждом клане свои подводные камни и разборки, — пробормотал Сихоу. — Вот и старший брат Линь оказался на обочине у своей императорской семьи.
— Не будь всё так, никто из нас не отправился бы в такую глушь, как Линян, пусть даже ради поиска союзников.
* * *
Хмель почти выветрился из головы Лу Сихоу. Внезапно он вспомнил кое-что важное:
— Ах да! Мне же надо кое-что тебе рассказать!
Суй Хань опустил взгляд:
— Что такое?
Сихоу похлопал ресницами:
— Я только что предложил старшему брату Линю стать моим Главным исполнителем. И он согласился!
В глазах Суй Ханя мелькнули тёплые искры:
— Раз он будет твоим Главным исполнителем... кем же тогда буду я?
Лу Сихоу выпалил не задумываясь:
— Принцем-консортом!
Но тут же спохватился и исправился:
— Тьфу, то есть... Женой Наследника!
Суй Хань не сдержал тихого смешка.
Сихоу смущённо забубнил и ткнул пальцем в его крепкий пресс:
— Это всё из-за твоих мускулов. Нечего быть таким подтянутым!
Ему подсознательно казалось, что такой мужественный человек точно не может быть принимающей стороной.
Суй Хань наклонился, поцеловал его в губы и хрипло произнёс:
— А у тебя, я смотрю, очень чёткое представление о своей роли.
Время было уже позднее.
Суй Хань очистил одежду Сихоу заклинанием, принёс тёплое влажное полотенце, сам умыл ему лицо и руки, переодел в сухое, чтобы юноше спалось удобнее.
Перед сном Суй Хань поцеловал его, крепко обнял, и они погрузились в глубокий сон.
* * *
Утром Лу Сихоу проснулся от чувства жары. С десяти лет он ни с кем не спал в одной кровати.
Раскрыв глаза и уткнувшись взглядом в рельефную грудь перед собой, юноша на мгновение впал в полный стопор: «Кто я? Где я? Что вообще происходит?»
Сверху раздался спокойный голос Суй Ханя:
— Проснулся?
Сихоу инстинктивно погладил себя по пояснице. К счастью, спину не ломило, ноги не гудели.
Суй Хань протянул широкую ладонь и мягко помассировал ему поясницу:
— Спина болит?
Сихоу вздрогнул, как от удара током:
— Ничего подобного! Вообще не болит!!!
Они не в первый раз лежали на одной постели, но впервые проснулись в столь тесных объятиях.
Поднявшись, Сихоу сел на кровати со скрещёнными ногами, всё ещё не в силах окончательно прийти в себя.
Он медленно повернул голову к Суй Ханю:
— Ты сегодня не тренируешься с мечом с утра?
— Чуть позже пойду. Что хочешь на завтрак?
— Да что угодно, хоть что-нибудь. Мне пора бежать в Резиденцию Владыки города!
Стоило упомянуть Резиденцию, как Сихоу будто опомнился. Он резко спрыгнул с кровати:
— Заболтался с тобой и совсем забыл! Мастер велел прийти как можно раньше. Завтракать не буду, сразу лечу!
— Куда так спешить? Минута-другая ничего не решит. Сначала умойся и переоденься, а я схожу за паровыми булочками.
— Не надо! От булочек потом пахнет! — Сихоу ни за что не осмелился бы явиться к Мастеру с душком еды изо рта. — Я просто проглочу пару Пилюль Отказа от Еды, и хватит.
Любовь Лу Сихоу к вкусной еде была въевшейся в кости, а теперь, став учеником, он отказывался даже от свежих булочек.
Суй Хань посмотрел на него и бесшумно вздохнул.
Сихоу понял, что тот истолковал всё не так, и поспешно замахал руками:
— Мастер у меня ужасно строгий! Сам по себе баоцзы его не разозлит, но если он решит, что у меня есть время прохлаждаться за завтраком, то навалит ещё больше заданий! У меня и так нагрузка на пределе, добавят ещё хоть немного — и меня просто вырвет!
Лентяем Сихоу никогда не был, но всё познавалось в сравнении.
В искусстве меча, сравнивай его с Суй Ханем или Линь Цзинъюнем, он не отличался фанатизмом. А рядом с Мастером и вовсе казался безнадёжным трутнем, из которого ничего не вытесать.
Проглотив две Пилюли Отказа от Еды, Сихоу схватил меч, выскочил из двора и на предельной скорости помчался к Резиденции Владыки города.
Суй Хань поглядел ему вслед и отправился в соседний двор к Линь Цзинъюню.
Сихоу так спешил, что утром даже забыл проведать пьяного друга.
* * *
Несмотря на всю спешку, когда Сихоу прилетел к Резиденции Владыки города, Цин Ло уже стоял во дворе, заложив руки за спину.
Сихоу спрыгнул с летающего меча, тяжело и прерывисто дыша.
Цин Ло, облачённый в белоснежные, безупречно чистые одежды, нахмурился, глядя на покрытого потом ученика.
Сихоу решил, что Мастер недоволен его опозданием, и уже собрался было оправдаться.
Однако Цин Ло опередил его, произнеся со строгим видом:
— Отчего у тебя такая никудышная выносливость?
— А? — Сихоу ошеломлённо застыл.
Цин Ло насупил брови:
— Для мечника слабая физическая форма — смертельный изъян. Похоже, твой план тренировок придётся пересмотреть.
— Э-э, нет, Мастер, вы послушайте! У меня нормальная выносливость, просто я летел изо всех сил, вот и запыхался... А-а-а-а-а?!
Не успел Сихоу договорить, как Цин Ло сгрёб его за воротник, швырнул на свой летающий меч и стремительным вихрем рванул в вышину.
Скорость клинка была настолько бешеной, что практически рассекала звук.
Сихоу в ужасе выпучил глаза, совершенно позабыв, что его держат за загривок. Он хаотично замахал руками и мёртвой хваткой вцепился в талию Цин Ло, судорожно поджав пальцы ног на поверхности меча.
Будь он сейчас в облике дракона, его когти намертво вонзились бы в металл.
Однако скорость полёта была настолько нереальной, что переродиться в дракона он просто не успевал.
От испуга юноша на мгновение вовсе потерял способность соображать.
Цин Ло за его спиной лишь тихо цокнул языком:
— Мало того что выносливость на нуле, так ещё и труслив. Ни капли стойкости, присущей настоящему мечнику.
— А-а-а-а-а-а-а-а!!!
Из-за оглушительного свиста ветра Сихоу ничего не слышал и лишь непрерывно орал.
Сердце блуждало где-то в районе горла.
За свои недолгие двадцать лет драконьей жизни он никогда не испытывал ничего подобного.
Даже во время Небесной Кары при прохождении испытания не было так страшно!!!
Полёты на мече Духа Меча — это же полнейший кошмар, а-а-а-а-а!!!
— Ну всё, прибыли.
Едва раздался спокойный голос Цин Ло, как меч мгновенно замер на месте.
Сихоу открыл глаза, из которых от бешеного ветра текли слёзы, и растерянно посмотрел вниз.
Внизу простиралась дремучая, глухая чаща. Даже беглого взгляда хватало, чтобы понять: здешние гигантские деревья не обнять и нескольким людям.
Он сразу догадался, что это дикие, нетронутые цивилизацией дебри. Зачем они сюда прилетели?
Только Сихоу собрался расспросить Мастера, как Цин Ло слегка похлопал его по плечу и спокойно произнёс:
— Тебе нужно подтянуть всё, но начнём с физической выносливости.
Сихоу не успел осознать смысл слов, как почувствовал, как духовная энергия в его меридианах завязалась узлом. Её движение стало невероятно тяжёлым — словно пытаешься пробираться сквозь снежные заносы по пояс: каждый шаг требовал колоссальных усилий.
Опешив, Сихоу уставился на Наставника.
— Я подавил твою культивацию до стадии Очищения Ци, — пояснил Цин Ло. — Чтобы выжить в этой чаще, тебе придётся научиться выжимать максимум из своих сил и тела.
— А-э... нет! — запаниковал юноша. — Мастер, у меня же ещё дела не доделаны!..
Цин Ло наградил его прохладным взглядом:
— Разве ты не нашёл себе Главного исполнителя? Да и напарник у тебя есть.
Лу Сихоу потерял дар речи.
Видя его онемение, Цин Ло лёгким пинком отправил ученика вниз:
— Спускайся. Эта земля тоже принадлежит Линяну. Лишь измерив её своими ногами, ты будешь до конца понимать положение дел в своём владении.