Лу Сихоу был настолько взбудоражен, что по возвращении в покой не находил себе места и неустанно слонялся из угла в угол.
— Пофехтуй на мечах, — предложил Суй Хань, глядя на его метания.
— Какое фехтование в такой час! — отмахнулся Лу Сихоу. — Я только-только закончил медитацию.
— Чем же ты тогда займёшься? — с улыбкой спросил Суй Хань.
— Чем угодно, лишь бы не культивацией!
Говоря это, Лу Сихоу оглядел комнату. Когда им выделяли покой, он пребывал в облике дракона. Для пары возлюбленных одна комната на двоих казалась вполне естественным решением. Но теперь, когда он снова обрёл человеческое тело, делить одну кровать стало как-то смутительно.
Лу Сихоу почесал кончик носа. За стенами находились спутники, и статус пары ничуть не умалял неловкости.
Суй Хань достал из пространственного кольца комплект для боевых шахмат:
— Может, сыграем партию? Через несколько дней в программе соревнований как раз будут боевые шахматы.
Лу Сихоу со вздохом привалился к нему, уткнувшись подбородком в плечо, и тихо прошептал прямо на ухо:
— Старший брат, а у нас нет ничего более расслабляющего? Без тренировок и умственного напряжения?
В глазах Суй Ханя заплясали искры:
— Тогда могу прогуляться с тобой.
Лу Сихоу взглянул на темнеющее за окном небо:
— Который час?
— Ещё нет и восьми. Можно пройтись по ночному рынку Куньлуня. Там полно вкусной еды и развлечений.
Глаза Лу Сихоу мгновенно вспыхнули:
— Я читал о нём в нефритовом свитке Терема Глубокой Бездны! Там писали, что ночной рынок Куньлуня с его парящими мостами и крытыми переходами в поднебесье — одно из самых процветающих мест во всём мире культивации!
— Именно так. Почти каждый, кто прибывает в Куньлунь, обязательно отправляется туда прогуляться.
— Потрясающе, идём прямо сейчас! А то после соревнований, если результаты окажутся так себе, и настроения гулять не останется, — воодушевился Лу Сихоу. — Я только сменю одежду. Пойдём вдвоём, без старшего брата Линя.
Не успел он договорить, как из-за стены донёсся глухой стук, а вслед за ним — тоскливый голос:
— Я всё слышал, Сяо Хоу. Как быстро ты сжигаешь мосты!
— Поклёп, старший брат Линь! Я пекусь о твоём душевном спокойствии — каково тебе таскаться с нами и смотреть на чужие нежности?
— А вот и буду! — со вздохом отозвался за стеной. — Ходим втроём, а обо мне вечно забывают.
Лу Сихоу смущённо кашлянул.
— Пойдём с нами, младший брат Линь, — позвал Суй Хань, а затем вполголоса пояснил Лу Сихоу: — Ночной рынок Куньлуня слишком оживлён, там собирается немало могущественных мастеров. Безопаснее держаться группой.
Слава Лу Сихоу уже прогремела по доброй половине мира культивации. И хотя все знали, что он ученик Академии Линян и находится под защитой Земного Бессмертного, гарантировать отсутствие злоумышленников никто не мог.
Вскоре Линь Цзинъюнь, уже переодевшись, переступил порог. Скрестив руки на груди, он уставился на Лу Сихоу с наигранной обидой:
— На тебя надежды никакой. Впредь буду держаться поближе к старшему брату Сую.
В голове Лу Сихоу забили тревожные колокола. Он округлил глаза:
— Старший брат Линь, неужто твоё сердце воспылало чувством к старшему брату Сую?!
— Именно так, — на полном серьёзе заявил Линь Цзинъюнь. — С ним перспектив явно больше.
Суй Хань слегка толкнул его в плечо:
— Не мели чуши. Роман с тобой смахивает на инцест.
— Подумаешь! Мы ведь не родные братья по крови, — дурачась, возразил Линь Цзинъюнь. — Да и вообще, почему с Сяо Хоу тебе можно, а со мной нельзя?
Суй Хань лишь с улыбкой качнул головой.
За соседней стеной отдыхал замректора, так что Лу Сихоу не смел устраивать перепалку. Он подскочил к Линь Цзинъюню, принявшись угождать ему и разминать плечи, и поспешно сменил тему:
— Старший брат Линь, ты ведь наверняка бывал на ночном рынке Куньлуня? Каков он?
Прищурившись от удовольствия, тот с вальяжным видом вынес вердикт:
— Во всём мире культивации второго такого не найти.
От этих слов у Лу Сихоу разгорелось любопытство. Подхватив спутников, он увлёк их за собой, и они устремились вперёд на мечах. Меньше чем через полчаса перед ними предстал легендарный ночной рынок Куньлуня.
Рынок раскинулся в глубоком ущелье. Постройки жались к горным кручам, уходившим ввысь отвесными стенами, отчего всё место выглядело необычайно живописным и величественным.
Вглядевшись, Лу Сихоу онемел от изумления — трудно было поверить, что перед ним ночной рынок! Настолько всё выглядело изящным и филигранным.
Казалось, будто павильоны и терема сплошь вытесаны из дерева, а переброшенные через пустоту мосты сработаны из того же материала. Архитектура гармонично сливалась с уходящими в небеса пиками, словно созданная самой природой.
Но более всего завораживали парящие резные мостки. По обе стороны от них возвышались многоярусные терема, а внизу струилась невесомая серебристая река, излучавшая мягкий свет. Оранжево-золотые фонари, развешанные на карнизах, отражались в её глади, точно россыпь далёких звёзд.
Пейзаж чаровал своей неземной красотой.
Лу Сихоу замер с открытым ртом. Место походило на обитель бессмертных или волшебное сновидение, но уж точно не на людскую обитель.
Возле павильонов прогуливались культиваторы. И мужчины, и женщины носили традиционные одеяния. На многих девушках были короткие топы-бюстье и широкие шаровары, а за спинами висели мечи да массивные палаши. Осиные талии, стройные ноги, подтянутые животы — их фигурам оставалось лишь позавидовать.
Мазнув по ним взглядом, Лу Сихоу мгновенно вспыхнул до самых кончиков ушей и смущённо отвёл глаза.
— Надо же, застенчивее местных девиц, — усмехнулся Линь Цзинъюнь.
— Они слишком хороши собой, — вполголоса признался Лу Сихоу. — Зазеваешься, уставишься — подумают ещё, что проявляю неуважение.
Придерживая его за талию, Суй Хань тихо спросил:
— И чем же они хороши?
— Да всем! — Лу Сихоу сияющими глазами посмотрел на него. — Просто невероятно красивы.
— Хочешь сказать, эти барышни красивее старшего брата Суя? — поддел Линь Цзинъюнь.
— Вовсе нет! У каждого своя красота.
— Ну да, ну да, — фыркнул Линь Цзинъюнь. — Всякая красота лишает тебя дара речи.
— Совсем не так, — подумав, возразил Лу Сихоу. — Глядя на девушек, я просто любуюсь их красотой. А вот на старшего брата Суя мне и взглянуть-то неловко.
— Это ещё почему? Слишком грозен и напоминает строгого главу семейства?
Лу Сихоу лишь улыбнулся и опустил ресницы, умалчивая о причине.
— Ого, судя по виду, дело непубличное? — прищурился Линь Цзинъюнь.
— Подобные вещи и впрямь не стоит выставлять напоказ, — Лу Сихоу украдкой взглянул на Суй Ханя и прошептал: — Девушками я наслаждаюсь эстетически, а вот рядом со старшим братом Суем в голове возникают вовсе не невинные мысли.
Сказав это, он снова вспыхнул.
Суй Хань незаметно сжал его ладонь, а на губах его заиграла теплая улыбка.
Линь Цзинъюнь ошеломлённо замер.
— Век живи — век учись, — пробормотал он, переводя взгляд с одного на другого. — Вы что, и наедине так изъясняетесь?
Он демонстративно передёрнул плечами:
— Какая слащавость!
— Ты же сам выпытывал! — фыркнул Лу Сихоу.
Суй Хань потянул Лу Сихоу за руку:
— В Поместье Слушания и Внимания отличные виды. Может, зайдём туда выпить вина и перекусить?
— Отличная идея! — тут же поддержал Линь Цзинъюнь. — Ночные угощения там славятся на всю округу.
Повернувшись к Лу Сихоу, он вздёрнул подбородок:
— Наш угощающий — Сяо Хоу.
— Без проблем, духовных камней хватит! — Лу Сихоу гордо хлопнул себя по груди. — Заказывай всё, что душе угодно, старший брат Линь!
— Ну смотри, я скромничать не стану, — осклабился Линь Цзинъюнь. — Как бы тебе не пришлось плакать над пустым кошельком прямо в заведении!
Лу Сихоу спохватился и, дёрнув Суй Ханя за рукав, поинтересовался:
— Там что, настолько кусаются цены?
— Заведение принадлежит мастеру стадии Возвращения к Пустоте, — хмыкнул Линь Цзинъюнь. — Сам как думаешь?
Лу Сихоу судорожно вздохнул.
Ему впервые приходилось слышать, чтобы великие патриархи такого уровня держали лавки! У них ведь и так жалование огромнейшее, не говоря уж о приношениях от многочисленных учеников и последователей — к чему им вообще торговля?
— Не сгущай краски, — улыбнулся Суй Хань. — Мы пришли.
Пока они разговаривали, резные мостки привели их к величественному терему.
Постройка буквально врезалась в скалу, врастая в камень. Сверху низвергался водопад, струи которого в лучах оранжевых фонарей выглядели утончённо и живописно.
Лу Сихоу крутил головой по сторонам, не в силах охватить взглядом всё убранство.
Ему показалось, что подобное место стоит посещать днём, дабы не спеша рассмотреть каждый вершок. Настоящий музей деревянной резьбы, изысканного интерьера и зодческого мастерства!
Он и помыслить не мог, что архитектура способна достигать столь совершенного изящества.
Едва они переступили порог, как навстречу выбежал слуга:
— Прошу за мной, почтенные господа!
— Нам столик поближе к водопаду, — попросил Суй Хань.
— Покорнейше прошу следовать за мной, даосы.
Суй Хань вёл Лу Сихоу за руку, так что тому не приходилось смотреть под ноги, и он полностью предался созерцанию.
То ли из-за астрономических цен, то ли в силу позднего часа, посетителей в поместье оказалось немного. Лишь кое-где за резными ширмами смутно угадывались силуэты отдыхающих культиваторов.
Лу Сихоу завораженно оглядывался, как вдруг сердце его сжалось от неясной тревоги.
Он повернулся к идущему рядом Суй Ханю.
Тот перевёл на него взгляд:
— Что случилось?
Лу Сихоу высвободил руку и отскочил назад. Духовный меч мгновенно выскользнул из пространственного кольца.
— Ты не мой старший брат! Кто ты такой?!
«Суй Хань» нахмурил брови:
— Что за глупости ты несёшь?
Лу Сихоу резким выпадом направил клинок вперёд.
Меч словно наткнулся на невидимое препятствие, встретив кратковременное сопротивление, после чего силуэт Суй Ханя пошёл рябью и растаял без следа.
Удерживая оружие в боевой позиции, Лу Сихоу настороженно огляделся: недавние посетители, сидевшие за ширмами, исчезли без остатка.
Убранство поместья развеялось, словно утренний туман под солнцем, оставив лишь просторный, совершенно пустой зал. В распахнутых окнах виднелись зелёные склоны и живописные ручьи.
Холодный пот выступил на лбу Лу Сихоу.
Крепче сжав рукоять, он негромко позвал:
— Старший Цзи?
Цзи Синь — хозяин Поместья Слушания и Внимания, культиватор стадии Возвращения к Пустоте.
Из пустоты донёсся голос:
— Мне вот что любопытно: как ты догадался, что подле тебя другой человек? Вряд ли мои иллюзии настолько немощны, чтобы не усыпить чутьё юнца на стадии Малой Колесницы.
— Морок безупречен, — ответил Лу Сихоу. — Но я знаю старшего брата слишком хорошо. Моё чутьё моментально распознаёт фальшь, пусть даже внешне подмена один в один.
— Так вот оно что... Духовное чутьё? — раздался лёгкий смех. — Впрочем, вы ведь возлюбленные. Между любящими сердцами и впрямь существует особая связь.
— Старший Цзи, зачем вы удерживаете меня?
— До меня дошли слухи, будто сегодня днём ты устроил переполох на духовных полях Куньлуня, и никто не мог совладать с тобой.
— Вы заблуждаетесь, старший! — поспешил объяснить Лу Сихоу. — Это был лишь необходимый шаг для посадки Ладони Бессмертного Огня. Прежде мне не доводилось взращивать подобное растение, и я не ожидал, что этот процесс вызовет столь бурную реакцию.
— Когда ты прибыл в Куньлунь, ты находился в облике дракона, а теперь с лёгкостью принимаешь человеческую форму. Должно быть, сегодняшняя выгода оказалась немалой?
По спине Лу Сихоу струился холодный пот:
— Ладонь Бессмертного Огня — духовное растение уровня Возвращения к Пустоте, так что младший и впрямь извлёк большую пользу. Однако декан Ци Цзыхин заверил, что это выгодное дело для обеих сторон. Если я в чём-то провинился, то по возвращении непременно свяжусь со старшим братом Нином и возмещу ущерб.
— Не бойся, — мягко прозвучал ответ. — Я лишь хотел с тобой побеседовать.