Ныне город Цзяньянь гремел славой благодаря траве Весеннего Журавля.
Взор, брошенный с высокой городской стены, терялся в бескрайней изумрудной глади: поросль высотой в фут сочно блестела под лучами солнца. Поля, тянувшиеся у самых стен, выглядели роскошнее всего: толстые, налитые соком стебли и плотные листья буквально лучились концентрированной духовной энергией.
Этот участок принадлежал лично Владыке Цзяньяня, а по периметру день и ночь несли дозор бескровно-белые и угольно-черные безликие воины. От господских угодий тонкой межой отделялись мелкие, разрозненные наделы местных жителей. Трава там росла неравномерно, стебли выходили тощими, а листья — тонкими, и им было далеко до урожая Резиденции Владыки города. Впрочем, сам факт того, что людям удалось выходить эти капризные всходы, уже считался невероятным успехом.
К землям Цзяньяня приковывались жадные взгляды со всех уголков континента — от Острова Весенних Трав на юге до Демонического дворца Снежной равнины на далеком севере. Смертен ли ты или принадлежишь к бессмертным обителям, земной век не вечен, а потому пилюли на основе травы Весеннего Журавля требовались каждому.
Купцы и посланники слетались со всех сторон, но заключить сделку удавалось лишь единицам. Хозяин главного поля, Лу Сихоу, славился мягким нравом и охотно продавал любые духовные растения, кроме этого. Получить драгоценные стебли можно было лишь двумя путями: либо принести взамен диковину уровня «Сокровище Неба и Земли», либо поступить к нему на службу. Третьего варианта молодой юноша никому не предлагал.
Скупцы и торговцы изощрялись как могли, однако добыть редчайшие редкие материалы не способны были, а сдаваться в вассалы Линяну ради пучка травы не желали. Прошли годы, а разжигающие аппетит поля оставались для большинства лишь несбыточной мечтой.
* * *
В этот день Лу Сихоу едва закончил очередную сессию Закалки Тела. Сбросив испарину, он облачился в просторное светлое одеяние, пристегнул к поясу верный меч и переступил порог тренировочного покоя.
Навстречу ему выскочил Линь Цзинъюнь. Шагая рядом по коридору, старший брат негромко произнес:
— Чао Вэй прислал весточку через меня.
Сказав это, Линь Цзинъюнь окинул спутника внимательным взглядом. Облик Лу Сихоу в последнее время непрестанно менялся. Юношеская мягкость окончательно испарилась, уступив место статной фигуре высокого молодого мужчины. С лица сошла детская припухлость, открыв точеные, безупречные черты. В них проступила зрелая, едва ли не хищная красота — яркая, но острая, точно выхваченный из ножен клинок, от блеска которого слепит глаза.
— Ты уже близко к Великому Совершенству Стадии Малой Колесницы? — поинтересовался Линь Цзинъюнь.
— Почти, — Лу Сихоу мгновенно испарил оставшуюся на волосах влагу духовным импульсом. — Ощущаю, что подобрался к самой грани. Теперь всё зависит от того, когда снизойдет озарение, чтобы пробить этот барьер. А что до Чао Вэя — не обращай внимания, я ему уже отказал.
— Вся беда в том, что Линяну не хватает силы, — со вздохом заупрямился Линь Цзинъюнь. — Оттого наглые соседи и давят шаг за шагом.
— Вращение судьбы неумолимо: сегодня тридцать лет удача на востоке, завтра — на западе. У нас тоже припрятаны козыри, — Лу Сихоу перехватил рукоять меча, бегло активировал духовную нефритовую дощечку и огляделся по сторонам. — Старший брат Суй ещё не вернулся?
Суй Хань возглавил отряд, отправившись на поиски древнего секретного царства Бессмертных. По слухам, там произрастала Лоза Девяти Небес, выбиравшая соки земли не одну сотню тысяч лет. Её стебель успел окаменеть и обрести свойства редчайшего минерала — идеальная основа для воплощения формы Цин Ло.
— Два дня назад он выходил на связь, — ответил Линь Цзинъюнь. — Тогда всё шло без помех. Должно быть, сейчас они погрузились в глубь секретного царства, оттуда весточки не долетают.
Лу Сихоу взглянул на экран дощечки: последняя весточка от Суй Ханя действительно датировалась позавчерашним днем — тот просил не волноваться.
Едва слышно вздохнув, юноша спросил:
— А Мастер? Всё ещё спит?
Линь Цзинъюнь молча кивнул, хотя ответ был ясен без слов. Цин Ло усох до обличья трех-четырехлетнего ребенка и теперь проводил во сне восемь дней из десяти. Декан Лу Линьчунь предупреждал: для поврежденного духа меча сон — единственный способ самовосстановления. Но если настанет день, когда глубокий покой перестанет сдерживать хаос внутри, дух окончательно лишится разума, и тогда первыми под удар безумия попадут жители Линяна.
— Не печалься, — попытался ободрить друга Линь Цзинъюнь.
— Печалью делу не поможешь, — Лу Сихоу слабо улыбнулся. — Старший брат Линь, ты тоже не падай духом. Выход обязательно найдется.
Впрочем, вернувшись в Резиденцию Владыки города, Лу Сихоу всё же не удержался от тяжелого вздоха. Через пару дней он планировал связаться с отцами — вдруг у тех найдется разумное решение, способное уберечь все стороны.
— О чём же так тяжело вздыхает брат Лу? — неожиданно раздался чужой голос над самым ухом.
Взор Лу Сихоу мгновенно обдал холодом. Волна духовного света вспыхнула прямо над его нефритом, и в воздухе соткалась иллюзорная проекция Чао Вэя — Демонического Молодого Господина из Школы Тайа.
Заметив на себе ледяной взгляд хозяина комнаты, Чао Вэй расплылся в полупоклоне:
— Смотрю, у брата Лу немерено забот?
— Брат Чао преступает все грани приличий, — сдержанно, но жестко отозвался Лу Сихоу. — Влазить без спроса в чужие духовные артефакты — чем это отличается от банального воровства?
Чао Вэй не ожидал столь резкой отповеди, и его улыбка на мгновение застыла. Впрочем, он быстро вернул себе непринужденный вид:
— Увы, другого пути не оставалось. Брат Лу упрямо избегает встреч, вот и пришлось вызывать тебя незваным гостем.
Чао Вэй уже шагнул на Стадию Трансформации Духа, превосходя Лу Сихоу на целый ценный ранг. Пользуясь преимуществом в силе, он легко взломал защиту дощечки, пока юноша был отвлечен.
Лу Сихоу легким щелчком пальца по рукояти высвободил нить прозрачной ци меча, готовой устремиться прямо сквозь проекцию к обидчику.
Чао Вэй поспешно вскинул руки:
— Попридержи клинок, брат Лу! Я без дурных помыслов. Пришел лишь переговорить о траве Весеннего Журавля.
— Я уже давал ответ, — чеканя каждое слово, произнес Лу Сихоу. — Желаешь получить траву — давай взамен редкие материалы уровня Бессмертных либо вербуй для меня выдающиеся таланты.
— Я же предлагал варианты, да вы их отвергли! К чему мне отдавать материал уровня Стадии Возвращения к Пустоте за десятилеток? Мне требуется от силы десяток стеблей уровня Малой Колесницы, менять их на редчайшие сокровища — сущий убыток!
— Это твои сложности. Мои условия неизменны.
Лу Сихоу занес руку, намереваясь оборвать связь.
— Погоди! — выкрикнул Чао Вэй. — Брат Лу, у меня есть верные сведения о материале уровня Бессмертных! Меняем?
Юноша чуть приподнял подбородок, давая знак продолжать.
— Тебе ведь известно о Море Бездны за Островом Весенних Трав? — быстро заговорил Чао Вэй. — У меня есть достоверные вести: в определенных водах у острова покоится Ночная Светящаяся Жемчужина, взращенная в древности самим Владыкой Востока. Это чистейший материал уровня Бессмертного. Десяток стеблей травы за такую наводку — ничтожная цена!
Взор Лу Сихоу стал ещё холоднее:
— «Хроники Исследований», второй том, страница тридцать пять. Сия легенда записана там слово в слово.
— Не спеши! Мои сведения взяты не из книг. Мне лично поведал о них один из старейших предков нашей школы Тайа, и у меня есть точные координаты!
Пальцы Лу Сихоу покоились на эфесе:
— И как мне проверить, не пустые ли это сказки?
— Проще простого. Используй духовное чутье, прибегни к гаданию на костях или картам Дао — к чему душа лежит, — уверенно заявил Чао Вэй. — Я слышал это своими ушами. Вероятность того, что жемчужина в Море Бездны, — не менее восьми десятых. Если веришь — давай десять стеблей травы Весеннего Журавля уровня Малой Колесницы, и я передам карту.
Лу Сихоу на мгновение задумался:
— Мне нужно время на проверку.
— Идет, — согласился Чао Вэй. — Даю три дня на ответ. Выйдет сделка — прекрасно, нет — так том и конец.
Юноша коротко кивнул.
Чао Вэй добавил:
— Если сомневаешься в моих словах, можешь передать пять стеблей со снятым проклятием в качестве залога, а остальные пять отдашь, когда выловишь жемчужину.
Посевы травы Весеннего Журавля в Цзяньяне манили не одного вора. Несмотря на патрули безликих воинов, людей У Имина и городской стражи, злоумышленникам пару раз удавалось срезать стебли. Но без воли Лу Сихоу эти трофеи превращались в бесполезную солому.
Каждый росток был отмечен особым родовым заклятием: пока владелец не снимет чары, отвар или пилюля Весеннего Журавля обращались смертоносным ядом вместо эликсира долголетия. Сию тайную технику Лу Сихоу передал отец, и она оставалась надежнейшим щитом его богатства.
Очевидно, Чао Вэй уже пробовал добыть траву чужими руками, но наткнулся на непреодолимый барьер проклятия.
Губы Лу Сихоу изогнулись в холодной, едва заметной насмешке. Пусть Линян переживает не лучшие времена, но сделать из его Молодого Владыки дурака не удастся никому.
* * *
Не откладывая дело в долгий ящик, Лу Сихоу направился к пространственному переходу и отправил весть отцам, желая узнать, существует ли Ночная Светящаяся Жемчужина на самом деле.
Ответ от Сун Чжоу прилетел быстро:
«Судя по раскладу предсказания, подобный артефакт действительно существует. Но вот удастся ли его сыскать... Мои расклады дают лишь три шанса из десяти».
Лу Сихоу мгновенно набросал ответ:
«Отец, позови папу! У папы удача невероятная, да и гадает он точнее!»
Сун Чжоу пришлось уступить место супругу.
Лу Ао не слишком уверенно обращался с символами Дао, поэтому его письмо пришло лишь спустя некоторое время:
«Если смотреть на общий исход — твое желание исполнится. Однако сам путь окажется совсем не таким, каким ты его себе рисуешь».
Юноша озадаченно замер и тут же отправил новый запрос:
«Папа, это как понимать?»
«И сам не ведаю. Поймешь, когда всё случится. Итог благоприятен, так что советую прогуляться. Похоже, там тебя ждет разгадка к прорыву на следующий уровень».
Не найдя ответа на эту загадку, Лу Сихоу решил довериться судьбе. Он выудил нефрит и подтвердил Чао Вэю готовность к сделке.
Тот не стал тянуть: получив очищенную от заклятия траву, он тут же переправил подробную карту прибрежных вод Острова Весенних Трав.
— Старший говорил именно об этой акватории. Ты ведь дракон — в море у тебя естественное преимущество, так что шансы выудить жемчужину весьма велики.
— Твоими бы словами, — сухо отозвался Лу Сихоу. — Надеюсь, ты не продал эту весть кому-нибудь еще?
Чао Вэй неловко потер подбородок:
— Я лишь пересказал слова предка, дело-то не совсем секретное... Но про находочку никто не хвастался, так что ты явно в первых рядах.
Лу Сихоу лишь одарил его выразительным взглядом:
— На том и попрощаемся.
* * *
Вернувшись, юноша сообщил Линь Цзинъюню о намерении отправиться к Острову Весенних Трав.
Линь Цзинъюнь тут же запротестовал:
— Одному идти опасно. Погоди хотя бы возвращения старшего брата Суя! Вдвоем подстрахуете друг друга.
— Неизвестно, когда он вернется, — отмахнулся Лу Сихоу. — Вдруг он принесет Лозу Девяти Небес, и нам вовсе не придется искать эту жемчужину. Я только разузнаю обстановку на месте. Как вернется — пусть сразу выходят со мной на связь.
— Всё равно тревожно, — замялся Линь Цзинъюнь. — Может, я составлю компанию? Всё-таки чужая территория.
— Цзяньянь держится на тебе, ты не можешь бросить дела, — качнул головой Лу Сихоу. — К тому же мы оба на Стадии Малой Колесницы. Второй человек тут мало что изменит.
Линь Цзинъюнь тяжело вздохнул:
— Эх, будь наш Владыка в прежней силе... Под его именем ты мог бы ступать куда угодно, не опасаясь никого.
Лу Сихоу лишь улыбнулся в ответ. Будь Мастер здоров, ему и впрямь не пришлось бы метаться по свету в поисках редких сокровищ.
Уже у самых дверей юноша повернулся к другу:
— Старший брат Линь, береги Цзяньянь и приглядывай за Линяном. Кто знает, может, обратно я вернусь уже Бессмертным Стадии Трансформации Духа.
Линь Цзинъюнь чеканно кивнул:
— Приложу все силы!