Во второй половине дня Линь Цзинъюнь, вернувшись с занятий, сквозь оконный переплёт заметил Лу Сихоу. Тот апатично растянулся на диване, забыв под боком нефритовый свиток.
Линь Цзинъюнь вошёл в комнату, но юноша даже не пошевелился.
— Сяо Хоу.
— А? — Лу Сихоу встрепенулся, испуганно моргая. — Старший брат Линь.
Линь Цзинъюнь лёгким пинком задел его ступню:
— Почему мне кажется, будто между тобой и старшим братом Суем пробежала чёрная кошка?
Лу Сихоу опомнился, отодвинулся к самой спинке дивана и, не поднимая глаз, буркнул:
— С чего ты взял? Всё нормально.
— Да буквально всё говорит об обратном, — Линь Цзинъюнь пристально всматривался в его лицо. — Вы что, поссорились?
— Вовсе нет. С какой стати мне с ним ссориться? — Лу Сихоу слегка оттолкнул его, с досадой добавляя: — Старший брат Линь, тебе разве не пора фехтовать? Вот и иди.
Линь Цзинъюнь прищурился и, наклонившись ближе, спросил:
— Он снова звал тебя с собой в Школу Меча Первозданного Хаоса?
Его безупречно точёное лицо оказалось в опасной близости, а тёмные зрачки казались двумя бездонными омутами.
Встретившись с ним взглядом, Лу Сихоу ощутил внезапный укол неловкости.
Однако юноша быстро взял себя в руки, откинулся назад, увеличив расстояние между лицами, и ответил:
— Нет, он просто поинтересовался, не хочу ли я поехать.
— И ты снова отказал, — не вопросительно, а утвердительно вынес вердикт Линь Цзинъюнь. Выпрямившись, он заметил: — Знаешь, некоторые твои суждения давно кажутся мне странными.
— Я вырос в совершенно иных условиях, — возразил Лу Сихоу. — Вполне естественно, что мои взгляды расходятся с представлениями здешних культиваторов.
— В этом мало хорошего, — с терпеливым укором произнёс Линь Цзинъюнь. — Тебе нужно изо всех сил врастать в этот мир. Даже если ради этого придётся ломать кости, ты обязан прирасти к нему плотью и кровью.
— Разве цель совершенствования — не в том, чтобы противостоять миру и сохранить свою суть? — отрезал Лу Сихоу. — Если ради уровня культивации предавать собственное сердце, какой тогда вообще смысл в тренировках?
— Я считаю, чем дольше ты живёшь, тем больше у тебя времени на поиски этого смысла, — ответил Линь Цзинъюнь. — Само удлинение жизни и улучшение её качества уже обладают ценностью.
— Смысл бытия не бывает одинаковым для всех. Ты прав по-своему, а я — по-своему. А спорим мы лишь потому, что каждый верен собственным убеждениям.
Видя его непоколебимость и твёрдость характера, Линь Цзинъюнь лишь мысленно вздохнул, оставив попытки переубедить друга.
Лу Сихоу снова погрузился в изучение нефритового свитка.
Желая перевести разговор в более непринуждённое русло, Линь Цзинъюнь наугад взял один из свитков, но, едва скользнув взглядом по содержимому, удивлённо приподнял бровь:
— Сведения по растениеводству? Ректор Цзянь посоветовал?
— Вовсе нет. Сам решил разобраться.
Пробежавшись по нескольким дощечкам, Линь Цзинъюнь покачал головой:
— Всё, что лежит в общедоступном отделе Терема Глубокой Бездны — поверхностные сведения, от которых мало толку. Если у тебя нет связей в Институте Растениеводства, проще купить записи в городских лавках. У многих торговцев есть весьма неплохие материалы по вполне разумным ценам.
— Не скажи, — Лу Сихоу выпрямился и, снизив голос до таинственного полушепота, спросил: — Старший брат Линь, ты когда-нибудь слышал о Воссоздании Весеннего Сияния?
— Хм... Что-то знакомое, — задумался Линь Цзинъюнь, мерно постукивая пальцами по столешнице. — Кажется, я слышал этот термин, когда ещё жил в Империи Девяти Провинций. Это ведь связано с растениеводством?
— Именно! В одном из свитков с заметками я прочёл, что мастера-растениеводы используют формацию «Воссоздание Весеннего Сияния», чтобы сократить срок созревания духовных растений. — Лу Сихоу полистал кучу свитков и выудил один: — Вот, взгляни, я даже сделал пометку.
Приняв свиток, Линь Цзинъюнь внимательно изучил текст и серьёзно произнёс:
— Овладеть этой формацией невероятно сложно. Нужны не только глубокие познания в растениеводстве, но и совершенное мастерство в талисманных формациях. Иначе легко погубить всходы чрезмерной стимуляцией.
Подняв глаза на собеседника, он спросил:
— Собираешься применить её?
— Хочу попробовать, — воодушевленно блеснул глазами юноша.
— На Траве Соединения Жилок? — Линь Цзинъюнь нахмурился. — Все надежды старшего брата У возложены на эти несколько десятков стеблей. Если произойдёт сбой, он просто не перенесёт такого удара.
— Так их же несколько десятков! Я возьму пару корешков исключительно для пробы.
— Трава Соединения Жилок стоит целое состояние. Тебе самому-то её не жалко?
— Да я пока только прикидываю, до дела ещё далеко! — всплеснул руками Лу Сихоу. — Разумеется, сперва я опробую формацию на самых обычных духовных травах. И только если результат окажется успешным, перейду к повторному опыту на Траве Соединения Жилок.
— Коли намерен довести затею до ума, тебе придётся просить совета у ректора Цзяня, — заметил Линь Цзинъюнь. — Раньше о подобной формации я не слыхивал. Судя по всему, Институт Растениеводства не использует её в широких масштабах, и большинство наставников с ней едва ли знакомы.
Лу Сихоу тяжело вздохнул, раздув щеки:
— Я уже пытался!
Достав духовную нефритовую дощечку, он протянул её другу:
— Отправил ректору Цзяню сообщение, прощупывал почву. А он ответил, чтобы я разбирался сам: мол, секретные методики института посторонним не разглашаются.
Линь Цзинъюнь вчитался в короткую переписку:
— А обмен? Разве Институт Растениеводства не пытался сам вырастить Траву Соединения Жилок? У них ничего не вышло, так что твои успешные результаты должны были вызывать у них живой интерес.
— Пробовал, — хмуро откинулся на спинку дивана Лу Сихоу. — Я предложил делиться опытом выхаживания. А ректор Цзянь заявил, что никакого «опыта» у меня нет — всё держится на врождённом даре, и то, что я случайно добился успеха, ещё не повод уводить его учеников с истинного пути!
Разведя руками, юноша сокрушённо добавил:
— В общем, все разумные варианты я перепробовал. Господин Цзянь упёрт, как скала, так что рассчитывать приходится исключительно на собственную сообразительность.
— Разве тебе не открыли доступ к библиотечным свиткам института?
— Открыть-то открыли... — Лу Сихоу окончательно пал духом. — Только за каждый свиток драпируют по десять баллов! У меня просто денег не хватит всё это прочесть. Иначе с чего бы я стал лопатить обычные закрома Терема Глубокой Бездны, игнорируя специальные труды?
Видя, что с непреклонным ректором Цзянем каши не сваришь, Линь Цзинъюнь лишь сочувственно похлопал друга по спине.
Сбросив его руку со своего плеча, Лу Сихоу продолжил:
— За последние дни я перелопатил гору материалов и пришёл к выводу: сам Институт Растениеводства, похоже, не в состоянии воссоздать формацию «Воссоздание Весеннего Сияния» в полном объёме! Вот господин Цзянь и отказал мне.
Линь Цзинъюнь сразу уловил ход его мыслей:
— Значит, хочешь сам доработать формацию и выменять на неё секреты мастерства?
— Ну уж нет, — покачал головой Лу Сихоу. — Если у меня всё получится, я либо выставлю метод на аукцион, либо передам Резиденции Владыки города. У них архивы куда полнее, к тому же их баллы можно обменять на баллы нашей Академии Линян. Сдавать материалы напрямую резиденции намного выгоднее.
— В Резиденции Владыки города у тебя нет связей. Едва ли они отвалят столько же баллов, сколько мог бы дать господин Цзянь.
— Зато у них возможности шире, так что в итоге выйдет то на то, — лучезарно усмехнулся юноша, блеснув ровным рядом зубов. — К тому же выпуск не за горами. Мне ещё жить в этом городе, и завязать полезные знакомства в резиденции точно не помешает.
Глядя на его довольную физиономию, Линь Цзинъюнь не удержался от улыбки. Этот парень вовсе не так наивен, как кажется — о своём будущем он печётся весьма осмотрительно.
Помотав головой, Лу Сихоу вновь уставился в свиток:
— Ладно, некогда болтать. Надо закончить с формацией до начала Соревнований Академий.
— Ого? — Линь Цзинъюнь мгновенно сообразил: — Хочешь, чтобы старший брат У возглавил команду?
— С его нынешней репутацией стать капитаном будет непросто, — прикинул Лу Сихоу. — Зато если он исцелится к тому времени, то обязательно войдёт в основной состав. А присутствие такого опытного человека на турнире никому не помешает.
— Ты слишком уж заботлив, — качнул головой Линь Цзинъюнь. — Не факт, что старший брат У оценит твои старания, не говоря уже о благодарности.
— А я и не ищу его благодарности. У него было блестящее будущее, и ужасно жаль, если травма перечеркнёт всё. К тому же, если я решу эту задачу сейчас, с сердца спадёт груз, и ничто не станет помехой на пути совершенствования.
— Как знаешь. Раз тебе нужны сведения, я попрошу своих людей поискать подходящие свитки в Библиотеке Империи Девяти Провинций.
— Спасибо, старший брат Линь! — расплылся в улыбке Лу Сихоу. — Если найдёшь что-то дельное, с меня роскошный пир!
— Без старшего брата Суя?
Лу Сихоу с наисерьёзнейшим видом качнул головой:
— Его позвать нужно обязательно.
— Эх, ты... — Линь Цзинъюнь взглянул на него с лёгким укором. — Всё прекрасно понимаешь, а притворяешься дурачком.
— По-моему, моя позиция предельно ясна, — не дрогнув лицом, отрезал Лу Сихоу.
Линь Цзинъюнь смерил его долгим взглядом, шевельнул губами, но промолчал.
* * *
Материалы из Библиотеки Империи Девяти Провинций не заставили себя ждать.
Суй Хань тоже прислал ему подборку свитков по растениеводству из архивов Школы Меча Первозданного Хаоса.
Пусть эти записи и не содержали высших тайн, они оказались несравнимо подробнее всего, что продавалось на городских рынках.
Получив ценные сведения, Лу Сихоу с жадностью погрузился в чтение, а затем принялся чертить схему прямо у себя во дворе, проводя эксперимент за экспериментом.
В процессе изысканий его двор взрывался ровно семь раз, привлекая внимание Отряда Правопорядка.
К счастью, и капитан, и его заместитель отлично знали юношу и давно считали его ценным кадровым резервом своего ведомства. На устраиваемый им грохот они смотрели сквозь пальцы, строго приказав лишь об одном — восстанавливать повреждения после каждого опыта.
Лу Сихоу послушно чинил разрушения, хотя расходы на духовные камни каждый раз заставляли его сердце обливаться кровью.
После целой серии проб и ошибок Формация Воссоздания Весеннего Сияния наконец обрела видимые черты.
Опытная Трава Сбора Диких Гусей росла со стремительной скоростью: всего за одну ночь посевы успевали прорасти, пустить стебли, расцвести, дать плоды и завянуть.
Однако выглядели ускоренно выросшие растения весьма странно — с хилыми тоненькими стебельками и непропорционально огромными, вялыми листьями.
Пустив уродливые стебли на экстракцию Травяной эссенции, Лу Сихоу не заметил особых отличий от обычных образцов.
Тогда он применил формацию, чтобы заставить зацвести целую поляну Травы Сбора Диких Гусей, и использовал соцветия для приготовления Благовоний Спокойствия Сердца. На этот раз результат оказался разочаровывающим.
Зажгши благовоние, он вообще не почувствовал никакого успокаивающего действия.
По его расчётам, такие палочки едва ли возымели бы эффект даже на культиваторов стадии Духовной Пилюли — разве что новички на этапах Закалки Тела почувствовали бы хоть какую-то пользу.
Итоговый результат был слишком далёк от желаемого.
Сколько юноша ни бился, сколько ни перепроверял звенья цепи, найти ошибку так и не смог. В конце концов, скрепя сердце, ему пришлось обратиться за помощью к Цзянь Вэю.
Ректор Цзянь согласился дать пару частных уроков, установив плату в десять тысяч духовных камней за занятие.
Получив такое сообщение, Лу Сихоу скривился, точно отведав кислятины. Попытка сбить цену провалилась — господин Цзянь жёстко отрезал все возражения.
Тарифы ректора изначально были заоблачными, а за индивидуальное наставничество он драл три шкуры. Десять тысяч камней за урок — это ещё с учётом пятидесятипроцентной скидки из уважения к таланту юноши.
«Семь бед — один ответ», — рассудил Лу Сихоу и, сжав зубы, дал согласие.
Вскоре Цзянь Вэй лично прибыл в его двор. Внимательно осмотрев вычерченную схему, он скупо одарил ученика похвалой:
— А ты сообразительнее лоботрясов из Института Растениеводства. Формация выстроена целостно, генеральная линия верна.
— Значит, ошибка в крошечных деталях? — с тревогой спросил Лу Сихоу.
— Сложно сказать, я не специалист по талисманным формациям, — задумался Цзянь Вэй. — Но общая структура вроде бы без изъянов.
Оглядевшись, он заметил стоящего неподалёку Линь Цзинъюня и поманил его рукой:
— Ты ведь из Талисманного Института? Подойди-ка и разложи мне логику этой формации от и до.
Линь Цзинъюнь отвесил вежливый поклон:
— Ученик не дерзает хвастаться глубокими познаниями, но попробует изложить своё понимание.
— Без лишних слов, начинай!
Линь Цзинъюнь приступил к разбору с опорного узла и прошёлся по всей схеме, подробно объясняя назначение каждого символа, проверяя точность связей и уязвимые места.
Стоя рядом, Лу Сихоу непрерывно кивал.
Эту формацию «Воссоздание Весеннего Сияния» они вместе с Линь Цзинъюнем собирали буквально по крупицам, денно и нощно выверяя каждый элемент. Схему юноша знал как свои пять пальцев и был твёрдо убеждён, что сама талисманная структура безупречна.
— В постижении Небесных законов ошибки быть не может, — пробормотал Цзянь Вэй. — Твой дар мне известен: подобные законы ты применяешь на уровне инстинктов, даже не задумываясь.
Поразмыслив, Цзянь Вэй отправил весточку декану Талисманного Института, Юй Чанъин.
Сударыня Юй была женщиной чрезвычайно миниатюрной и внешне напоминала юную девочку.
Окинув схему беглым взглядом, она вынесла вердикт:
— С формацией всё в порядке. Логика безупречна, ни одного спорного узла.
— Странное дело. Если нет ошибок ни в талисманной логике, ни в понимании Небесных законов, формация должна работать идеально, — развёл руками Цзянь Вэй. — Да и выросшая Трава Сбора Диких Гусей кажется почти нормальной... Не хватает какой-то малости.
— Разрешите спросить, господин Цзянь, — осторожно подал голос Лу Сихоу. — В Институте Растениеводства ведь есть аналогичные формации? Не сталкивались ли ваши ученики с той же проблемой?
— В институте воссоздавали лишь фрагментарные схемы, — пояснил Цзянь Вэй. — Их целенаправленно применяют либо к плодам, либо к корням. Те практики изначально несбалансированы и служат утилитарным целям. Ты же стремишься к абсолютной гармонии. Хочешь, чтобы формация лишь ускоряла рост, а во всём остальном растения ничем не отличались от выросших в естественной среде.
— Добиться баланса несравнимо сложнее, чем допустить перекос, — вмешалась Юй Чанъин. — Порой малейшая помарка способна разрушить всё равновесие.
«Малейшая помарка?..»
В голове Лу Сихоу внезапно мелькнула смутная догадка, но ускользнула прежде, чем он успел её осмыслить. Нахмурившись, юноша попытался восстановить нить мысли.
— Старушка Юй, видишь, в каком именно узле нарушается равновесие? — повернулся к ней Цзянь Вэй.
— Да где угодно! — не задумываясь, отрезала Юй Чанъин. — Порой даже обычная кочка на земле способна нарушить баланс. Если спрашиваешь, какие узлы под подозрением, отвечу прямо: абсолютно все.
Сердце Лу Сихоу встрепенулось:
— Могу я подробно изложить вам всю логику построения? Мы со старшим братом Линем проверяли схему, но в основу легла моя идея. Вдруг ошибка кроется в самом фундаменте? Помогите мне разобраться.
— Отчего же, излагай, — согласилась декан Юй.
Присев на корточки, Лу Сихоу принялся деталь за деталью объяснять замысел каждого символа.
Формацию они дорабатывали вместе с Линь Цзинъюнем, и у каждой линии имелось чёткое предназначение.
Лу Сихоу всегда отталкивался от конечной цели, из-за чего в некоторых местах вносил собственные правки, упрощал или оптимизировал структуру.
Линь Цзинъюнь не видел в таком подходе ничего дурного: у каждого мастера свой стиль, и каноническая точность уступает место внутренней логике.
С одобрения друга юноша отступил от классических правил.
Выслушав его подробный рассказ, Юй Чанъин с одобрением качнула головой:
— Если когда-нибудь решишь целиком посвятить себя талисманным формациям, из тебя выйдет великий мастер.
— Но в этот раз мои правки не сработали — постоянно не хватает какой-то детали, — горько усмехнулся Лу Сихоу.
— Эта формация задействует саму суть Небесного Дао, — задумчиво произнесла Юй Чанъин. — Если ошибка действительно есть, а я её не вижу, то дело, вероятно, не в технике исполнения, а в самом постижении Дао.
Лу Сихоу снова почувствовал, что упустил нечто важное, но не успел ухватиться за мысль