Когда Лу Сихоу взошёл на стадию Возвращения к Пустоте, мир в его глазах мгновенно и безвозвратно преобразился.
Даже привычные цвета изменились: та одежда, что прежде казалась ему чисто-белой, теперь раскрывалась тончайшими переливами — от лазурного до бледного янтаря. Естество вещей предстало перед ним во всей нагой отчётливости.
Особенно ярко это проявлялось в работе с духовными растениями. Лу Сихоу безошибочно подмечал, как один и тот же росток откликается на состав почвы, объём полива или соседство иных духовных трав. Стоило ему взять в руки неизвестный стебель, как без всяких древних трактатов он уже прозревал его свойства и точно знал, какой уход требуется.
Его изощрённость в растениеводстве выбывала искреннюю зависть даже у признанного мастера этого дела, ректора Цзянь Вэя. Цзянь Вэй не выдержал и пришёл к нему лично:
— Неужто ступень Возвращения к Пустоте даёт столь невероятное преимущество растениеводу?
Лу Сихоу осторожно уточнил:
— Прочих судить не берусь, но мне этот прорыв открыл совершенно иное измерение. Будто завеса спала, и я узрел совсем иной мир.
Цзянь Вэй глубоко задумался:
— Коли так, мне и самому пора приложить все силы, дабы преодолеть этот рубеж.
Впрочем, сам Цзянь Вэй пока находился лишь на средней ступени стадии Трансформации Духа, и путь до Возвращения к Пустоте предстоял немалый.
Лу Сихоу искренне подбодрил его:
— Обязательно попробуйте! Мои познания в ботанике и в подмётки не годятся вашим. Коли вы взойдёте на эту ступень, плоды будут поистине великими.
— Хотеть-то я хочу, да разве ж так просто пробить этот заслон? — вздохнул Цзянь Вэй с лёгким досадованием. — Не всем же суждено взлетать к небесам так стремительно, как тебе.
— Мои успехи — лишь заслуга окружающих, — скромно отозвался Лу Сихоу. — Вы ведь и сами в своё время помогали мне закалять тело, помните?
— И то правда... Неужто и мне стоит заняться закалкой плоти?
— А почему бы и нет? Дельная мысль.
Поддержав собеседника, Сихоу сменил тему и задумчиво произнёс:
— Ректор Цзянь, у меня есть к вам ещё один непраздный вопрос.
— Какой же? — удивлённо вскинул брови Цзянь Вэй. — Неужто опять про духовные растения? Если так, вряд ли я смогу научить тебя чему-то новому.
Сихоу кивнул, но помедлил, не зная, как точнее подступиться к теме. Цзянь Вэй, отличавшийся нетерпеливым нравом, поторопил его:
— Да говори уже прямо, к чему эти загадки?
Взвесив слова, Лу Сихоу заговорил:
— Дело вполне конкретное. Я слышал, существуют такие духовные травы, что после высадки способны резонировать со своими сородичами. На каком бы расстоянии друг от друга они ни находились, между ними сохраняется незримая, единая связь.
— И только? — изумился ректор Цзянь.
Лу Сихоу подтвердил кивком. Цзянь Вэй на мгновение задумался, перебирая в памяти редкие виды:
— Коли размышлять в подобном ключе... пожалуй, нечто похожее есть у Бараньехвостой Травы Берегового Затона.
Он сделал небольшую паузу и пояснил:
— К примеру, если на одном лугу овцы начинают стравливать эту траву, та мгновенно выбрасывает яд и становится ядовитой. И что удивительно: побеги того же вида на далёких загонах, где их ни одна овца не касалась, тут же меняют свойства точно так же. Как именно они передают этот вестник — нам доселе неизвестно.
— И только один вид? — нахмурился Сихоу. — А нет ли растений погожистей, с более богатым запасом духовной энергии?
— Зачем тебе это вообще понадобилось? Мне на ум больше ничего не приходит, — пожал плечами Цзянь Вэй. — Да и у Бараньехвостой Травы только диковина эта и есть. По сути своей она бесполезна: духовной силы не выделяет, защиты не даёт, притом невероятно капризна в уходе. Сейчас этот вид и вовсе на грани вымирания.
Лу Сихоу утаивать замысел не стал:
— Вы знаете, что моё Духовное Сознание обрело особые свойства. Я хочу использовать сродство с травами и их внутренний резонанс, чтобы развернуть единую Сеть Духовного Сознания.
Цзянь Вэй нахмурил лоб, пытаясь уловить суть:
— А при чём тут травы-резонансеры?
— Моё Духовное Сознание покрывает огромные расстояния, но плотности ему не хватает — тонкий контроль улетучивается. Однако у меня есть сродственность с флорой. Вот я и раздумываю: если опереться на духовные растения и укрепить ими структуру разума, то плотность сознания возрастёт, и я смогу сплести цельную Сеть Духовного Сознания.
— Ну укрепишь ты его, и что с того? — всё ещё недоумевал Цзянь Вэй. — Зачем тебе эта сеть?
— Чтобы выстроить цельный Мир Духовного Сознания.
Ректор окончательно запутался:
— Всё равно не возьму в толк... Распахнуть своё сознание для всех подряд? А если кто злонамеренный воспользуется этим и нанесёт удар?
— Опасности нет, у меня хватит сил защититься. К тому же я планирую отделить часть сознания и вместе с духовными растениями выплавить её в нерушимую Великую Формацию Духовного Сознания.
Лу Сихоу попытался объяснить подробнее, но, видя, что Цзянь Вэй только сильнее хмурится, с улыбкой подытожил:
— Когда закончу, вы сами всё увидите, господин Цзянь.
— Ох уж эти бессмертные стадии Возвращения к Пустоте... Не понять мне ваших замыслов, — качнул головой Цзянь Вэй. — Что ж, буду ждать плодов.
— Постараюсь не затягивать, — рассмеялся Сихоу.
Проводив Цзянь Вэя, Лу Сихоу вернулся в Павильон Линян, погрузившись в свитки. Вскоре вошёл Линь Цзинъюнь с отчётом по городским делам. Увидев, как тот с упорством заново перебирает старые фолианты, Старший брат Линь прижал ладонь к лбу:
— По-моему, тебе проще вытравить обычные рунические знаки. Духовных камней у нас в избытке. Зачаровать формацию усиления сознания рунами куда надёжнее и проще, чем возиться с капризными ростками.
Поглаживая гладкую поверхность нефритовой дощечки, Лу Сихоу ответил:
— С одной стороны, ты прав. Но моё Духовное Сознание неразрывно сплетено с самой землёй Линяна. Опыты доказали: чем глубже эта связь, тем стремительнее продвигается моя культивация.
Рунические формации — лишь внешний инструмент. Духовные же растения, взращённые на почве Линяна, суть неотделимая часть самого города. Имея возможность задействовать живую природу, Лу Сихоу не желал срезать углы и довольствоваться искусственными рунами.
Линь Цзинъюнь лишь всплеснул руками:
— Делай как знаешь, дело не горящее. К слову, похоже, кроме Старшего брата Суя, вообще никто в городе не понимает, над какой эдакой чертовщиной ты бьёшься.
Лу Сихоу усмехнулся:
— Я просто хочу возвести подлинную обитель в Мире Духовного Сознания — общее пространство для всех. Вот выстрою, сам увидишь, насколько это увлекательно.
Никаких грандиозных замыслов он не питал — ему просто захотелось воплотить в мире культивации аналог прежнего интернета. Правда, задача оказалась куда каверзнее, чем выглядела на первый взгляд, и требовала взвешенного подхода.
Окружающих затея с Сетью Духовного Сознания оставляла равнодушными — единственным, кто воспринял её всерьёз, был Суй Хань. Старший брат Суй прекрасно понимал устремления Лу Сихоу и во всём его поддерживал.
Поиски подходящего растения продвигались тяжело. Сихоу то и дело в досаде прижимался к Суй Ханю, вполголоса сетовал на неудачи. Суй Хань ласково успокаивал его:
— Век культиватора на стадии Возвращения к Пустоте бесконечно долг. Не беда, если решение не отыщется за один день.
— Оно-то так, да мысль эта мне покоя не даёт, — пробормотал Лу Сихоу, уткнувшись носом в его плечо. — Но нутром чую: нужный росток где-то близко. Обязательно найду, и очень скоро.
— Коли на землях Линяна нужной травы не сыскать, стоит расширить поиски, — предложил