Полный решимости сражаться до последнего, Лу Сихоу сошёлся на поле боя со Старшим братом Линем, который явно не намеревался поддаваться.
Сихоу снова достались чёрные фигуры: перед ним выстроилась стройная шеренга безликих воинов в тёмных доспехах, вид которых вселял привычное чувство надёжности.
Однако Линь Цзинъюнь славился проницательностью и въедливым умом. Назвать его простым соперником не повернулся бы язык — в бою он был невероятно въедлив и опасен.
Прекрасно это понимая, Сихоу сразу после появления в лагере чёрных отдавал приказания безликим воинам собирать материалы и без промедления приступил к возведению защитного массива.
Раньше они уже не раз сражались в боевые шахматы, и почти всегда Цзинъюню требовалось меньше получаса, чтобы разнести вражеское логово в щепки.
Вот и теперь, стоит ли удивляться, что стоило Сихоу ступить на поле, как его охватило дурное предчувствие.
И предчувствие не подвело: защитный барьер не был выстроен и наполовину, как разведчики принесли весть — враг превосходящими силами движется к базе.
Бросив незаконченную работу, Сихоу помчался на передовую.
Взору его открылась потрясающая картина: Линь Цзинъюнь вывел в поле едва ли не всю свою армию. Белоснежная лавина воинов перехлестнула через пограничную реку и, подобно инею, накрыла владения чёрных.
Начать поединок с такого натиска?!
Сихоу чуть не сплюнул от досады. Неужели Старший брат Линь ничуть не опасается, что он рванёт в обход и снесёт его незащищённый штаб?
Откуда вдруг такая безудержная дерзость?!
Впрочем, размышлять было некогда. Сихоу рявкнул:
— Смыкнуть ряды! Занять оборону, приготовиться к бою!
Безликие воины в чёрных доспехах выстроились перед базой, готовясь принять удар. Сам же Сихоу, словно ужаленный, метнулся назад — достраивать защитную формацию.
Он пока не понимал, замыслил ли Цзинъюнь хитрость, но от этого человека всегда стоило ждать двойного или тройного дна. Простой лобовой атакой тот бы ограничиваться не стал.
Сихоу решил придерживаться заранее намеченной тактики: встретить любые перемены незыблемым спокойствием!
— Младший брат Лу! — раздался громкий оклик.
Линь Цзинъюнь прилетел к лагерю на боевом корабле. К тому моменту защитный массив Сихоу был готов почти полностью.
Слегка переведя дух, Сихоу не стал отвлекаться на разговоры и продолжил укреплять контур.
— Я лично прибыл к твоему порогу, а ты даже не выйдешь поприветствовать? — с улыбкой прокричал снаружи Цзинъюнь.
Сихоу молча продолжил вбивать заклинательные знаки.
Цзинъюнь лишь лёгко усмехнулся и плавно обнажил лезвие:
— Что ж, тогда пусть всё решат мечи.
В рейтинге боевой мощи Цзинъюнь занимал седьмую строчку. Его опыт и чутьё превосходили возможности Кушаня, а ученичество в Институте Талисманов давало глубочайшее понимание структуры магических знаков.
Первый же его удар пришёлся аккурат в уязвимый узел формации.
Весь барьер содрогнулся — возникла угроза полного краха.
Поменявшись в лице, Сихоу взмыл в воздух, спешно укрепляя повреждённый участок. Одновременно с этим он отдал скрытый приказ отряду разведчиков, а также Пятому и Двадцать второму полкам: незаметно выскользнуть из лагеря и устремиться к базе белых, чтобы проверить состояние вражеского знамени.
В прямом столкновении одолеть Старшего брата Линя было задачей из разряда невыполнимых. И это даже при том, что Сихоу превосходил его на одну малую ступень культивации!
Умение мечников сражаться с превосходящим соперником не было пустой похвальбой — оно выковывалось кровью и жестоким опытом.
План Сихоу заключался в том, чтобы запечатать свою базу в непробиваемый черепаший панцирь, а сам тем временем тайком проберётся в тыл к Цзинъюню и срубит его флаг.
Тем временем снаружи продолжался обстрел.
Цзинъюнь не торопился, словно сам процесс взлома формации доставлял ему эстетическое удовольствие, и с размеренной неторопливостью отискивал бреши.
Хотя Цзинъюнь числился в Институте Талисманов и Формаций, мастерство Сихоу, проведшего в закрытой медитации восемь лет, оказалось чуточку выше. За пару минут беглого осмотра Цзинъюнь сумел нащупать лишь считанные изъяны.
Сихоу же, выкладываясь на преграде без остатка и не жалея редких материалов, громоздил узор за узором, связывая талисманные цепи в непрерывный кольцевой массив.
Закончив и убедившись, что пробить такую стену с ходу не удастся, он перевёл дыхание. Но едва собрался отправиться на вылазку, как сердце сжала непонятная тревога.
Замявшись у самого выхода, он вернулся, велел воинам выкопать на территории базы семь глубоких колодцев и прикрыл каждый несколькими слоями иллюзорных чар.
Завершив приготовления, он оставил у лагеря внушительный гарнизон и строго наказал: если барьер падет, немедленно хватать знамя и прыгать в один из подземных ходов.
Лишь после этого, сжав меч, он в одиночку устремился к логову белых.
Мир боевых шахмат был невелик. Развив предельную скорость на летящем мече, Сихоу добрался до цели всего за десять минут.
Однако стоило ему подлететь к вражескому штабу, как духовное знание прожгла резкая боль.
Сихоу мгновенно понял: его «черепаший панцирь» на базе пробит.
Сердце уйкнуло. Он никак не ожидал от Старшего брата Линя такой прыти! Предполагалось, что оборона продержится хотя бы полчаса.
Похоже, на занятиях Цзинъюнь попросту скрывал свои истинные возможности, и его реальная сила оказалась куда более устрашающей.
Сихоу глубоко вздохнул.
Ничего другого от беспроигрышного стратега ожидать и не следовало. Придётся поднажать!
Выхватив меч, Сихоу отдал через духовную связь приказ залегшим в засаде чёрным воинам отступать, а сам наотмашь ударил по штабу белых.
Мощный разряд рассек вражескую базу пополам.
Боевая сила безликих воинов в этом пространстве была не так уж велика — во всяком случае, против культиватора на средней стадии Малой Колесницы они ничего поделать не могли. Едва лезвие касалось их, белые фигуры рассыпались снежной пылью.
Всё шло даже гладче, чем планировалось.
Слегка расслабившись, Сихоу ворвался в разрушенное здание и устремился в центральный зал, где должно было покоиться знамя.
Однако, влетев внутрь, он обомлел: комната была абсолютно пуста.
«Что за...»
Сихоу вытаращил глаза, растерянно озираясь по сторонам.
Куда оно могло деться?!
Кроме него, в этом мире больше не было вражеских сил. Кто ещё мог утащить флаг Старшего брата Линя?
Не мог же он перепутать постройки?!
Сихоу выскочил наружу, сделал круг и убедился: ошибки нет. Маленькая табличка над входом четко указывала, что именно здесь находится штабное помещение.
Сихоу окончательно оторопел.
На миг он даже усомнился в собственном драконьем естестве!
Тем временем снаружи, перед экранами духовного пламени, среди наблюдающих за поединком культиваторов вспыхнул хохот.
— Ну всё, Лу Сихоу окончательно потерял нить происходящего!
— Обычно это Сихоу всех обводит вокруг пальца, а тут сам попался на удочку своего Старшего брата!
— Ха-ха-ха, вы только взгляните на его физиономию, какая прелесть!
— Сихоу, очнись! Твоё знамя твой Линь уже давным-давно с собой уволок, ха-ха-ха!
Стоя посреди пустой залы, Сихоу постепенно начал приходить в себя.
Отбросив все невозможные варианты, оставшийся, каким бы диким он ни казался, и был истиной!
Единственное объяснение, которое пришло ему в голову: Старший брат Линь сам выдернул собственное знамя и унёс его с собой!
Единственным условием победы в боевых шахматах было захватить флаг соперника за отведённое время. Но в правилах нигде не говорилось, что свой флаг нельзя трогать!
Сихоу не сразу догадался об этом лишь потому, что, уходя на вылазку, издали видел Цзинъюня. У того за спиной ничего не было, и его воины тоже шли налегке.
Если бы ярко-красный стяг находился у него, Сихоу заметил бы его сразу. А раз не заметил — значит, Цзинъюнь просчитал его манёвр и наложил морок.
Для выпускника Института Талисманов и Формаций сотворить простую иллюзию не составляло никакого труда.
Чёрт побери!
Он попался на банальную уловку с отвлечением внимания!
Сейчас Цзинъюнь, верно, уже ворвался на его базу и вовсю ищет скрытый флаг!
У Сихоу аж зубы заломило от досады. Не теряя ни секунды, он вскочил на меч и на пределе возможностей помчался обратно.
Клинок несся сквозь облака подобно падающей звезде.
Путь, обычно занимавший десять минут, он преодолел за шесть.
К счастью, когда он подлетал к лагерю, мысленная связь не принесла страшной вести о поражении.
Тяжело дыша, Сихоу увидел внизу фигуру Цзинъюня в белых одеждах. Тот стоял перед вражеской базой и, казалось, все еще пытался взломать защитный контур.
Немного успокоившись, Сихоу вознамерился тихо проскользнуть к себе в тыл.
Но стоило ему сделать шаг, как стоящий впереди Цзинъюнь, не поворачивая головы, произнёс:
— Младший брат Лу.
Застигнутый врасплох, Сихоу замер, но откликаться не стал — ему не хотелось выдавать, что он отлучался.
Цзинъюнь помедлил и окликнул снова:
— Младший брат Лу?
Только тогда Сихоу шагнул из тени:
— Старший брат Линь.
Улыбка на лице Цзинъюня слегка застыла:
— Не думал, что ты решишь наведаться в мой лагерь. С пустыми руками вернулся?
Сихоу настороженно прищурился:
— Старший брат, твое знамя ведь у тебя за спиной, верно?
— А ты подойди и проверь, — Цзинъюнь встал в боевую стойку. — Ну что, сойдёмся?
Сихоу заколебался. В происходящем чудилось нечто странное, но что именно — он уловить не мог.
Он сжал рукоять меча, раздумывая, стоит ли атаковать, как вдруг духовное знание пронзила острая боль.
В подземных ходах под базой мгновенно обрушились три тоннеля из семи!
Плохо!
Сихоу изменился в лице. Старший брат Линь просто тянул время! Он отправил свой отборный отряд внутрь!
Не тратя времени на разговоры, Сихоу снарядом вломился на территорию собственной базы.
Но, влетев во двор, он увидел, что здание штаба уже сравнено с землёй. На развалинах стоял... ещё один Линь Цзинъюнь с занесённым мечом.
— Сяо Хоу, — прищурился Цзинъюнь, и губы его тронула мягкая усмешка. — Ты опоздал.
С этими словами он обрушил ровный, хищный удар, довершая разгром оставшихся тайных лазов вместе с наложенными на них чарами.
— А вот и твоё знамя, — ровно проговорил Цзинъюнь.
В развороченном подземном ходу показалось тёмно-красное полотнище с чёрным шитьём!
Сихоу метнулся вперёд, выставив духовный меч. За долю секунды до того, как Цзинъюнь успел сбить знамя, Сихоу подставил своё лезвие.
Раздался оглушительный звон, и во все стороны снопом брызнули яркие снопы искр.
Сихоу стиснул зубы:
— Тот, что снаружи — тоже был иллюзией?!
Цзинъюнь гибко уклонился от выпада и ласково ответил:
— Поздравляю, угадал.
Сихоу наполнился праведным гневом:
— Старший брат Линь, да сколько у тебя вообще этих двойников?!
— Хочешь угадать? — раздался голос с другой стороны руин.
Там, неизвестно откуда взявшись, стоял ещё один Цзинъюнь.
У Сихоу волосы встали дыбом. На мгновение ему показалось, будто он попал в жуткую призрачную притчу:
— Откуда вас столько вылезло?!
Из-за спины донесся четвёртый голос:
— А может, нас всегда было много?
— А-а-а-а-а! — от ужаса у Сихоу перехватило дыхание. Не смея даже обернуться, он отчаянно махнул мечом по широкой дуге.
В порыве паники его клинковые техники обрели невиданную, сокрушительную силу:
— Это уже чересчур!!!
«Старший брат Линь, я-то дракон, а вот ты — настоящий изверг! Кто же в боевых шахматах устраивает подобную бесовщину?!»
Цзинъюнь никак не ожидал такой реакции.
Кто бы мог подумать, что огромный, могучий дракон до смерти боится призраков!
Созданная им путаница не просто сбила соперника с толку, а привела его в настоящее неистовство.
К тому же Сихоу изначально превосходил его в культивации.
Задействовав всю свою мощь в приступе яростного испуга, Сихоу одним махом разнёс всех его фантомов в щепки.
Цзинъюнь едва успел отскочить в сторону. Не думая больше о поединке, он решил воспользоваться смятением Сихоу и первым сбить чёрное знамя.
Но Сихоу мгновенно раскусил его замысел.
Страх мгновенно переродился в чистую, кипящую ярость.
— И не думай, Старший брат! Я тебе его не отдам!!!