До этого Лу Сихоу довелось выращивать разве что собак — с детьми он дела никогда не имел.
В его родном доме жил аляскинский маламут. Эти псы сыскали дурную славу неутомимых разрушителей, но давний наставник перещеголял даже их.
Тот умудрился обрушить всю резиденцию Владыки города. В самом буквальном смысле.
Всего несколько дней назад, едва пробудившись, дух меча пронёсся по покоям. Вспышка клинка, разящий порыв ци — и защитные руны пошли трещинами. Меч с лёгкостью перерубил двенадцать несущих балок, после чего крыша с грохотом рухнула вниз. К счастью, стражники у дверей владели культивацией, так что обошлось без жертв и неправдоподобных трагедий.
Сам новоявленный дух, впрочем, ужасно перепугался поднявшегося шума. С тех пор он немного умерил пыл: крупных бедствий больше не устраивал, но от мелких пакостей не отказался, из-за чего Лу Сихоу и Суй Хань окончательно лишились покоя.
Лу Сихоу быстро перестал звать клинкового духа наставником. Теперь в его речах тот именовался не иначе как «мой маленький сорванец», а сам юноша за считанные дни заметно осунулся.
Линь Цзинъюнь, закончив с докладом по казённым делам, сочувственно посмотрел на приятеля и не удержался от вопроса:
— Неужто прежний Владыка города и впрямь настолько невыносим?
Лу Сихоу устало потер лоб и тяжело вздохнул:
— Наставник — нет. А вот мой маленький сорванец — ещё как.
— Неужели всё так плохо? — усомнился Линь Цзинъюнь.
— Погоди немного, сам увидишь, — с досадой отозвался юноша. — Этот капризный дух даст фору любому избалованному ребёнку.
— Если всё так тяжело, почему ты выглядишь едва ли не счастливым?
— А я и впрямь рад, — ухмыльнулся Лу Сихоу. — Пусть капризничает, пусть пакостит — главное, что он очнулся. А коль очнулся, рано или поздно к нему вернётся память. И тогда настоящий наставник снова будет с нами.
— И что, никто не знает, как помочь старшему Цин Ло?
— Я перепробовал всё. Сначала позвал декана Лу, но тот лишь развёл руками. Тогда я обратился к старшему Юй Цяню из Куньлуня. Тот ответил, что вопросы, затрагивающие саму суть души, слишком туманны, и на всём континенте вряд ли найдётся знаток. Я даже отправил весточку родителям через пространственный переход. Отец с папой в один голос твердят: шаловливый дух — тоже часть наставника. Из-за полученных травм его разум просто откатился к самому детству...
Всё, что было в его силах, Лу Сихоу уже сделал. Помочь не мог никто.
Оставалось лишь заботиться о мече и молиться Небесам, чтобы наставник поскорее повзрослел или хотя бы набрался благоразумия.
— А это точно не новое сознание? — поинтересовался Линь Цзинъюнь. — В конце концов, при перековке меча вы заменили почти все ключевые материалы.
— Папа уверяет, что это исключено. Скорее всего, дух действительно вернулся в младенчество, — Лу Сихоу понизил голос до полушепота. — Я расспрашивал Главного Исполнителя Чжоу. Старики в резиденции подтверждают: в далеком детстве наставник был ровно таким же невыносимым сорванцом. Так что никакой подмены.
Линь Цзинъюнь попытался сопоставить образ величественного, невозмутимого Цин Ло с капризным ребёнком, и на его лице отобразилось глубокое изумление:
— Не может быть... Прежний Владыка города — и капризный ребёнок?
Лу Сихоу сочувственно кивнул:
— Ещё как! Говорят, когда старший Е Нини воспитывал наставника, ему даже пришлось на долгое время обрить голову наголо. Маленький Цин Ло обожал хватать его за волосы, а если не давали — заходился в слезах.
— И старший Е ему это прощал?
— Наверное, — Лу Сихоу невольно погладил собственную пышную шевелюру. — Со мной наставник всё же милосерден. По крайней мере, волосы пока не выдёргивает.
— Тоже мне, великое достижение.
Немного помолчав, Линь Цзинъюнь спросил:
— Кстати, твои отцы ведь собирались приехать? Почему их всё ещё нет?
— И не спрашивай, — тяжело вздохнул юноша, озираясь по сторонам. — Папа только-только совершил прорыв и достиг Стадии Возвращения к Пустоте. Не успел он собраться в путь, как во время морской прогулки наткнулся на легендарную бессмертную обитель из сказок нашего родного мира. И на радостях совершил ещё один прорыв! Теперь его ци настолько нестабильна, что он физически не может пройти сквозь пространственный разрыв. Написал, что приедет не раньше, чем ступит на Стадию Бессмертного.
Линь Цзинъюнь ошеломлённо округлил глаза:
— Да ладно?! В ваших краях так легко найти бессмертные горы?
— Какое там «легко»! В наших легендах упоминалась лишь одна-единственная Бессмертная Гора Пэнлай. Сколь изыскателей и культиваторов искали её веками — всё впустую! А папа просто отправился половить рыбу и уткнулся в неё носом.
— Невероятно... Твой отец, похоже, родной сын самого Небесного Дао!
— Именно, — тоскливо согласился Лу Сихоу. — Жаль только, что я ему, судя по всему, даже не родной внук.
Сравнивать свою удачу с отцовской юноша даже не пытался — бессмысленная затея. Отец обладал самым фантастическим везением из всех, о ком Лу Сихоу когда-либо слышал или читал в старинных хрониках.
Линь Цзинъюнь шутливо молитвенно сложил ладони, выражая глубочайшее почтение неизвестному счастливчику.
— Ладно, оставим это, — качнул головой Лу Сихоу. — Нянь Юн отыскал двух почтенных мастеров, и те сварили Пилюли Весеннего Журавля уровня Возвращения к Пустоте. Вот, держи десять штук, пригодится для собственной культивации.
Приняв из рук друга ценный пузырёк, Линь Цзинъюнь удивлённо приподнял бровь:
— Ты же говорил, те алхимики сами находятся лишь на пике Стадии Трансформации Духа?
— Всё так. Но они — старые мастера, к тому же работали бесплатно. Им просто требовалась Трава Весеннего Журавля высшего качества для практики. К тому же они сами предложили условие: если выход готовых снадобий окажется ниже пятидесяти процентов, они откажутся от платы. Выгода очевидна, вот я и согласился. Как видите, результат весьма недурен.
— И они правда не взяли ни монеткой больше?
— Ни единого медяка! — Лу Сихоу ослепительно улыбнулся. — Им нужно было лишь право покупать у нас Траву Весеннего Журавля уровня Возвращения к Пустоте. Я согласился, да ещё и выделил им часть готовых пилюль в качестве щедрого жалованья. В итоге оба решили остаться в Линяне.
— Остаться у нас и варить пилюли?
— Зачем же ограничивать их одним котлом? — качнул головой юноша. — Столь редкого сырья у нас не так много, чтобы загрузить мастеров полностью. Я нанял их наставниками в Академию Линян.
— Наставниками? — от неожиданности Линь Цзинъюнь даже подался вперёд. — И они согласились? А как же декан Лу? Он не против?
— Ты слишком дурно думаешь о великодушии декана. Этим двоим чужда строгая ортодоксальная школа, они — свободные культиваторы. Им есть чем обменяться с деканом Лу, и одна эта возможность приводит их в восторг. Не говоря уже о том, что я положил им щедрое жалованье: по шесть Пилюль Весеннего Журавля в год плюс прочие редкие ингредиенты.
Линь Цзинъюнь хмыкнул:
— Опять всё свелось к нашим сокровищам.
— А как иначе? Лишь на могучее древо утренней феникс спустится, — гордо выпрямил спину Лу Сихоу. — Вот увидишь, со временем в Линян хлынут лучшие умы, и великие мастера Стадии Возвращения к Пустоте станут для нас обычным делом!
— Не заносись раньше времени, — рассмеялся Линь Цзинъюнь. — У нас пока нет ни одного мастера такого уровня.
— Это лишь вопрос времени, — безапелляционно заявил юноша. — Нам с Суй Ханем хватит десятилетия, чтобы ступить на этот уровень. Ну а тебе, старший брат Линь, потребуется лет двадцать, не больше.
— Я ведь пока лишь на середине Стадии Трансформации Духа...
— Двадцать лет — огромный срок! Ребёнок, рождённый сегодня, за это время успеет вырасти и окончить Академию.
С этими словами Лу Сихоу извлёк из пространственного кольца ещё один изящный фарфоровый флакон:
— Бери-бери, — Лу Сихоу решительно вложил флакон другу в руку. — Ты живёшь вдали от имперского двора и в чём-то теряешь влияние. Но дальняя родня всегда милее. Пришлёшь пару раз такие дары — и отношение государя к тебе станет куда благосклоннее.
Линь Цзинъюнь долго смотрел на белое горлышко флакона, а затем мягко улыбнулся:
— Что ж... премного благодарен.
— К чему эта церемонность между нами? — Лу Сихоу устало потер виски. — Ладно, мне пора в спальные покои. Нужно проведать моего маленького сорванца. Он только заснул, но кто знает, какие капризы начнутся, едва он откроет глаза.
— А разве старший брат Суй не присматривает за ним?
— Суй Хань совершенно не умеет обращаться с детьми! Когда рухнули покои, он ведь тоже был там, — юноша торопливо поднялся. — Всё, бегу, а то как бы чего не вышло.
Глядя на его суетливые приготовления, Линь Цзинъюнь лишь покачал головой.
Вскоре слухи о том, что рядом с Молодым Владыкой города появился ребёнок, разнеслись по всему Линяну. Лишь единицы знали, что дитя — это перерождённый дух меча Цин Ло, но они хранили молчание под страхом смерти.
По городу поползли шепотки. Поговаривали, будто между Лу Сихоу и Суй Ханем пробежала чёрная кошка, а ребёнок — не кто иной, как тайный бастард Молодого Владыки.
Узнав об этих бреднях, Лу Сихоу не знал, смеяться ему или плакать. С одной стороны, он приказал страже пресекать сплетни, с другой — стал всё чаще появляться на людях в компании Суй Ханя, демонстрируя нерушимый союз.
Несколько дней спустя Нянь Юн снова явился с докладом. Однако его взгляд то и дело косился на маленького клинкового духа, кружившего неподалёку, а в глазах горело нескрываемое любопытство.
—... Получив в распоряжение Пилюли Весеннего Журавля уровня Возвращения к Пустоте, мы без труда заключили сделки с несколькими крупнейшими фракциями, — докладывал Нянь Юн. — Все они сгорают от желания заполучить эти снадобья.
— И чему тут удивляться? — пожал плечами Лу Сихоу. — Куньлунь, Нефритовый Пруд, Школа Тайа, Империя Девяти Провинций... У каждого из этих исполинов целые старейшины на Стадии Возвращения к Пустоте.
При мысли об этом на душе у юноши становилось слегка паршиво. В Линяне не было ни одного подобного эксперта — наследие города оставалось слишком скудным.
Впрочем, Лу Сихоу тут же утешил себя: не имея за спиной могущественных стариков, он мог не опасаться стать марионеткой в чужих руках. Появись у них сейчас подобный старейшина, еще неизвестно, удержал бы юный Владыка власть.
Нянь Юн хитро ухмыльнулся:
— Верно. Они жаждут получить эти пилюли, а бесконечно отказывать им опаснее, чем договориться. Может, придумаем какой-нибудь ход, Владыка?
— Какой ещё ход?
— Вы же сами говорили, что нельзя укреплять силы потенциальных врагов. А что, если менять пилюли на стратегические ресурсы?
Лу Сихоу скептически фыркнул:
— И какие же стратегические ресурсы есть у них, но отсутствуют в Линяне, и с которыми они добровольно расстанутся...
На середине фразы юноша осекся. Кое-что и впрямь могло стать предметом подобного обмена.
Он посмотрел на собеседника с новым уважением:
— А в этом есть зерно.
Нянь Юн моргнул:
— А?
— Объяви всем! — решительно хлопнул по столу Лу Сихоу. — Мы будем менять пилюли высшего ранга только на семена редких духовных трав! На те редкие разновидности, что не найти на обычных рынках и которые продаются лишь на закрытых аукционах.
Поняв замысел правителя, Нянь Юн просиял:
— Отличный ход! Теперь никто не сможет упрекнуть нас в отказе. Сделка состоится, только если у них найдётся подходящая цена.
В последнее время высокопоставленные покупатели буквально оборвали духовную связь, вымогая снадобья уровня Возвращения к Пустоте. Нянь Юн от этого давления терял волосы клоками: отказывать им нужно было так, чтобы не нажить смертельных врагов.
— Замечательно! — радостно воскликнул управляющий. — Вернусь к себе и сразу разверну рассылку через духовные нефритовые дощечки.
— Постарайся заполучить как можно больше разных видов, — добавил Лу Сихоу. — Если потребуется, в малом можно и уступить.
— Подчинённый всё понял! — сжал кулаки Нянь Юн. — Если всё пройдёт гладко, в нашей сокровищнице появится несколько новых видов редчайших эликсиров, способных стать гордостью Линяна!
— Более того, если мы получим семена растений, способных повышать культивацию, то после их созревания и переработки ваши собственные силы вырастут куда быстрее.
Далеко не каждый искатель Дао стремился к вершинам меча или тайнам алхимии. Многие стремились повысить свой уровень лишь ради долгих лет жизни, высокого положения и доступа к роскоши.
Нянь Юн принадлежал именно к последним. Изнуряющие медитации его не привлекали, да и слабость в бою среди равных по рангу его не пугала — ему требовались лишь долголетие и возможность наслаждаться радостями бытия.
Идея выглядела всё более заманчивой.
Великие алхимики у них уже есть.
А мастера растениеводства и подавно — сам Молодой Владыка считался одним из лучших агрономов на всём континенте.
Если им удастся заполучить драгоценные семена, появление эликсиров, возносящих культивацию на невиданные высоты, станет лишь вопросом времени.